3. Что бы я делал
8 февраля 2026 г., 05:51
A ja samo čekam i žudim za trenutkom kad ćeš zvati
Da ti kažem da za tobom plače, tuguje i pati
I treperi srce moje kad ti čuje glas
Dragi, šta bih ja u ovoj crnoj noći bez tebe radio?
Joker Out – Šta Bih Ja
Уилл не был уверен в том, что хотел просыпаться. Какая-то его часть не хотела просыпаться больше никогда, но еще больше ему хотелось проснуться и не обнаружить Майка рядом. Но когда он очнулся, его вновь встретили чужие теплые руки на собственном теле и размеренное сопение на плече, что было знакомым до боли. И Уилл снова лежал, снова не двигался, потому что не мог иначе. Вероятно, ему стоило встать, разбудить Майка и выгнать к чертям из подвала, так же как ему стоило вчера оттолкнуть его и прекратить это безумие. Но он не сделал этого вчера и не сделает ничего сейчас. Ему не хотелось открывать глаза, поэтому он даже попытался снова уснуть, но это было совершенно бессмысленно, даже несмотря на то, что у Уилла было стойкое впечатление, словно за всю ночь он проспал от силы полчаса. Возможно, так и было, ведь он не мог заснуть слишком долго, порываясь подняться наверх и устроиться на диване в гостиной. Пушистые ото сна волосы Майка ненавязчиво щекотали его шею, и это напомнило Уиллу, как совсем недавно он сжимал эти самые волосы в ладони, а к его шее прижимались губы Майка. И не только к шее. Картинки со всем произошедшим стояли перед глазами слишком отчетливо, слишком настойчиво не хотели покидать его, как бы Уилл ни пытался отогнать их. Он не сдержал тяжелого вздоха, стараясь переключиться обратно на действительность. Прислушавшись к дыханию справа, он заметил, что оно незначительно сбилось и ускорилось. Повернув голову, он увидел, что Майк, как и ожидалось, проснулся, глядя куда-то в сторону. — Доброе утро, — буднично произнес Майк. Словно ничего не произошло. Словно вчера они не перешли грань. И сразу же отодвинулся. Не медля, не потягиваясь и не зевая, он сел, надевая на руку часы. Уилл уставился в его сгорбленную спину, ощущая, как под ребрами разрастается неприятная тяжесть. Ничего не произошло. Это действительно ничего не значило. Он положил руку на место, где пару секунд назад лежал Майк, и оно еще было теплым. Тишина между ними еще никогда не была настолько давящей. Майк молчал, не двигаясь, и Уиллу почти показалось, что он снова заснул, прямо сидя, но он видел, как его плечи были напряжены до предела. И он ожидал, надеялся, что сейчас Майк повернется и скажет что-нибудь, что-то, что даст Уиллу понять, что это не было просто... ничем. — Друзья Холли придут через час, — ровным голосом сказал Майк, даже не оборачиваясь. — На весь день. Так что нам нужно освободить подвал. Крепость можно не убирать, я скажу им, чтобы не трогали. Уилл ничего не ответил. Посидев на месте пару минут, словно ожидая какой-то реакции или ответа, Майк вышел. Уиллу казалось, что он сходит с ума. За весь день Майк посмотрел на него от силы один раз. Он пытался вести себя как обычно, нормально, пытался так сильно, что это выглядело до тошноты неестественным. Майк никогда бы не стал избегать его взгляда, не стал бы сторониться малейшего физического контакта, не стал бы уходить изо стола прежде, чем Уилл закончит есть. Уилл никогда не чувствовал себя таким одиноким. Подвал с их маленьким общим миром был занят, и даже если в теории Уилл мог бы закрыться в крепости, никому не мешая, ему не хотелось нарушать уединенную атмосферу посторонней кампании своим присутствием. Позавтракав, Майк ушел в свою комнату, не позвав Уилла к себе. Конечно, обычно Уиллу не нужно было приглашение, ведь он всегда был желанным гостем, но сейчас он себя таковым не ощущал. И убедился в этом, когда Майк не спустился за ним. Ни через десять минут, ни через тридцать, ни через час и даже два. Он спустился лишь на обед, с которым Уилл помогал миссис Уилер. Едва разговаривая, он лишь вымученно отвечал на вопросы родителей о том, как проходят их каникулы. — Вы поссорились, мальчики? — озадаченно спросила мама Майка, заметив напряжение между ними. Уилл украдкой посмотрел на Майка, ожидая, что он ответит. — Нет, мам, мы просто отдыхаем, — даже не запнувшись, соврал он. На его лице не дрогнул ни один мускул, но Уилл был готов поклясться, что под столом его нога нервно трясется. Майк бросил на него мимолетный взгляд и тут же опустил его вниз, в свою тарелку. — Уилл сегодня весь день сидит в гостиной, как брошенный щенок, — даже от Теда это не ускользнуло, что, впрочем, не было удивительно – он сам сидел в гостиной и не мог пропустить пребывание Уилла там же мимо своего внимания. — Разве так принимают гостей в этом доме, Майкл? — Нет, не так. Просто... я был занят своей книгой, ладно? — Уилл мог почти физически ощутить, как рушилась броня Майка и как он терялся под испытующим взглядом матери. — Мне нужно иногда побыть одному. Но Уилл все равно ждал. После обеда он ловил каждый звук шагов, каждый скрип лестницы, надеясь, что вот-вот Майк появится, заговорит с ним, хотя бы посмотрит на него, позовет с собой. Пусть даже не сразу, чуть позже, но сделает хотя бы что-нибудь. Майк не сделал. После ужина надежда Уилла почти полностью пропала. Холли с друзьями не стали засиживаться допоздна, так что Майку не пришлось их выгонять, а даже если бы пришлось, Уилл не был уверен, что Майк бы стал. Вернуться в крепость было страшнее, чем он представлял. Он ждал этого момента весь день, но, заглянув внутрь, застыл. Там все было таким же, каким они оставили вчера – скомканная простынь у подушек, откинутый Уиллом альбом, выключенный магнитофон, не сдвинутый ни на миллиметр. Приглушенный свет гирлянд до сих пор бил в глаза, а в воздухе витал фантомный запах слез, пота и... Уилл встряхнул головой, не желая думать об этом. Утром было легче. Уилл думал, что просыпаться будет сложнее всего, но он ошибался. Самым тягостным было сидеть здесь, внизу, перед сном, в ожидании Майка, словно выставленная прочь собака на привязи, которую уже давно отвязали, но она все равно сидит и ждет, когда за ней вернутся. Ведь всегда возвращались. Уилл в очередной раз потерялся во времени. Часы внутрь они так и не принесли, а выглядывать наружу хотелось еще меньше, чем раствориться в воздухе. Когда сверху стало тихо, он предположил, что все разошлись по своим комнатам. Уилл откинулся на подушки, разочарованно выдохнув. Вдруг послышались быстрые, едва различимые шаги. Дверь в подвал медленно отворилась. Кто-то бесшумно, словно на цыпочках, спустился вниз по лестнице и остановился у стола, вблизи от входа в крепость. Уилл не мог разглядеть силуэт из-за плотных одеял, что служили заместо двери. Выждав несколько долгих мгновений, он набрал в легкие воздуха и выглянул. — Боже, ты меня напугал! — вскрикнула Холли, приложив руки к груди. Глубоко вздохнув пару раз, успокаивая дыхание, она продолжила: — Извини, что зашла