Летний поклонник

Утро в домике пришло тихо — с мягким светом, пробивающимся сквозь занавески, и шумом волн где-то вдалеке. Минхо проснулся первым. Несколько секунд он просто лежал, не открывая глаз, прислушиваясь к дыханию рядом. Тёплому. Спокойному. Слишком близкому. Когда он всё-таки открыл глаза, понял, почему ему было так тепло. Хан спал, прижавшись к нему всем телом. Его рука обнимала Минхо за талию, а нога была закинута поверх его бедра, будто Минхо его спальная игрушка. Лицом Хан уткнулся ему в грудь, дыхание ровное, почти беззвучное. Минхо осторожно вдохнул, стараясь не шевелиться, чтобы не разбудить Хана раньше времени. Сердце билось медленнее, чем обычно, будто нашло свой ритм именно здесь. Парень поднял руку и, почти не касаясь, провёл пальцами по его волосам. Потом наклонился и легко коснулся губами лба — едва ощутимо. Затем макушки. Потом щеки. Хан во сне тихо выдохнул и чуть сильнее прижался к нему. — М-м… — сонно пробормотал Джи. Минхо улыбнулся и снова коснулся губами его кожи, уже осторожнее, словно проверяя границу. Хан зашевелился, нахмурился, медленно начал просыпаться. Когда сознание после сна вернулось, он замер. Слишком тепло. Слишком близко. Слишком интимно для двух знакомых. Но знакомые они другу, или что-то большее? Хан приоткрыл глаза — и тут же понял, в какой позе он лежит. — Блять… — выдохнул парень , мгновенно краснея. Хан попытался отстраниться, неловко задвигался, стараясь убрать ногу и высвободить руку. — Прости, я… я не хотел… — слова путались, голос был ещё сонным. Но Минхо не отпустил. Он лишь чуть крепче обнял его, удерживая за талию, не давая выскользнуть. — Спокойно, — тихо сказал Хо, почти шёпотом. — Всё нормально. Ты просто спал. — Хан замер, сердце колотилось где-то в горле. — Ты… — Хан не договорил, уткнувшись взглядом в его плечо. — Ты не должен был… — Я знаю, — мягко ответил Минхо. — Но ты сам ко мне прижался. — Это смутило ещё сильнее. Хан попытался снова вырваться, но без особого успеха. — Минхо… отпусти, — пробормотал он, не поднимая глаз. — Отпущу, — пообещал Хо. — Но не потому, что тебе стыдно. А потому, что ты сам так решил. Он чуть ослабил объятия, давая Хану возможность отодвинуться, но всё ещё оставался рядом, слишком близко, чтобы притворяться, что ничего не было. Тишина между ними стала плотной. Хан так и не отодвинулся. Он знал, что должен — разум твердил об этом настойчиво, почти раздражённо, — но тело не слушалось, в шортах становилось теснее. Слишком тепло. Слишком спокойно. Слишком правильно, чтобы разрушать это движение одним неловким шагом назад. Минхо почувствовал что Джи не собирается отстраняться, и его нарастающее возбуждение. Он не торопился. Не давил. Просто позволил тишине между ними растянуться, стать плотной, почти осязаемой. Его дыхание стало чуть глубже, медленнее, и он осторожно придвинул Хана ближе, словно проверяя — не испугается ли тот, не оттолкнёт ли. Хан не оттолкнул. Он лишь чуть сильнее сжал пальцы на ткани его футболки, будто сам не до конца понимал, что делает. Минхо наклонился — медленно, оставляя ему возможность отстраниться в любой момент. Их лица оказались так близко, что дыхание смешалось. Хан видел его глаза — тёмные, внимательные, возбужденные, в них не было спешки. Только вопрос. Ответ пришёл без слов. Минхо коснулся его губ — сначала осторожно, почти пробуя. Поцелуй был медленным, выверенным, словно он проверял каждую реакцию, каждое движение. Хан выдохнул, не отстраняясь, и это стало разрешением. Поцелуй стал глубже. Настойчивее. Минхо не торопился, но в каждом движении чувствовалась сдерживаемая сила. Он перехватил инициативу, мягко прижимая Хана к матрасу, нависая над ним, но не лишая воздуха, не ломая границ. Когда они отстранились всего на пару сантиметров, Минхо посмотрел на него сверху вниз. Хан дышал часто. Глаза потемнели, в них смешались смущение, растерянность и что-то ещё — то, что он сам боялся назвать. — Скажи, если нужно остановиться, — тихо сказал Минхо, и после его слов наступила тишина. Хан первым нарушил тишину. Он отвёл взгляд, словно собираясь с силами, и тихо сказал: — Нам… не стоит. Правда. Слова дались тяжело, но он всё-таки их произнёс. Минхо замер всего на секунду. Этого было достаточно, чтобы Хан понял — его услышали. Без давления, без уговоров. Минхо медленно отстранился, разжимая руки, будто отпускал что-то ценное, но хрупкое. — Хорошо, — так же тихо ответил Хо. — Я понял. Хан почти сразу сел, спустив ноги на пол. Его движения были неловкими, неуверенными — будто тело всё ещё жило своей жизнью, а не слушалось разума. Он поднялся и, не поднимая глаз, направился в ванную. — Я… скоро вернусь, — пробормотал он уже в дверях. Дверь закрылась. Минхо остался один в спальне. Он сел на край кровати, опустив голову и уперевшись локтями в колени. Сердце билось слишком быстро, мысли путались. Хо понимал: Хан сделал выбор, и этот выбор нужно уважать. Но собственное тело не собиралось так же легко подчиняться логике. Минхо медленно выдохнул и почти неслышно прошептал в пустоту: — Прости, бельчонок.. Хо поднялся, достал телефон и, не раздумывая слишком долго, оформил заказ. Завтрак — простой, домашний: омлет с зеленью, тосты с авокадо и сыром, свежие фрукты, кофе и апельсиновый сок. То, что можно приготовить спокойно, не спеша, чтобы