1.9 /// Лазурит /// Death of Tom's will
8 марта 2026 г., 09:36
Часть 2
...Лазурь доставили в суд Синей Системы
– скоплению планет, принадлежащих Синему Алмазу. "Н-н-но, госпожа Тигриный Глаз, прошу, услышьте причину!" – говорила Лазурит в полностью свободном виде. На неё не обвесили никаких наручников, ничего, что могло бы сдержать её силы. Такие места, а именно, её комната допроса, была единичной и располагалась вдали от любых источников воды. Тут был полный вакуум и сухость. Другие же камеры были ориентированы под разных типов самоцветов и их сил: одни несгораемые, другие, из материалов, не поддаваемых управлению, например, кварц-преступники каялись в космосе, на летающем вокруг спутнике и так далее. Это была целая планета, посвящённая допросам. Она же была очень далеко от всех остальных. "Вам слово" – сказала Тигриный Глаз, одетая, не совсем как судья, ведь на ней был пиджак в коричнево-жёлтую полоску, непостоянной толщины, а под ней белая рубашка, которая, была намного более в тему. Видна она, во всём этом образе была сквозь голограмму на стене. "Неужели нам запрещено использовать эти силы?! Я же никому не навредила! Наоборот, стало только лучше!" – доказывала Лазурит с расставленными вниз руками – "Ведь если использовать всё, чем вода может быть, можно улучшить работу в разы!!" – в конце сложив руки в замок у шеи "Законы запрещают это." – сухо ответили ей, так чётко, что они, казалось, предсказали эти слова с самого начала. "Но неужели полёт на паре или расщепление воды на водород это так бесполезно?! Это же, практически, вечное топливо! Это же бесплатное передвижение! Лазуриты могут продавать облака как одноразовую доставку или такси, а лёд был бы хорошим корабельным материалом! Разве это не было бы полезным?" – начиная чувствовать, что такую-то мысль, непоколебимую пользу её идей оценят и, хотя бы, смягчат наказание. "Это обрушит экономику нашей галактики." – так же просто и вероломно ответили ей, перебирая какие-то бумаги. Или что там у самоцветов используется... На это у Лазурита не нашлось никаких оправданий. Общество в котором она живёт совсем не хочет терять свои силы в торговле, потому, способность бесконечно создавать что-либо каралась очень строго. Но у них нашлось что ещё добавить: "Статья 7.3 – нарушение распознавания самоцвета по их способностям. Если вы будете использовать силы, допустим, молнии из облаков, то вы будете легко спутаны с, например, Спектролитами. А это намного затруднит работу следственных органов, если вы или они сотворят что-то противозаконное. Нам не нужно путать никого из вас." "Неужели всё настолько ужасно..." – думала она, свесив руки, голову и всякое чувство надежды, стоя в пустой, серой и, по всей видимости, железной камере – "Почему они меня так ненавидят..." – и в голове у неё мелькнуло самое начало, то, что привело к такому исходу – "Томас. Это он во всём виноват! Чёртов мешок с костями, надо было ему меня заколдовать и завести в свой дом!! Да чтоб его!!" – когда-то нежные синие руки, начали чуть ли не царапать ей макушку, оттягивая белые волосы, в продолжении гнева – "За что он мне всё это дал?! Я могла бы просто вылечиться и улететь!! Ну зачем мне все эти силы! От них толку нет нигде! Они же запрещены, зачем?!" – последнее выдалось в слух – "да лучше бы вообще из зеркала не вылезала!!" "И ваше наказание – ссылка." – обернуло Лазурита, посмотрев прямо на изображение планеты, покрытую сплошными фабриками – "Здесь вам предстоит по полной использовать свои силы сверх нормы. Сверх нормы работоспособности самоцвета. Эта планета Строггос. Она усеяна фабриками и заводами, которым очень нужны такие как вы. Прошу, не сопротивляйтесь." – сзади, большая стальная дверь с рокотом открылась и в проёме появился тот же полу-робот полу-камень. Он занял собой весь проход, так что протиснуться можно только в виде осколков. Лазурит моментально забилась в угол и вжималась туда. Она хотела выпустить водяную струю и попытаться закоротить машину, но не успела – чёртов луч жёлтого цвета выбился в её сторону, опять заморозив все движения. Синий камушек, запертый в манипуляторной сфере, был вынесен за пределы камеры допроса, одним лишь пальцем махины, по ощущениям, способной выдержать выстрел танка. Казалось, что она беспомощна, ведь эти планеты Строггоса защищены тучей дронов-ищеек вокруг, кружащих, как спутники, не говоря про не меньшее количество систем ПВО на каждой планете и фабриках в том числе. Да и что уж про это! Порталы закрываются ставнями, чтобы ими невозможно было воспользоваться с тех земель... Однако, она что-то учуяла, маленький луч надежды: в составе того, что управляло этим лучом был кварц! А Лазурит могла управлять большей частью его – кислородом. Посмотрев в сторону этого стального чудища, луч быстро исчез, потому что плотная кварцевая лампа лопнула и она была свободна. Никто никогда не видел, чтобы самоцвет могла летать так быстро! Лазурит выплеснула из себя кучу воды, на давлении которой вылетела в небо, которого, кстати, не было. Планета была с космическим видом. Эта вода сковала в лёд непонятную тварь из стали, которая знатно надоела ей. Никто уже не узнает что она с ним сделала, да и на металлолом такое вряд ли отдадут – частички металла были слишком мелкие для переплавки.Как только она вылетела из планеты, оттуда же выдвинулись парочку солдат, догоняя нашу героиню...