без стука, я думала, вы уже спите, а свет забыли выключить. Я случайно оставила тут свои карандаши и вот вернулась за ними, — она указала на несколько карандашей, что были у нее в ладони. — Ничего страшного, — скомкано улыбнулся Уилл. — Извини, что испугал тебя. Я думал... — он запнулся, прерывая себя на полуслове. — Извини, — повторился он. — Я просто устал. Доброй ночи, Холли. — И тебе! — сказала Холли, поднимаясь по лестнице с собранными карандашами. Уилл даже не был удивлен – шаги не были похожи на Майка, и он никогда не открывает дверь так осторожно, еще и медленно. Но что-то внутри него все равно надломилось и с треском рухнуло. Он резко схватил свой альбом и вылез из крепости. Его походная сумка стояла в углу. Не позволяя сомнению закрасться в его сознание, Уилл поставил ее на стол и начал торопливо складывать в нее свои немногочисленные вещи. Он не имел привычки раскидывать одежду, так что она вся лежала на отведенной ему полке, а какую-то часть он даже не успел выложить. Переодевшись в уличное, Уилл сложил свою пижаму, пытаясь успокоить беспокойный поток мыслей. Крепость больше не была безопасной. Находиться здесь, в этом доме, когда Майк не желает с ним разговаривать, когда Майк так холодно отвергает его после того, что сделал, было невыносимо. Уилл остановился, прежде чем подняться, и осмотрел все помещение с целью убедиться, что ничего не оставил. В памяти всплыл плеер, который он забыл на тумбочке Майка еще в вечер игры в Подземелья. Он мотнул головой, решив, что заберет его как-нибудь в другой раз. Возвращаться сейчас в комнату Майка представлялось чем-то сродни пытке. Дверь позади него распахнулась, и Уилл сразу же обернулся, замерев. — Уилл? Что ты делаешь? — взволнованно спросил Майк, быстро спускаясь. — Ты уходишь? — Майк, — выдохнул Уилл, чувствуя себя обезоруженным. — Да, — односложно ответил он, боясь выдать чего-нибудь лишнего, того, чего говорить совсем не стоит. — Но почему? И куда? Сейчас ночь, уже поздно, куда ты пойдешь? — не унимался Майк, подойдя ближе к Уиллу, который отвернулся обратно к сумке. — Что-то случилось? Это из-за меня? — Да, Майк, из-за тебя, — не выдержал Уилл. Он вскинул руками, потерявшись. — Это неважно. Я иду к Лукасу, — вытащив рацию, он закрыл сумку и взял ее в руку. — Или остановлюсь в какой-нибудь дерьмовой комнате какого-то мотеля. — Но уже поздно и... — Уилл прошел мимо него, направляясь к лестнице, и Майк осторожно ухватился за его плечо. — Из-за меня? Что я сделал? Уилл застыл и неохотно развернулся, представ перед Майком с пораженным лицом. — Ты серьезно, Майк? — сокрушенно спросил он. — «Что я сделал»? — Ладно, тупой вопрос, согласен, — стушевался Майк. — Просто... Мы можем поговорить? Сейчас? — с надеждой в глазах попросил он. — Пожалуйста? Уилл несколько секунд молча смотрел на него, в ускоренном темпе пытаясь решить. Воздух в комнате вдруг стал тяжелым, давящим, мешая ясно видеть, словно его стало слишком много и одновременно слишком мало. Все вокруг – стены, потолок, даже пол под ногами – будто напоминало ему о том, как раньше здесь было спокойно и надежно. Теплая рука на плече была напоминанием о том, что произошло. Что теперь точно никогда не будет как прежде. Он сделал небольшой шаг назад к лестнице. Рука слабо сжала плечо. Хотелось уйти и забыть обо всем хотя бы на какое-то время. Но еще больше ему так отчаянно хотелось остаться, и чтобы все стало нормально. Уилл замер, сжимая лямку сумки в ладони и не отводя глаз. И даже если ничего не станет нормально, он все равно останется. Уилл кивнул. Майк облегченно выдохнул и тоже кивнул, отпустив его плечо. Он аккуратно взял его за запястье и потянул за собой на диван, усаживаясь вместе с Уиллом. Какое-то время они сидели молча, Майк нервно теребил рукав своего свитера, глядя куда-то вниз. — Я полный придурок, — в конце концов сказал Майк, подняв взгляд на Уилла. Уилл безрадостно усмехнулся. — Ты это сказал, не я. — Думаю, ты с этим согласен, — попытался улыбнуться Майк, но тут же посерьезнел. — Мне не стоило так поступать. Правда. И мне... мне стыдно, что так вышло. Уилл начал задумываться о том, что «нормально» уже не ничего не станет. Он был согласен с Майком – им не следовало этого делать. Это было ошибкой. Он сам был ошибкой. Майк, конечно, этого не скажет, но Уилл видел, что он так считает, по его взгляду. — Все в порядке, Майк, — бесцветно сказал он, кинув взгляд на собранную сумку, что он поставил у ног. Он сидел ближе к лестнице. Если действовать незамедлительно, он бы мог схватить свои вещи и побежать к выходу, быстро обуться и, если повезет, накинуть куртку. Майк, конечно, выше, и ноги у него длиннее, но он сейчас слишком поглощен своими мыслями, чтобы быстро отреагировать. Так что у Уилла было преимущество, а значит – шанс выбраться отсюда и больше никогда не быть обязанным снова смотреть Майку в лицо. И плевать на забытый плеер. Это было глупо, и Уилл, разумеется, этого не сделает. — Не в порядке. Почему ты хотел уйти, Уилл? В смысле, понятно, что из-за меня, но что именно?.. То есть, почему именно... Ты... — потерялся в словах Майк, беспомощно посмотрев на Уилла. — Как ты и сказал, нам не стоило этого делать. Поэтому я... Это и есть причина, — это было не так. Дело было не в том, что произошло, а в том, как это произошло и что было после. Он надеялся, что после этого что-то изменится, но... — Я не это имел в виду, Уилл, — непонимающе нахмурился Майк. — Мне... — Что же тогда ты имел в виду? — сорвался Уилл, перебив его. — Я ясно услышал тебя, Майк. Тебе стыдно за то, что ты сделал вчера, и поэтому ты просто... Просто сделал вид, что ничего не было, когда мы проснулись, просто встал и ушел, как будто меня там не было. Ты даже не посмотрел на меня утром, — его голос надломился. — Ты ясно дал понять, что это ничего не значило, и ты просто оставил меня одного с этим, — Уилл прижал ладонь ко рту, пытаясь унять исступленное дыхание. Он притих, отвернувшись и подумав о том, что сбежать прямо сейчас больше не кажется столь глупой идеей. Майк снова молчал и Уиллу хотелось провалиться сквозь землю, прямо в изнанку, если бы она до сих пор существовала. Чем дольше растягивалась тишина, тем больше Уилл убеждался в том, что ему не стоило ничего говорить. Он в очередной раз сделал все только хуже. Можно было просто промолчать, притвориться, что все хорошо и он всего лишь устал, извиниться за то, что заставил беспокоиться, и пойти спать. Одному. А после, по-хорошему, все-таки сбежать. — Уилл, я... я вовсе не это имел в виду, совсем. Я не жалею о том, что между нами было, ясно? Даже если так могло показаться, — решительно сказал Майк, робко прикоснувшись к его ладони, что лежала на коленях Уилла. Уилл мелко вздрогнул. — Ты ведь знаешь, я ни черта не смыслю в том, как правильно выражать свои мысли. Я хотел сказать, что мне стыдно, очень стыдно, что я повел