Тушенцов шл**а

***

Тёмный переулок, в котором были выстроены старые гаражи, половина из которых оказались заброшенными, были расписаны колкими фразами и забавными надписями. Двое друзей, совершенно разные внешне, но душевно связанные с самого детства, стояли напротив гаража. -Дань, может не надо?-тихо спросил Руслан, поправляя чёлку, что назойливо лезла на глаза. -надо, Русь, надо,-усмехаясь сказал Кашин, вырисовывая надпись на стене. Рыжеволосый частенько занимался вандализмом, поджигал урны, отнимал деньги у детишек. Полиция не раз ловила его за такими делами, увозили в участок, но почти сразу отпускали, ведь его отец, который бросил семью, как только родился Данила, работал генералом и всегда отмазывал его,-нормальную напишу, не ссы. Медленно но уверенно вырисовывалась фраза «Тушенцов шлюха». Руслан, когда улицезрел первые буквы, сразу понял к чему всё идет. Шатен привык слышать такие шутки от друга, но писать такое на всеобщее обозрение.. это было через чур. -вставай, сфоткаю тебя,-смеясь сказал Кашин, откидывая баллончик в сторону. -мне кажется это слишком..-неуверенно фыркнул Руслан, сунув замёрзшие руки в карманы. Но как бы то ни было, он встал возле этой фразы. Вспышка телефона блеснула во мраке ночи, на лице Данилы играла хищная улыбка. -Дань, мне холодно..-дрожащим голосом сказал Тушенцов. Слеза предательски скатилась по щеке, оставляя чёрный след на ней.

***

Друзья прячутся от декабрьского мороза, что пробирал до костей, в подъезде, где распивали блейзер, дабы разогнать кровь по венам. Сигарета передавалась от Кашина к Тушенцову, шутки лились из уст парней, согревая обоих изнутри. -кстати, у меня девчонка появилась, на тусовке у Коли познакомились,-словно невзначай бросил Руслан, передавая сигарету Дане. Услышав эти слова, кровь в жилах застыла, перед глазами помутнело, мысли покинули голову, а руки неприятно затрясло. Он был не в состоянии сказать ни слова. -эй, ты тут?-чуть нахмурившись спросил Руслан, помахав рукой перед лицом Кашина. -я.. да, задумался просто..-хмыкнул рыжеволосый, отпивая большое количество алкоголя из бутылки,-поздравляю что ли,-чуть тише добавил он, потрепав друга по волосам. Руслан недовольно зыркнул на Данилу, что-то в его реакции было не так. Обычно, когда у Кашина появлялась новая интрижка, Тушенцов радовался.. по крайней мере делал вид. Следующие минуты прошли в полной тише, что нарушалась лишь звуком глотков алкоголя и шуршания сигарет в потёртой пачке. -пошли, поздно уже,-хмуро сказал Кашин, поднимаясь с лестничной клетки. Он протянул руку шатену, помогая тому встать. -ты сегодня какой-то хмурый,-усмехнулся Руслан, принимая помощь друга. Данила на это ничего не ответил, лишь вяло отмахнулся и пошёл вперёд. Тушенцов не мог понять, что с ним не так, почему он так помрачнел после новости о новой пассии? Морозный ветер ударил в лицо, когда дверь подъезда распахнулась, а Кашин даже бровью не повёл, ему было будто плевать. -до завтра,-сухо сказал Данила, глядя куда-то мимо друга. -до завтра?-спросил Руслан, глядя в глаза рыжеволосого с неким беспокойством. Шатен всё ещё был в некоем замешательстве. Кашин обычно провожал его до самого подъезда, где они ещё минут так десять стояли и смеялись со всего подряд. -да,-кратко бросил парень и, развернувшись, побрёл своей дорогой. Тушенцов закусил губу, что предательски задрожала. Холод подобрался незаметно и быстро, только теперь пробрав до мозга костей. Шатен сунул руки в тёплые карманы и быстрым шагом направился домой. Ощущение странной пустоты заполонило его, оно обжигало словно только вскипевший чайник. Следующий день тянулся невыносимо долго и тихо, в школе Кашин вёл себя как обычно, шутил, смеялся, стебал одноклассников, но в голове Руслана чётко складывалось ощущение, будто его друг не с ним, а где-то за пределами осязания. -что с тобой?