На грани сожжения

      Хогвартс-экспресс мчался, стуча колесами. Дым ввалил из труб, залетал в открытое окно и разносил по купе запах гари. Тот забивался в нос, оседал на корне языка.              Ви была одна в купе и уже переоделась в форму. Мантия валялась на сидении, а рукава тонкой, белой рубашки были закатаны. Девушка опиралась ладонью об оконную раму, высовываясь из окна. Её волосы развевались и лезли в лицо.              Самерсет блаженно жмурилась, наслаждаясь теплом солнца на коже и потоками ветра. Её короткая юбка, из-за того, как она наклонялась, сзади задиралась выше положенного. Ещё несколько сантиметров и можно будет разглядеть складку под ягодицами.              Девушка затянулась сигаретой и выдохнула дым в окно, тот слился в один поток с черным смогом и дымом поезда.              Дверь в купе резко распахнулась, с грохотом разъехалась и со скрипом колесиков, ударилась. А девушка, вздрогнув, быстро выдохнула дым, выбрасывая на половину скуренную сигарету. Та полетела вниз, в глубины озера над которым они проезжали.              Зашедшие молчали и девушка встревоженно обернулась через плечо, все ещё стоя, склоняясь к оконной раме.              В дверном проеме замерли растерянные близнецы Уизли. Брови удивленно подняты, а рты немного приоткрыты.              – Чего застыли? – пропыхтел Ли Джордан, расталкивая рыжих братьев.              Неловко завалился в купе, споткнувшись об собственную ногу и едва не упал на пол. Немного неуклюже расставил руки и поднял голову, глядя на Ви. Та так же растерянно моргнул. А после парень внезапно громко рассмеялся.              – Теперь понятно чего эти две каланчи замерли! Такое приятное приветствие!              Ви непонимающе нахмурилась, глядя на парня. Тот же замахал руками в сторону юбки девушки. Несколько секунд она пыталась понять о чем он, а после резко выровнялась, отдергивая пласированную ткань вниз. Провела ладонями по задней части юбки, приглаживая её.              С невозмутимым лицом села, закинув ногу на ногу и непривычно скромно сложила ладони на бедре.              – Я не против, чтобы ты нас приветствовала так каждый раз, – наконец-то придя в себя, нагло заявил Фред.              Плюхнулся на место рядом с девушкой, закидывая руку ей на плечо. Нахально-насмешливо повернулся к ней лицом, улыбаясь и слишком театрально поиграл бровями.              – Именно! – подключился Джордж, садясь по другую сторону от девушки.              Но он не сел так близко, как его брат и не прижимался так плотно. Ткань брюк старшего близнеца терлась об обнаженную кожу бедра девушки. Она ощущала тепло его тела своим плечом и боком.              Ли Джордан громко плюхнулся на скамью напротив.              – Ты чего вообще окно открыла? – поморщившись, спросил Фред, принюхиваясь. – Из-за этого все купе дымом провоняло, – и, внезапно, склонился ближе к девушке, практически утыкаясь кончиком носа ей в макушку, – Вот! Даже от тебя дымом несет.              Ви отмахнулась от него, откидывая волосы назад.              – Проветрить хотела.              – Проветрить или задохнуться? – скривился Джордан, с усталым вздохом поднимаясь и шумно закрывая окно. То скрипнуло, немного заело, не желая сдвигаться. Но поддалось и с грохотом опустилось.              В купе тут же стало гораздо тише без грохота колес.              – Что за манеры? – притворно недовольно спросила. – Пришли, даже не постучав, в чужое купе, и командуете. Окна самовольно закрываете.              – Вымысле в чужое? – наигранно удивился Фред. – Вообще-то в своё! Мы тебя с самого вокзала ищем, по всем купе бегаем.              – Ага, – закивал Джордж, – в нас даже несколько раз девушки вещи бросали, когда мы заходили в самое неподходящее время.              – Точнее подходящее, – поправил Фред, обмениваясь с братом понимающими улыбками.              