Unpunishable

Август 2005 Дебют Рико должен был стать триумфальным, но в тени Гнезда он был омрачен безудержной яростью. Эндрю Миньярд играл за команду «Лисов» университета Пальметто. Рико сначала выместил свою злость на вратарях. За каждый заблокированный Миньярдом бросок, вратари должны были тренироваться на час дольше. После первого матча вратари не спали два дня. Если они падали от изнеможения, Рико бил их ракеткой, пока они не приходили в себя. Это был первый опыт, когда «Вороны» прочувствовали Рико в качестве своего лидера. Натаниэль пытался сгладить углы, но он ничего не мог сказать, чтобы залечить уязвлённую гордость Рико. Эндрю Миньярд отказался от Рико в пользу «Лисов». Худшей команды в лиге. Посмешище студенческого чемпионата. Команда, которая тратила больше времени на драки друг с другом, чем на саму игру. «Он меня обдурил!» — крикнул Рико Натаниэлю накануне его очередного отъезда в Японию. Кевин всё ещё был на стадионе, отрабатывая новые упражнения на точность. Натаниэль и Жан находились в комнате Рико, удерживая его внимание. Рико разнёс спортивный журнал в пух и прах. Там была статья о Миньярде. Вратарь, который, казалось, блокировал броски только из чистого веселья. Когда он всё-таки пытался, утверждал автор, никто не забивал. «Его должны были уничтожить» . «Он — лис», — раздраженно сказал Натаниэль, не особо заботясь о том, чтобы еще больше не разозлить Рико. Его одержимость Миньярдом быстро надоедала. «Все и так уже уничтожено». Рико в одно мгновение прижал его к стене. Головка канцелярской кнопки вонзилась ему в спину. Убирайся, кричал ему страх, убирайся, убирайся, убирайся. Но бежать было некуда. «Он сделал это, чтобы унизить меня». Натаниэль сердито посмотрел на него. «Это унизительно только если ты сам это признаешь». Рико покачал головой, оскалив зубы. «Я сделал так, что он больше никогда не сможет играть. Я его уничтожил». «Недостаточно хорошо», — выплюнул Натаниэль, не успев обдумать слова. Рико ударил его головой об стену. Боль пронзила его череп. Затем Натаниэль упал на металлическую кровать Кевина. Кулак Рико ударил его по лицу. Снова боль. Висок и бедро. Он рухнул на пол. Жан не двигался. Любая реакция лишь заставила бы Рико вспомнить о его присутствии. Рико схватил нож со стены. Он навис над Натаниэлем. «Ты забыл своё место, третий». Натаниэль не раздумывал, слова уже были у него на языке, прежде чем он догадался их произнести. Выход. Единственный способ убежать из клетки. «Разве ты не должен присматривать за своим напарником. Где он, как ты думаешь?» Рико нахмурилась. «Где Кевин?» Рико вопросительно посмотрела на Жана. «Я все это время был тут», — ответила Жан. «Откуда мне знать?» «Если Мастер придет, а его не будет с тобой, что он подумает? Что он сделает?» Рико нахмурился. «Мы не закончили», — и тут же выскочил из комнаты. Он отправился на поиски Кевина. По крайней мере, с их вторым номером Рико не разрешалось ломать кости. Натаниэль сполз на пол, положив руки на колени. Он ненавидел себя за то, что подставил Кевина, но знал, что это лучше, чем пережить «урок» от Рико. Натаниэль помнил, как тот первый раз проводил тренировку. Мастер был так горд. «Чую никогда не закончим».

