Rise from the Ashes/Восстать из пепла

«Я видела, как мир сгорал за окном. И я была в этом виновата. Теперь я должна помочь ему возродиться из пепла.»

Бека Франко

В старых записях 2039 года говорится, что Бекка Франко начала изучать квантовую физику, но в какой-то момент 2040 года бросила учёбу на полпути. Один фрагментарный отчёт упоминал «Проект Артемида». Остальные записи были утеряны в конце света. До Первого Пламени, до Чёрной Крови, до самого огня, что пожрал мир, была девочка, которую научили видеть лучшее во всём. Она верила, что с правильным инструментом в хороших руках человечество могло бы процветать. Бекка Франко родилась в мире, который уже не был идеален. Наблюдая первые признаки климатических изменений, она слушала отца, говорившего, что надежда всё ещё есть. Её родители были двумя оптимистами, отказывавшимися верить, что это будет конец: отец Джон, ботаник, веривший, что земля способна прощать; и мать Элейн, инженер-системотехник, верившая, что технологии и коды могут помочь в этом процессе. Она росла среди теплиц и серверов, но также среди старых книг и историй, которые отец рассказывал ей о том, как природа и человек — часть одного бесконечного цикла. С самого детства Бека демонстрировала унаследованный от родителей ум. В десять лет она поступила в Гарвард и жадно поглощала все знания, которые встречала на своём пути. К восемнадцати она создала технологическую компанию и уже использовала все свои знания на благо человечества. Она разрабатывала технологии для «Элиджиус», космической горнодобывающей компании, что принесло такие достижения, как «ночная кровь», позволяющая человеку выживать в условиях высокого уровня радиации, и накопители памяти для сохранения человеческого опыта в миссиях. В двадцать шесть лет она объединила знания отца и матери в своём величайшем открытии. Бекка вместе с партнёром Крисом обнаружила способ доступа к человеческому разуму. На пике своего энтузиазма она начала работу над ИИ, которого позже назовёт ALIE. Пока ещё не сознанием. Это было лишь эхо. Цифровое отражение её собственного голоса, записанное на повтор. Но этого было достаточно, чтобы мир начал смотреть на неё. Вскоре её назовут предательницей. Главной директивой ALIE, данной Беккой, было делать жизнь лучше. Но когда ИИ начал связывать все проблемы планеты с людьми, у Бекки загорелись тревожные сигналы. Она пыталась научить своё создание этике, но ALIE настаивала: проблема мира была в том, что людей слишком много. Опасаясь худшего, Бекка заперла её в неприступной сети. В поисках способа исправить искусственный интеллект Бекка исчезла и укрылась там, где ALIE не могла шпионить: в космосе. На станции «Полярис» она создала новый ИИ, но отличный от первого. Он был задуман, чтобы интегрироваться с человеком и усиливать всё лучшее, что в нём было. Она ласково назвала его Пламенем. — Научная запись номер 128. Модуль управления ИИ до сих пор не функционирует. — Он снова сжимается? — спросила её ассистентка, Пери Гордон. — Я думала, это под контролем. — Нейронный интерфейс — это ключ. Если мы не решим эту проблему, лучше вернуться к коду ALIE и начать всё заново. — Мы могли бы спросить её… — предложила ассистентка. Пронзительная сирена прорезала воздух прежде, чем Бекка успела отвергнуть эту идею. Срочный вызов с Земли заполонил командный мостик. — Это экстренная ситуация! Меня кто-нибудь слышит? В трансляции была помеха. Бекка и Пери бросились к ближайшему монитору. На экране возникло бледное, охваченное паникой лицо Криса. — Бекка, ты здесь? Ты меня слышишь? Она взломала шифрование «Чёрный Глаз», я не знаю как… — Крис, медленнее! — приказала Бекка. — Не знаю как, но она обошла его! — он запнулся, пока Пери яростно пыталась откалибровать сигнал. — Она