Новая Эра. Книга 1

Архангелы вернулись в Лилию через неделю после выхода из Миднайта. Не было ни облегчения, ни радости. Только ощущение, будто они вынырнули из глубины, где давление ломает кости, и воздух здесь казался слишком лёгким, почти фальшивым. Они шли быстро, почти без остановок. Демоны и монстры попадались часто — слишком часто для мирных территорий, но никто не комментировал это вслух. Все и так чувствовали: что-то сместилось. Город встретил их привычным шумом, запахами еды, криками торговцев. Жизнь шла, будто ничего не произошло. И от этого становилось только хуже. Они не задержались. Прямо с дороги — в Башню. В Центральной Башне их уже ждали. Но не Гилберт. Это заметили сразу. Даже не словами — пустотой. Его место было занято, документы лежали иначе, аура кабинета была чужой. Вместо него стоял Эвон, его заместитель. Спокойный, собранный, слишком напряжённый для человека, который «просто передаёт дела». — Вы вернулись, — сказал он, глядя на них внимательно. — Проходите. Первый Паладин уже здесь. Мамору ждал в глубине зала. — Садитесь, — сказал он коротко. Елена говорила. Спокойно. Чётко. Без украшений. Про караван. Про Миднайт. Про спокойствие, которое пугало больше хаоса. Про Марабаса. Про Барбатоса и Паймона. Про давление, от которого гнулись даже демоны. Про появление Короля Демонов. Она не сказала ни слова о том, что именно сказал Люцифер. Мамору слушал молча. Ни разу не перебил. Лишь иногда его пальцы сжимались сильнее, чем нужно. Когда она закончила, в зале повисла тишина. — Он отступил, — наконец сказал Мамору. — Когда перестал чувствовать ваши ауры. Это прозвучало не как облегчение. Как приговор. — Значит, мы были ему нужны, — тихо сказал Михаил. Мамору кивнул. — Да. И это хуже, чем если бы он хотел вас убить. Эвон напрягся, но промолчал. — Король Демонов не действует импульсивно, — продолжил Мамору. — Если он вышел сам — значит, этап начался. И раз он ушёл, не добив… значит, вы — часть следующего шага. Елена сжала пальцы, но лицо осталось спокойным. — Где Гилберт? — спросила она. Мамору посмотрел прямо на неё. — Уже там, — сказал он. — У моря. Это слово прозвучало слишком тяжело. — Демоны прорвались, — продолжил он. — Не через стены. Через воду. Мы пока не знаем как. Караван уже готов. Отряды собираются. Гилберт возглавляет операцию на месте. — Значит, времени нет, — сказала Карина. — Нет, — подтвердил Мамору. — И я не буду вам лгать. Это задание опаснее предыдущего. Потому что мы не понимаем источник. — Скверна? — спросил Сяонай. Мамору медленно кивнул. — Есть признаки. В комнате стало холоднее. — Тогда город может пасть, — сказала Сьюзен. — Не один, — тихо добавил Мамору. — Если мы ошибёмся. Он поднялся. — Я не имею права вас удерживать. Но и не могу не послать. Вы — единственные белые ранги поблизости. И вы уже видели то, что другим пока неизвестно. Он посмотрел на Елену особенно внимательно. — Выступайте немедленно. Отдых — по дороге. Архангелы поднялись почти одновременно. Никто не возражал. Никто не задавал лишних вопросов. Когда они выходили, Мамору сказал уже тише, почти не для всех: — Если встретите то, чего не сможете победить… — …выживите, — закончила за него Елена. — Мы уже это поняли. Он кивнул и впервые за весь разговор в его взгляде мелькнуло нечто похожее на тревогу. Они выступили в тот же день. Без церемоний, без долгих сборов. Караван уже ждал у внешних ворот, смешанный: отряды уничтожения демонов, наёмники, храмовые бойцы, разведчики. Архангелы выделялись сразу — не формой, не оружием, а тем, как на них смотрели. С уважением. С надеждой. С тем самым взглядом, который люди бросают тем, кого отправляют туда, откуда могут не вернуться. Большинство отрядов были ниже их по рангу. Фиолетовые. Начальный чёрный. Пара синих. Белых, кроме Архангелов, не было. Это говорило само за себя. Дорога к побережью шла через лес. Лес этот когда-то был обычным: торговые тропы, охотничьи угодья, редкие поселения. Сейчас он выглядел иначе. Деревья стояли слишком плотно, кроны переплетались, будто пытаясь закрыть небо. Воздух был тяжёлым, влажным, и в нём чувствовалось что-то чуждое — не запах, не мана, а напряжение, как перед грозой. Лагерь разбили ближе к вечеру. Командиры других отрядов быстро распределяли посты, выставляли охрану, проверяли периметр. Архангелы держались отдельно — не из высокомерия, а по молчаливому согласию всех вокруг. Им нужно было поговорить. Они отошли глубже в лес, туда, где шум лагеря уже не доносился. Ланселот поднял лапу, и тени вокруг сомкнулись, глуша звуки, запахи, даже слабые колебания маны. Барьер был не силовым — пустотным. За его пределами не существовало ничего, что можно было бы услышать. — Мне это не нравится, — первой сказала Елена. Не как командир. Как человек. — Демоны не прорываются через море просто так, — продолжил Михаил. — Это не их стиль. Слишком… затратный. — И слишком открытый, — добавила Абель. — Они бы десять раз подумали, прежде чем лезть туда, где их сразу заметят. — Если только им не всё равно, заметят их или нет, — тихо сказала Сьюзен. Карина скрестила руки. — Или если это не «они», — сказала она. — А то, что идёт следом за ними. Абель нахмурилась. — Ты о чём? — О скверне, — ответила Карина без колебаний. — В хрониках Храма Смерти есть упоминания. Демоны иногда не источник, а следствие. Там, где долго копится скверна, они появляются сами. Как падальщики. Или как катализатор. — Скверна подпитывает демонов, — подхватил Сяонай. — И ослабляет всё живое. Людей, зверей, землю. — Если она вышла к морю… — начала Сьюзен и замолчала. — …то она могла распространяться годами, — закончил Михаил. — Незаметно. Через воду, через трупы, через войны. Наступила тишина. — Мой свет может очищать, — сказала Елена. — Но радиус ограничен. И если источник большой… одного меня не хватит. — Значит, сначала демоны, — сказал Исаму. — Быстро. Жёстко. Без жалости. А потом уже будем думать о большем. — Ты уверен? — спросила Карина. — Нет, — честно ответил он. — Но сидеть и ждать мы тоже не можем. Елена посмотрела на каждого по очереди. — Если там действительно скверна… это не бой. Это зачистка. И цена будет выше, чем обычно. — Мы готовы, — сказал Михаил. — Всегда были, — добавила Абель. Ланселот тихо зарычал, будто подтверждая. Елена кивнула. — Тогда возвращаемся. Держим глаза открытыми. И если что-то пойдёт не так… — она сделала паузу. — Мы прикрываем друг друга. Всегда. Ланселот опустил барьер. И именно в этот момент лес взорвался криком. Не одним — десятками. Человеческими. И не совсем. Крики были рваными, полными боли и ужаса, будто кто-то умирал медленно, осознавая это. Где-то впереди, со стороны лагеря, вспыхнула мана. Потом ещё одна. Потом — глухой удар, от которого задрожала земля.