себя как полный идиот, что игнорировал тебя и бросил... одного. Он несмело сжал его ладонь в своей руке, поглаживая большим пальцем тыльную сторону. Уилл посмотрел на их неловко соединенные руки, задержав на них взгляд, и поднял глаза на Майка. Ему казалось, что у него всегда получалось легко понимать, что чувствует Майк. Но сейчас было ощущение, словно он его совсем не знает. Уилл никогда не видел его таким. Никогда не видел на его лице таких непонятных эмоций, которых он не мог разобрать. — Я не… я просто… я испугался. Не тебя или того, что произошло, а того, что ты заставляешь меня чувствовать, — сердце Уилла на мгновение остановилось. — И мне было страшно, я не знал, что делать, и я боялся, что… черт… Что если бы остался, ты бы прочитал мои мысли или типа того, и узнал, что я на самом деле чувствую, что мне не все равно, а ровно наоборот, — под конец своего сумбурного монолога Майк вновь начал путаться в словах, неосознанно стискивая пальцы Уилла. Настала очередь Уилла напряженно молчать, переваривая услышанное. Он раз за разом прокручивал отрывки фраз Майка в своей голове, пытаясь убедиться, что не ослышался. Что это все правда. Майк отпустил руку и взялся за его плечи, вынуждая посмотреть на себя. Он мягко улыбнулся, но глаза его были тверды. — Ты... хочешь что-нибудь сказать?.. По твоему выражению лица не совсем понятно, хочешь ты меня убить или обнять. Я, на самом деле, не буду против обоих вариантов. Первый я даже заслужил. Уилл двинулся вперед, чтобы слабо пихнуть его в грудь, но остановился на полпути. Он скованно прикоснулся к его плечу, взглядом спрашивая, можно ли. Майк ничего не сказал, просто притянул его к себе, обхватывая руками спину. Уилл нерешительно обнял в ответ, задержав при этом дыхание и выдохнув лишь тогда, когда привычно уткнулся ему в плечо. За последние пару дней они обнимались больше, чем за последние несколько лет, и Уилл был удивительно рад этому. — Ты бесспорно заслужил первый вариант, — согласился он, чувствуя, как руки Майка обхватывают его спину. — Можешь придушить меня во сне, — выдохнул Майк, зарываясь носом в его волосы. — Если останешься. Ты ведь останешься? — опасливо спросил он, отстранившись и заглянув ему в глаза. — Я не заставляю, но… — Майк, — прервал его Уилл, выразительно приподняв брови. — Ладно, ладно, заканчиваю с тупыми вопросами, — улыбнулся Майк. — Тогда я буду ждать тебя внутри. Уилл открыл рот, но так и не нашел слов, а потому только кивнул, смущенно отведя взгляд и сжимая ладони на коленях. Майк похлопал его по плечу и встал, залезая в крепость. Уилл еще немного просидел неподвижно, боясь пошевелиться, словно одно неверное движение могло разрушить их хрупкое примирение. Прислушиваясь к возне Майка, он вытащил из сумки свою пижаму и суетливо переоделся. Присев, он на секунду замер у входа, глубоко вздохнул и торопливо заполз внутрь. Майк выключил гирлянды. — Спокойной ночи, Уилл. — Доброй ночи, Майк. Этой ночью они оба еще долго не могли заснуть, лежа спиной друг к другу и вслушиваясь в звуки дыхания.***
— Твой чай, — сказал Майк, поставив перед Уиллом кружку с поднимающимся паром, и сел за стол, принявшись за свой завтрак. Уилл с трудом оторвал голову от стола, одним взглядом поблагодарил Майка и притянул к себе кружку, согревая об нее пальцы. Он отпил чая, тут же блаженно прикрыв глаза. Крепкий и ровно с одной ложкой сахара. А ведь Уилл был уверен, что Майк уже забыл, какой чай он любит по утрам. Он устремил взгляд на Майка, что сам клевал носом над своей тарелкой. Они оба не выспались, и у Майка залегли темные мешки под глазами, делая лицо чуть взрослее и резче. Уилл никак не мог оторвать от него глаз. Утренний Майк был по-особенному очаровательным – его растрепанные, слегка завивающиеся после сна волосы мягко спадали на лоб, глаза сонно промаргивались, будто он еще не до конца проснулся, а футболка небрежно спадала с плеча, почти откровенно открывая вид на линию выпирающих ключиц. Уилл слишком часто ловил себя на том, что хочет прикоснуться к ним, так сильно, что в груди все щемило. Мысль о том, что это уже не первое утро совсем рядом с ним, таким по-домашнему теплым и чуть ли не хрупким, отозвалось странным теплом где-то под ребрами. Пальцы подрагивали от желания прямо сейчас взять в руки краски и нарисовать его. Добрая половина его альбома уже и так была заполнена Майком с самых разных ракурсов, но он никогда не уставал рисовать его. — Родители уехали за продуктами, не дождавшись нас, — сказал Майк, заставив Уилла вздрогнуть и выпрыгнуть из своих мыслей. — Когда они вернутся, начнется вся эта суета с готовкой, уборкой... Мама позвала на завтра гостей. Ты ведь не против помочь? — Конечно не против, — согласился Уилл, даже не раздумывая. Майк улыбнулся, и его лицо осветил свет из окна. Уилл расслабленно откинулся на спинку стула, наслаждаясь утренней безмятежностью. Всего несколько часов назад ему хотелось исчезнуть из этого места, а сейчас было так необычайно спокойно и умиротворенно. Когда Майк закончил завтракать, а Уилл допил чай, они не стали куда-либо торопиться и просто сидели за столом, прислушиваясь к тишине пустого дома. Уилл украдкой наблюдал за тем, как Майк опустил голову на свои сложенные на столе руки, прямо как он сам какое-то время назад. Вскоре снаружи послышался звук подъезжающей машины. Еще через пару минут входная дверь отворилась и прихожую заполнили пакеты с продуктами. Уилл встрепенулся и осторожно растормошил задремавшего Майка, что снова заспанно заморгал. — Мальчики! — крикнула миссис Уилер, решив, что они либо наверху, либо в подвале. Когда Уилл выглянул из кухни, миссис Уилер удивленно приподняла брови. — Ох, вы только позавтракали? Выглядишь невыспавшимся, милый, тебе не спалось? В подвале слишком холодно? — забеспокоилась она, бросив пакеты и подойдя ближе. — Нет-нет, просто мы… — он слегка нахмурился. — Мы поздно легли, еще и проспали поход за покупками, — успокоил ее Уилл. — В подвале совсем… совсем не холодно, — он подумал о теплом теле Майка, которое всецело согревало его каждую ночь. — С сочельником! — поздравила его Холли, снимая верхнюю одежду. — С сочельником, — улыбнулся ей Уилл. — Что ж, мне нужна ваша помощь, чтобы разобрать продукты, а вы пока решайте, кто будет убираться, а кто помогать мне готовить, — миссис Уилер кивнула на пакет, и Уилл, поняв намек, подхватил несколько из них и понес на кухню, столкнувшись с Майком. — Я хочу убираться с Уиллом! — воскликнула Холли, тоже подхватившая пакеты. — Я буду убираться с Уиллом, — одновременно с ней сказал Майк, тут же выразительно посмотрев на сестру. — Я посмотрю, Уилл у вас нарасхват, — отстраненно прокомментировал Тед, направляясь в гостиную. — Он мой друг, — обосновал Майк и с высоко поднятым носом пошел на кухню. — И мой тоже! — возразила Холли, встав рядом с Уиллом, который раскладывал продукты, игнорируя