-шагая по школьному коридору задался вопросом Тушенцов, поглядывая на Данилу сбоку. -всё нормально,-пожал плечами рыжеволосый не замедлив шага, даже взглядом не окинув шатена. Это «нормально» оставило жгучую ссадину в районе грудной клетки. Оно прозвучало так чуждо, так отстранённо.. Руслан пытался отвлечься от этих, как могло показаться на первый взгляд, мелочей, но все попытки были тщетными, мысли о поведении друга заполоняли черепную коробку раз за разом. Парниша написал ей, в надежде растворить назойливые думы в диалоге с той, которая должна была волновать его больше, чем рыжеволосый, с той, которую он должен был считать дамой сердца. Девушка эмоционально печатала о событиях, что успели произойти за этот день, а последнее сообщение от неё позволило слегка выдохнуть, а после вновь напрячься. «встретимся вечером, люблю тебя :3» Вторая часть вонзилась в голову, пальцы отказывались напечатать тоже самое, а взгляд затерялся где-то в толпе. Любил ли он? Безусловно любил. Но её ли? Вряд ли. Кашина он нашёл в туалете, где он курил сигарету в открытую форточку. Кулак на левой руке сжимался сильнее, чем нужно, а брови стремились приблизиться к переносице. -ты злишься?-аккуратно спросил Руслан, подойдя к другому чуть ближе. -с чего бы?-хмыкнул Данила, поднося сигарету к губам с отточенной точностью. -не знаю..-тихо сказал шатен, переминаясь с ноги на ногу, будто маленький ребенок, который провиннился,-ты.. не такой как обычно. Даня выдохнул сигаретный дым в форточку, отправляя бычок следом. -забей, Рус,-кратко буркнул Кашин, резво спрыгнув с подоконника. Рука рыжеволосого невесомо коснулась копны волос шатена, после чего силуэт в красной олимпийке скрылся за дверьми, оставляя Тушенцова наедине со своими тараканами, что вновь стали роиться в его голове. Кашин же боролся со своими эмоциями, стараясь отгородиться от друга с помощью колкостей. Что-то колкое пробивалось ядовитыми лучами, что светили прямиком в глаза, не только Руслану, но и самому Дане. Слово «девчонка» не покидало мысли рыжеволосого со вчерашнего вечера, оно резало слух и сердце, обнажая скрытые, но до безумия сильные чувства, которые находились под стражей уже долгое время. Сигареты не давали бывалого облегчения, лишь минутное забытьё. Шутки вовсе не смешили, наоборот, раздражали. Взгляд карих глаз оставался на подкорке сознания, заставляя негодовать ещё больше. -плевать,-сказал сам себе парень, стараясь скрыться от собственной сущности. Только вот в глубине души он понимал, что ему далеко не плевать. Встреча с девушкой была слишком пустой, слишком формальной, будто шатена заставили пойти к ней в гости. Он старался улыбаться ей, вдумчиво выслушивал её рассказы, усмехался редким шуткам, но ощущение затерянности щемило сердце. Его мысли занимало лишь одно имя. Данила.. -эй, ты меня слушаешь?-насупилась Настя, слегка толкая своего молодого человека в плечо. -да.. да, прости,-встряхнул головой Руслан, пытаясь отогнать ненужные мысли,-задумался. Анастасия на это лишь пожала плечами, продолжая рассказывать увлекательную историю, что приключилась с ней в школе. Под конец вечера, когда Тушенцов собирался уходить домой, Шпагина потянулась к нему на носочках, дабы оставить поцелуй на прощание, но парень резко отступил, глядя на неё со страхом и неким смятением. -я.. наверное это было ошибкой.. прости,-на выдохе сказал Руслан, вылетая из квартиры с бешеной скоростью, оставив девушку в