***
По пустоте мчались они и сзади послышалось: "Немедленно остановитесь или мы откроем огонь!", но она лишь сменила стихию крыльев, которые от страха сделала водяными, теперь уносясь всё дальше на воздушных потоках, текущих из щиколоток, практически, на ракетной тяге из ног. Полицейские прибавили скорости. "Огонь!" и тут же Лазурит заторозила. Они сильно удивились и сказав, наверное, друг-другу "отмена", захотели было встать с мотоциклов, но Лазурит, так же самой себе, но в слух сказала: "Да что я вообще делаю?" – и махнула ногой ударом предназначенным для мяча или отшибания голов. Мощный поток воздуха отбросил полицейских и так же сбросил с транспорта. В это время, Лазурь создала из льда лезвие и... отрезала свои длинные белые волосы, объясняя это тем, что – "только мешать будут в полёте... Да и распознать тебе будет легче" Она снова метнулась куда-то в направлении Солнечной Системы. Через какое-то время полёта, из футуристичных мотоциклов, прямо на месте, где должны быть фары, полетели пули: они не промахивались, но Лазурь выпускала из самоцвета водяные пузыри, которые при попадании туда пули, мгновенно замораживались. Быстро вытесняя железку, она собирала их в отдельном пузыре рядом с собой. Всё это она даже не продумывала, вода сама по себе двигалась.Главное сейчас – вылететь из системы!
Подлые байкеры, поняв, что пулями не возьмёшь, использовали шафт… то есть, электрошокер, рушащий тело самоцветов, но она и на это нашла парирование, услышав сзади нарастающий треск: создала большой щит из воды и тут же, не касаясь, ударила в него. Вода разлетелась в сторону отправителей и парализовала их на время. Видимо, они были натренированы не разрушаться. Лазурит слегка оторвалась, но вот ужас! Снизу была противовоздушная пушка, прямо на одном из высокоэтажных зданий, видного даже из космоса (это если не говорить про размеры этого орудия)! Она неспеша повернулась и сделала выстрел. Что-то прогудело у Лазурита возле левой руки и та отпрыгнула в другую сторону, только услышав глухой хлопок. Система оружия не привыкла к таким скоростям, да и тому, что вокруг было много обманных пузырей с водой. Лазурь быстро создала вокруг себя ледяной шар, придумав план последовательно произошедшему, в ответ на каждое действие: Пушка незамедлительно поразила его, но ей не навредило... а гораздо лучше! Сфера была такой толстой, что Лазурь могла стоять на этой ледяной платформе ногами и именно это ей и нужно было! Сначала толчок от взрыва ракеты подтолкнул ту подальше от всех опасностей, а затем, осколки льда, которые отбило взрывом начали превращаться в водород, создавая фонтан огня, толкающий её ещё дальше... Пролетая уже по космосу, Лазурит, сидящая на льдине на коленях, отдыхиваясь и всё проклинала человека, которого так любила, придумала, что можно обвить своё тело водой или льдом и так просто тянуть его в нужном направлении. В вакууме и без притяжения это будет намного эффективней. Вокруг уставшего, дрожащего тела расползлась вода, тут же начиная твердеть. Ей было всё равно, если что-то давит в груди или спине, главное, чтобы лететь как можно быстрее... Но к несчастью, из одной из планет вылетел фургонообразный звездолёт на подмогу! Он был почти что квадратным, с еле как заглаженным острым клювом, даже без крыльев. У него не было колёс, только более заметный металлический каркас снизу и пару платформ с ярко-зелёным светом. Лазурь летела и практически рыдала, только силы управления воздухом, работающие, как уже не удивительно, на инстинктивном для неё уровне, даже, вне её понимания и участия, смягчали дыхание из надрывно-дрожащего в около-взволнованное. Не видев и не слышав этой машины, Лазурь даже не поняла, что в неё стреляют, уже из более мощных пулемётов. Это оружие, тем не менее, тоже поглощалось и его пули собирались в водную ленту с патронами. Летя, почти в безразличии, что от неё уже не отстанут, синяя спина ощутила, что броня начала упираться во что-то... В стекло!