этот глупый, по его мнению, спор. — Он мой лучший друг, — упрямо ответил Майк, заставив Уилла вздрогнуть. — Вы и так все время вместе, словно женатая парочка. Я тоже хочу провести с ним время. — У тебя был шанс вчера, когда... когда я был занят и Уилл весь день провел здесь, — не совсем уверенно произнес Майк. — У нас вчера была игра, если ты вдруг забыл, — напомнила ему Холли, скрестив руки на груди. Майк пожал плечами, как бы говоря: «Не моя проблема». — В таком случае, — вмешалась миссис Уилер, принеся последние пакеты. — Вы вдвоем будете убираться, раз вам так неймется, а Уилл будет помогать мне с готовкой, как вчера, — решительно сказала она. — Что скажешь, Уилл? Уилл суетливо обернулся, услышав свое имя. — Ну-у, э-э-э... — растерялся он, встретившись с тремя парами глаз, глядящих на него в упор. — Я не против, — пробормотал он себе под нос. Майк и Холли разочарованно застонали, но не стали препираться. Покончив с продуктами, они отправились в кладовую за всем необходимым для уборки, оставив Уилла с миссис Уилер. Ему нравилось находиться в компании миссис Уилер, хоть он и сильно стеснялся ее, как в детстве, так и сейчас. Уиллу всегда казалось, что он доставляет ей неудобства одним своим присутствием и пользуется ее гостеприимностью, поэтому постоянно пытался быть чем-нибудь полезным. Правда, в итоге, вся его помощь с едой в основном заключалась в том, чтобы что-то подать, помешать и иногда порезать. Было заметно, что миссис Уилер и вовсе не нужна его помощь, из-за чего у Уилла было ощущение, что она прознала про его страх быть бесполезным, но не хотела напрягать чем-то трудоемким. — У вас с Майком что-то случилось? — непринужденно спросила она, ссылаясь на вчерашний день. Уилл, резавший в это время морковь, на мгновение замер. В голове сразу возник слишком четкий образ Майка между его ног, ощущение тесноты и жар. Да. У них определенно что-то случилось. Нож в руке дрогнул, и Уилл поспешил отогнать эти мысли. — Нет, мы просто... Все в порядке. Немного повздорили, но все в порядке, — он надеялся, что звучал достаточно убедительно. В конце концов, это была правда. Миссис Уилер кивнула, заправляя салат и перемешивая его. Из гостиной слышался включенный телевизор, а со второго этажа шум передвигающейся мебели. Когда Уилл закончил с морковью, она забрала у него доску и скинула овощи в кастрюлю. Уилл отошел к холодильнику, нервно потирая руки, не зная, чем себя занять. — Иногда ссориться это хорошо, — произнесла миссис Уилер, не глядя на него. — Это значит, что вам еще есть, куда расти и над чем работать. Это лучше, чем равнодушие и наигранная идиллия. Ссоры и вздоры случаются, когда вам действительно не все равно друг на друга. Уилл резко выдохнул. Он не нашелся, чем ответить, и просто кивнул, даже если миссис Уилер этого не видела. Чтобы не стоять без дела, он принялся мыть использованную посуду. Миссис Уилер что-то напевала себе под нос, заставив его вспомнить о плеере, который он так и не забрал из комнаты Майка. — Но если он тебя как-то обижает, говори мне, — сказала она невзначай. — Я с ним поговорю. Уилл удивленно уставился на нее. — Майк? Обижает? Не могу представить, чтобы Майк и мухи обидел нарочно, не говоря уже обо мне, — горячо произнес он, с запалом вскинув руки. Миссис Уилер посмеялась, повернувшись к нему. — Конечно, я знаю об этом, я просто шучу, — она улыбнулась, опершись о столешницу. — Но иногда мы можем обидеть наших близких, даже не замечая этого. Она отвернулась обратно к плите, а Уилл так и не ответил. Он стоял неподвижно какое-то время, пока миссис Уилер не попросила его подать соль. Продолжили они в молчании. Готовить не пришлось слишком много, ведь именно завтра должно было быть основное празднование и готовка, поэтому Уилл освободился гораздо раньше, чем младшие Уилеры. Когда миссис Уилер отпустила его, он направился по звукам со второго этажа, быстро отыскав Майка в ванной. — Тебе нужна помощь? — поинтересовался он, заставив Майка дернуться и выронить тряпку от неожиданности. Уилл не сдержал смешка. — Ты уже закончил? — удивился Майк, приподняв брови. Уилл кивнул. — Ты можешь прибраться в подвале, если хочешь, и отдыхать. — Уверен? — Да-да, я закончу и приду к тебе. Не беспокойся об этом. Уилл послушно отправился в подвал, прихватив с собой тряпку и ведерко с водой. Он тщательно протер все доступные поверхности сначала сухой, а после влажной тряпкой. Раскиданные повсюду книги убрал на полки по памяти, сложил плед и вынес грязные кружки с тарелками, стоявшие здесь не первый век. Вернувшись, он не особо придирчиво оглядел комнату. Подвал не требовал глобального наведения порядка, и Уиллу даже нравилось, когда здесь царил небольшой бардак. Так всегда было уютнее, и Уилл ощущал себя на своем месте, в отличие от всего остального дома, где все всегда было идеально и едва не сверкало. Он так и не дождался Майка, ведь вскоре миссис Уилер позвала всех на обед. После него Уилл вновь предложил Майку свою помощь, но тот вновь убедил его, что он мог пойти отдыхать. Майк пришел лишь незадолго до ужина, и они почти сразу отправились все вместе накрывать на стол. В воздухе стоял ароматный запах запекающихся печений. Кухню освещали только развешенные гирлянды и стоящие на столе свечи, а по радио играла приглушенная рождественская музыка. Это был первый сочельник Уилла, который он праздновал не со своей семьей, а потому ощущал себя неловко. Сидя за столом, он беспокойно тряс ногой. Все почему-то молчали, и от этого становилось еще хуже. Миссис Уилер наложила ему слишком много еды и все, о чем он мог думать, это то, каким образом он сможет все это уместить в себя. Он буравил свою тарелку взглядом, словно содержимое могло само себя съесть. Внезапно Уилл ощутил руку на своем колене. Опустив глаза и увидев левую ладонь Майка, он пару раз моргнул, а после повернул голову на самого Майка. Он вопросительно смотрел на него, и Уилл почувствовал, как чужие пальцы начали мягко гладить его колено. Замявшись на несколько мгновений, Уилл едва заметно кивнул и улыбнулся уголком губ. Майк улыбнулся в ответ и вернулся к трапезе. Его рука осталась там же. После ужина Холли предложила посмотреть фильм всей семьей и, естественно, с Уиллом. Пока она искала по каналам подходящий, Уилл с Майком приготовили горячие напитки и принесли закуски. Они не умещались все вместе на диване, поэтому Тед устроился на своем кресле, миссис Уилер, Майк и Уилл на диване, а Холли на ковре перед телевизором. Майк накрыл их ноги пледом, под которым их бедра прижимались друг к другу. Со стороны это даже не было заметно. Дыхание Уилла сбилось, и он замер, ожидая, что сейчас Майк отодвинется, ведь места на троих было достаточно, чтобы не сидеть вплотную. Но он не сдвинулся. Уилл тихо выдохнул, и его плечи расслабились. Примерно на середине фильма его начало клонить в сон. Ночной недосып