Дух Похмелья

      Следующим вечером праздничная попойка продолжилась. Все посетители таверны, разгорячённые от напитков, танцевали и пели. Даже Ферн смягчила свою обычную сдержанность и поманила Старка за собой в пляс. Фрирен постукивала по кружке с элем в такт песне и подпевала. Зайн, выкуривая не первую за день сигарету, понуро сидел за столом. Всё из-за этого проклятого призрака: не появись он тогда, не было бы сейчас этих тягостных раздумий и сомнений.       — Тебе понравился мой подарок?       — Да, заклинание по очистке мандаринов сейчас очень нужная вещь. Хочешь, и тебе почищу?       И, получив утвердительный ответ, в воздух взметнулись три мандарина, шкурки которых, извиваясь, словно змеи, плавно ложились на стол. Зайну тоже пришёлся по вкусу её подарок: несколько кисетов с табаком.       — Скажи, Фрирен, тебе приходилось общаться с духами или призраками?       — Нет, для этого нужны определённые способности, которыми я не обладаю.       — А природные духи правда существуют, или всё это людские выдумки?        — Существуют. Однако они очень неприметны, не так-то легко их увидеть или услышать. Очень редко, когда случается какая-нибудь беда, они могут выходить к жилым поселениям: к людям, к дворфам, к эльфам неважно кто попадётся поблизости. В этом духи похожи на животных. Люди в основном пугаются и всеми силами стремятся отвести их от своих селений. Для них беда — сам дух, а не то, почему он к ним пришёл.       — А если бы я сказал, что вчера меня посетил Дух Новогоднего Похмелья?       — Я бы нисколько не удивилась этому.       — Он сказал мне, что где-то в лесах орудует Дух Зимы, замораживающий всё и вся без разбору.       Фрирен тяжело вздохнула, и встала из-за стола, всем своим понурым видом слов говоря: «даже в праздник в тепле побыть нельзя».       — Идём, покажешь дорогу.       — Не всё так просто. Я не могу слышать призрака, если я не в состоянии похмелья. Искать Духа Зимы сейчас всё равно что иголку в стоге сена. Можно, но толку-то? Вчера я прогнал призрака, так и не дав договорить.       Хозяйка подала им ещё по кружке эля и яблочный пирог, приправленный корицей.       — Помню, когда я был маленьким, к нам в деревню приехали бродячие артисты, — хмелея всё больше с каждым следующим глотком, поведал Зайн. — Уж не знаю, откуда они приехали и на чьих легендах основывали свои выступления, потому что все их постановки были для нас новизной. Они разыгрывали истории с помощью кукол, которыми управляли при помощи нитей. Все куклы были красивыми, кроме одной, той, которой играли Крампуса, злого духа. Она была в виде человекоподобного козла с тёмно-серой шерстью. На кукле были бутафорские цепи, но гремели они не хуже настоящих, а ещё с шеи свисало много колокольчиков. Актёр, управлявший этой куклой, умел делать настолько неестественный, замогильный голос, что когда публика слышала его реплики, у всех сердце и дыхание замирало. Да и у меня тоже, хотя я никогда не был пугливым ребёнком. В той истории Крампус похищал непослушных детей и запекал их себе на ужин. А к послушным детям приезжал добрый зимний дух по имени Святой Джэвни… Джэиви… — попытался он произнести длинное имя, но язык слишком сильно заплетался.       — Ты имеешь ввиду Джэвинволькера?       — Да. Эти артисты угощали нас чем-нибудь сладким, обычно фруктами в карамели. И так несколько зим подряд они навещали нашу деревню, а потом словно пропали — их больше я ни разу не увидел.       — Крампус из этой истории мог существовать по-настоящему. В недавнем прошлом было довольно много селений, где демоны-людоеды похищали детей. Любой из них мог стать прототипом Крампусу, — задумчиво говорила Фрирен, заглядываясь на мелькающие силуэты танцующих людей.       Музыканты старались на славу: музыка в таверне не утихала ни на мгновение. И каждая мелодия была настолько ритмичной, что ноги сами тянулись в пляс, словно не музыка, а магические чары влекли их.       — Помнится, на балу лорда Ордена я хотел с тобой станцевать, но ты отказалась. А сейчас ты так заглядываешься на лихие кабацкие танцы.       Фрирен смерила его нерешительным взглядом.       — Идём, — подавая ей руку, настаивал Зайн. — Не годится в праздники засматриваться на чужое веселье и понуро сидеть самому.       — У меня сейчас не получится ровно двигаться, — посетовала Фрирен.       — Глянь на них — сейчас ни у кого не получается плавных движений. Тем не менее, все танцуют.       Фрирен была удивительно гибкой в танце. Та, которая большую часть жизни провела в битвах и уединённо проживала в лесу, сейчас уверенно вела и кружила в танце. И где только она успела научиться этому? Её движения выглядели завораживающе, просто глаз не отвести. Правда, причёска не выдержала танца: в очередной раз, когда эльфийка мотыльнула головой, гребень, удерживавший сложную конструкцию белоснежных волос, выпал на пол. Вот так за мгновение разрушились многочасовые старания Ферн.

