Свидетель.

Проблема, как это часто и бывает, пришла оттуда, откуда её не ждали. А именно – из отдела кадров. Миссис Глэдис Хэддок, пожилая, непотопляемая и бесконечно преданная букве устава сотрудница кадровой службы, уже месяц не могла смириться с аномалией в отделе, где работал Гэвин. В её аккуратных папках и электронных таблицах не было графы для «говорящих жако (вещественное доказательство и неформальный аудитор)». Всё началось с запроса на оформление пропуска. Ричард, руководствуясь холодной логикой, подал заявку: «Субъект «Свидетель» требует беспрепятственного доступа в помещения здания для выполнения функций консультанта». В графе «должность» он написал: «Аудио-аналитический специалист, категория «уникальный экземпляр». Миссис Хэддок сломала карандаш. Она пришла лично. Встала посреди отдела, грозно оглядывая всех поверх очков. Её взгляд упал на клетку, где Свидетель с важным видом раскалывал фундук, подаренный Коннором «для укрепления клюва». — Это, — она ткнула пальцем в сторону клетки, — не числится в штатном расписании. Нет медицинской книжки. Нет ИНН. Нет подписанной формы 1-Б о допуске к конфиденциальной информации. Это нарушение всех процедур! Гэвин, который как раз наслаждался первой за неделю тишиной (птица была сконцентрирована на орехе), простонал. — Он не сотрудник! Он… живой диктофон! Вещдок! — Вещественные доказательства хранятся в комнате вещдоков, — парировала миссис Хэддок, — а не получают взятки в виде орехов на рабочем месте! Я требую либо его немедленного удаления из оперативной зоны, либо начала процедуры официального оформления! — Взятка? — Свидетель отложил орех и повернул голову на 180 градусов, чтобы посмотреть на женщину. — Это стимулирующая выплата. По устной договорённости с непосредственным руководством. — Он кивнул в сторону Гэвина. — Я не его руководство! Я его заложник! — взвыл Гэвин. Коннор поднял руку, как на уроке. — Миссис Хэддок, а если мы классифицируем его как «служебное животное»? Например, для психологической разгрузки персонала? У Хэнка есть Сумо, и на него оформлены документы. Хэнк, дремавший за своим столом, хрипло пробурчал, не открывая глаз: — Сумо не вымогает у меня креветки под угрозой рассказать Фаулеру про сломанный кофейный автомат в 38-м. — Я не служебное животное, — возмутился Свидетель, переходя на голос миссис Хэддок, идеально копируя её сухую, отрывистую манеру речи. — «Пункт 14, подпункт «Г»: служебные животные не могут давать показания в суде. Я могу. Следовательно, я — специалист». Запротоколировано? Миссис Хэддок побледнела. Слышать свой собственный голос из клюва птицы – это было сюрреалистично и пугающе. — Это… неуставное поведение! — выдохнула она. — Устав ДПД, — немедленно отрапортовал Ричард, — не регламентирует форму и биологический вид консультантов, привлекаемых для раскрытия преступлений особой категории. Однако он регламентирует оформление доступа. Вы правы. Все посмотрели на Ричарда с изумлением. Он встал на сторону бюрократии? — Следовательно, — продолжил он, — необходимо разработать и заполнить временную форму, легализующую присутствие и функции субъекта «Свидетель» до окончания судебного процесса по делу Харкорта. Я предлагаю создать «Форму: Прикомандирование уникального биологического актива». В отделе повисла тишина. Даже Свидетель замолчал. — Ты… ты предлагаешь оформить на него бумаги? — недоверчиво спросил Гэвин. — Это наиболее логичный путь, — кивнул Ричард. — Это удовлетворит требования миссис Хэддок, легализует статус Свидетеля и позволит, например, официально требовать для него бюджет на питание, минуя