***

Натаниэль вернулся в Эдгар Аллан раньше времени. Улицы возле аэропорта были освещены гирляндами. Рождество, видимо. Бессмысленный праздник для него и в лучшие времена, а с учетом смены часовых поясов – еще хуже. Он свернулся калачиком у дверцы машины и натянул толстовку повыше. Он натянул ее поверх черного костюма, который ему выдали. Это не сильно его успокаивало. Водитель медленно пробирался сквозь толпу болельщиков в сине-красно-белых цветах. Спортивные фанаты со всей страны собрались, чтобы посмотреть матч мирового уровня: США против Ирландии. Билеты были распроданы за несколько месяцев до этого. Страна наконец-то увидит, как два сына Экси представляют свою страну. Они подъехали к одним из ворот, где проверяли удостоверения личности водителя. После прохождения толпа рассеялась. Это был частный доступ только для деловых клиентов. Натаниэль вышел из машины. Он даже не успел закрыть дверь, как издалека послышались крики: «Третий! Третий здесь!» Натаниэль проигнорировал их. Кевин и Рико могли бы разыграть спектакль перед толпой, но Натаниэлю не хотелось привлекать фанатов. «Веснински! Веснински!» — крики болельщиков сопровождали его через всю парковку, пока он не оказался в безопасности за дверями зала. Его водитель (или сопровождающий) дважды проверил замок позади них. Натаниэль не смог открыть входную дверь. И вообще ни один вход. Семь лет он служил Мориямам, но они все еще не доверяли им и не верили, что они не сбегут. Натаниэль всегда гадал, куда, по их мнению, он мог сбежать.   Пробираясь по темным туннелям Гнезда, он добрался до зала заседаний. Обычно предназначенного для Воронов, сегодня он принадлежал Свите США. Он все равно вошел. Это был его дом. Остальные были всего лишь гостями. Кевин тут же его заметил. Он поднялся на ноги и, словно ему принадлежал весь мир, неторопливо подошел, а Жан следовал за ним на полшага. «Ты здесь», — Кевин обнял его, чтобы не привлекать внимания окружающих. — «Мы думали, ты пропустишь матч». «И пропустить то, как тебя изобьет кучка лепреконов?» Кевин толкнул его в плечо. «Моя мать была ирландкой». «Значит ты разделяешь ее взгляды? Стоит ли мне делать ставки на автогол?» «До сих пор не понимаю, что ты тут забыл». Натаниэль улыбнулся. По-французски он сказал: «Удачи тебе в попытках избавиться от меня. Где король?» Выражение лица Кевина не изменилось, но Натаниэль увидел в его глазах беспокойство. «Он ушел в Восточную башню». «Он здесь?» «Они оба». У него перехватило дыхание, и дело было не только в беспокойстве за Рико. Он чувствовал, что знает, почему его отправили обратно на неделю раньше. «Хватит болтовни», — раздался новый голос. Натаниэль узнал его по тренировкам с «Воронами». Она была основным игроком задней линии вместе с Жаном. Номер 14. Заменяющая Натаниэля. Тея Мулдани легонько шлепнула Кевина полотенцем. «Они смогут поздравить тебя после нашей победы. Тренер скоро явится». «Верно», — сказал Кевин. Он схватил сумку и вышел переодеться. Мулдани улыбнулся Натаниэлю. «Подожди, третий?» «Сегодня вечером играть буду не я». «Но когда нибудь». Она похлопала его по плечу. «Записывай. Если хочешь занять моё место, придётся за него побороться». «Это не должно быть так сложно», — без всякой искренности сказал Натаниэль. Мулдани была жесткой. Она рассмеялась и ушла к группе бывших игроков «Воронов». Дверь открылась, и Рико вошёл. Его лицо было бесстрастным, в нём кипела невысказанная ярость. Натаниэль знал, что приближение к нему может разрушить плотину, но всё только ухудшится, если Рико плохо сыграет в своём первом матче за национальную команду. Мастер не был человеком, склонным к прощению. Натаниэль последовал за Рико в раздевалку. Оказавшись внутри, когда дверь отделяла их от посторонних, Рико резко выпалил: «Ты что, пытаешься меня разозлить?» «Я ничего не делаю». «Твое присутствие выводит из себя». «Твое лицо тоже меня бесит, но я не жалуюсь». Рико замахнулся на него, но у Натаниэля было достаточно места, чтобы увернуться. «Я пришел сюда не для того, чтобы смотреть, как ты устраиваешь истерику на стадионе, onii-chan (старший брат в ласковой форме)». Сдержанность Рико пошатнулась, но не от гнева. Натаниэль нечасто называл Рико братом, переодически за это он получал ножевые ранения из-за плохого знания японского. Он должен был называть Рико «ou-sama» (король), а может быть, и «kyodai» (брат), когда они были наедине, но «onii-chan»? Это переходило грань фамильярности, которой Рико обычно отказывался подчиняться – за исключением таких дней, как