Ви, с едва заметной улыбкой, качнула головой на очередную выходку братьев.              – И как вы вообще живыми до меня добрались?              – Это, вообще-то, всё твоя вина, – внезапно заявил Фред, принявшись перебирать волосы девушки на затылке. Поигрывая с ними, как-то завороженно и медитативно. Иногда слегка поддергивал за пряди, – если бы подождала нас на вокзале, нам бы не пришлось рыскать по всему поезду.              Ви скривилась, содрогаясь.              – Да ни за что! Мне кажется я могу загореться от недовольного взгляда вашей дорогой сестренки. Ну, или Грейнджер. Там такие злобные взгляды, что не удивлюсь, если они научатся ими убивать.              – Это все из-за того, что ты красотка! – внезапно уверенно воскликнул Джордан, уверенно кивнув. – Женская конкуренция. Завидуют тому, какая ты красивая, вот и прожигают взглядом.              – Вообще-то, Джинни наша сестра! – притворно возмутился Фред и, вместе с братом, одновременно пнули друга под колени. Тот взвизгнул, подпрыгивая, недовольно надувшись.              – Правда что ли? – протянула девушка, покачивая ногой, нахально усмехаясь. – А я все грешила на то, что я ей так не нравлюсь, потому что слизеринка. Думала, что её львиная душа не может принять мою гадкую, змеиную натуру.              Усмехалась, изогнув одну бровь. Все в ней выдавало – не злится и не обижается. Была готова шутить об этом. Парни же хохотнули и Джордж бросился на неё с такими внезапными и агрессивными объятиями, сопровождаемые хохотом, что девушка повалилась в бок.              Буквально упала на Фреда и тот мгновенно вцепился в её предплечье, удерживая девушку на месте. Его пальцы крепко сжимались на тонко белой ткани её рубашки. А лопатки Ви прижимались к его груди. Она ощущала кожей твердость его тела и как его сердце сильно и гулко бьется. Дыхание тревожило короткие волоски у уха девушки и обжигало кожу.              Джордж её тискал, как любимую мягкую игрушку, заливаясь смехом. Глядя на все это Джордан тыкался лицом в собственные ладони, стараясь не хохотать во весь голос. Фред же подсмеивался у её уха.              – Не волнуйся, мы принимаем твою змеиную натуру! Ты наша любимая змейка, – слишком восторженно и довольно талдычил Джордж, тиская девушку до хрипа в дыхание, так, что Ви казалось, она задохнется.              – И поэтому ты меня убить решить? – прохрипела.              – Убить любовью! – гулко и довольно сказал Фред позади.              Ви незаметно подняла руку вверх, заводя ту за спину Джорджа и сжала тонкие пальцы в его волосах на затылке. Дернула и потянула, на что он тут же возмущенно вскрикнул и, в притворной обиде, поморщился. Глядел в лицо девушке так, словно она разбила его сердце. Даже губы надул.              Но наконец-то выпустил её из своих объятий.              Ви знала, что это все наигранно – она едва потянула. Специально так, чтобы больно не было.              Широким жестом вытащила пальцы из его волос, все ещё сидя прижимаясь спиной к груди Фреда. Его ладони все так же лежали на её предплечьях. Ви, с нахальством, вскинула брови.              – Змеи кусают, если к ним близко подойти.              Джордан засмеялся и остальная компания подхватила это, так же заливаясь смехом.              Близнецы и Джордан принялись рассказывать о своём лете, постоянно широко жестикулируя и вставляя уместные и неуместные шутки. Ви же иногда добавляла комментарии, поддерживая их шутки.              И мастерски игнорировала попытки расспросить о её лете. Ненавязчиво бросала очередную шутку, приправленную сарказмом и нахальной улыбкой, вновь уточняя что-то с рассказа парней.              Те, казалось, совершенно не заметили, что она узнала абсолютно все об их каникулах. Даже то, что мать Джордана, на следующее утро после его приезда, приготовила панкейки с клиновым сиропом.              