Золотая петля на безымянном

      Двери Больничного крыла захлопнулись перед самым носом Сириуса, едва не задев его по лицу. В коридоре повисла тяжелая, душная тишина. Лили Эванс обессиленно опустилась на каменную скамью, закрыв лицо руками. — «Вы отдали меня ему», — эхом повторил Регулус Блэк. Он посмотрел на Люциуса, который стоял, прислонившись к стене, и казался изваянием из льда. — Люциус, ты слышал? Он смотрел прямо на тебя.       Малфой медленно поднял взгляд. Его пальцы, сжимавшие набалдашник трости (которую он уже начал носить, подражая отцу), побелели. — Это бред сумасшедшего, — чеканно произнес он, но голос предательски дрогнул. — Какая-то грязная провокация. Возможно, это Поттер и Блэк решили устроить очередной розыгрыш с Оборотным зельем... — Заткнись, Малфой! — Сириус рывком сократил расстояние между ними, хватая кузена за шиворот мантии. — Ты видел его лицо? Ты видел это кольцо? Никакое Оборотное не передаст этот ужас в глазах! Он твой сын! Твой и моей сестры! — Сириус, отпусти его, — Римус мягко, но настойчиво положил руку на плечо друга. — Сейчас не время для драк. Вы слышали, что он сказал Дамблдору? Он сказал, что директор мертв. Что все мы... мертвы.       Беллатриса Лестрейндж, стоявшая чуть в стороне, вдруг издала короткий, сухой смешок. — Он сказал, что Том — его муж. Если этот мальчишка не врет, то он... избранник Темного Лорда. — Она облизнула пересохшие губы, и в её глазах мелькнула безумная смесь зависти и страха. — Представляете, какая это власть? — Власть?! — Нарцисса, которая до этого молчала, резко обернулась к сестре. Её голос звенел от ярости. — Ты видела его шею, Белла? Ты видела синяки? Это не власть. Это рабство. Его избивают, его принудили к браку, и он мечтает о смерти!