этот. «Нет», — прошипел он. Что именно он отрицал, оставалось только гадать. То ли то, что он вот-вот взорвется, то ли то, что они братья. Натаниэль не дрогнул. «Ты вообще можешь сейчас играть?» Рико уставился на него, поднимая и опуская плечи. «Конечно», — выдавил он из себя. «За кого ты меня принимаешь?» Кевин наблюдал за ними, комкая подол рубашки в руках. Он переводил взгляд с одного на другого. Натаниэль молча указал на дверь. Этот момент был не для лишних глаз. «Я думаю, я здесь не для того, чтобы прикрывать твою спину. Мне нужно знать, что ты можешь играть и без меня». «Я постоянно играю без тебя». «Не под их наблюдением». Прежде чем Натаниэль упустил свой шанс, он спросил: «Ты сделаешь так, чтобы я гордился тобой, Рико-nii (nii-обращение к старшему брату)?» Первая слеза скатилась по щеке, и вскоре Рико разрыдался. Натаниэль придерживал его, пока тот всхлипывал по-японски. Охранники у входа не пустили его внутрь. Он даже не подошел к ним достаточно близко, чтобы увидеть их. Почему? Почему они хотя бы не взглянули на него? Натаниэль не стал пытаться ответить на этот вопрос. Он ждал, пока Рико успокоится, и дыхание Рико нормализуется. Натаниэль поднял руку и вытер слезы над его татуированной цифрой 1. «Умойся. Увидимся на игре». Он вышел из раздевалки, обменявшим взглядами с Кевином. Натаниэль глубоко вздохнул, возвращаясь в гостиную. Один кризис предотвращен; он не был настолько оптимистичен, чтобы надеяться, что больше ничего подобного не будет. Его водитель всё ещё ждал у двери. Когда он встретился с ней взглядом, она склонила подбородок к двери. У Натаниэля ещё сильнее сжалось сердце. Он сказал Жану, что сходит обратно в общежитие, чтобы переодеться перед матчем. Жан нахмурил брови, но не стал задавать вопросов. Натаниэль был благодарен ему за это. «Мне нужно освежиться», — сказал он водителю, направляясь к ближайшим туалетам. Она последовала за ним. Она не уйдёт, пока его не передадут охранникам. Уединения, как в мужском туалете, не было, но это не имело значения. Он снял толстовку и поправил одежду под ней. Убедившись, что под чёрной тканью не видно шрамов. Всё было в порядке, и он протянул толстовку водителю. Она выглядела недовольной, но всё же взяла её. Охранники у дверей пропустили его без вопросов. Натаниэль поднялся на башню, в место, куда Рико никогда не допускали, с нарастающим страхом. В роскошном восточном зале замка Эвермор Кенго пил со своими партнерами. Натаниэль не узнал большинство из них. Ичиро поднялся на ноги, почти не обращая внимания на его промах, и подошел к Натаниэлю. «Как прошёл твой полёт?» "Неплохо." Он сказал по-японски: «Наши гости наслаждаются оживленной беседой». «Игра, должно быть, вызвала у них интерес». Ичиро протянул Натаниэлю стакан, хотя из слов Ичиро он знал, что напиток безалкогольный. Сегодня вечером у него была работа. Он мельком видел игру, в основном через лучшие моменты на большом экране, в те мгновения, когда гости, на которых он нацеливался, не перешептывались друг с другом. Его присутствие легко объяснялось тем, что он разливал напитки, следя за тем, чтобы никто из важных персон не чувствовал себя униженным. Когда Кевина выпустили на замену в конце игры, Ичиро подвел Натаниэля к высоким окнам, выходящим на поле. "И так?" Натаниэль кратко изложил то, что обсуждали их китайские гости. Большая часть разговора показалась Натаниэлю безобидной, но он понимал, что ничего упускать не стоит. Ичиро внимательно слушал, его взгляд, казалось, был прикован к игре. «Это весьма полезная информация», — сказал Ичиро, когда Натаниэль закончил свой доклад. Ичиро снова повернулся к гостям. «В следующем году ты будешь изучать языки. Это уже решено». «Понял, waka-sama» (молодой господин). «Я даю тебе будущее, Nata-chan (ласковое обращение в японском языке), помни об этом. Когда тело подведет, разум будет тебе служить». Натаниэль никогда не представлял себе жизнь после Экси. День, когда он больше не сможет играть, маячил так далеко на горизонте, что его легко было игнорировать. Но он все равно маячил. Он всегда предполагал, что в этом случае его уволят как обузу. Когда он снова заговорил, его слова были искренними: «Спасибо». Ичиро незаметно вытащил ключ-карту из своего костюма и сунул её в карман Натаниэля. Цена за жизнь после завершения карьеры. Бывали и более неприятные ситуации. Ичиро вернулся к встрече, и Натаниэлю наконец-то разрешили посмотреть матч. Кевина заменили через минуту. Американская команда одержала победу с большим трудом. Основной нападающий, бывший