Зимняя пора

*Коридоры королевской резиденции были наполнены мягким золотым светом от факелов. При её появлении солдаты выпрямились и склонили головы. Её уважали… и боялись. Перед большими дубовыми дверями тронного зала стояли стражники. — Леди Мария Вестерлин… Его Высочество ждёт вас, — произнёс один из них. — Надеюсь, он ждал недолго, — холодно ответила она и вошла. Кабинет был почти пуст. Лишь один человек стоял у огромного окна, залитого светом зимнего солнца. Люциан Морнстейн. Светлые волосы — словно золото. Спина прямая, взгляд спокойный. Он услышал её шаги — но не обернулся. Только сказал: — Ты пришла быстрее, чем я ожидал. Мария не изменилась в лице. Она остановилась на расстоянии пяти шагов. — Я не привыкла заставлять себя ждать, Ваше Высочество. Он наконец обернулся. Голубые глаза встретились с её аметистовыми. Некоторое время они просто смотрели друг на друга. И в этом взгляде было слишком многое — вызов, интерес… и игра. — Значит, ты получила моё письмо, — произнёс принц. — Если вы называете предложение брака простым письмом… тогда да, получила. Он тихо усмехнулся. Но его взгляд стал внимательным, изучающим. — Я наблюдаю за тобой два года, Мария. Ты — умнее, чем большинство придворных. Именно поэтому именно тебя я и выбрал. — Выбрали? — холодно повторила она. — Как выбирают оружие… или стратегию? — Разве это плохо? — Люциан сделал шаг ближе. — Иногда правильный союз важнее любых чувств. Мария едва подняла бровь. На её губах появилось лёгкое — опасное — подобие улыбки. — Тогда позвольте спросить… какой союзник вам нужен? Жена? Генерал? Или просто удобная пешка на шахматной доске? Принц остановился в двух шагах от неё. И впервые — его голос стал тише. — Пешки… не смотрят мне прямо в глаза. Он приблизился слишком близко… — И не задают таких вопросов. В груди у Марии что-то дрогнуло. На секунду. Но она тут же взяла себя в руки. — Значит, у вас есть цель, — сказала она спокойно. — Какова она? Люциан смотрел прямо на неё. — В моём будущем… ты — рядом со мной. Мария ничего не ответила. Но в её мыслях мелькнуло только одно: «Это не часть оригинального сюжета. Он начал меняться.» —Я уже говорила вам, этому браку не бывать! Мне нравится совсем другой человек, и это точно не вы, — сухо произнесла она, едва сдерживая раздражение. Он прищурил глаза, в уголках которых мелькнула насмешливая улыбка, и протянул хищным, почти ленивым голосом: — Как я уже сказал, какая разница? Чувствам нет места там, где цель выгодна обеим сторонам. Мария проигнорировала его замечание и, скрестив руки, сказала: — На роль вашей супруги куда лучше подходит дочь Священного рода де Лиорель — госпожа Селена. От упоминания этого имени внутри неё что-то болезненно кольнуло. И в сознании всплыл оригинальный сюжет — тот самый, который она помнила слишком ясно. По оригинальной истории, на королевском балу, организованном в честь предотвращения войны с соседним государством, присутствовали герцоги четырёх земель, отвечающие за защиту границ, а также значимые аристократы королевства. Среди них была и молодая Мария Вестерлин, двадцатидвухлетняя дочь герцога Севера, прибывшая с отцом-генералом Вестерлином. Там она впервые оказалась под вниманием короля Аредреана Морнстейна. Он пристально следил за каждым её движением, будто изучая. И именно он, а не наследный принц, сделал первый шаг. Он заметил её, выбрал — и объявил, что Мария станет женой его сына, наследного принца Люциана Морнстейна. (Разумеется, у короля был скрытый мотив, но тогда никто его не понимал. Ведь для укрепления власти и расширения территории, власти нужны сильный пешки). Через месяц после этого заявления состоялась помолвка Марии и Люциана, а затем — быстрая свадьба. Для всех вокруг они выглядели