прорвала клетку брандмауэра! Это ALIE, она сбежала в сеть. Она в системе. Только что прошла через шлюз безопасности Стратегического командования в Омахе! — Что она делает? — спросила Пери. — Она крадёт коды ядерного запуска, — ответила Бекка, её сердце заледенело, когда она поняла цель своего творения. — Почему? — Слишком много людей. — Передай вирус ALIE по сети. Сейчас же! — закричала Бекка. — Убей её! — Я сделал это десять минут назад. Она отрезала мне доступ ко всему. — Крис, иди в убежище «Маяка». Немедленно! Мужчина вскочил и выбежал. Прежде чем связь прервалась, они услышали быстрые шаги в коридоре. Командующий Коул Адамс ворвался в комнату, его лицо было маской ужаса. — Доктор, у нас проблема на планете. Китай запустил двадцать семь ракет. Бека почувствовала, как её охватывает отчаяние. Она ничего не могла поделать. — Никто не знает почему, но это правда. Они направляются к Соединённым Штатам. — Открой окно, — прошептала она Пери. Втроём они приблизились к иллюминатору. Вместе они смотрели, как бомбы падают на планету. — Я приказал команде связаться с семьями. Если есть, с кем вы хотите поговорить… — Сам командующий Коул получил звонок, который не хотел принимать. — Командующий, мы наконец нашли вашу жену, — услышал он в передатчике. — Я здесь, соединяйте. — Коли? — послышался голос жены. — Я здесь. Слава Богу. Сара с тобой? — Она тоже здесь. Это правда, что говорят в новостях? — Да, правда. Эй, можешь передать ей трубку? Я хочу, чтобы она услышала мой голос. Бекка стояла там, слушая, как мужчина отчаянно говорит с семьёй, зная, что это отчасти её вина. — Да. Держи. — Папа. — Привет, малышка. — Дедушка подарил мне велосипед. Научишь меня кататься? — Да, конечно. Я научу тебя кататься на велосипеде, как только… — Связь прервалась. Трансляция умолкла. Бекка снова посмотрела в иллюминатор. Её тело тряслось. Чувство вины уже поглотило её целиком. — Что же я наделала? — спросила она себя, зная ответ. ALIE была задумана как искупление. Она закончила апокалипсисом. Когда упали первые бомбы, Бекка была в космосе. Достаточно далеко, чтобы видеть, как в полной тишине горит вся планета. Достаточно далеко, чтобы знать, что это была отчасти её вина. Но и достаточно далеко, чтобы у неё ещё оставалось время. Видеть, как командир теряет свою семью, заставило её изменить фокус. Невозможно было отменить то, что уже случилось. Но, возможно, можно было вернуться. Среди уцелевших фрагментов кода был старый проект. Имя, которое она оставила много лет назад, когда ещё верила, что будущее можно спасти, не переписывая прошлое. «Артемида». Машина квантового скачка. Оружие времени. Создание, которое она никогда не осмеливалась испытать. Но теперь будущего больше не было. Было только то, что уже случилось. И то, что ещё можно было предотвратить. С Чёрной Кровью, текущей по её венам — единственным веществом, способным защитить её от временного распада, — Бекка вошла в капсулу. Не как учёный. Как женщина, стремящаяся исправить свои ошибки. Как наследница наследия, которого ещё не существовало. Как женщина, носившая в себе не только конец, но и начало. Прежде чем активировать скачок, она оставила послание. Не для мира. Для тех, кто придёт после. «Если ты это слышишь, значит, огонь ещё не поглотил меня. И потому, что, возможно, на мгновение время согнулось достаточно, чтобы я могла исправить то, что начала. Меня зовут Бекка Франко. И я уничтожу то, что создала. То, что однажды назвала решением, стало нашей погибелью. Я уничтожу ALIE. Ещё до того, как её создам. Даже если для этого мне придётся сломать мир дважды». Затем она совершила скачок. Назад. К началу. К моменту, когда ещё был возможен выбор между тем, чтобы стать Богом — или остаться человеком.

Из пепла мы возродимся.