На грани сожжения

      Ви проснулась одна. Медленно и неспешно, постанывая из-за тянущей боли во всем теле. Недовольно хмурясь, открыла заспанные глаза.              Свет в комнате был тусклым, колдовски-зеленым из-за мутных вод озера за окном. А тонкие, витиеватые стрелки часов показывали, что наступило утро. И у неё осталось не так много времени до завтрака.              Девушка сонно и пусто глядела на пустующую комнату. Простынь рядом была смята, а одеяло скомкалось На подушке осталась вмятина, там, где была голова Тео. Ткань пропиталась его запахом – сигаретами, огневиски, пеплом и древесиной. Ви казалось, что аромат его тела окутывает её коконом.              Она протянула руку, вытягивая её вперед. Опустила ладонь на холодные, помятые простыни. Оставила руку лежать на подушке и потерла стопу об стопу. Старалась избавиться от холода, согреть замершие ноги.              Горько усмехнулась, ощущая, как внутри разрастается пустота. Разворачивается, как червоточина.              Не понимала, то ли в комнате было так невыносимо холодно, то ли это был холод одиночества. Будто вся тоска по человеческому теплу тела изливалась из неё, пробегала морозом по коже. Подсознание кричало, что нуждается в объятиях.              Но холод кровати выдавал – Тео ушел давно.              Ви резко отдернула руку, словно обожглась.              Неспешно и осторожно села, чтобы не тревожить все ещё тягуче болящие мышцы. Опуская босые стопы на пол. Скучающе разглядывала свои ноги безразличным взглядом.              Её тело было совершенно нагим, но она не старалась прикрыть его. Её кожа казалась болезненно бледной. Разглядывала острые коленки и тонкие бедра. Глядела на красноватые следы, составленные губами и пальцами Тео. Они усеивали её тело, как пятна усеивают шерсть далматинца.              Медленно скользнула по внутренней стороне бедра указательным пальцем. Ощутила под ним сухую корку. И не понимала – то ли это её собственная смазка, то ли сперма Тео, оставшаяся на её коже.              Резко отдернула руку и вскочила с кровати, прерывая поток мыслей, что стремительно уносил её прочь. Не позволила себе погрузиться в размышления и тревоги. Кожа тут же покрылась мурашками от холода. Но Ви, ничем не прикрываясь, помчалась в душ. Желала смыть с себя телесные жидкости, запах алкоголя, сигарет. Согреться хотя бы горячей водой и позабыть обо всем. Позабыть о чувстве отвергнутости и одиночестве, что мрачной тенью тянулись за ней. Шептали на ухо ироничные слова, как самый злобный призрак.              Выкрутила вентили и трубы загрохотали. Сверху обрушился поток горячей воды. Ви безвольно стояла под обжигающим напором. Глядела перед собой с несколько минут. Ей казался мир далеким и чужим, а чувства словно были заперты где-то глубоко и надежно. От чего в голове и душе было абсолютно пусто и темно.              Лишь когда кожа покрылась розовым цветом, согреваясь, автоматически, не задумываясь и не замечая, что делает, принялась наносить пахучие жидкости, втирать их в кожу. Пышной, ароматной пеной средств стоящих, как чья-то зарплата за пол года оттирала слюну, смазку и сперму.              Поясница и ноги болели, мышцы мелко подрагивали, от чего казалось, что колени подогнутся. Стоять было невыносимо сложно, а в ванной комнате слишком много твердых поверхностей, чтобы падение осталось без последствий.              И из-за мыслей о падение на твердую плитку, непроизвольно вспомнилось, как резко вчера Тео опустила на колени перед ней – это наверняка было больно. Возможно, даже покрыло его кожу синяками.              Яростно вытерла волосы, выжимая в полотенце лишнюю воду, пытаясь вытряхнуть из головы эти мысли.              Но пока она неспешно одевалась и маскировала слишком явные следы жаркой ночи, воспоминания и мысли периодически всплывали. Подкрашивала губы помадой ягодного цвета и вспоминала, как её яркая помада оставила следы на губах Тео. Окрасила их цветом крови.              