руки были заняты делом, а не мыслями. В конце списка он добавил ещё три позиции — без комментариев и оправданий даже для самого себя. Пока из ванной доносился шум воды, Минхо занялся кухней. Разложил продукты, поставил сковороду, включил кофеварку. Движения были уверенными, почти автоматическими. Это помогало держать себя в руках. К тому моменту, когда Хан вышел из ванной — с влажными волосами, в свежей одежде и с чуть покрасневшими щеками, — на столе уже был накрыт завтрак. Тёплый свет из окна заливал кухню, часы показывали немного больше часа дня. Хан остановился на пороге, удивлённо моргнув. — Ты… приготовил? Минхо обернулся и улыбнулся — спокойно, без намёков, так, будто утро началось именно так, как и должно было. — Подумал, что мы оба проголодались, — ответил парень. — И что лучше начать день с чего-нибудь нормального. Хан кивнул и сел за стол, всё ещё избегая прямого взгляда, но уже не так напряжённо, как раньше. Напряжение между ними не исчезло — оно просто изменило форму, стало тише, глубже. Они завтракали почти молча. Хан сидел за столом, обхватив ладонями стакан с апельсиновым соком, и делал маленькие глотки, будто всё ещё не до конца проснулся. Волосы были чуть влажными, пряди спадали на лоб, и Минхо ловил себя на том, что мысленно радуется, ведь план начинал работать. План был прост - подсыпанный порошок в стакан с соком, который начнет действовать через час или больше. Минхо ел медленно, больше наблюдая, чем действительно чувствуя вкус. Каждое движение Хана отзывалось где-то под кожей: как он морщит нос от кислоты сока, как отставляет стакан, как тянется за тостом, задевая его пальцы — случайно, но от этого не менее ощутимо. Хан заметил его взгляд и неловко улыбнулся. — Что? — спросил он. — Ничего, — спокойно ответил Минхо. — Просто… рад, что ты ешь. — но сам понимал что смотрит не из за этого. Хан фыркнул. — Ты говоришь это так, будто я обычно голодаю. — Иногда ты просто забываешь о себе, — пожал плечами Минхо. И в этом не было ни давления, ни намёка. Только правда, от которой Хану стало странно тепло — и немного тревожно. Он допил сок и отставил стакан. — Спасибо за завтрак, — сказал Джи тише. — Правда. Минхо кивнул. Внутри него всё ещё бушевало возбуждение, никуда не исчезнувшее, но он держал его под контролем — сознательно, намеренно. Он знал: в скором времени препарат начнет действовать. — Если ты не против, — сказал Минхо, вставая и убирая тарелки. — Могу я остаться еще ненадолго? Хан вздрогнул от такого вопроса, но подумал почему бы и нет. — Я… да. Наверное. Минхо позволил себе короткую улыбку — не победную, не хищную. Скорее осторожную. Он знал одно: время теперь работало не против него. ***** Когда Минхо закончил убирать кухню, Хан уже сидел в гостиной, ожидая его. Пока Минхо не было, Хан задумался, зачем он согласился, чтобы тот остался, ведь по факту они друг другу никто. Минхо подошёл тихо, почти беззвучно, и наклонился к уху Джи. — Бельчонок, ты чего задумался? — прошептал Хо. Почувствовав горячее дыхание и тихий шёпот возле своего уха, Хан отпрыгнул как от огня. — Ты чего пугаешь?! — переводя дыхание от испуга, прошипел Джи. — Ненормальный! — Успокойся, Хани, я не хотел тебя пугать, — смеясь, говорил Минхо. — Видел бы ты себя… — не переставал парень и всё больше заливался смехом. — Ублюдок! Ещё наглости хватает смеяться с этого?! — Всё, всё, успокойся, белка, — Минхо уже успокоился, но всё ещё улыбался, пуская смешок. — Давай фильм посмотрим? На твой выбор, разумеется, раз я такой плохой. — Да ты не то что плохой, ты… — Хан резко замолчал, вспомнив случай в отеле, когда они с ребятами ездили на море. Он вспомнил его глаза, его гнев — всё из-за того, что Хо не понравилось сказанное им, и был готов убить его. — Какой? — безэмоционально произнёс парень. — Никакой… забудь, — неровно ответил Джи. — Давай посмотрим фантастику? Она тебе нравится? — быстро сменил тему парень. — Можно. Почему бы и нет. Выбрав фильм, оба устроились на диване. Старый диван скрипнул, когда Хан наклонился за пледом. Сначала между ними оставалось расстояние — небольшое, но ощутимое, как линия, которую никто не решался пересечь первым. Минхо сидел, откинувшись на спинку, скрестив руки, будто нарочно удерживая себя. Хан поджал ноги, укрывшись пледом, и смотрел в экран, стараясь сосредоточиться на сюжете. Получалось плохо. Прошло минут двадцать. Дом прогрелся дневным солнцем, воздух стал плотнее. Хану вдруг стало жарко — не резко, а постепенно, словно кто-то медленно подкручивал температуру. Он пошевелился, стянул плед ниже, глубоко вдохнул. Почему-то это не помогло. Низ живота тянуло странно и непривычно — не резко, не болезненно, а навязчиво. Ощущение было знакомым… и от этого только хуже. Хан сглотнул и снова уставился в экран, но картинка расплывалась. Он вспомнил сон. Тёплые руки. Тяжесть чужого тела рядом. Поцелуй, который не заканчивался — только углублялся. От воспоминания по коже пробежала дрожь, и парень понимал, что в штанах становилось теснее от таких мыслей. — Всё нормально? — негромко спросил Минхо, не глядя на него, понимая, что препарат начинает действовать. Хан замер. — Да… просто жарко, — ответил он слишком быстро. Минхо кивнул, не задавая лишних вопросов, но чуть сдвинулся — не касаясь, просто ближе. Этого хватило, чтобы