А Рон летом страдал от того, что у него начла расти просто отвратительная, рыжая, плешивая щетина. Та пробивалась исключительно над верхней губой и озерцами на щеках.              Они же узнали лишь то, что она летом была на нескольких приемах. И на этом все.              Ви слушала их болтовню о шумно проведенных каникулах, как родители и братья с сестрой постоянно мельтешили рядом. Как несколько раз поссорились, а после померились. О том, какие новые вредилки придумали и как испытали их на собственной семье.              От этих рассказов веяло теплом, уютом и семейной любовью.              И девушка улыбалась с непривычной мягкостью, впитывая это. Ей казалось, что может ощутить запах панкейков, которые приготовила мать Джордана. И услышать призрак голосов всего семейства Уизли.              И от этого сердце сжималось. Она с тоской и нежностью все это слушала. И кусала язык, чтобы не рассказать о своем лете. Они бы не поняли. Они не были знакомы с одиночеством в собственном доме.              Не понимали бы, как ощущать себя чужой в собственной семье.              И она не хотела пытаться им это объяснить, ведь не испытав – невозможно понять.              Ты можешь множество раз слышать о том, как ощущается пламя на собственном теле. От рассказов содрогаешься, но все равно, пока не ощутишь, как языки огня лижут твою кожу, от чего она пузырится и кажется, стекает с мышц и костей, не поймешь каково это.              – Наверное, твои родители так удивились, – задумчиво протянул Фред, разглядывая лицо девушки с ласковой улыбкой, – они же тебя не видели целый год. А ты вернулась к ним такой взрослой.              Ви улыбнулась, качнув головой, отбрасывая волосы назад. Она за лето практически не изменилась. Лишь от того, что они не видели её три месяца, встреча сейчас для них была подобна первой.              И от этого внезапно заметили, что она взрослая девушка с женственными формами и изгибами и обжигающе-черными волосами.              Девушка на секунду замялась, осознавая, что он сказал «родители».              «Неужели они не знают, что мой отец мертв?», – панически подумала. Не хотела говорить и портить эту мягкую, дружескую атмосферу. Знала, к чему приведет, если она об этом скажет. Сконфузятся, не зная, что ответить. Будут пытаться подобрать слова, чтобы не задеть за живое.              В голове будут метаться панические мысли о том, не причинили ли ей боли их рассказы об их собственной семье.              А так же, она знала, они ощутят прилив вины. Та будет всепоглощающей, от чего до конца поездки разговоры станут прерывистыми, а смешки неловкими. Им станет неловко от того, что не знали об этом.              – Для родителей их дети всегда малыши, – небрежно сказала.              – Смотри, Ви! – внезапно воскликнул Фред.              Он мягко, но уверенно притянул её к себе, прижимая хрупкую девушку к своей крепкой фигуре. Чтобы не упасть, Ви уперлась ладонью в центр его груди, ощущая под ней биение его сердца. Она так плотно прижималась к нему, а его пальцы на её предплечье так уверенно притягивали к себе, что девушке казалось, ещё немного и окажется на его коленях.              В нос ударил запах Фреда – пороха и корицы.              Он сделал широкий жест в сторону окна. А его глаза блестели от восторга. Далекие огни отражались в его карих радужках.              Повернулся лицом к Ви, все так же радостно и широко улыбаясь.              – Хогвартс уже видно! Рада наконец-то вернутся?              Ви быстро лизнула нижнюю губу, слишком долго глядя в лицо Уизли. Ей казалось, что она физически не может оторвать взгляда от его лица, когда оно так близко.              С усилием наконец-то смогла перевести его и посмотреть в окно. Там, на горизонте, действительно возвышался замок. Он стремительно приближался, сверкая огнями в окнах.              – Ага, – мягко, едва заметно улыбаясь, сказала.              Смотрела в окно, но продолжала чувствовать у себя на лице ласковый взгляд Фреда.              Продолжала ощущать его пальцы на своем предплечье. Парень едва заметно, мягко и нежно, поглаживал его. Так незаметно, что легко можно пропустить этот ласковый жест.              Лишь стояло замку показаться, как они все оживились. Ви слышала эхо голосов других студентов – те тоже заторопились. Принялись копошиться, кто-то гремел чемоданами, кто-то громко смеялся.              И, казалось, не прошло и пяти минут, как поезд качнулся, заскрипев колёсами и остановился.              Все резко подались вперед из-за остановки, а после так же резко назад. Фред крепче сжал пальцы на плече девушки, удерживая её. А она инстинктивно схватилась за его бедро, чуть выше колена. Но тут же убрала руку, поспешно и неловко, как только поезд наконец-то остановился.              Загремели открывающиеся двери и множество учеников вывалились в коридор, затопав ногами. А близнецы одновременно резко вскочили, вежливо протягивая руки, нахально усмехаясь.              Девушка фыркнула и театрально вложила ладони в протянутые руки парней, словно отвечала на приглашение на танец какого-то уважаемого аристократа на балу.              – Да-да, про меня можно забыть, – притворно недовольно пробурчал Ли, самостоятельно поднимаясь.              Вывалились вместе со всеми в коридор. Со всех сторон напирали ученики, пытающиеся выйти из душного поезда побыстрее.              Пальцы Фреда крепко сжимали запястье Ви, удерживая её рядом. Иногда притягивал её ближе, чтобы они не потеряли друг друга. Пробивал дорогу вперед, введя девушку за собой.              Ловко спрыгнул со ступенек и оказался на перроне. В лицо тут же ударил свежий воздух, развевая волосы Ви. Он был немного холодным, предвещающим осень.              Фред повернулся к девушке лицом, все ещё стоящей в дверях поезда. Его длинные руки потянулись к ней и ловким движением, обнял её за талию, спустил её со ступенек. Аккуратно поставил на перрон рядом с собой.              Подмигнул, отступая на пол шага, убирая руки от девушки. Она же фыркнула и, притворно недовольно, оправила одежду, отдергивая ткань.              С вагона выскочили Джордж и Джордан, так же как и она поправляя одежду. Рубашка Ли вовсе перекрутилась и линия пуговиц была практически под мышкой.              – Конечно-конечно, – наигранно обиженно сказал Джордж, – лишь на горизонте появилась красотка, так сразу можно забыть про брата и бросить его в толпе.              – Прости, но ты уступаешь Ви в красоте. Так что естественно я выберу её, – нахально ответил парень, подмигнув брату.              – Как самокритично, – протянула девушка, – учитывая, что у вас одно лицо.              – Что? – одновременно ужаснулись братья.              Они неспешно двинулись по перрону, а толпа разошлась по более свободному пространству, чем узкий проход поезда. От того они легко могли идти вчетвером плечо к плечу.              – Не правда! Я красивее! – возмущался Джордж.              – Я красивее! Посмотри на его рожу! Весь какой-то кривой и рыжий. Я явно красивее.              Фред широким жестом указал на собственное лицо. Уголки его глаз приподнимались в улыбке, хотя он старательно пытался сделать серьезный вид. Ви в этом была более успешна: шла с напыщенным, невозмутимым лицом истинной аристократки.              Внезапно Фред резко шагнул вперед, нахмурившись.              Мимо него прошел Теодор вместе с Малфоем. И именно Нотт слишком сильно задел его плечо своим, заставляя поддаться вперед. Руки парня были в карманах, а на лице выражение холодного высокомерия.              Наградил Фреда долгим, пустым взглядом. И, скривив губы в презрительной усмешке, пошел дальше ни разу не оглянувшись.              