Мы канем в неизвестность

      Дни стремительно сменяли друг друга. Жизнь в Юньмэне кипела. Лотосы зрели, дети радостно смеялись, а взрослые без устали трудились. Рыбаки возвращались с уловом, торговцы спорили о ценах и качестве, адепты ордена Цзян тренировались, учились и охотились. Никому не было дела до того, что в доме главы Цзян жизнь замерла.       Там двое денно и нощно рылись в книгах о богах и разных верованиях, стащили в покои Цзян Ваньиня столько литературы, что передвигаться становилось всё труднее и труднее. Вместе с этим тот постепенно брался за дела ордена: принимал отчёты, давал распоряжения, решал возникающие вопросы.       Но не это сейчас было главным. Куда важнее было его собственное здоровье. Кости срастались и крепли, но мышцы ослабели за время неподвижности. Каждое движение давалось с трудом. Иногда простая попытка подняться с постели отнимала больше сил, чем когда-то долгий бой.       Лань Ванцзи, окончательно вставший на ноги, это понимал и помогал ему делать первые шаги, поддерживал на трудном пути восстановления. И когда у Цзян Ваньиня стало получаться всё лучше и лучше, в один из дней предложил:       — Не хочешь пройтись? Снаружи.       — Там могут быть люди. Не хочу себя показать перед ними слабым.       — Это ведь твои люди, они всё поймут. Но если не хочешь, давай ночью?       — Ночью будет лучше. Я правда не хочу представать перед лицами адептов таким.       — Будь по-твоему. — Лань Ванцзи поцеловал его в лоб. — Тогда сейчас время отдыхать.       — Ты можешь быть свободен до ночи. А ночью я буду ждать тебя здесь.