Хан почувствовал тепло его плеча. Прошёл ещё почти час. Фильм давно перестал иметь значение. Хан сидел, сжимая край дивана пальцами. Сердце билось чаще, дыхание стало неглубоким. Он ловил себя на том, что прислушивается не к диалогам на экране, а к дыханию Минхо рядом. Он медленно повернул голову. Минхо уже смотрел на него — не пристально, не хищно, спокойно, выжидающе. — Хан, — сказал он тихо. — Если тебе некомфортно, я могу… — Нет, — перебил Хан и тут же смутился. — Я… просто… мне слишком жарко. Минхо не приблизился. Не дотронулся. Только слегка наклонил голову. — Странно… — парень усмехнулся. — Смотришь так, как будто раздеваешь меня глазами. Хан сглотнул. Его тянуло вперёд — телом, импульсом, желанием быть ближе. Возбуждение нарастало всё сильнее. Минхо медленно протянул руку — остановился в паре сантиметров от его ладони. — Можно? Хан кивнул. Пальцы сомкнулись осторожно — без давления, без спешки. Простое прикосновение, от которого внутри стало ещё жарче, а низ живота требовал всё большего. — Ты весь горячий, Хани, — двигаясь ближе, говорил Хо. — Всё в порядке… пройдёт скоро… — повернув голову в сторону Минхо, Хан невольно задержал взгляд на его губах. Заметив это, Хо понял — время пришло. Он наклонился, давая возможность оттолкнуть его, но Хан решил не медлить. Джи схватил парня за ворот футболки и притянул к себе, вовлекая в поцелуй. От такого действия Минхо на секунду оцепенел, но почти сразу начал отвечать — углубляя поцелуй и беря инициативу на себя. От сильного напора со стороны Минхо Хан невольно прижался ближе к парню, и тот отчётливо почувствовал его возбуждение у своей ноги. — Кому-то было не просто жарко? — Минхо прервал поцелуй, накрывая чужое возбуждение ладонью. Когда Хан почувствовал на себе прикосновение, он судорожно выдохнул, начиная дрожать под сильным телом. — Я могу тебе помочь, Хани~ — Минхо… — вместо ответа Хан снова вцепился в его губы со всей страстью. Это и было ответом. Ловким движением Минхо усадил парня к себе на колени, заставляя того обвить его талию и шею руками, после чего начал вставать. Он направился в сторону спальни, не разрывая поцелуя и крепко удерживая Джи, чтобы тот не свалился по пути. Дойдя до спальни, Минхо закрыл дверь и вместе с Джисоном опустился на кровать. Оторвавшись от поцелуя, он на мгновение задержал взгляд на его лице… — Ты точно уверен? — Заткни свой поганый рот, Ли Минхо! И продолжай, пока я не передумал! Вместо ответа Ли только ухмыльнулся. Поднимаясь с кровати, чтобы взять из сумки лубрикант и презервативы, парень услышал разочарованный вздох — видимо, Джи думал, что ничего не будет. Хан уже хотел встать и уйти в ванную, чтобы исправить свою проблему, но заметил, что Хо идёт обратно, а в его руках то, что им нужно. — Думал, я уйду? — Честно — да, — произнёс Хан, усаживаясь обратно на кровать. — Только… если что, у меня это первый раз… — говорил парень, заливаясь краской. — Не смейся в случае чего… — Бельчонок, не переживай, просто доверься мне, — прошептал в самые губы Ли и, не дождавшись ответа, прильнул к губам напротив. Минхо не стал медлить и начал раздевать парня под собой. Через короткое время возле кровати валялись вещи младшего, а рядом с ними — и вещи старшего. Минхо прожигал своим взглядом всё тело Джи. Наклонившись, Хо принялся целовать каждый участок тела младшего, опускаясь всё ниже и слыша тихие стоны сверху. Через мгновение Хан услышал щелчок открывшегося лубриканта, и его тело напряглось в ожидании. — Хани, расслабься. После слов Минхо Хан почувствовал, как в его колечко мышц проникает один палец, от чего парень зашипел. — Расслабься, больно не будет, Хани~ Когда Минхо понял, что Хан привык, он добавил второй и начал растягивать в манере ножниц. Через время Хана подготавливали уже три пальца, находя простату, отчего парень выгибался дугой, а стоны становились громче. Парень уже был на пике, но почувствовал пустоту внутри себя. Но это было ненадолго — Хан почувствовал, как в него входит на всю длину старший. Боль продлилась всего секунду, смешиваясь с приятным ощущением полноты внутри себя. — Как… узко… — прошипел Минхо, когда полностью вошёл в младшего, давая время привыкнуть к размеру. Когда тело под ним начало расслабляться, Хо начал медленно двигаться внутри Джи. Со временем толчки стали грубее и глубже, Джи вцепился в плечи Минхо как за якорь, отдаваясь ощущениям полностью. — Минхо… пожалуйста… — обвив талию Минхо ногами и притягиваясь к себе ещё ближе и глубже, простонал Джи. Минхо начал двигаться ещё быстрее, слушая полукрики и полустоны младшего под собой, когда Хо попадал по простате. — Я сейчас… сейчас… — Потерпи, Хани, — обвив рукой член младшего, простонал Хо, надрачивая в такт толчкам. — Вместе… Сделав ещё несколько уверенных глубоких и резких толчков, парни достигли кульминации одновременно, пачкая друг друга и простыни. Тело Минхо рухнуло возле Джисона, притягивая его в объятия. — Бельчонок, всё в порядке? — Да… — переводя дыхание, шептал Джисон. — Нужно принять душ… — парень попытался встать, но тело было ватным, и он рухнул обратно. Минхо, заметив это, поднял Хана на руки и понёс в ванную комнату, чтобы смыть с них остатки их возбуждения. ***** Тёплая вода смыла остатки напряжения и усталости. Когда они вернулись в спальню, Минхо молча занялся