карман детектива Рида. Последний аргумент подействовал на Гэвина магически. — Я — за! — хрипло сказал он. — Пусть у города будет своя птица. И свой птичий корм. Миссис Хэддок, загнанная в логическую ловушку собственными правилами, была вынуждена согласиться. — Но! — сказала она. — Он должен пройти все формальности! Фотография для пропуска! Подпись под обязательством о неразглашении! И… и инструктаж по технике безопасности! Так начался самый сюрреалистичный день в истории ДПД. 1. Фотография для пропуска. Фотограф из службы безопасности,грузный мужчина по имени Лу, долго не мог поверить в задание. — Вы хотите, чтобы я… сфотографировал птицу? На сером фоне? — На синем, — поправил Коннор. — серый фон сливается с цветом перьев. Контраст будет недостаточным. Лу вздохнул и поставил клетку на стул перед фотоаппаратом. Свидетель немедленно принял позу, достойную профиля главы государства: грудь вперёд, взгляд вдаль, одно перо гордо взъерошено. — Так, смотри сюда… птица, — пробормотал Лу. Вспышка сработала. В этот момент Свидетель каркнул голосом самого Лу (который час назад в столовой жаловался на боль в спине): «Ох, ради бога, только бы не вылетела грыжа…» На готовом пропуске красовалось идеальное фото, а в графе «Имя» было выведено: «СВИДЕТЕЛЬ, КОНСУЛЬТАНТ (УНИК.)». 2. Подпись под обязательством о неразглашении. Миссис Хэддок торжественно положила перед клеткой толстую пачку бумаг. — Здесь изложены ваши обязанности по сохранению служебной тайны… — Скучно! — заявил Свидетель. — Основные тезисы: молчать о том, что слышал. А то — проблемы. Понял. Где ставить автограф? Он многозначительно посмотрел на свою лапу, затем на чернильную подушечку, которую принёс Коннор («для ретро-стиля»). — Нет, нет, нет! — замахала руками миссис Хэддок. — Вы… вы должны поставить отпечаток! Лапой! Это стало кульминацией. Под наблюдением Ричарда, зафиксировавшего процесс на видео для отчётности, Свидетель с явным отвращением наступил на подушечку с фиолетовыми чернилами и оставил на бумаге небольшой, но отчётливый отпечаток когтя. Рядом Коннор аккуратно вывел: «Заверено и понято. Свидетель, конс. (уник.)». 3. Инструктаж по технике безопасности. Проводил его сам капитан Фаулер,потому что никто другой не отважился. Он стоял перед клеткой, читая по бумажке. — …не оставлять без присмотра… в случае пожара эвакуироваться по маршруту «Б»… не использовать технику не по назначению… — Вопрос! — каркнул Свидетель. Фаулер вздрогнул. — Что? — Распространяется ли пункт о «неразглашении паролей» на пароли от личного облачного хранилища? Тот, что с фотографиями… лодки? Фаулер скомкал бумажку. — Инструктаж окончен! Считайте, что вы его прошли! К концу дня Свидетель официально стал самым необычным сотрудником Депратамента. У него был пропуск, приколотый к клетке (Коннор нашёл специальный карабин), досье в отделе кадров и выделенная строка в бюджете на «операционные расходы уникального консультанта» (в основном, на орехи, фрукты и один раз в месяц – на новую игрушку-головоломку). Миссис Хэддок, получив полный комплект идеально оформленных документов, удалилась, не в силах больше что-либо комментировать. Бюрократия победила. Но и попугай победил тоже. На следующее утро Гэвин обнаружил на табличке на своем столе дополнение. Рядом с именем попугая теперь красовалась не просто должность птицы, а официальная аббревиатура: «Конс. (уник.). Личный номер: 001». Птица, разглядывавшая свой пропуск, удовлетворённо щёлкнула клювом. — Следующий этап, — объявил он Гэвину, — пенсионные отчисления. Хочу накапливать в скорлупе. Под моим контролем.