Поправляла манжеты рубашки, прикрывая синяки, и вспоминала, как кожа пояса Тео впивалась в её запястья. Как она беспомощно дергала руками, но не могла высвободиться. И как эта беззащитность окатывала её волнами возбуждения.              Бросила скучающий взгляд на часы и мысленно отметила, что ещё немного и будет опаздывать на завтрак.              Прежде, чем выйти из комнаты, остановилась перед зеркалом в полный рост, отдергивая короткую юбку. Пробежалась оценивающим взглядом по своему телу, пытаясь найти что-то выбивающиеся из общей картины, что-то неидеальное.              Но она была привычно прелестна и завораживающе красива. Холодна и далека, как свет звезды на небосводе. Глаза блестели чернотой, в них не было мутности похмелья, а её тело осталось привычно хрупким. Не преобразилось под касаниями Теодора.              Закинула сумку на плечо, вздернув носик вверх и выскользнула из комнаты. Как Ви и ожидала, гостиная была практически полностью пуста. Огонь потрескивал в камине, разнося запах горячих дров фруктовых деревьев. Все бокалы и бутылки были убраны, даже не было въедливого запаха сигарет и марихуаны.              Ничего не выдавала вчерашнюю вакханалию. Словно ничего и не было.              Девушка из соседней комнаты, уставшая и с явным похмельем, выскользнула из своей комнаты. Наградила Самерсет скучающим, пустым взглядом и прошла мимо. Не утруждала себя вымученной вежливостью, разрываемая головной болью.              На диване же развалился парень – спиной к Ви. Но даже сзади она тут же узнала кудрявые, темные волосы и широкие плечи. Тео распластался на диване, что-то чертя в блокноте. Карандаш проводит резкие линии, выдавая – не пишет, а рисует.              Ви неспешно и тихо, стараясь не потревожить, пошагала к Нотту. Остановилась в десяти сантиметрах позади парня, разглядывая страницу его блокнота через плечо.              В нос тут же ударил знакомый запах, холодно-древесный и пьянящий. Его хотелось вдыхать полной грудью, заменять кислород в легких этим ароматом.              Кудри привычно аккуратно уложены, лишенные той небрежности, которая осталась после того, как Ви запускала пальцы в волосы.              С любопытством рассматривала небольшую зарисовку, сделанную карандашом. Графит оставлял серо-черные полосы. Линии, казалось, наложенные в случайном порядке, складывались в поразительно гармоничную и узнаваемую картину.              Узнала собственное лицо, обнаженное плечо, полуприкрытое одеялом. Волосы темными полосами растянувшиеся по подушке. Она выглядела спокойно и умиротворённо, с детально прорисованными пухлыми губами и аккуратным носиком.              – Красиво, да? – внезапно и нахально спросил, подняв голову, запрокинул её назад, Теодор.              Затылком опирался на спинку дивана, широко усмехаясь. Выглядел до неприличия довольным. Прикатывал карандаш меж аккуратных, длинных пальцев, поигрывая с ним. А Ви ощутила как во рут пересохло, когда взгляд на долю секунды скользнул к его пальцам. И в голове непроизвольно мелькнула мысль, как эти самые пальцы ощущались в ней. Теодор усмехнулся ещё шире, заметив её быстрый взгляд и как она тяжело сглотнула.              – Что ты здесь делаешь? Завтрак скоро начнется.              Внимательно рассматривала лицо парня. Тот же, не глядя, захлопнул блокнот, опуская его на диван. Тут же вскинул руку, поднимая её вверх. Пальцы скользнул по задней части шеи Ви, запутались в густых прядях её волос. Немного надавил, заставляя Самерсет склониться к нему.              – Жду свою девушку, – доверительно и расслабленно сказал.              Его глаза сверкали черным, в них горели дьявольские всполохи. А выражение лица было непривычно мягким, каким-то одурманенным. Словно он с утра уже закинулся парочкой таблеток или же начал этот день не с сигареты и кофе, а с косяка.              – Обычно своих девушек не оставляют одних после секса, – изогнув одну бровь, но послушно наклоняясь ближе, сказала.              Тео же оперся рукой на диван, приподнимаясь и неловко повернул голову, наверняка, болезненно. Мышцы шеи напряглись и она могла видеть, как четко очерчиваются его ключицы в вырезе рубашки. Видела как проступает темная вена, тянущая голубой рекой вдоль шеи.              – Начинать отношения с того, что меня видят с растрёпанными волосами и с перегаром – дурной тон. Лучше думай, что я всегда такой красивый и ахуенный, как сейчас.              Девушка не смогла сдержать смешка, а Тео, казалось, пришел в восторг от этого звука. Резко потянулся вверх – к Ви. Тут же глухо простонал с нескрываемым наслаждением, целуя её губы. Его пальцы крепче сжались в её волосах. Завораживающе-болезненно и властно.              Мягко и расслабленно целовал, на секунду зажав её нижнюю губу, впиваясь в неё зубами.              – Я скучал, – недовольно простонал, отстраняясь. Ви же тихо рассмеялась, мягко глядя на парня, скользнув кончиком пальцев по четкой линии его нижней челюсти.              – Ты не видел меня всего несколько часов.              – Я не видел тебя аж несколько часов, – с ударением на «аж» уверенно заявил, спрыгивая с дивана.              Небрежно засунул блокнот в сумку и закинул ту на плечо. Второй же рукой обхватил ладонь Ви, переплетая их пальцы. Девушка крепче сжала его руку, замечая периферийным зрением, что парень от этого ярко засеял. Выглядел совсем как глупый, влюбленный подросток.              Но она в своих тщетных попытках спрятать влюбленную улыбку была не лучше.              Они выглядели до безумия глупо и влюбленно, шагая по полупустым коридорам Хогвратса, вцепившись в руки друг друга. Молчали, иногда придвигаясь слишком близко, от чего Ви прижималась плечом к бицепсу Тео. И видела, что каждый раз от этого, тот таял, как мороженное на солнце.              Лишь перед входом в Большой зал в её голове промелькнула тревожная мысль, что там собралась практически вся школа – за редким исключением. И взгляды всех собравшихся направятся на них.              Её шаги замедлились, а тело неосознанно напряглось. Бросила короткий взгляд на Тео, чтобы понять, разделяет ли он её опасения и тревоги. Он же, как и она, не любит демонстрировать слишком много, скрываясь за непроницаемой маской. Подобно ей ощущает себя выброшенной на берег рыбой, когда кто-то заглядывает под маски. Так же потерянно и в опасности.              А сейчас, их очевидная нежность, то, как они тянутся друг к другу было слишком открытым, слишком уязвимым. Это привлечет множество взглядов. Слишком много людей увидят, что они: полумертвый слизеринский принц с чистой кровью и приступами агрессии, и вечно высокомерная девчонка со слишком большим сберегательным счетом – могут быть откровенно мягкими и нежными.              Немного потянула за руку, стараясь высвободиться из ладони Тео. Но тот мгновенно крепче сжал её руку.              – Похер, – бросив на неё короткий взгляд, сказал, притягивая Ви ближе к себе. Без слов понимая её мысли и тревоги.              Погладил подушечкой большого пальца по тыльной стороне ладони и едва слышно зашептал:              – Эти уебки не стоят того, чтобы о них думать. Они – грязь под нашими ногами. Пусть смотрят и завидуют, что я забрал тебя себе.              Ви не смогла удержаться от смеха, полного облегчения, сделав шаг к Тео, откровенно к нему прижимаясь. Заметила, как он судорожно сглотнул, а его взгляд упал на её губы. А после поднялся к черноте её глаз. На губах медленно начала появляться тягучая улыбка.              – Тогда пусть все девки, которые хотят залезть к тебе в штаны, знают, что ты принадлежишь мне.              Тео неожиданно рассмеялся. А его плечи подрагивали в приступе смеха. Выражение глаз было поистине восхищенным, на его обычно безразличном лице читалось, что поверить не мог, что смог очаровать Ви. Казалось, сомневался, что это все реальность, а не сон, который оставляет вкус горечи и сожаления во рту после пробуждения.              – Хочешь надеть на меня поводок? – доверительно шепнул, притягивая Ви ближе к себе, от чего они интимно прижались друг к другу.              – Ты меня недооцениваешь, – изогнула бровь Ви, – я уже это сделала.              Скользнула пальцами по рубашке Тео, от самой груди до ворота. Поправила воротник, расправляя его, едва заметно скользнув кончиками пальцев по обнажённой коже шеи.              Рука Тео опустилась на поясницу Ви. Он резко дернул девушка на себя, от чего она выдохнула. Словно весь воздух покинул её легкие.              Погрузилась в его тепло и привычный опьяняющий запах. Ей казалось, что ещё несколько секунд и она решит не идти на завтрак. А вместо этого затащит Тео в ближайшую, пустующую комнату. Будет целовать его до вкуса крови во рту, пока его губы не припухнут, окрашиваясь её помадой. А кудрявые волосы, под прикосновениями её пальцев, растреплются.              – Может к черту завтрак? – страдальчески простонал, а Ви фыркнула от смеха, понимая, что его терзают такие же или же ещё более откровенные фантазии.              – Я думала об этом же.              – Но тогда…              – Никто не узнает…              – Что мы пара, – закончил Теодор.              Несколько секунд они молчаливо смотрели друг на друга. А после Ви потянула его за руку по направлению Большого зала. Услышала смешок Тео за спинной и ощутила, как его пальцы сжались на её руке. Сделала широкий шаг и поравнялся с ней.              Дверь распахнулась и они, все ещё находясь интимно-близко друг другу, зашли. Ви гордо вздёрнула подбородок, Тео же прижал её к себе. Обменялись понимающими взглядами, от чего уголки губ приподнялись в улыбках.              Направились к столу слизерина, под косыми взглядами. Те ощущались на коже, как прикосновения липких пальцев.              Не было оглушающей тишины. Такой, когда все в одночасье замолкают, неотрывно глядя на новую парочку, как в маггловских фильмах или же книгах.              Но Ви ощущала на себе взгляды. Некоторые любопытные, некоторые непонимающие. Слышала отголоски перешептываний, могла уловить обрывки фраз, сказанных подружками и друзьями. И видела, как некоторые пихают локтями своих друзей, что не обратили внимания на новоприбывших. А после кивком головы указывают на Тео и Ви, многозначительно приподнимая брови.              Они же неторопливо, словно этого не замечали, направлялись к столу. Теодор даже не пытался потянуть девушку за руку к своему привычному месту – в центре. Рядом с Малфоем и его дружками. Впрочем, тот и не пытался подозвать друга.              Драко наградил его быстрым взглядом. И на его лице не было даже капли удивления, словно Тео уже давно ходит за руку с Ви. Или же знал, что это случится. Долю секунды скучающе смотрел на друга, а после вновь уткнулся в свою тарелку, неспешно поедая завтрак.              Теодор же расслабленно плюхнулся на скамейку, рядом с привычным местом Ви. Так небрежно, словно оно давно и безоговорочно было его собственным. Так же как он претендовал на комнату Самерсет. Ворвался в неё, вместе со своими вещами, одеждой, заметками, чертежами паука и сигаретами.              Ворвался и решил остаться, будто имел на это право. Так же самоуверенно и нахально садился рядом с ней на скамейку, без капли неловкости.              Ви скользнула рядом, плотно прижимаясь к Тео боком. Их бедра откровенно соприкасались под столом. И меж их телами, казалось, вовсе не осталось пространства.              Удовлетворив эту больную, странную созависимость, внутри расцвело спокойствие. Беспроглядная чернота рассеивалась. Умиротворение и трепет накатывали, как волны океана.              Внимание начало утихать. Ученики отворачивались, вспоминая о своих делах. Когда Ви и Тео принялись за еду они уже не были столь горячей темой для обсуждения. Ученикам вспоминались уроки, очередное высказанные Снейпа или же сплетни в кругу друзей.              