постелью — снял смятые простыни, аккуратно застелил чистые, разгладил ткань ладонью. Хан наблюдал за этим, лениво кутаясь в плед, и смотря на время. Было уже шесть вечера. — Готово, — тихо сказал Минхо. Они легли рядом. Некоторое время просто молчали, прислушиваясь к вечерней тишине дома. Хан сначала лежал на своей стороне, но через пару минут сам подвинулся ближе, уткнувшись лбом в плечо Минхо. Тот ничего не сказал — лишь обнял его и начал неспешно гладить по волосам и спине. Ровные движения успокаивали. Дыхание Хана постепенно выровнялось, тело расслабилось, и вскоре он заснул. Минхо ещё какое-то время лежал, глядя в потолок и перебирая мягкие пряди волос парня, пока сон не накрыл и его. Прошло неизвестно сколько времени. Тишину разорвал настойчивый звонок телефона. Хан поморщился, нащупал устройство на тумбочке и, стараясь не разбудить Минхо, ответил хриплым после сна голосом: — Алло… — Джи, ты нужен, — быстро заговорил Чан. — Поехали с нами. Надо малого вытащить — опять вляпался. Хан вздохнул, потерев глаза. — Ладно… подъезжай.— назвав адрес, он осторожно выбрался из постели. Минхо уже приоткрыл глаза. — Куда собираешься? — тихо спросил Хо. — Срочно позвали. Нужно помочь, — шёпотом ответил Хан, натягивая одежду. — Я недолго. Присмотри за домом, ладно? Я думаю это не на долго, нам точно стоит обсудить произошедшее. И… постарайся не попадаться на глаза моим друзьям, если вдруг кто появится. Минхо кивнул. — Будь осторожен. Хан коротко улыбнулся, задержался на секунду у двери, словно хотел ещё что-то сказать, но лишь тихо попрощался и вышел. На улице уже ждали Чан и Бин. Машина остановилась у дома, и Хан быстро сел внутрь. Они обменялись короткими словами — и автомобиль тронулся, увозя его в ночь. **** Машина мчалась по шоссе, фары режущими линиями прорезали темноту. Хан сидел на пассажирском сидении, скрестив руки, и с каждой минутой становился всё более напряжённым. За рулём Чан, как всегда, хмуро сосредоточенный, а на заднем сидении Бин сжимал кулаки чуть ли не от нетерпения. — Ты реально думаешь, что Чонин напился так, что умудрился оказаться в соседней области? — тихо пробормотал Хан. — О, да, — усмехнулся Чан, не отводя глаз от дороги. — Этот ребёнок умеет удивлять. Я почти уверен, что он сам не помнит, как туда попал. Бин покачал головой. — И как мы его там найдём? В полицейском участке, конечно, — пробормотал Бин, чуть приподняв бровь. — Надеюсь, это не будет очередная «ночь кошмаров»… Хан сжал руки в кулаки. — Я просто надеюсь, что успеем вовремя, прежде чем кто-то из его родителей узнает. А то опять будут паниковать… И закроют его на год точно.. — Расслабься, Хани, — сказал Чан. — Он всегда умудряется выкрутиться, просто надо правильно действовать. Дорога была долгой. Проезжая деревушки и пустые поля, Хан смотрел на темнеющее небо и вспоминал, как Чонин всегда находил приключения на свой… скажем так, «беззаботный» лоб. — Если он так и «успел» влететь в участок, — пробормотал Бин, — я боюсь даже думать, что там за история. — Мы скоро узнаем, — холодно ответил Чан. — И, надеюсь, у нас будет шанс забрать его до того, как начнётся допрос. Хан глубоко вздохнул, сжимая ремень безопасности, и снова посмотрел на дорогу впереди. Каждое дерево, каждая кочка дороги казались частью его собственного волнения. — Представляю, как он там сидит, — тихо сказал себе Бин. — Пьяный, смущённый, и думаю, уже скучающий по нам… Чан бросил на него быстрый взгляд из-под лобового стекла. — Бин, не начинай его идеализировать. Всё будет как обычно — слегка хаотично, но мы справимся. Машина ускорялась, километры под колесами мелькали быстро, а впереди маячил свет соседнего города. Внутри салона трое парней сидели молча, каждый погружённый в свои мысли, ожидая, как развернётся эта маленькая «полицейская драма» с Чонином. Тусклый свет фар едва освещал дорогу. Чан ехал слишком быстро, пытаясь обогнать машину, и Бин с Ханом напрягались на заднем сидении, когда внезапно на дороге появилась выбоина, скрытая в темноте. — Блять, притормози придурок! — вскрикнул Бин, но было поздно. Колёса ударились о неровность, машина задрожала, потеряла сцепление с дорогой и пошла юзом. — Держитесь! — крикнул Чан. Слышался хруст металла, визг шин и удары по кузову. Машина перевернулась несколько раз, словно игрушка, прежде чем с глухим треском врезалась в дерево и остановилась. Тяжёлое молчание. Пыль и тьма окружали их, смешиваясь с запахом бензина и расколотого стекла. Хан очнулся первым, пытаясь пошевелиться. Всё тело болело. Его голова кружилась, а взгляд метался по искореженному салону. — …Чан? Бин? — с трудом выдавил он, едва различая очертания перевёрнутой машины. — Я… жив… — голос Бина дрожал, он попытался подняться, но застрял между покорёженным сиденьем и дверью. Хан попытался проверить Чана. Старший был в полусознательном состоянии, но дышал, руки дрожали. — Телефоны… — Хан с ужасом понял, что их гаджеты полностью разряжены, как и все электронные приборы в салоне. — Мы… где мы? — пробормотал Бин, осматривая окрестности. Снаружи царила ночь, дорога скрывалась в темноте, а вокруг — только дикая местность, которая больше походила на лес, чем на шоссе. Ни фонарей, ни признаков цивилизации. Только перевёрнутая машина, трещины по стеклам и их собственное тревожное дыхание. Хан