***

      — Вот мы и снова встретились с тобою, — заговорил Призрак Новогоднего Похмелья.       — Да, именно для этого я и напился вчера. Выкладывай, где искать Духа Зимы.       — Другой разговор! Прошлой ночью он заморозил селение на северо-востоке отсюда. Мимо пройти будет сложно: все дома с горкой покрыты снегом, да так что ни крыш, ни стен за его толщею не видно. Сам же Дух пытается принять форму, схожую с человеческой.       Получив информацию, было решено времени даром не терять. Напившись огуречного рассола, они позавтракали яичницей с беконом и отправились в путь. Проторенные тропинки в толще снегов нередко заводили их в тупик. Холодный ветер подталкивал их всё дальше и дальше.       — До сих пор не могу поверить, что госпожа Фрирен повелась на Духа Новогоднего Похмелья!       — В нашем мире много странных существ, Ферн.       — Огромная воронка из снежинок относится к их числу? — Спросил Старк. Обернувшись, они увидели угрожающе нависающую тучу снега. Шквальный ветер пытался снести их с ног, но команда героев, опираясь друг на друга, устояла.       — Я была уверена, что это демон, мимикрировавший под природного духа, но я не могу почувствовать ману.       — Потому что это — настоящий Дух Зимы, — ответил Зайн. — Я сам узнал про него лишь то, что рассказал мне призрак. Попытайтесь отвлечь его, мне нужно немного времени на подготовку заклинания.       «Как отвлечь того, у кого нет тела и органов чувств?» — подумал каждый в отдельности.       — Эй, Дух Зимы, попробуй, заморозь меня, если сможешь! — крикнул ему Старк.       Существо сбило его с ног потоком ледяного ветра со снежинками. Ферн развеяла этот поток и приняла на себя следующие удары. Старк пытался отвлекать внимание и на себя тоже, но секира была ужасно неудобна перед противником такого вида: рубить ветер и снежинки всё равно, что высечь море, как сделал один легендарный правитель. Ферн рассеяла кокон из снега, сплетённый вокруг неё.       — Уверен, что это поможет? — Пыталась перекричать вой ветра Фрирен.       — Нет. Разве бывало по-другому?       Фрирен подняла в воздух узелок, в котором находились: сетка мандаринов, банка маринованных огурцов, бутыль эля, и запечённая голова поросёнка с яблоком в пасти. Как только вязанка оказалась в центре снежной воронки, заклинание Зайна скрутило снежный вихрь из воронки в шар. Дух злобно огрызнулся воем ветра и исчез, развеялся. Снежинки безвольно падали с неба.       Громадные кучи снега рассыпались, словно пропало нечто, что удерживало их. Четверка героев взялась за раскапывание выходов из домов. Люди внутри них хоть и были замёрзшими, но стоило только растопить печь и прогреть дом — пробуждались от магического беспамятства, насланного зимним духом.       — Давненько я с таким не сталкивалась. Природные духи, конечно, не добрые, но и не злые, чтобы идти и настолько целенаправленно выкашивать одно поселение за другим, — отогреваясь у печи, размышляла вслух Фрирен.       — Думаешь, что кто-то специально ввёл духа в состояние безумия?       — Возможно.       — Позвольте отблагодарить вас вкусным ужином, — предложил староста деревни.       В центре стола стоял свежезаколотый поросёнок, и запечённые тушки птиц, холодец, рыбные закуски, а ещё хозяева откупорили бочку пива. Четвёрка героев, отогретая у растопленной печи, присоединилась к праздничному застолью.       А за окном существо с копытами блеяло на ветер.