Но, тем не менее, Ви физически могла ощутить прожигающий, напряженный взгляд со стороны гриффиндорского стола. От него по спине вниз бежали мурашки, а ладошки потели. Он оставался клеймом на коже.              То ли Теодор был настолько внимателен к ней, что заметил её дискомфорт, то ли сам ощущал на себе это пристальное внимание. Но не стушевался, не отпустил её руки. А с поразительной ловкостью ел левой рукой, под столом держа Ви правой.              – Не смотри, я могу рассказать тебе, что там происходит, – бросив на девушку быстрый взгляд, сказал.              – И что же? – покосившись на Тео, неспешно и расслабленно, едва заметно постукивая ножом, испачканным джемом, по тосту, осведомилась. На губах была кривая улыбка, а бровь изогнута.              Парень покосился на неё, так же усмехаясь, поразительно точно копируя выражение её лица.              Подался вперед, от чего Ви резко вдохнула. Их лица были на расстоянии нескольких сантиметров и она ощущала его дыхание на своих губах.              – Твой любимчик Уизли сейчас прожигает нас взглядом. Его братишка паникует и пытается как-то его отвлечь. Какой из них твой любимчик? Фред или Джордж?              Ви фыркнула от смеха, неотрывно глядя в глаза Тео. Прекрасно знала, что парень осведомлен. Он всегда безошибочно определял кто из близнецов Фред. От того скептически изогнула бровь, а Нотт широко усмехнулся, довольный от того, что его попытка подловить Ви была распознана.              – Фредди выглядит так, будто хочет вырвать мне глотку и разбить лицо об стол. И это он ещё не знает, как мой язык заставил тебя кричать. Может устроим ему представление? – подался ещё ближе с соблазнительной усмешкой на пухлых губах.              Ви же опустила ладонь на его грудь, потирая небольшую белую пуговицу, крутя её меж пальцев. И вместе с тем удерживала Нотта на месте.              – Хочешь опять попасть в больничное крыло? – поинтересовалась, усмехаясь.              – Мне понравилось, когда я был там в последний раз, – нахально заявил.              Ви тихо рассмеялась, подавшись вперед, наклонив голову. Её плечи подрагивали от смеха, а волосы падали на лицо, закрывая её расслабленное, одурманенное выражение.              Но с их маленького, умиротворяющего мирка их вырвал шум бумаги, падающей на стол перед учениками.              Наступил понедельник – день, когда по Хогвартсу разносили школьную газету с самыми новыми сплетнями. Чаще всего первую страницу украшал пресловутый Гарри Поттер с его очередными подвигами.              Иногда первую страницу украшали скучные заметки о том, что назначен новый староста или же очередные правила Амбридж.              Ви покосилась на газету лежащую перед ними и её взгляд тут же зацепился за торжественно расположенное её собственное лицо и лицо Нотта на бумаге. Она выглядела холодно и равнодушно. Смотрела куда-то в сторону и в черно-белом цвете её лицо выглядело острым и отстранённым. Далеким.              Нотт же криво и нахально усмехался с первой полосы. Его губы кривились в насмешливо-презрительном выражении.              Их портреты, расположенные рядом, выглядели так, будто могли красоваться на страницах криминальных сводок, а не бумаге школьной газеты. Они выглядели так, словно должна быть приписка об особо опасных.              Но вместо этого большими, угольно-черными буквами над их фотографиями красовался заголовок: «Ви Самерсет и Теодор Нотт стали официальной парой».              Пробежала взглядом по строкам. Пропускала слова, цепляя взглядом лишь самое занимательное.              Отметила: «Наследница одного из богатейших родов – Ви Самерсет и Теодор Нотт – входящих в великое семейство двадцати восьми вступили в отношения», «Полукровка и чистокровный волшебник!», «Долго ли продляться эти отношения?», «Пока не известно, состояли ли они в тайных отношения или же нет», «Реакция главы рода Нотт и главы рода Самерсет – неизвестна. Но мы припускаем, что те не будет рады этому союзу. Новая история Ромео и Джульетты или же краткосрочные, школьные отношения?».              