поднялся, стараясь не паниковать, хотя сердце билось бешено. — Нужно выбраться отсюда… — сказал он сам себе, пытаясь сосредоточиться. **** Минхо сидел на кровати уже почти пятый час, нервно постукивая пальцами по столу. Сердце колотилось всё быстрее с каждой минутой. Хан. Где он? — Пять часов… — прошептал Минхо сам себе, сжимая телефон. Он уже звонил Хану раз десять и отправил не меньше сообщений, но каждый раз — занято, недоступен или просто нет ответа. Минхо терял терпение. В голове роились тревожные мысли, странные догадки и панические сценарии. Каждый звонок заканчивался одинаково: тишина. — Блять… — пробормотал Минхо, вскакивая с кровати. Он сел, попытался ещё раз набрать номер, но и тут — гудок занятости. Сжав телефон в руке, Минхо понял, что нужно идти на крайний вариант. Его глаза остановились на контакт-листе. Ликс. — Если кто-то и знает, где он… — пробормотал Минхо, нажимая кнопку вызова.— То это ты.. Телефон звонит несколько раз, пока наконец трубку не поднимает Ликс. — Алло? — прозвучал раздражённый голос, полный недоверия. Номер Минхо у него был из за Хана, ради безопасности. Минхо не успел сказать и слова, а Ликс уже хотел положить трубку. — Стой! — резко сказал Минхо. — Это важно! Хан… Джи… он уехал от меня и пропал! — Что? — голос Ликса изменился. Теперь в нём слышалась тревога. Он, конечно, не любил поклонника Джи, но слышать о пропаже друга — совсем другое дело. Минхо быстро пересказывал ситуацию, не умолкая, не замечая, что сам дрожит от волнения. Ликс слушал внимательно, втягивая воздух, и наконец сказал: — Ладно, собираемся. Ничего не будем делать в панике, встретимся и решим, что дальше. — Где? — с надеждой спросил Минхо. — У меня есть идея. Ближайшее кафе рядом со мной. Оно работает круглосуточно. Там спокойно, никто не помешает обсуждать план действий. Минхо кивнул, хотя Ликс этого не видел. Он быстро собрался, напомнив себе, что нельзя терять контроль, пока Хан всё ещё не понятно где. Через двадцать минут Минхо и Ликс уже сидели за столиком, обмениваясь тревожными взглядами и обсуждая варианты. В голове Минхо крутились одни мысли: что если с Ханом что-то случилось? — Нам нужно понять, куда он мог поехать первым делом, — тихо сказал Ликс, делая глоток кофе. — Любое место, куда Хан мог направиться… Минхо сидел за столиком, сжимая кружку кофе так, что пальцы побелели. Он пытался выложить всё как есть, и Ликс слушал, слегка нахмурившись. — Слушай… — начал Минхо. — Всё было нормально… мы просто отдыхали, и… я имею в виду, да, мы переспали.. Я не скрываю, это случилось… но потом ему позвонил Чан. Ликс нахмурился сильнее. — И что он сказал? — строго спросил он. — Он сказал, что что то случилось с мелким вашим. Я не услышал полностью, но потом Хан сказал что он должен срочно ехать куда-то… я не успел ничего понять… и когда я позвонил Хану уже через часа 4 — трубку никто не брал. Я звонил несколько раз, пытался написать, но ответа нет. Ликс резко достал телефон и набрал номер Чана. Несколько гудков… и снова занятость. — Не берет, — пробормотал он. — Думаю, Бин с точно на связи… — сказал Ликс вслух, словно договариваясь с самим собой. Он набрал номер Бина. Снова: тишина. Минхо тяжело вздохнул: — Да… скорее всего, он тоже с ними. — Ладно, — сказал Ликс, сжимая телефон. — Тогда Сынмин. Он, тоже с ними скорее всего, раз они за мелким поехали. Номер был набран, и через пару гудков Сынмин наконец поднял трубку. — Алло? — сказал он тревожным голосом, будто только проснулся. — Сынмин! — срывисто сказал Минхо. — Где Хан? Где Бин и Чан? Ты с ними?! — Слушай… — начал Сынмин, и голос его стал серьезным. — Мелкий… Чонин… попал в ментовку. Парни поехали за ним. Сейчас они все вместе, и… они не выходят на связь, а мелкий все так же в ментуре. Минхо замер. Сердце сжалось от тревоги. — Что? — тихо выдохнул он. — Они… они где? — В другой области, — пояснил Сынмин. — Они просто хотели его забрать и вернуться. Но похоже, что-то с ними случилось. Я звонил каждому, никто не берет. Минхо сжал руки в кулаки. Его пальцы побелели, а дыхание участилось. — Я должен найти свою белочку… — прошептал он сам себе. — Я не могу ждать. Ликс положил руку на плечо Минхо, пытаясь немного успокоить. — Сначала успокойся, — сказал он твердо. — Нужно подождать еще немного, вдруг они выйдут на связь. **** Прошёл день. Потом ещё один. Телефоны всё так же молчали. Ни одного сообщения. Ни звонка. Ни случайного выхода в сеть. Минхо почти не уходил из квартиры. Он спал урывками — если это вообще можно было назвать сном — и каждые десять минут проверял телефон, будто ожидал, что экран сам загорится. Пальцы уже автоматически набирали номер Хана. Недоступен. Хо стиснул зубы и отбросил телефон на стол, и повернулся к Ликсу, который находился у него. — Это уже не смешно… — тихо произнёс он. В это же время у Ликса зазвонил телефон. На экране высветилось имя — мама Джисона. Ликс резко выпрямился и ответил почти сразу. — Алло? В трубке послышалось прерывистое дыхание и всхлипы. — Феликс… — голос женщины дрожал. — Ты не знаешь, где Джисон? Он не отвечает… уже второй день… Я звоню всем, но никто ничего не говорит…—Она явно плакала. Ликс закрыл глаза на секунду, собираясь с мыслями. Он понимал: паника сейчас только всё усложнит. — Тётя, послушайте меня, — мягко сказал