гармоничной, влюблённой парой — но это была лишь красивая маска для дворцовой публики. Через год король Аредреан внезапно скончался. На трон взошёл его наследник — принц нынче король Люциан Морнстейн, теперь законный супруг Марии. В следующие два с половиной года Люциан укреплял власть внутри и за пределами страны. Северное герцогство и Священный род были его главными союзниками. И именно тогда он встретил Селену де Лиорель — наследницу Священного рода. Он влюбился в неё глубоко и безрассудно. Брак с Марией был для него обременительным и без капли тёплых чувств. Он не любил её. Она тоже не любила его — но при этом Мария честно выполняла обязанности королевы и поддерживала короля во всём, заботясь о государстве. Когда власть Люциана укрепилась, он решил избавиться от своей жены. Он разработал жестокий план: Обвинить Марию и её род — Север — в государственной измене и попытке переворота. Так он собирался очистить себе путь к счастливой жизни с Селеной. По оригинальному сюжету он казнил Марию и полностью уничтожил Северное герцогство. Каждый раз, вспоминая это, Мария вздрагивала. Презрение, смешанное с яростью — с таким холодным и острым желанием мести (даже если не оригинальный персонаж этой истории), что она едва могла дышать. Она поклялась себе: Если Люциан снова попытается разрушить её жизнь —Она первой разрушит его. Её мысли резким толчком прервал голос, раздавшийся прямо у самого уха. Она вздрогнула и повернулась — перед ней стоял нынешний наследный принц, тот самый, кто настойчиво добивался этого брака. Мария медленно подняла свои аметистовые глаза и встретилась с его взглядом — глубоким, цвета морской глади. Он рассматривал её с живым, почти детским любопытством, будто перед ним оказалась новая, необычная игрушка. Но её решение было твёрдым, как сталь, гора непоколебимым. Она слегка разомкнула тонкие губы и уверенно произнесла: — Ваше Высочество, моё мнение остаётся неизменным. Человек, которого я люблю — мой помощник Кей Ривелл. Я хочу жить спокойно и счастливо с ним. Дворцовые интриги — не то, чего я желаю. Но если вам когда-либо понадобится помощь Севера, я всегда готова поддержать вас. Произнеся это, Мария внимательно следила за реакцией принца — и одновременно мысленно извинялась перед Кеем за то, что втянула его в свои проблемы и использовала в качестве щита. Принц замер. Её слова, неожиданно прямые и честные, будто на мгновение лишили его дыхания. Спустя несколько секунд он всё же пришёл в себя. Взглянув на Марию ещё раз, резко отвёл глаза в сторону, так и не удостоив её ответом. Мария тихо выдохнула и, не дождавшись реакции, автоматически сказала: — Если вопросов больше нет, и мы прояснили ситуацию… могу я откланяться? Слова повисли в воздухе. Он снова повернулся к ней — на лице появилась та самая мягкая, почти безмятежная улыбка. — Ступай. Береги себя. — Благодарю, Ваше Высочество. Надеюсь, мы больше не встретимся. С этими словами Мария легко толкнула тяжёлую дверь и вышла из кабинета. В коридоре её шаги эхом отдались за массивной деревянной створкой — ровные, уверенные, спокойные. Люциан слушал этот звук. И только когда он стих, тихо произнёс, будто обращаясь в пустоту: — Ты холодна и бессердечна ко мне… И именно в этом весь твой шарм. Очаровашка. Он даже не осознавал, что тянулся к ней всё сильнее, несмотря на то что она сама старательно избегала его, держась отстранённо и холодно. Его привлекали её независимость, прямота и особая, сдержанная красота, от которой невозможно было отвести взгляд. И каждый раз, возвращаясь мыслями к той самой встрече десятилетней давности, он невольно расплывался в искренней, яркой улыбке — ведь именно тогда она, сама того не желая, оставила в его жизни след, который он так и не смог забыть.