игрок «Троянцев», что стало небольшим затруднением для Мастера, сумел забить за две секунды до финального свистка. Несколько игроков  бросились к нападающему, окружив его бурными овациями. Бывшие игроки «Воронов» вели себя более достойно, похлопав товарища по команде по спине или похлопав его по клюшке. Когда игроки выстроились в ряд, Натаниэль ушел. Ему нужно было спуститься вниз, прежде чем Рико заметит его отсутствие. Он нашел остальных членов «Свиты короля» в пресс-комнате. Рико и Кевин расположились за столом, несколько микрофонов были размещены рядом с их лицами. Жан наблюдал из дверного проема, готовый, как знал Натаниэль, удерживать их внимание, пока он не вернется. Натаниэль занял место рядом с ним. «Как там Рико?» «Он хорошо сыграл. Незадолго до перерыва он забил сложный гол». Натаниэль кивнул. Пресса засыпала «Сынов Экси» бесконечными вопросами, не все из которых имели отношение к матчу. Они справились с этим безупречно, как всегда. Любимцы спорта ни разу не сказали ничего лишнего. За одним исключением. Одна из репортеров заметила, что они задержались. Ее глаза загорелись от интереса. Она толкнула своего фотографа и попросила его сменить ракурс на дверной проем. Натаниэль сделал вид, что не замечает, сосредоточив взгляд на игроках. Это ничуть не остановило ее. Она переместилась через пустые стулья между ними и сунула им в сторону небольшой ручной микрофон. «Натаниэль Веснински и Жан Моро – вот это неожиданный сюрприз! Не хотите ли прокомментировать матч?» Жан напрягся, но изобразил самую лучшую улыбку для прессы. «Я был рад видеть, как хорошо мои товарищи по команде выступили на международной арене». Натаниэль лишь злобно посмотрел на него. Сегодняшний вечер стал самым масштабным дебютом Рико на сегодняшний день. Его вечер. И эта девчонка отклоняется от сценария. «Конечно, для болельщиков «Воронов» это была не настоящая игра, не так ли? Нам придётся подождать ещё несколько месяцев, пока мы увидим вас всех четверых вместе на поле». Вокруг них другие репортеры заметили это импровизированное интервью. К раздражению Натаниэля, несколько камер были направлены в его сторону. «Нейт, ты рад своему дебюту в колледже?» Взгляд Натаниэля стал убийственным. Тем не менее, несколько фотографов сделали его снимок. «Я рад, что вы помните, зачем вы здесь». «Через несколько недель тебе исполнится восемнадцать, как планируете отпраздновать?» Жан вмешалась: «Ничего особенного, как вы, наверное, знаете, Кевин и Рико будут за границей. Играют в матче против Канады». Жан посмотрел на стол, пытаясь отвлечь внимание от них. Натаниэль не сделал того же. Он не хотел видеть выражение лица Рико. Ему это было не нужно. «А Натаниэль вернется в Японию», — раздался голос Кевина из микрофонов. «Но мы будем праздновать по-своему». Репортерша усмехнулся ему. «Уверена, что да. Раз уж Натаниэль наконец-то присоединился к «Воронам», я должна спросить, появятся ли в ближайшее время игроки под номерами пять и шесть? «Свита короля» все еще ищет своего вратаря, верно? Я знаю, что многие молодые болельщики надеются однажды занять их место». Натаниэль скрыл шок за гневом. Никто не должен был знать о «Свите короля», пока она не будет готова — а она никогда не будет готова. Жан был не так спокоен. Он ахнул, услышав это название, и взял себя в руки только тогда, когда Рико сказала: «Я не знаю, где вы об этом слышали, но вы говорите о детской мечте.  С тех пор я узнал, что совершенство встречается редко. Практически невозможно найти кого-то достаточно сильного, чтобы его достичь. Мы хоть и ищем, но не пойдем на компромисс». Натаниэль не мог не заметить едва заметное движение плеч Рико, то, как тот отвернулся от Кевина. Рико винит его, предположил Натаниэль. Он не сомневался в правоте их первого номера. Краем глаза он заметил, как нахмурилась Мулдани. Она — источник утечки. «Почему Кевин рассказывает Мулдани о "Свите короля"?» — прошептал он по-французски. «Он говорит ей многие вещей, которые не должен говорить». Натаниэль бросил на него растерянный взгляд, но Жан ничего не стал объяснять. «Ходят слухи, что эти цифры были определены слишком рано», — сказал другой репортер. «Что вы думаете об этих слухах, Морияма? Неужели Дэй вас вытеснил?» За приятной улыбкой Рико кипела ярость. Все хорошее настроение, которое он обрел после победы, тут же испарилось. «Кевин хорош, он мой брат, но быть нападающим — это не только забивать голы. Только дилетант будет смотреть исключительно на цифры». После его ответа в комнате раздался шквал вопросов.