Unpunishable

Март 2004 г. Впервые имя Эндрю Миньярда он услышал от Кевина. «Я нашел нам пятого», — прошептал Кевин с французским акцентом. Они втроем отодвинулись от остальных, хотя Кевин и Жан официально дебютировали в качестве «Воронов» две недели назад. Рико не было рядом, его позвал Тэцудзи, и его еще долго не будет. Их отсутствие было единственной причиной, по которой Кевин рискнул сказать что-то неуместное. Натаниэль скептически поднял бровь, в то время как Жан продолжал пытаться усидеть в неудобном ему положении, чувствуя боль от свежих синяков, выглядя совершенно равнодушно. Сомнение витало в воздухе. Рико и Кевин годами одержимо искали своего «пятого». На прослушивания приводили множество претендентов, детей, которых переправляли со всего мира, больше похожих на Жана, чем на Натаниэля. Никто не прошел проверку Мастера. Кевин обнял его за плечо и крепко прижал к себе. «Его зовут Эндрю Миньярд. Он будет нашим вратарем». «И?» — спросил Натаниэль, вкладывая в это слово всю накопившуюся за годы насмешку. Жан искоса взглянула на него с предупреждением. Кевин нахмурился. «Хотя бы притворись, что тебе не всё равно». Натаниэлю было не всё равно. Ему было не всё равно на Жана и Кевина, и даже на Рико, когда тот не вёл себя как полный придурок. Ему было не всё равно на Экси и на его победу. Ему было наплевать на провалившийся проект «Свита короля». Провалу не место в Гнезде; все это знали. «Свита короля» был создана для того, чтобы собрать лучшие таланты преступного мира и превратить их в лучших игроков, которых когда-либо видел мир. Но они так и не нашли ни своего посредника, ни своего вратаря. Несколько месяцев назад Натаниэлю исполнилось шестнадцать. Через два года он дебютирует в качестве Ворона. Последний из Свиты короля, кто это сделает. Если бы они нашли кого-нибудь помоложе, то Жан и Кевин вышли бы из состава раньше, чем все успели бы пройти обучение и собраться вместе. А если бы нашли кого-нибудь постарше, то они неизбежно окажутся неуправляемыми. Это был провал – даже если никто, кроме Натаниэля, не осмеливался сказать это вслух. И то только раз. После этого Натаниэль начал ненавидеть Рико. Он не был уверен, когда это прекратится. «Не стоит давать Рико ложные надежды», — сказал он. Кевин сердито посмотрел на него и встал. «Заткнись, третий». Натаниэль повиновался, но не скрыл ухмылки на губах. Потому что он был прав. Даже если Кевин этого не признавал. Кевин решительно удалился в  другую часть комнаты, чтобы размяться.