все же дал о себе знать. Он изо всех сил пытался держаться, но его голова вдруг стала такой тяжелой, что он уронил ее Майку на плечо, выпав из реальности. Однако вернулся почти сразу же, почувствовав теплую ладонь в своих волосах. Не без усилия подняв голову, он сонно пробормотал извинение, так, чтобы его мог услышать только Майк. — Ничего, — Майк приблизился и опалил его ухо горячим дыханием, начав шептать. — Если ты устал, мы можем пойти вниз. Сейчас. — Холли расстроится, если мы уйдем, не досмотрев, — так же шепотом возразил Уилл, наклонившись к его уху. — Я потерплю. Все равно здесь комфортно. Майк задержал на нем взгляд и кивнул. Через пару минут Уилл снова опустил голову на его плечо, прикрыв глаза. Майк разбудил его прямо перед концовкой, слабо похлопав по руке, из-за чего Уилл дернулся, не понимая, сколько времени прошло. — Мы сильно устали, а еще не выспались, поэтому уже пойдем спать, всем спокойной ночи и с сочельником! — протараторил Майк, когда титры еще даже не успели начаться, и утянул вялого Уилла в ванную умываться. Спустившись в подвал, Уилл уже не чувствовал, что смертельно хочет спать, но до сих пор ощущал сонливость. За целый день они наконец-то остались наедине. Майк выглядел как-то взволнованно, когда они забрались в крепость, постоянно потирая шею и поглядывая на Уилла. — Слушай, — начал Майк, облизнув губы. — Завтра, скорее всего, будет сумасшедший день. В плохом смысле сумасшедший, — уточнил он. — И я подумал, может, типа... Может, мы подарим друг другу подарки сейчас, а не в завтрашней суматохе? — с надеждой предложил он. — Но, если ты слишком устал, можем завтра, — тут же отступил, потупив взгляд. Уилл застыл, обдумывая. Он знал, что момент обмена подарками настанет уже совсем скоро, но не ожидал, что настолько. И он был согласен с Майком. Ему хотелось, чтобы это было в более... личной атмосфере. Поэтому он прикоснулся к ладони Майка, привлекая внимание, улыбнулся и кивнул. Глаза Майка тут же загорелись, он облегченно улыбнулся и поспешил вылезти, в последнюю секунду бросив: — Мой подарок наверху, я мигом. Подарок Уилла лежал в его сумке. Он торопливо вытащил его, нежно огладив бумагу, и вернулся обратно, нетерпеливо ожидая Майка. Он все тревожился за то, не слишком ли это тривиально, опять дарить картину. С большей вероятностью Майк купил для него подарок, как это и принято на Рождество, и как он всегда делал. Но, в конце концов, это была не просто картина. Это была даже не просто частичка его самого, как прошлая картина, это был он сам, весь он, помещенный в этот холст. Из размышлений его вырвал Майк, почти напугав своим появлением. В последний момент Уилл успел завести за спину свернутую в трубку картину, прикрыв ее одеялом. Майк тоже держал свой подарок за спиной, и, устроившись напротив Уилла, смущенно улыбнулся. — В общем. Это немного глупо, но... — не глядя на Уилла, он быстро, словно боясь передумать, протянул ему тонкую синюю папку, обмотанную широкой желтой лентой, завязанной бантиком. — Я написал кое-что. Ну, типа... для тебя. Ты можешь прочитать потом. Если захочешь, — пробормотал он. Майк всегда дарил первым. Уилл бережно принял папку, осматривая со всех сторон. Он посмотрел на Майка, но его взгляд был направлен куда угодно, только не на Уилла. Глубоко вздохнув в попытке набраться уверенности, он дрожащими руками развязал ленту и открыл первую страницу. Посередине было подписано от руки: «Для Уилла. От Майка. Счастливого рождества, Уилл». Губы Уилла дрогнули, и он ласково провел пальцами по такому знакомому почерку. Почти в самом низу было написано: «Это история о нас. То есть, не о нас, а о других нас. О том, каким героями мы***
— Давай сбежим отсюда? Уилл посмотрел на Майка как на сумасшедшего. — А так можно было? — изумлено спросил он, широко раскрыв рот. Суета началась с момента, как они проснулись. Холли ворвалась в подвал, разбудив их громким «С Рождеством!», и поторопила отправиться в гостиную, чтобы вместе с ней распаковать подарки. Уилл расположился на диване, зевая и до сих пор пытаясь проснуться. — Тут для тебя, Уилл, — Майк повернулся к нему, держа в руках две коробки. Он присмотрелся к подписям. — От твоей мамы и от Джонатана. Уилл приподнял брови. Он не ожидал, что они пришлют ему подарок прямо сюда. Подойдя к елке, он принял коробки – одна маленькая, а другая побольше и достаточно увесистая. Обратно сев на диван и устроившись поудобнее, он начал с маленькой, от Джонатана. Аккуратно раскрыв подарочную бумагу, Уилл открыл коробку и увидел кассету с надписью на обложке «Микстейп для Уилла» и забавным, немного кривым рисунком лошади. Под ней лежала еще одна коробка, в которой находились баночки акриловых красок. Он неверующе выдохнул. Достав открытку, он развернул ее и вчитался в короткий текст. «С рождеством, Уилл! Надеюсь, тебе весело с Уилерами. Я знаю, мы договорились обменяться подарками при встрече, но мама уговорила меня отправить свой тебе по почте, чтобы ты “чувствовал наше присутствие”. Это не мои слова. В общем, я тут записал кое-что для тебя, думаю, тебе понравится. И эти краски (сомневаюсь, что смогу написать марку правильно), ты говорил, что хочешь их, так что... Даже не спрашивай, как я их достал, но они вроде как крутые. Не переживай, свой подарок отдашь при встрече. Счастливого рождества, не скучай. P.S. если Майк тебя обижает, скажи мне. P.P.S. Робин передает привет и просит “ловить момент”, как бы банально это ни звучало и что бы это ни значило. Еще передает воздушный поцелуй. Джонатан». Уилл не мог перестать улыбаться, ощущая, как на глаза наворачиваются слезы. Он глубоко вздохнул и провел пальцами по бумаге, думая о том, как хочет поскорее прослушать кассету. Аккуратно сложив все обратно в коробку, он отложил ее и взялся за вторую. В ней обнаружился вязаный темно-зеленый свитер с оленями и большой блокнот с белыми листами, а также похожая открытка. «Счастливого Рождества, дорогой! Надеюсь, посылка придет вовремя. Я попросила Карен забрать ее и положить под елку в их доме. Этот свитер я связала сама, если ты помнишь, я недавно решила начать заниматься чем-то успокаивающим своими руками по твоему совету. Вроде недурно получается, что скажешь? Блокнот от Хоппера, он сказал, ты недавно упоминал, что у тебя почти закончилось место в твоем основном альбоме. Он переживает, что тебе не понравится, но я тебе этого не говорила. Позвони, как прочитаешь, если будет время. С любовью, мама и Хоп». Чужая рука прикоснулась к его плечу, и Уилл слабо дернулся, посмотрев на Майка. Он с интересом заглянул в коробку. — Ого, какой красивый! — он указал на свитер. — Твоя мама связала? Уилл молча кивнул и прижал открытку к себе. Он решил надеть его сейчас. Предупредив, что скоро вернется, Уилл быстро спустился в подвал и переоделся. Свитер был мешковатым и очень теплым, и ощущался как объятья его мамы. Нежно