парень. — Всё хорошо. Он просто уехал с ребятами по делам. Связь там плохая. Мы уже занимаемся едем за ними, все хорошо! — Правда?.. — тихо спросила она, всё ещё всхлипывая. — Он точно в порядке?.. Ликс сжал телефон крепче. — Да. Я обещаю. Мы его найдём. После разговора Феликс медленно опустил руку и тяжело выдохнул. — Она плачет… — сказал он Минхо. — Родители уже знают, что он пропал. Минхо молча кивнул. Внутри всё сжалось ещё сильнее. Он уже сидел за ноутбуком. — Ждать больше нельзя, — тихо сказал Хо. На экране мелькали записи с дорожных камер. Минхо каким-то образом достал доступ — через знакомых, старые связи родителей, через бизнес — не важно. Сейчас имело значение только одно. Он прокручивал часы записи. Кадр за кадром. Дорога, перекрёстки и заправки. Минхо наклонился ближе к экрану. — Вот… На записи мелькнула знакомая машина Чана. Время — поздний вечер. Камера на выезде из города. Он быстро перемотал дальше, находя следующую камеру. Ещё запись. Машина снова появилась — уже на трассе в сторону соседней области. — Я нашёл направление, — сказал парень, голос стал холодным и собранным. Ликс сразу поднялся. — Значит едем. Минхо захлопнул ноутбук. — Да. Хвати сидеть сложа руки, пока с Ханом и другими неизвестно что. Он схватил ключи. И впервые за два дня его страх за Джи превратился в решимость. — Я скоро буду, белка… — тихо прошептал он. И они вышли из квартиры. Ночь уже опустилась на город, когда машина Минхо выехала на трассу. Фары разрезали темноту, оставляя позади пустые улицы и редкие огни заправок. Ликс сидел рядом, напряжённо сжимая телефон, будто тот мог в любую секунду ожить. Минхо вёл молча. Слишком сосредоточенно. Слишком быстро. — Ты уверен, что это правильное направление? — наконец спросил Ликс. — Камеры не врут, — коротко ответил Минхо. — Последний раз их машину видели на этом участке. Дальше — пусто. Это и пугало больше всего. Чем дальше они ехали, тем реже попадались машины. Асфальт становился темнее, лес по обе стороны дороги — гуще. Казалось, мир вокруг сужался до луча фар. Прошёл почти час. Ликс уже собирался снова что-то сказать, как Минхо резко замедлил ход. — Подожди… Он прищурился, всматриваясь вперёд. На обочине что-то блеснуло в свете фар. Машина остановилась. — Это… — тихо произнёс Ликс. Они вышли одновременно. Ночной воздух был холодным и влажным. Тишина — почти глухой. Только ветер шелестел деревьями. Через несколько шагов сомнений не осталось. Разбитая машина лежала у дерева — перевёрнутая, смятая, стекло рассыпалось по земле мелкими искрами. — Чёрт… — прошептал Ликс. Минхо уже бежал вперёд. Он обошёл машину, заглянул внутрь. Пусто. Ни крови. Ни тел. Ни вещей. Только покорёженный металл. Хо тяжело выдохнул. — Их тут нет. Ликс осмотрелся, светя фонариком телефона. — Следы… — сказал он тихо. На влажной земле виднелись отпечатки обуви. Несколько. Уходили в сторону леса. Минхо присел, рассматривая их. — Они выбрались… — сказал он. — Значит живы. В голосе впервые появилась надежда. Но она быстро сменилась тревогой. — Без телефонов. Ночью. В незнакомом месте… Еще и два дня.. Ликс сглотнул. — Нужно идти за ними. Минхо поднялся и снова посмотрел на тёмный лес. — Да. Парень включил фонарик, направив луч вглубь деревьев. — Они где-то там. И не раздумывая сделал первый шаг вперёд.Ликс пошёл следом. Лес быстро проглотил свет дороги. Фонарики выхватывали из темноты лишь узкие полосы мокрой травы, веток и стволов деревьев. Земля под ногами была рыхлой — местами скользкой, словно недавно прошёл дождь. Минхо шёл первым. Быстро. Почти не останавливаясь. Ликс едва поспевал за ним. — Ты их видишь? — тихо спросил он. — Нет… — ответил Минхо. — Но следы свежие. Они шли уже минут двадцать, когда впереди раздался звук. Хруст ветки. Оба мгновенно замерли. — Кто здесь?! — крикнул Минхо. Тишина. А потом — приглушённый голос: — …Ликс?.. Феликс резко поднял фонарик. — Бин?! Они сорвались с места. Через несколько секунд свет выхватил фигуры между деревьями. Чан сидел, прислонившись к стволу дерева. Лицо в пыли, футболка порвана, на виске запёкшаяся кровь. Рядом стоял Бин, поддерживая его за плечо — злой, уставший, но явно целый. — Вы… — выдохнул Ликс, подбегая. — Вы живы… Чан попытался улыбнуться. — Машину… перевернуло… — хрипло сказал он. — Но мы выбрались. Минхо быстро осмотрел его. — Голова кружится? — Немного. — Значит сотрясение возможно. Надо будет в больницу. Но Минхо уже оглядывался. — Где Хан? Бин нахмурился. — Он был с нами после аварии. Мы пошли искать какую-нибудь деревню… потом разделились — думали так быстрее выйдем. Мы его потеряли минут через двадцать. У Ликса побледнело лицо. — Вы… что сделали?! — Мы не ожидали, что мы заблудимся и лес окажется таким большим! — раздражённо ответил Бин. — Я возвращался искать, но стемнело! Минхо сжал кулаки. На секунду стало опасно тихо. — Сколько времени прошло? — холодно спросил он. — Вчера пропал… — сказал Чан. Минхо отвернулся, глубоко вдохнув. Когда он повернулся обратно — в глазах уже не было паники. Только решимость. — Значит слушайте внимательно. Он говорил спокойно и жёстко: — Вы возвращаетесь к машине.