***

Натаниэль летел обратно в Японию в тот день, когда Рико и Кевин должны были завербовать Миньярда. Он жалел, что рейс не отложили, хотя бы для того, чтобы помочь Рико справиться с гневом, когда Миньярд не оправдает их ожиданий. Ему пришлось бы полагаться на Кевина, что не внушало доверия. Хотя он безоговорочно доверял Кевину на площадке, его заместитель был трусом. Единственным утешением было то, что гнев Рико обычно рассеивался так же быстро, как и вспыхнул. Граната против сильного ветра. Это пройдет. В конце концов, нужно было сыграть еще одну игру. Все мысли о «Гнезде» исчезли, как только он поднялся на борт самолета Мориямы. Ичиро даже не поднял глаз, когда Натаниэль низко поклонился. «Waka-sama. Ikaga osugoshi de irasshaimasu ka?(Молодой господин. Как вы?) Всё в порядке?» «У меня дела в Токио. Я тебя подвезу». «Спасибо». Натаниэль выжал из себя максимум благодарности. Но её было немного. Ичиро не навещал его без повода, а поскольку самолет летел в Нариту, поездка Натаниэля увеличилась на несколько часов. Он вернется в общежитие в Фукуи только поздно вечером.   От Натаниэля, как от будущего члена команды «Воронов», ожидали безупречной репутации. Его появление из  ниоткуда привлекло бы лишь нежелательное внимание. Не говоря уже о том, что это лишило бы его реального игрового опыта. Поэтому всех protégé’s (подопечных) Тэцудзи отправили играть за школьную команду. Жан учился в местной школе недалеко от Эдгара Аллана. Он приехал из Франции незадолго до своего шестнадцатилетия и нуждался в постоянных тренировках. «Он компенсирует слабости третьего», — сказал Тэцудзи. Когда Натаниэля только привезли, Мастер полагал, что тот унаследует от отца крепкое телосложение. Но, несмотря на то, что его лицо идеально совпадало с отцовским, Натаниэль унаследовал телосложение матери: невысокий, худой, но быстрый. Он был быстрее любого из начинающих «Воронов», как часто доказывал Тэцудзи. Натаниэль бесчисленное количество раз соревновался с ними. Это была проверка, чтобы увидеть, смогут ли «Вороны» обогнать простого ученика. Никто из них никогда не мог обогнать Натаниэля, и они это хорошо знали.   Рико и Кевин, в свою очередь, были отправлены в Балтимор играть за «Уайлдкэтс», одну из лучших команд страны, и благодаря их присутствию она и стала лучшей. Они находились под пристальным наблюдением Мясника, но Мастер счел это недопустимым для Натаниэля. Точная причина не была названа, но Натаниэль услышал несколько слов: «риск побега» и «Хэтфорды». Это было первое подтверждение того, что его мать жива, с тех пор как Рико проговорился, что она лежала в больнице пять лет назад. Иногда ему казалось, что было бы проще, если бы она была мертва. Стакан Ичиро был наполовину пуст; это было запланировано, в этом он не сомневался. Натаниэль наполнил его со всей формальностью, которую от него ожидали. Взгляд Ичиро скользнул вверх по его руке к груди, прежде чем остановиться на лице. «У тебя есть одежда получше». Натаниэль не переодевался из спортивной одежды. В ней он чувствовал себя наиболее комфортно, особенно зная, что камера обязательно сделает снимок, когда он будет идти к парковке возле отеля «Эдгара Аллана». «Я не ожидал встретить кого-то важного». Темные глаза Ичиро сверкали раздражением. «Переоденься. Для тебя есть другая одежда». Натаниэль сделал, как ему было велено. Он взял указанную стопку одежду и направился к туалету в самолёте, но Ичиро просто сказал: «Переоденься здесь», — и остановил его. Он повернулся к своему господину. Несколько месяцев назад, в день его шестнадцатилетия, Ичиро привёл его в Восточную башню. Натаниэль знал о значении церемонии саке, но почему Ичиро решил забрать его, почему он решил взять на себя ответственность за тот беспорядок, который это вызовет, Натаниэль не понимал. Теперь же он понял. Он не помнил, когда Ичиро впервые посмотрел на него таким взглядом, но знал, что многие так делали. Слишком долгая хватка, слишком низко опущенная рука при взгляде. Девушки в школе лебезили перед «красивым иностранцем». Зависть Рико, когда СМИ публиковали статьи, оценивающие их внешность, и Натаниэль всегда оказывался на первом месте. Натаниэль снял толстовку и аккуратно ее сложил. Он медленно стянул рубашку, оставляющую после себя лишь израненную кожу. Детство, проведенное с отцом, и юность, проведенная с Мастером, было высечено на его коже. Он не стеснялся своего тела, в Гнезде нет места стеснению, но это все равно выделяло его. Шепот, который он слышал в раздевалках, заставил его слишком остро это осознать. На борту раздалось объявление. Скоро они должны были отправиться в путь. Натаниэль не остановился. Его спортивные штаны собрались у лодыжек, оставив его только в трусах. Натаниэль поднял классическую рубашку, которую оставил ему Ичиро. У него было много похожих рубашек, отличавшихся лишь мелкими деталями. Он надевал их только по приказу и всегда вне поля зрения Рико. Натаниэль легко мог догадаться, как отреагирует их первый номер, если заподозрит, что Натаниэль как-то связан с главной семьей. Внимание от Кенго или Ичиро... Натаниэль так и не понял, почему Рико так сильно этого жаждала, даже когда Рико настаивал, что они одинаковы. Брошенные жестокими отцами. Если Кенго хоть немного похож на Натана, Натаниэль подумал, что это может быть благословением. Рико с этим не согласился. Натаниэль сел напротив Ичиро, когда самолет приблизился к взлетно-посадочной полосе. Он наблюдал, как мимо пронесся поток машин из аэропорта, а затем небо поглотило их. Оказавшись в ловушке, Натаниэль чувствовал, как воздух превращается в давящую тюрьму. Но независимо от того, был ли выход или нет, Натаниэль знал правду. Он всегда её знал.

***

Жизнь в Японии не была свободнее, чем в США. Но не для Натаниэля. Из самолета его пересадили в личный автомобиль. Сидеть было больно, но не больнее обычного. Он размышлял о книгах, которые ему дал Ичиро. У Натаниэля был талант к языкам, как говорил Ичиро, и очень полезный. «Научись им пользоваться». Английский, французский, польский и японский языки давались ему легко. Польский начал забываться после многих лет разлуки с бабушкой и дедушкой, пока годом ранее его втихую не записали на дополнительные занятия. Знание вернулось,  как будто он и не забывал языка. Теперь он понимал, что эти занятия были испытанием. Ичиро ожидал, что к моменту, когда он станет Вороном, он освоит китайский, корейский и испанский языки. Учителя были подобраны. Всё было сделано без ведома Мастера. Натаниэль не понимал плана молодого лорда, но знал, что для него это может закончиться только плохо. Однако любопытство взяло верх. Он открыл первую книгу. Вскоре после начала поездки у водителя зазвонил телефон. Водитель ответил и несколько мгновений слушал. Затем он протянул телефон Натаниэлю. «Это Дэй-сан». Его охватило болезненное волнение. Натаниэль едва не сбросил звонок. "Да?" «Он сказал нет». "Кто?" «Миньярд. Он сказал нет» . Натаниэль уставился на дорогу. Нет, простое слово, но всего двумя буквами оно умудрялось означать катастрофу. «А Рико?» «Я не знаю, что делать. Я не…» «Поговори с ним». "Но-" «Даже не смей оставлять Жана разбираться с этим!» «Не я это решал!» «Ты…» — пальцы Натаниэля крепко сжали телефон. — «Кевин, найди его. Сейчас же». «Мы всё сделали правильно. Я не понимаю. Я не понимаю. Почему он сказал „нет“?» «Кевин, послушай меня: Это. Не. Имеет. Значения.» «Что плохого в том, чтобы быть номером два?» «Иди! » — рявкнул Натаниэль по-японски. Из динамика доносилось прерывистое дыхание Кевина. Через мгновение Натаниэль услышал, как тот открывает дверь. Он уходил. Слава богу. «Спасибо, что позвонили». «Да… Пока». "Увидимся." Он повесил трубку, понимая, что дальнейшее общение по телефону окончательно добьет Кевина.