улыбнувшись, он подошел к телефону, набрав сначала маму, а после Джонатана. За тот период, что он гостил у Уилеров, они созванивались всего пару раз. Оба разговора растянулись на неподобающе долгое время, и когда Уилл вернулся наверх, все уже почти закончили завтракать и начинали готовиться к приходу гостей. И дальше он едва мог найти момент, чтобы вздохнуть. Холли начала показывать ему свои подарки, Тед переставлял обеденный стол в гостиную, чтобы было больше места, миссис Уилер суетилась на кухне, периодически подзывая кого-нибудь за помощью. Внимательно выслушав презентацию Холли, Уилл отправился к Майку, что занимался сервировкой стола. Он сновал туда-сюда, расставлял посуду, вытаскивал из шкафов бокалы и салфетки. Уилл пытался помогать, но каждый его шаг оказывался либо лишним, либо неуклюжим: он едва не уронил свечи, споткнулся о шнур гирлянды, вырвав ее из розетки, и, к счастью, успел подхватить падающую по его же вине тарелку. В доме Уилла все всегда было спокойнее на Рождество, из-за чего сейчас он чувствовал себя нелепо. В шуме и суете он поймал взглядом Майка, который бегал между кухней и гостиной, переговариваясь со своей мамой. Уилл на мгновение остановился, наблюдая за ним, и широко улыбнулся. Даже посреди этого хаоса Майк выглядел... потрясающе. Решив не мешаться под ногами, он присоединился к Холли на кухне, помогая миссис Уилер. Еды нужно было приготовить очень много. Уилл не решался спросить, сколько людей должно было прийти, но, когда через пару часов входная дверь отворилась, он облегченно выдохнул – их оказалось не так много, как он ожидал. Однако это не отменило еще большей суеты и гула переплетающихся голосов, от которых Уиллу хотелось сбежать. И, стоя на пустой кухне вместе с Майком и ожидая закипающий чайник, у него действительно появился шанс. — Давай сбежим отсюда? Уилл посмотрел на Майка как на сумасшедшего. — А так можно было? — Сомневаюсь, что мама сильно обрадуется, но ведь это и наш праздник тоже? Мы помогли как смогли, и лично я не горю желанием торчать здесь или сидеть на застолье. Что думаешь? Уилл не думал. — Пойдем скорее. Майк ликующе улыбнулся и двинулся в гостиную, жестом указав Уиллу, чтобы он шел сразу в прихожую. Он присоединился к нему через минуту, надевая обувь и наспех накидывая куртку. На улице шел снег. Они медленным шагом просто брели вперед и спустя какое-то время оказались в небольшом парке неподалеку, в который часто ходили вместе в детстве. Осенью здесь красиво краснели клены, но сейчас голые ветки деревьев были покрыты слоем инея и выключенными гирляндами. На улицах было пустынно и тихо – изредка виднелись выгульщики собак и проходили мимо торопящиеся домой люди. Влажный снег приглушенно хрустел с каждым шагом. Солнце, как и в большинство зимних дней, было скрыто за серыми облаками, а легкий морозный ветер обвевал их силуэты. Уилл остановился посреди парка и задрал голову к небу. Снежинки спадали ему на лицо и попадали в глаза, заставляя промаргиваться. Майк так же молча остановился и встал рядом. Было тепло. Уилл бездумно вытащил язык, и несколько снежинок упали на него, тут же растаивая. Краем глаза он увидел, что Майк повторил за ним. Из груди вырвался смешок. Еще через какое-то время, возможно, несколько часов, Уилл отмер и потянул за собой Майка на ближайшую скамейку, заваленную снегом. Они вместе наскоро очистили ее, натянув рукава курток на ладони из-за отсутствия перчаток. — Ты не замерз? Майк отрицательно мотнул головой. — А ты? Уилл ответил тем же. Они сидели молча, наслаждаясь меланхоличной, успокаивающей тишиной и понятия не имели, сколько так просидели. — Майк. Голос Уилла разрезал тишину и отдался слабым эхом. Майк вздрогнул и повернулся к нему, вопросительно посмотрев. — Да? — Почему ты не звонил мне? — тихо спросил Уилл, не глядя на него. Краем уха он уловил, как Майк бесшумно втянул в себя воздух. И молчал. — Я все задавался этим вопросом и не мог понять, почему, — более громко сказал он, вытащив руки из карманов. — Я... Я каждый день думал, что позвоню тебе завтра, или на следующей неделе, или когда все бы ощущалось менее... — Майк выдохнул, выпуская клубок пара. — Странным. Но этого так и не случилось, — он замолчал. Уилл ничего не ответил. Майк беспокойно заламывал свои пальцы, слегка нахмурившись. — Полагаю, я был напуган, — признался он. — Боялся потревожить тебя или услышать, что ты... двинулся дальше без меня. Как и случилось, — последняя фраза почти потерялась в порыве ветра. — Это не так, — покачал головой Уилл. — Я скорее... застрял, думая, что не нужен тебе. Холодный воздух заискрился между ними. — Ты всегда был нужен мне, Уилл, — после паузы запальчиво сказал Майк. — Ты нужен мне. Я скучал по тебе, по тому, как близки мы были. Я скучал... — он запнулся, — по твоему голосу гораздо больше, чем хотел признавать. Уилл застыл. Он не мог даже допустить такой мысли в своем сознании. Он нужен Майку. И Майк скучал. Снежинки вокруг них, кружась, опускались на землю, ветки отдаленно скрипели. В голове Уилла одновременно пролетело множество мыслей, и он не смог зацепиться ни за одну из них, не заметив, что ничего не ответил. — Знаешь, есть кое-что, о чем я никогда тебя не спрашивал, — Майк снова повернулся к нему и подвинулся ближе. Уилл оторвал взгляд от снегопада и задумчиво посмотрел на него. — Та картина, что ты мне подарил... Не вчерашняя, а другая, — тут же пояснил он, увидев, как лицо Уилла резко изменилось. — Она висела на моей стене все это время, и каждый раз, когда я смотрю на нее... — он направил свой взгляд туда, куда раньше смотрел Уилл, кусая губы. — Я чувствую, словно ты хотел что-то сказать мне. Сквозь нее. И я, ну... я просто упустил это. Как всегда. Уилл молча слушал, ощущая, как поджимается сердце и сдавливается грудь. Когда-нибудь этот разговор должен был произойти. Когда-нибудь он должен был бы признаться. Он убеждал себя в том, что ожидал этого и готов, но это была ложь. Такая же ложь, как и в день, когда он подарил ту самую картину. Он отвел глаза и открыл рот, чтобы наконец быть честным с самим собой, как в горле вдруг встал ком, мешая дышать. Но Уилл с усилием, обреченно проглотил его. Это должно было случиться. — Майк, на самом деле... Я должен сказать тебе... — внезапно он обнаружил, что почти задыхается, пытаясь вдохнуть побольше воздуха. — Та картина. Оди не... н-не заказывала ее, — его голос надломился. — Я солгал тебе. Друзья не лгут. Уилл знал это и знал о трепетном отношении Майка к этому. Сейчас Майк вскочит, разочарованно посмотрит на него и обвинит во лжи. И будет абсолютно прав. Ведь друзья не лгут, но и Уилла терзают совсем, совершенно не дружеские чувства к Майку. Но Майк лишь сказал: — Я знаю. Уилл потрясенно вскинул взгляд, но Майк даже не смотрел на него. Вопреки всем его ожиданиям, он выглядел беспечно. Словно это совсем не тревожило его. И