— тараторил Минхо — Ликс остаётся с вами. Я иду искать Хана. — Один?! — резко сказал Ликс. — Быстрее. — Нет, — твёрдо ответил Чан, поднимаясь с трудом. — Мы не делимся снова. Никто больше не теряется. Повисла пауза. Минхо посмотрел на него — долго. И кивнул. — Хорошо. Тогда вместе. Он направил луч фонаря в глубину леса. — Хан где-то там, — указывая пальцем сказал Бин.— он туда уходил. Они пошли дальше — уже вчетвером. Лес становился всё темнее и плотнее. Даже фонарики уже не спасали — свет тонул между стволами деревьев, превращаясь в бледные пятна на мокрой земле. Шаги звучали глухо, ветки цеплялись за одежду. — Хан! — кричал Ликс. Ответа не было. Минхо шёл впереди, внимательно всматриваясь под ноги. — Он не мог уйти далеко… — тихо сказал Чан, держась за Бина. И вдруг Бин остановился. — Тихо. Все замерли. Издалека донёсся звук. Не голос. Не шаги. Треск. Будто что-то тяжёлое ломало ветки. Минхо поднял руку, призывая не шуметь. Луч фонаря медленно скользнул вперёд — и зацепился за движение. В нескольких десятках метров что-то мелькнуло между деревьями. Ликс сглотнул. — Это… не человек. И действительно. Из тени вышло животное — крупное, массивное. Кабан. Дикий, тяжёлый, с тёмной вздыбленной шерстью. Он нервно фыркал, копытами взрыхляя землю. — Хан… — прошептал Бин. В стороне, прижавшись к дереву, стоял Хан. Он не двигался. Не дышал. Только широко раскрытыми глазами смотрел на зверя. Минхо почувствовал, как внутри всё холодеет. Кабан ещё не заметил остальных — он был сосредоточен на Хане. — Не двигайтесь… — прошептал Минхо. Но ветка под ногой Ликса тихо хрустнула. Зверь резко поднял голову и тишина взорвалась рыком. — ЧЁРТ — БЕГИ! — закричал Бин. Хан сорвался с места в ту же секунду. Кабан рванул за ним. Минхо не думал — он побежал следом. — ХАН! ВПРАВО! Хан метнулся между деревьями, тяжело дыша. Земля скользила под ногами, сердце колотилось в ушах. Позади слышался топот и лом веток. Минхо догнал его и резко схватил за руку. — СЮДА! Они свернули к небольшому склону. Минхо буквально толкнул его вверх, помогая вскарабкаться на каменистый выступ. Сам подтянулся следом. Кабан подбежал снизу, злобно фыркнув, но подняться не смог. Некоторое время он кружил, раздражённо рыл землю — и наконец ушёл обратно в темноту. Наступила тишина. Хан осел на камень, пытаясь восстановить дыхание. Минхо повернулся к нему. И в следующий момент резко притянул его в объятия. — Ты в порядке? — голос сорвался, почти шёпотом. — Ты вообще понимаешь, что… Хан всё ещё тяжело дышал. — Я… потерялся… пытался найти ребят..— выдохнул он. — А потом это… Он замолчал. Ликс, Чан и Бин уже подбежали следом. — Ты жив! — Ликс обнял его вторым кольцом рук. — Никогда больше один не пойдешь. — устало сказал Чан. Бин только выдохнул: — Ну и приключение… Минхо всё ещё не отпускал Хана. Лишь когда убедился, что тот действительно цел — медленно разжал руки. Но взгляд оставался напряжённым. — Пошли отсюда, — сказал Хо. — Пока мы не нашли ещё кого-нибудь похуже. Они двинулись обратно — уже вместе. И впервые за эти два дня страх начал отступать. Парни шли обратно через лес медленно. Слишком медленно. Чан держался стойко почти весь путь, но его шаги становились всё тяжелее. Он спотыкался, дышал чаще, и Бин уже почти тащил его на себе. — Ещё немного… — тихо говорил Бин. — Я… в норме… — пробормотал Чан. Он сделал ещё пару шагов — и внезапно обмяк. — ЧАН! — крикнул Ликс. Тело старшего рухнуло на землю. Минхо мгновенно оказался рядом, проверяя пульс. — Есть. Но слабый. Он отключился. — Чёрт… — выдохнул Хан, прижимая ладонь к рассечённой брови. — Поднимаем его, — сказал Минхо. — Быстро. Бин закинул руку Чана себе на плечо, Минхо взял вторую сторону. Ликс освещал путь фонариком, а Хан шёл рядом, несмотря на головокружение. Дорога обратно казалась бесконечной. Каждый шаг отдавался болью — у Бина саднило плечо, у Хана щипало кровь у глаза, но никто не жаловался. Главное — донести Чана. Наконец впереди показалась машина. Они уложили его на заднее сиденье, и Ликс сразу потянулся за аптечкой из багажника. Свет салона включился — резкий, холодный. — Давай по очереди, — сказал Минхо. Ликс осторожно обработал бровь Хана — тот морщился, но молчал. — Терпи… — тихо сказал он. — Да больно блять… — пробормотал Хан. Потом занялись Бином — плечо было усеяно мелкими порезами от веток и стекла. Их промыли, обработали антисептиком и закрыли бинтом. Наконец — Чан. Разбитая губа, кровь у виска. — Это плохо выглядит… — прошептал Ликс. Минхо аккуратно остановил кровь и зафиксировал повязку. — Всё. Больше тут не сделаем. Едем в больницу. Машина мчалась по ночной трассе. Навигатор еле ловил сигнал, но через сорок минут они нашли ближайшую больницу в незнакомом городке. В приёмном отделении врачам хватило одного взгляда. Чана сразу увезли на осмотр. Хана и Бина отправили на обработку ран и перевязки. Минхо и Ликс остались в коридоре. Тишина навалилась резко. И вдруг Ликс поднял голову. — Чонин. Минхо моргнул. — Блять… где он?.. Они переглянулись. — Он всё ещё в участке, — сказал Ликс. — Мин скидывал адрес. Минхо поднялся. — Поехали. **** Полицейский участок оказался небольшим и старым. После долгих объяснений и оформления бумаг выяснилось — штраф, административные расходы и оформление выхода. Сумма вышла крупной. Минхо без колебаний оплатил около 30 тысяч. Чонина вывели спустя десять минут — растрёпанного, виноватого и тихого как никогда. Он увидел Ликса и замер. — Я… не хотел… — Потом, — устало сказал