Теодор и Ви одновременно прыснули от смеха, а ученики уткнулись носами в газету. Взгляды возобновились, как и шепотки. Замечала, как множество учеником зыркает в их сторону, поверх страниц газет.              – Мы стали настоящей сенсацией, – вскинув брови, криво усмехаясь, шептал Тео в губы девушки.              – Немного запоздалая новость, – в ответ сказала с усмешкой.              Едва заметно вздохнула, услышав резкий шум. Словно кто-то сильно и агрессивно поставил тяжелую, доверху заполненную кружку на стол. Взгляд непроизвольно, как и других учеников, скользнул к гриффиндорскому столу. К источнику этого шума.              Фред, запнувшись, спрыгнул со скамейки. Зацепился за ту, но казалось, даже не заметил этого.              Буквально рванул прочь из Большого зала, крепко сжимая кулаки. Его костяшки побелели, ярко выделяясь, а все тело напоминало натянутую струну. Челюсти сомкнуты до выступающих желваков.              – Смотри на меня, – шепнул Тео, поворачивая Ви за подбородок к себе. Заставил смотреть в беспросветно черные глаза, утягивающие в глубины, – хочешь, – заговорчески и соблазнительно, как змей искуситель из маггловских религий, зашептал, – послушать о чем шепчутся эти ублюдки?              Ви резко вдохнула и быстро лизнула нижнюю губу, ощущая на языке привкус мёда своей помады.              – Ты определенно выучил, что мне нравится.              Тео довольно усмехнулся и под столом сделал жест рукой, его губы едва заметно шевельнулись в заклинании, а на непонимающий взгляд Ви, закатил глаза.              – Не забывай – я лучший темный маг Хогвартса. Магия без палочки – чепуха, по сравнению с тем, что я могу сделать.              Его рука скользнула по её бедру, скрытая от посторонних глаз столом. Немного потянул, обхватывая её ногу, заставляя закинуть её на его бедро. Поигрывал с задравшемся подолом, прибирая его пальцами. Иногда скользя кончиками пальцев по коже.              Они давно позабыли о еде и о газете, в которую до сих пор вчитывалось множество студентов. Плотно прижимались друг к другу, шепча, склоняясь ближе.              – Это горячо, – потянув Тео ближе к себе за рубашку, шепнула ему.              – Моя рука под твоей юбкой или что я сильнейший темный маг в этой чертовой школе? – самодовольно осведомился.              – Не порть момент и выполняй обещанное, – сжимая пальцы на ткани рубашки, заявила. Теодор же прыснул от смеха.              Опустил голову ей на плечо, прижимая острый подбородок к ключице девушки. Немного повернул голову так, что мягкие пряди волос щекотали кожу шеи, дыхание скользило, вызывая мурашки.              – «А она разве не встречается с кем-то из близнецов Уизли? Я видела, как они обнимаются», – фыркнул на это, – «Ага, вроде и в комнате с ним была. Всем понятно, чем они там занимались». Нихера. Могут думать, что хотят, но я первый, кто тебя трахнул, – самодовольно сказал.              – Завались, – закатила глаза с улыбкой на губах, – и говори по делу.              – Любопытный дьяволёнок, – разнежено протянул, – «А они подходят друг другу», «выглядят отвратительно сладко», «та все знали, что они будут парочкой. Нотт же сохнет по ней кучу лет. С курса третьего?», – хмыкнул, а Ви гордо усмехалась, заглядывая парню в глаза.              – С третьего курса? – протянула, вскинув брови.              – Я признаюсь только на смертном одре, – заявил, на что Ви прыснула от смеха, – «Как думаете, сколько они будут встречаться? Нотт же не встречается ни с кем дольше нескольких месяцев», «Та понятно, что они ненадолго вместе».              Ви вновь прыснула от смеха, глядя на недовольное лицо Теодора. Запустила тонкие пальчики в его кудрявые волосы, перебирая пряди. Парень же зажмурился, как довольный кот.