замешательстве. Тушенцов соврёт, если скажет, что Анастасия не красивая. Нет, вовсе нет. Она была идеальной внешности, с прекрасным чувством юмора, с превосходным голосом, который можно было слушать вечно. Но всё это не то. Ему хотелось слышать лишь хриплый голос, что вечно травил нелепые и едкие шутки, видеть взгляд голубых глаз, перебирать пряди рыжих волос.. Хотелось быть с ним. Последующие дни проходили в невыносимой тишине, оба старались не контактировать друг с другом, пытаясь отказаться от чувств, что медленно пожирали каждого, не оставляя ни одного живого места. Случайные взгляды сразу же пресекались, общение ограничивалось формальными фразами, а в переписке сообщения не появлялись уже долгое время, будто они никогда не были близки. Выходные перед каникулами выдались слишком терзающими и душераздирающими. Кашин хотел написать Тушенцову, но неуверенность брала вверх, а страх быть отвергнутым поглощал целиком и полностью. Поздний вечер воскресенья, Руслан сидит на детской площадке с бутылкой вина в одной руке, пока во второй постепенно тлела сигарета. Имя «Даня» блуждало по мыслям парня с неистовой скоростью, едва подступая к самому сокровенному месту. В затуманенном алкоголем разуме стали появляться вспышки назойливых желаний, которым было невозможно противиться. Именно поэтому ноги шатена привели его к до боли родному подъезду, который всегда не хотелось покидать. Дрожащие пальцы неуверенно нажали на две металлические цифры, которые уже давно были затёрты временем. «15». Казалось бы, просто номер квартиры, но сколько воспоминаний было пережито именно в ней.. -кто?-раздался родной голос, в перемешку с шипением, из динамика домофона. -это Руслан, нам.. нужно поговорить..-тихо сказал Тушенцов, прислонившись лбом к металлической двери, которая за считанные секунды открылась с тихим щелчком. Ноги неслись на пятый этаж со скоростью света, пару раз парень едва не полетел кубарем вниз, ведь конечности всё ещё не могли обеспечить равновесие из-за алкоголя в крови. Спустя некоторое время шатен сидел в комнате рыжеволосого, пытаясь сформулировать свою речь, дабы не наговорить лишнего. -я.. я думал, что отношения с Настей снимут груз с моих плеч, но..-тихо начал Руслан, пока его глазницы заполнялись солёной жидкостью,-но это не так.. я понял, что не нужна мне она,-слабо всхлипнул он, в попытках сдержать порыв эмоций. Данила, поражённый этими словами, склонил голову в бок. Его взгляд метался по участкам лица друга, останавливаясь на щеке, по которой скатилась чёрная, от макияжа глаз, слеза. -мне нужен ты, ты мне нужен, понимаешь? я люблю тебя, всегда любил,-заикаясь говорил Руслан, стирая слезы с лица рукавами кофты. Зрачки Кашина расширились, сердце забилось в приступе тахикардии, а ладони неприятно затрясло. Голосовые связки сжались, не давая возможности сказать что-либо. В голове вспыхнули моменты многолетней давности. Светящиеся глаза Тушенцова, случайные, как ему казалось, прикосновения, руки, что вечно норовились потрогать веснушки и волосы Данилы. Всё это раньше казалось таким обыденным, таким невинным, а сейчас.. -я.. тоже люблю тебя, потому и закрылся, когда узнал про твою пассию,-тихо проговорил Кашин, положив руку на щеку Руслана, чьи глаза по особенному засветились после этих слов. В небольшой комнате смешался запах сигарет, вина и морозного воздуха, что поступал из приоткрытой форточки. Всё будто вернулось на круги своя, вновь встало на свои места. Лица парней были в паре сантиметров друг от друга. Руслан первым потянулся за поцелуем, медленно и робко, словно боясь разорвать ту нить, что связала их. Губы соприкоснулись в