Ликс. — Сначала в машину. Чонин заметил Минхо и напрягся. — …это тот сумашедший? Ликс только коротко кивнул. Когда они вернулись в больницу, ночь уже почти закончилась. В палате было тихо. Чан лежал под капельницей — без сознания, но стабилен. Бин сидел на соседней кровати с перевязанным плечом. Хан — рядом, с пластырем над бровью. Когда они вошли, Хан поднял глаза. — Забрали? Ликс подтолкнул Чонина вперёд. Младший виновато опустил голову. — Простите… В палате повисла тишина — тяжёлая, но живая. Все были здесь. Все — целы. Минхо прислонился к стене и впервые за долгое время позволил себе выдохнуть. — Ну… — тихо начал мелкий. — Я правда не хотел, чтобы всё так вышло. Бин вздохнул и устало потёр переносицу. — Начни с того, как вообще вышло. Чонин поёжился. — Мы были на вечеринке… я перебрал… решил поехать домой… потом оказалось, что я уже в соседней области… остановили менты… я не понял что это сотрудники, и начал крыть их матом.. дальше вы знаете. Хан покачал головой. — Ты хоть понимаешь, что мы чуть не… — он осёкся, бросив взгляд на лежащего Чана. Минхо молчал у стены, наблюдая. Ликс скрестил руки. — Ты мог попросить забрать тебя. — Было поздно..— пробормотал Чонин. Тишина снова сгустилась. Бин наконец выдохнул: — Мы перевернулись на трассе. Машину списывать можно. Чан отключился в лесу, Хан с рассечённой бровью. Я весь в стекле. Он посмотрел на младшего. — Это не шутки, мелкий. Чонин побледнел. — Я… не думал… Хан мягче добавил: — Просто в следующий раз — думай. И в этот момент раздался тихий звук. Шорох простыней. Все мгновенно повернулись. Чан нахмурился, едва заметно двинул головой. Его глаза медленно приоткрылись. — …мм… — ЧАН! — сразу подался вперёд Бин. Хан вскочил со стула. — Эй, спокойно, — сказал Минхо, уже рядом с кроватью. Чан моргнул несколько раз, фокусируя взгляд. — Где… мы… — В больнице, — ответил Бин. — Ты решил устроить драматичный выход из леса. Чан попытался улыбнуться — губа тут же заболела. — Удалось? — На все сто, — сказал Хан. Чан оглядел всех — задержался взглядом на Чонине. — Забрали все таки? Чонин шагнул ближе. — Да… и… прости. Чан несколько секунд просто смотрел на него, затем устало вздохнул. — Главное — живой. Пауза. — Все живы? — Все, — подтвердил Минхо. Напряжение, висевшее в комнате всё это время, наконец немного отпустило. Даже Бин расслабился, откинувшись на подушку. Чан прикрыл глаза. — Тогда… потом будем разбираться… Хан тихо усмехнулся: — Да. Сейчас — отдыхай. Палата снова стихла, но теперь тишина была другой — спокойнее. Они прошли через хаос, страх, ночь — и выбрались вместе. Выписали их через часа два. Врачи настояли хотя бы на одной спокойной ночи отдыха — без дороги, без спешки. Возвращаться сразу домой никто не рискнул, поэтому Минхо забронировал номера в ближайшем отеле. Небольшой, простой — но чистый и тихий. Минхо вместе с Ханом был в одном номере, Бин был с Чаном, а Ликс с мелким Номер оказался тёплым, с мягким светом ламп и широкой кроватью. Дверь закрылась — и тишина сразу накрыла их после долгого дня. Хан первым делом бросил сумку на стул и схватился за телефон. Он подключил зарядку и сел на край кровати, ожидая, пока экран оживёт. Через пару секунд он включился. Хан застыл. 132 пропущенных — Минхо 20 — мама — …ахуеть, — выдохнул он.— мне даже матушка меньше чем ты звонила. Минхо ничего не сказал — просто сел рядом, наблюдая. Хан сразу нажал вызов. Ответили почти мгновенно. — Джисон?! — голос матери был напряжённым. — Где ты был?! Хан выпрямился. — Мам, всё нормально… мы просто поехали с друзьями в горы отдохнуть. Там связи почти не было… Пауза. — В горы? — переспросила она недоверчиво. — Да… нужно было отвлечься немного. Я хотел написать, но телефон сел… Она молчала несколько секунд. Слишком долго. — Понятно… — наконец сказала она мягче. — Просто предупреди в следующий раз. — Обязательно. Он улыбнулся, хотя она не видела. — Я дома буду уже завтра, не переживай. — Аккуратнее, Джисон. Звонок закончился. Хан медленно выдохнул и уронил телефон на кровать. — Она что-то подозревает… — тихо сказал парень. — Конечно подозревает, — ответил Минхо спокойно. — Ты исчез на два дня, почти на три. Хан нервно усмехнулся. — Да… Несколько минут они сидели молча. Тишина стала другой — не тревожной, а неловкой. Хан посмотрел на него. — Нам нужно поговорить. Минхо поднял взгляд. — О чем? Хан кивнул. — О том что мы переспали.. и вообще… что дальше. Минхо не отвёл глаза. — Тогда говори. Хан замялся, перебирая пальцами край простыни. — Я не жалею. Ни секунды. Просто… всё произошло быстро. А потом сразу авария, больница… — он тихо вздохнул — и мы даже не обсудили это. Минхо слушал внимательно. — Ты боишься, что это было ошибкой? — спросил он мягко. Хан покачал головой. — Нет. Я боюсь, что мы сделаем вид, будто ничего не было. Пауза. Минхо медленно протянул руку и коснулся его пальцев. — Я не собирался делать вид. Хан поднял глаза. — Тогда что это для тебя? Минхо задумался лишь на секунду. — Это не просто случайность. И не просто ночь. Мне важно то, что между нами было и что будет дальше. Хан слегка улыбнулся. — Мне тоже. Они не спешили дальше говорить. Не спешили определять всё словами. Просто сидели рядом — плечом к плечу — впервые за два дня ощущая, что мир наконец замедлился. И что разговор только начинается.