***

      Дамблдор стоял над спящим Драко, погруженным в глубокий магический сон. Директор осторожно коснулся палочкой обручального кольца на пальце юноши. Воздух вокруг руки Драко тут же почернел, источая запах гнили и старой крови. — Черная магия высшего порядка, — прошептал Дамблдор сам себе. — Брачный обет, скрепленный кровью и проклятием...       Внезапно Драко во сне выгнулся дугой. Его лицо исказилось в гримасе боли, а из-под кольца начал сочиться тонкий дымок. Юноша не проснулся, но его губы зашептали, захлебываясь: — Прости... Том... пожалуйста... я не убегал... оно само... не надо...       Кольцо вспыхнуло багровым светом. На стене Больничного крыла, прямо над кроватью, начала сгущаться тень. Она не принадлежала ни предметам, ни людям. Это был бесформенный сгусток тьмы, который постепенно приобретал очертания высокого мужского силуэта.       Дамблдор вскинул палочку, воздвигая мощный щит. — Тебе здесь не рады, Том. Тень не ответила, но из пустоты донесся ледяной, шипящий шепот, от которого иней мгновенно покрыл окна палаты: — Моё... Верни... моё...       Драко резко распахнул глаза. Он не закричал. Он просто застыл, глядя на тень, и его зрачки расширились так, что радужка почти исчезла. — Он здесь, — безжизненно произнес Драко. — Я же говорил. Он пробил пространство по нашей связи.       В этот момент двери Больничного крыла распахнулись от мощного удара. Изнутри вырвался столб ледяного воздуха. Студенты увидели, как Дамблдор борется с чем-то невидимым и темным.       Драко, сползший с кровати, стоял на коленях, прижимая правую руку к груди. Кольцо буквально впивалось в его плоть, притягивая его к тени. — Нет... — скулил он. — Нет, я не хочу назад!       Люциус и Нарцисса, движимые каким-то необъяснимым порывом, бросились вперед, в самую гущу магического шторма. — Назад, дети! — крикнул Дамблдор, но было поздно.       Драко поднял голову и увидел их. Своих молодых родителей. В его взгляде на секунду промелькнуло что-то похожее на решимость. — Убейте меня! — закричал он, протягивая руку к Сириусу, который стоял ближе всех. — Блэк, у тебя всегда хватило бы смелости! Убей меня, пока он не вытащил меня обратно в тот ад!       Сириус замер с палочкой в руке. Он смотрел на парня, который был его плотью и кровью, и видел в нем себя — такого же затравленного и загнанного в угол традициями семьи.       Тень пульсировала, становясь всё плотнее. Воздух в Больничном крыле стал настолько холодным, что дыхание вырывалось изо рта густыми облаками пара. Силуэт Тома Реддла — высокого, пугающе изящного даже в виде тени — склонился над кроватью, протягивая длинные пальцы к Драко. — Драко... — прошелестел голос, от которого у Лили Эванс подкосились ноги. Это не был голос человека, это был скрежет металла по кости. — Ты думал, что время спасет тебя от клятвы? Твоя кровь принадлежит мне. Твоя душа заперта в этом золоте...       Драко кричал, сжимая запястье правой руки, где обручальное кольцо раскалилось добела. Кожа вокруг золотого ободка начала пузыриться, по залу поплыл сладковатый запах паленой плоти. — Нет! — Нарцисса, оттолкнув Джеймса Поттера, бросилась к кровати. Она не знала этого юношу, но её магия, магия рода Блэк, взревела, узнавая в нем «своего». — Прочь от него!       Она вскинула палочку, выплескивая мощный поток защитной магии, но тень лишь слегка колыхнулась. — Сириус, делай что-нибудь! — крикнул Регулус, хватаясь за палочку. — Он же его сейчас выжжет изнутри!       Сириус Блэк, чьё лицо исказилось от ярости, шагнул вперед. В его голове билась только одна мысль: этот мальчик — его племянник, и его пытают прямо здесь, на глазах у учителей и друзей. — Эванеско! — крикнул Сириус, пытаясь развеять тень, но заклинание прошло сквозь неё.       Тогда он сделал то, чего никто не ожидал. Сириус бросился вперед и схватил Драко за горящую руку, прямо поверх раскаленного кольца. — Я не дам тебе его забрать, слышишь, ты, кусок тьмы?! — прорычал Сириус.       Вспышка была такой силы, что всех разбросало по сторонам. Магия Блэков, столкнувшись с магией Тома Реддла через физический контакт, вызвала короткое замыкание в самой ткани реальности.       Когда свет погас, тень исчезла. Драко лежал на полу, его рука была в ужасных ожогах, но кольцо... кольцо потемнело. Оно больше не светилось. Юноша дышал рвано, его взгляд медленно сфокусировался на Сириусе, который сидел рядом, баюкая обожженную ладонь. — Ты... ты коснулся его... — прошептал Драко. Его губы дрожали. — Оно должно было убить тебя. — Я Блэк, парень, — сквозь зубы процедил Сириус, морщась от боли. — Мы слишком упрямы, чтобы дохнуть от первого встречного проклятия.       Дамблдор подошел к ним, его лицо было суровым, как никогда. Он взглянул на руку Драко. На безымянном пальце, рядом с обугленной кожей, теперь отчетливо виднелось клеймо. Золото кольца словно вплавилось в плоть, и теперь на коже чернели буквы, выжженные магией: «TOM». — Связь не разорвана, — тихо произнес директор. — Сириус лишь временно отогнал его. Том закрепил свои права. Теперь он знает, когда находится его муж.       Драко закрыл глаза, и по его щеке скатилась слеза. — Он придет за мной. Теперь он знает, что я здесь, в прошлом... Он придет в этот Хогвартс.       Люциус Малфой, стоявший у стены, медленно опустил палочку. Его взгляд метался от клейма на руке Драко к Нарциссе. — Если это будущее... — начал он севшим голосом, — то мы не просто служим ему. Мы его рабы.