это никак не укладывалось в привычном укладе жизни Уилла. — Что?.. — шепотом спросил он, пытаясь найти хоть какой-то смысл в реакции Майка. Точнее, в ее полном отсутствии. — Оди сказала мне. Еще тогда, — просто ответил Майк. Он повернул лицо к Уиллу, и на его губах мелькнула безмятежная улыбка. Они редко упоминали Оди, ведь Уилл всегда боялся, что это расстроит Майка. Но сейчас он выглядел спокойным. — И ты... не злишься? — осторожно задал вопрос Уилл, внимательно смотря на него. Майк уклончиво качнул головой. — Злился первое время, когда только узнал. Может, минуты две. Или одну. Но потом меня больше стало беспокоить то, что же я не разглядел. Что именно я в очередной раз упустил... — его выражение лица слегка омрачилось, но после он посмотрел на Уилла с твердостью. — И я очень постараюсь не упустить в этот раз. Со вчерашней картиной. С тобой. День словно внезапно превратился в ночь и вернулся обратно в день. Уиллу казалось, что прошла целая вечность. Пространство вокруг сузилось, и остались только они. Майк вдруг оказался так близко, что у Уилла закружилась голова. Снег не прекращался. — И мне кажется, я кое-что понял, — едва слышно сказал Майк и Уилл был оглушен звуком его голоса. — Кое-что очень очень важное. Я понял это еще давно, просто... не хотел признавать, — он нерешительно прикоснулся к замерзшим пальцам Уилла и робко обхватил их своими. — Твоя картина, Уилл, она... прекрасна. Все твои картины прекрасны, — он резко выдохнул. — Извини, это не то, что я хотел сказать. Иногда у меня в голове крутятся мысли и я ощущаю то, для чего не могу найти слов. И говорю что-то не то. Ты меня понимаешь? Я как будто схожу с ума. Уилл закивал, чувствуя, как по телу разливается тепло, с горла до самых ног. — Я тоже, — произнес он и услышал свой голос словно сквозь толщу воды. Майк усмехнулся, крепче сжав его ладонь. — Если мы оба сходим с ума, тогда сойдем с ума вместе, да? Уиллу это что-то до боли напоминало, до дрожи в конечностях. Он улыбнулся. — Да. Сойдем с ума вместе. Снег усиливался с каждой секундой и вскоре Уилл не мог видеть что-либо, кроме Майка перед собой. Или просто не хотел видеть ничего, кроме него. Пальцы Майка были теплыми и это было странно, но Уилла совсем не удивляло. — Я понял, что... Я не могу без тебя, Уилл, — Майк замолчал, заглядывая ему в глаза, словно пытаясь найти что-то. Он снова мягко сжал его руку, заставляя Уилла ощутить, что это все реально. Майк судорожно вздохнул, и Уилл неосознанно повторил за ним, осознав, что не дышал все последние мгновения. — Ты говорил, что я сердце, и тогда я этого не понял, но правда в том... в том, что ты, — он запнулся, не отрывая взгляд и не моргая. — Ты мое сердце. Уилл перестал дышать. Вновь. Снег остановился. Уилл смотрел в глаза напротив и не мог поверить в то, что видит. Вся вселенная остановилась лишь для того, чтобы Уилл мог остаться в этот моменте навечно. Все слова исчезли из его головы, словно их никогда не существовало. Только чувство. Ощущение руки Майка поверх его онемевшей ладони. — Можно мне найти в нем укрытие? — прошептал Майк. — Я спрячусь в твоем сердце. И никто меня не найдет. Уилл потерял контроль над своим телом и, когда снова обрел его, глубоко вздохнул. Зимний воздух пронизывал его легкие насквозь. Он медленно кивнул. Майк широко улыбнулся, и Уилл ослеп. А в следующее мгновение он почувствовал, как они соприкоснулись лбами. Уилл ухватился свободной рукой за его плечо, боясь, что Майк сейчас пропадет, испарится, растает. Но Майк остался на месте. На губах Уилла тоже появилась улыбка. Уилл ничего не ответил. Но Майк все понял. — Ты замерз, — констатировал Майк. — Стоит возвращаться. Ты ведь не хочешь заболеть в Рождество? Снег продолжал падать. — Ты тоже заболеешь, — охрипшим голосом произнес Уилл, вставая со скамьи. Майк встал следом, не выпуская его руки из своей. — Тогда мы заболеем вместе, — не стал спорить Майк. Уилл был с ним согласен. Вернувшись домой, они не обнаружили ни гостей, ни кого-либо из Уилеров. Зато застали своих друзей, ждущих их в гостиной. Они все вместе набросились на них, как только Уилл с Майком переступили порог двери. — Где вы были? — спросила Макс, скрестив руки на груди. — Мы ждали вас целый час! — пожаловался Дастин. — Мы же договорились встретиться в четыре, но вы не пришли и не отвечали по рации, а когда мы пришли за вами сюда, твоя мама сказала, что вы смылись куда-то посреди дня. — Она любезно пригласила нас к столу, но мы решили просто подождать в подвале, а потом помогли твоей маме и Холли прибраться, — добавил Лукас. — Твои родители, родственники и Холли ушли прогуляться, если вас это волнует. — Час? — поздно отреагировал Уилл, расширив глаза. — Мы вроде недолго были, — он неуверенно посмотрел на Майка. Они до сих пор держались за руки. — Видимо, мы немного не уследили за временем... — потерянно произнес Майк. — Мы хотели немного проветриться и подышать свежим воздухом. Моя вина, ребята, мне жаль, что так вышло. Вы голодные? Майк начал спешно снимать с себя верхнюю одежду с обувью и прошел на кухню. Уилл двинулся за ним. — Ага, умира-а-аем с голоду, — сказала Макс, шагая следом. — Мы вообще-то собрались чтобы подарки дарить, если ты забыл. Ну, хотя... Ты ведь был с Уиллом, — она ухмыльнулась, наблюдая, как Майк суетливо осматривает холодильник. — Рядом с ним ты и не такое забываешь, да, Майк? — Макс, — Майк остановился с тарелкой в руке и красноречиво посмотрел на нее, приподняв брови. Макс невинно улыбнулась. Уилл непонимающе переводил взгляд то на Макс, то на Майка, замечая, как у последнего едва заметно покраснели щеки. — Вы будете запеканку? Я могу... — Мы не голодны, спасибо, пойдем скорее, и так полдня вас ждали, — перебила его Макс, взяв за локоть и потянув в сторону гостиной. Майк затормозил ее, кинув быстрый неловкий взгляд в сторону Уилла. — Погоди, мне нужно приготовить чай, Уилл замерз и... — Ну, если Уилл, — протянула Макс и благосклонно отпустила его. — Мы ждем вас в гостиной. Майк проследил, чтобы Макс точно вышла, и лишь тогда шумно выдохнул. Снова со смущением посмотрев на Уилла, он поставил чайник и принялся готовить всем какао. — Что это с ней? — Уилл подошел ближе, опершись бедром о столешницу. Майк заметно занервничал, его руки путались в кружках и ложках, а взгляд метался по кухонному гарнитуру. Он нервно приложил ладонь к шее и нахмурился. — Она просто... — он продолжил наспех готовить. — Она, типа, знает. Обо мне и тебе. В смысле, не в этом плане, — поспешил он исправить самого себя, встревоженно посмотрев на Уилла и тут же отворачиваясь. — Она знает обо мне. Мы... много разговаривали после того, как ты уехал. Уилл задумчиво посмотрел на него и решил помочь, доставая из холодильника молоко. — О тебе? — Ну, об... — Майк замялся, заканчивая с какао и переключаясь на чай. — О моих чувствах к т-тебе. Ох. Уилл почувствовал, как