Свидетель.

Всё началось с того, что Гэвин Рид решил проявить ненавистную ему «сознательность». После задержания прожжённого адвоката Лайонела Харкорта, пока все копались в бумагах, Гэвин заметил в углу роскошного кабинета большую клетку. Из неё на него смотрел серый попугай жако с видом уставшего от этой суеты короля. — Чёрт, — пробормотал Гэвин. — Оставлять тварь тут сдохнуть… Ладно, поехали, серость. Он взял клетку, решив сбагрить её первым же утром в приют. Он не знал. Он не мог знать. В отделе на него уставились все, включая муху на стене. — Рид, это что? — спросил Фаулер, с подозрением оглядывая клетку. — Сувенир с места преступления. Приюты все закрыты. Временная мера, — буркнул Гэвин, ставя клетку на свой стол с таким видом, будто это была бомба. Попугай окинул отдел медленным, оценивающим взглядом и произнёс идеальным голосом арестованного адвоката: —Детектив, вы нарушаете мои права на частную собственность. Освободите клиента немедленно. Хэнк Андерсон фыркнул кофе через нос. Тина Чен достала телефон. Коннор приблизился с научным интересом. — Любопытно. Птица имитирует интонации и юридические формулировки мистера Харкорта. — Клиент невиновен! Показания сфальсифицированы! — заявил попугай, клювом тыча в сторону Криса Миллера, который невинно жевал пончик. — Да заткнись ты! — рявкнул Гэвин. — Да заткнись ты! — бодро отразил Свидетель, но уже голосом самого Гэвина, с идеальной передачей его хриплого, раздражённого тембра. В отделе повисла тишина, а затем раздался дружный хохот. Гэвин побледнел от ярости. — О, нет. Нет-нет-нет. Я сейчас отвезу этого пернатого демона на свалку. В этот момент попугай вдруг заговорил картавым, усталым голосом, который Гэвин слышал вчера на допросе: —Пятьсот в час, Брикман. И мы теряем прослушку. Как в прошлый раз. Смех стих. Фаулер замер в дверях своего кабинета. РК900 поднял бровь. — Это голос сержанта Брикмана из внутренних расследований, — невозмутимо констатировал Ричард. Все взгляды переметнулись с попугая на побледневшего капитана Фаулера, а затем на Гэвина, который медленно осознал масштаб своего прокола. Он принёс не питомца. Он принёс живой, говорящий, невероятно болтливый компромат на пол-департамента. — Гонорар — арахис в шоколаде, — заявил Свидетель, чистя перья. — И отпущение всех грехов. Особенно того, что вчера в машине с пончиками. Крис Миллер поперхнулся. Гэвин Рид простонал и уронил голову на стол. — Всё, — раздался голос Хэнка. — Птица — новый начальник отдела. Я голосую за. — Процедура голосования не регламентирована уставом ДПД! — парировал попугай, и было непонятно, шутит он или нет.