Компания замолчала, глядя в спины удаляющихся слизеринцев.              – Что не так с этим уебком? – внезапно осведомился Фред, прожигая спину Нотта взглядом.              – Ты знаешь – всё, – фыркнул Джордж, а Джордан заугукал, – он ещё с прошлого года постоянно нарывается.              – Он всегда такой, – вмешался Ли, а Ви решила промолчать, – он ко всем докапывается. Даже на слизеринцев наезжает, – мудро закивал, а близнецы одновременно нахмурились и резко повернулись к безразлично шагающей Ви.              – Правда? Даже к слизеринцам? – осведомился Джордж у девушки.              – Мм, бывает, – безэмоционально подтвердила, вспомнив несколько конфликтов между Теодором и другими слизеринцами. Однажды он схватил парня со своего факультета за грудки на какой-то вечеринке.              Ви этого лично не видела, но слышала перешептывания, что Тео бросился на того парня просто так. Другие шептались, что Тео был в неадекватном состоянии: то ли слишком пьян, то ли под таблетками. Кто-то оправдывал, придумывая множество причин, чем тот парень так насолил Нотту.              – А к тебе? – внезапно спросили близнецы.              Ви непонимающе моргнула, сбившись с шага. Бросила непонимающий взгляд на парней, молчаливо прося уточнить.              – Он явно не дружит с головой. – послушно продолжил Фред, – и раз даже на слизеринцев бросается… То тебя не достает?              – Ты только скажи! – продолжил Джордж, а Ли кивнул.              – Я в прошлом году хорошо его разукрасил. Если он к тебе лезет то могу повторить.              Ви улыбнулась, подсмеиваясь.              – Как я помню, он тебя тоже хорошо разукрасил. Ты даже в лазарете лежал.              Фред скривился, вспоминая позорный момент.              – Я сдерживался, – уверенно заявил, – так что? Он тебя не трогает?              Ви быстро лизнула нижнюю губу, замолчав, не зная, как ответить. Мысли разбегались и она не могла за них уцепиться. Не хотела говорить о странном понимании между ними и, тем более, не хотела говорить о том, как они уснули в обнимку, а на утро Теодор исчез.              Впрочем, она этого и ожидала. После таких момент откровенности хотелось спрятаться.              И тем более не хотела говорить о том странном поцелуе и как Нотт заступился за неё на приеме.              – Нет, – качнула головой, – мы друг друга не трогаем.              Троица облегченно выдохнула и принялась болтать о другом, о занятиях и приветственном ужине.              Когда платформа была близка к своему концу, где-то сбоку раздался оклик «Фред! Джордж!». Парни тут же остановились и заозирались, стараясь найти того, кто их окликнул. Сбоку стояла Анжелика, подняв руку над головой и махала в приветствии. Её губы растягивались в радостной улыбке, а волосы растрёпано падали на плечи.              – О! Мы пойдем! – уже убегая, бросили через плечо.              Ви и Джордан остались стоять, глядя в спины убегающим парней. Ви, с притворным безразличием, смотрела на то, как Фред подбежал к девушке. Обнял ту за талию, поднимая, едва не кружа. Оба радостно смеялись, обнимаясь.              Самерсет сглотнула, резко отвернувшись, от чего прядь волос упала на лицо. Гордо задрала подбородок и только сейчас вспомнила о неловко стоящем рядом Джордане.              Они впервые остались наедине, без компании шумных братьев. Смотрели друг на друга в неловкости, парень переминался с ноги на ногу, а после указал большим пальцем в сторону.              – Пойдем?              – Пойдем, милый, – усмехнулась, театральным жестом протягивая ему руку, – раз ты тут единственный джентльмен, который помнит, что нужно проводить даму.              Джордан тут же восторженно заулыбался, хватая её за руку и уводя дальше, к замку.              – Я? Я – милый?              Ви рассмеялась, наградив парня веселым взглядом.              – Ага. Настоящая милашка.