к его собственным щекам приливает кровь. Он смущенно улыбнулся и прикоснулся к его предплечью, отвлекая от чая. — Она тебя просто дразнит, получается? — Уилл наклонился ближе, всматриваясь в избегающие прямого зрительного контакта глаза. — Знаешь, возможно, Макс права, — произнес он, заглядывая в кружки. — Что? — Ты действительно многое забываешь, когда я рядом, — усмехнулся Уилл, не скрывая легкой поддевки, и указал на содержимое кружек. Майк присмотрелся. Он забыл добавить какао-порошок, который вытащил из шкафа и поставил рядом. Майк тихо выругался себе под нос и засыпал порошок, смешивая его с молоком и кипятком. Уилл невзначай провел пальцами по его оголенному запястью, а после резво подхватил пару кружек, относя их в гостиную. Вскоре они все расположились в своеобразном кругу с дымящимися кружками. Комната стремительно наполнилась смехом, шутками и долгими разговорами. Подарки были обменены быстро, с теплыми поздравлениями, сопровождающиеся продолжительными объятьями. Майк бегал между кухней и гостиной, разливая горячие напитки и следя, чтобы у всех было все, что нужно. Они с Уиллом сидели рядом, и их плечи разделяло всего несколько сантиметров, которые никто из них не решался сократить, как бы сильно ни подрагивали руки от желания. Дастин, Лукас и Макс не стали задерживаться надолго, и Уиллу показалось, что дом опустел слишком быстро. Родители с Холли вернулись поздним вечером, почти под самую ночь, и все время до их прихода Уилл с Майком провели за пересматриванием их любимых фильмов с пачкой чипсов. Вернуться в подвал после столь насыщенного дня ощущалось благословением. Набегу переодевшись в пижаму, Уилл забрался в крепость, чувствуя себя защищенным. Майк, посмеиваясь от его спешности, гораздо медленнее присоединился к нему, предварительно выключив свет и оставив лишь излюбленные гирлянды. — Проклятье, — вдруг пробормотал Уилл, будучи уже на грани сна, в то время как Майк дочитывал свой комикс. Майк вопросительно посмотрел на него, наблюдая, как он выпутывается из их одеяла, потирая глаза. — Я забыл свой плеер у тебя в комнате. Еще давно, — сокрушенно сообщил Уилл. — Я весь день хотел прослушать хотя бы пару песен, что мне записал Джонатан. Сейчас вернусь. — Сходить с тобой? — участливо спросил Майк, выпрямившись. — Я справлюсь, не переживай, — Уилл одарил его благодарной улыбкой и вылез. Он вышел из подвала и вслепую поднялся на второй этаж, едва передвигая ногами. Включать свет не хотелось, ведь он наверняка ударит в глаза, поэтому ему пришлось немного напрячь зрение в попытках добраться до комнаты. Проходя мимо чужих спален, он постарался быть как можно тише, чтобы никого не побеспокоить. Войдя в комнату Майка, Уилл быстро нашел свой плеер и сунул его в карман пижамных брюк, разместив наушники на шее. Обратный путь дался легче, он привык к темноте и так же бесшумно проскользнул вниз. Нащупав ручку двери в подвал, он аккуратно открыл ее. В ту же секунду его ноги приросли к полу. За ней стоял Майк, протянув руку, будто сам пытался открыть ее. Он вмиг стушевался и неловко улыбнулся. — Я вспомнил, что хотел взять книгу из своей комнаты, но ты уже ушел и... Ты в порядке? — он прервался на полуслове, заметив взгляд Уилла. Взгляд Уилла, устремленный наверх. На омелу. По спине Уилла прошлась дрожь, а сердце замерло. Замерло слишком надолго. Он медленно перевел взгляд на Майка и увидел, что глаза напротив уже не смотрели вверх. Они были направлены на его губы. Знакомое ощущение. Уилл сглотнул и только тогда понял, что не дышал все это время. Отпустив опорную точку в виде дверной ручки, он сделал нерешительный шаг навстречу ватными ногами, сокращая расстояние между ними. Майк посмотрел ему в глаза, и у Уилла перехватило дыхание. Он шагнул ближе и Уилл почувствовал, как у него едва ощутимо затряслись колени. Он резко схватился рукой за плечо Майка, боясь упасть, и тут же смутился, поспешно убрав ладонь. Майк ощутимо вздрогнул, но не отстранился. Наоборот – он будто подался навстречу, приближаясь еще сильнее. Их разделяли считанные сантиметры. Дастина здесь не было, как и в прошлый раз. Но теперь омела была слишком очевидной, чтобы ее игнорировать. Стоя под ней, Уилл понял, что она слишком мешает делать вид, словно ничего не происходит. Ведь это явно происходило. Майк снова смотрел на его губы. — Ты когда-нибудь целовался, Уилл? Сердце Уилла билось так громко, что казалось, его слышит весь город. Уилл мотнул головой. К его ладони робко прикоснулись чужие подрагивающие пальцы, обхватывая так же бережно, как и тогда, в парке. Их освещал лишь слабый свет гирлянд из подвала, но даже так он видел Майка слишком отчетливо. — Это глупо, да? — тихим, почти сорвавшимся голосом спросил Майк, ни на мгновение не отводя взгляда. — Попасться под омелу... второй раз. Уилл не мог больше держаться. Еще один, последний шаг, и он ощутил сбитое дыхание Майка на своем лице. А после его губы на своих. Это было короткое, почти целомудренное прикосновение. Уилл тут же отстранился, беспокойно вглядываясь в глаза Майка, ожидая его реакцию. Но Майк одним движением окончательно сократил расстояние и теперь они прижимались телами друг к другу. Свободной рукой он притронулся к щеке Уилла, нежно обхватывая его лицо, поглаживая большим пальцем. И сам поцеловал его. Так, будто ничто больше не могло разрушиться, будто весь стыд остался по ту сторону, где-то далеко позади. Уилл мог почувствовать, как Майк улыбается в поцелуй, и пытался выжечь этот момент в своей памяти навсегда. Он не понял, кто и когда отстранился первым, все, о чем он мог думать – вкус губ Майка, о котором он мечтал так долго. Подняв ладонь, он зарылся ею в его волосы, глубоко вздыхая. — Я больше... больше не хочу убегать, — начал сбивчиво шептать Майк, сжимая руку Уилла. А после, набрав воздуха, медленно произнес: — Я люблю тебя, Уилл. Землю словно вырвало из-под ног и весь мир перевернулся. И сразу же вернулся на свое место. Уилл прикрыл глаза и улыбнулся, отдаленно ощущая, как по щеке скатилось что-то мокрое. Это в очередной раз напоминало что-то, что крутилось на краю сознания, но было уже совсем не важно. Не сейчас. Сейчас дрожащие пальцы Майка подхватывали падающие слезы, стирая их. Чувствуя, как все тело обволакивает тепло, он обнял Майка, привычно утыкаясь ему в плечо, ближе к шее. Больше не было страшно. И вдруг он понял. Глаза Майка – они всегда говорили ему об этом. Абсолютно очевидно. В них всегда было то, чего он так боялся и чего в равной степени желал больше всего на свете. Уилл не знал, сколько времени прошло. Он знал лишь то, что в объятьях Майка ему совсем не больно. — И я люблю тебя, Майк, — тихо прошептал он. Улыбка Майка ощущалась в его волосах. Уилл не ожидал от этого Рождества ничего хорошего. Но впервые за долгое время он был по-настоящему счастлив.
Примечания:
Буду крайне признательна отзывам!🌀