невинном и нежном поцелуе, который отдавал привкусом винного алкоголя, делая атмосферу ещё больше опьяняющей. Руки сами нашли свои места, Кашин положил ладони на щёки Тушенцова, а второй вцепился руками в олимпийку рыжеволосого, притягивая того чуть ближе, от чего смог почувствовать тепло, исходящее от него. Поцелуй, аккуратный и плавный, сменился более уверенным, глубоким и жадным, позволяя обоим насытиться друг другом в полной мере. Кашин слегка прикусил нижнюю губу Руслана, выбивая из него томный вздох. Язык Данилы проник в приоткрытый рот, прошёлся по кромке зубов, изучая и проверяя на границы дозволенного, после чего переплёл его с языком Тушенцова, объединяя их в одно целое. Когда дыхание стало прерывистым и тяжёлым, парни отстранились друг от друга. В глазах читалось куда больше, чем они могли сказать. Любовь, страсть, желание.. Всё это читалось без слов, оба знали, чего хотят. В одно мгновение Руслан оказался поваленным на кровать, руки Данилы блуждали под толстовкой первого, изучая каждый изгиб изящного тела, что всегда скрывалось под объёмными кофтами. Рыжеволосый избавил шатена от, на данный момент, ненужной ткани, а после и себя. Разгорячённые тела соприкоснулись в порыве страсти, обмениваясь теплом друг друга. Воздух сгущался, дыхание становилось таким тяжёлым, что даже открытая форточка не могла справиться с тем жаром, который излучали влюблённые. -ты не против..?-тихо спросил Кашин, пальцами подбираясь к пуговице на джинсах. -не против..-на выдохе сказал Тушенцов, оглаживая волосы рыжеволосого непослушными руками. Данила за считанные секунды расправился с пуговицей и молнией, аккуратно обнажая нижнюю часть тела шатена, чьё лицо приобрело алый оттенок от такой неизведанной близости. Рука Кашина опустилась на боксёры шатена, что скрывали уже налитый кровью орган, тем самым выбивая из него тихий полустон. Руки Руслана потянулись к резинке спортивных штанов Данилы, дабы не только он был обнажённым в этой комнате. Рыжеволосый перехватил действия первого, собственноручно снимая с себя последний элемент одежды, оставаясь лишь в нижнем белье. Руки стали оглаживать очертания бёдер шатена, дыхание которого сбилось до хрипа, слегка задевая чувствительную зону. -долго мучить будешь?-тихо прохныкал Руслан, закрывая лицо ладонями. На это Данила лишь усмехнулся. Протянув руку к тумбочке, он достал из неё всё нужное, сразу же возвращаясь к нетерпеливому юноше. Боксёры ловким движением оказались на полу, высвобождая давно набухший орган. Рука рыжеволосого обхватила член шатена, делая несколько пробных фрикций, от чего второй откидывает голову назад, издавая протяжный стон. Колени начинают слабо дрожать, желание дурманит разум. -настолько не терпится?-ехидно улыбнулся Кашин. Руки ловко открыли упаковку лубриканта, выдавливая его на пальцы. Приблизившись к колечку мышц, рыжеволосый аккуратно и бережно вводит первый палец, оставляя смазанные поцелуи на теле партнёра, дабы отвлечь его от возможной боли. Когда подготовка подошла к концу, Данила избавил себя от нижнего белья, натягивая презерватив на половой орган. -если будет больно - скажи,-тихо проговорил парень, вновь выцеловывая лицо и шею, на что получил слабый кивок и тихое мычание. Звук слияния тел в одно единое заполонил комнату, громкие стоны из уст шатена лились водопадом, а тихие вздохи рыжеволосого неосознанно вырывались из уст. Оба закончили с рваным и громким выдохом. Кашин упал рядом с Тушенцовым, завлекая того в нежный поцелуй. Любовь окутала небольшую квартиру в спальном районе города. Среди сотни окон, горящих тёплым светом, их — утопающее в полумраке — светило ярче всех.