Она была на борту корабля, прямо на лобовом стекле! Правда, не долго – пару переворотов и она уже за машиной. Махина, не сбавив хода, развернулась и направилась тараном к ней, попутно отправляя очереди из пуль, которые отражали уместно повёрнутые ледяные "пробки", подлетающие прямо под пули, им в ответ. Лазурит опять придумала что с этим быком делать и как его взять за рога, на нём же и уехав: Создав изо льда подобие стволов, кажется, узи (увидев их, когда Томас играл во что-то в компьютере), два простых "Трррра!" из двух рук, во вращении заставили фургон упасть на бок и крутиться в её сторону. Вот идиоты, стекло-то пулепробиваемое! Казалось бы, куда дальше, но за спиной снова послышался звон льда и металла. Опять мотоциклисты! Они снова стреляют! Лазурит спряталась за фургоном и тут же молния прошлась... нет, не по нему... ну ладно, да, это тоже, но она его не касалась: Она повернула грузовик носом к себе, пробила окно и в кузове для заключённых создала гигантское облако, которое, даже конденсировалось. Это было облако водорода. От изнеможения, она завалилась внутрь и пока лежала на сиденьях, водяные руки выкинули за борт пару самоцветов бывших владельцев... В отдышке, наконец, расслабившись, она убрала собственное тело, став только самоцветом. Оно быстро обросло водой и тут же, льдом: лёд обволок капот и создал подобие на острый клюв, заполоняющий бóльшую переднюю часть грузовика. Внутри она залила себя тёплой водой и пузырями, чтобы уж точно не повредиться снова во время транспортировки. Ценнейший и хрупкий груз! "Мэм, остановитесь! Выйдите с поднятыми руками и..." – байкеры, подлетев к ней, спрыгнули со сталь... даже, честно, не знаю материала этих коней, но они увидели огромный кусок льда. Грузовик оброс им полностью, став намного более аэродинамичным. Стенки вокруг кузова стали толще, чтобы не расплавиться, а сопло утончало все вскоре выходящие газы из новосозданной ракеты. Одна посмотрела на другую с опущенными и выпученными губами, шепнув "snowgrave", бесстыже смеясь. Тут же они услышали, что шипение прекратилось и начался звук гнущегося металла. Быстрым рывком от кузова, полицаи оттолкнулись и отлетели назад, хотя им всё равно это не помогло:Из открытого автозака пошло дикое пламя, задевшее двоих и он начал движение в каком-то направлении. Ракета уже улетела...
***
Полицаи остались одни. Стоящая слева, покрытая водной плёнкой (это испарения водорода; когда он сгорает – становится водой), цокнула и одним движением включила рацию, быстро изложив всю ситуацию. Без особых подробностей, что-то вроде "Она сбежала". В ответ донеслось: "Сбежавшую Лазурита не преследовать... Пусть она имеет свои силы, но не заходит на нашу территорию..." – тихий, вечно печальный голос Синего алмаза. Одна из полицейских, оставив рацию на секунду в открытом полёте, потёрла кулаками глаза, пока другая пыталась сдерживать смех – "Она уже будет достаточно наказана на земле. Люди не оставят от неё и лужи с такими-то силами. Пусть считают это "даром свыше" " – теперь голос снизился и звучал кислым как лимон. Обе в космосе встали прямо и одна прямой рукой схватила рацию, даже через неё почувствовав дикую солёность. "Вас поняли, ваши величества!" – даже если рация была без видеосвязи, на всякий случай, она отдала честь и пнула локтем другую в руку, так, что она тоже сделала то же. Они побыли там ещё пару минут, смотря в сторону давно исчезнувшего фургона. Одна стояла и что-то писала в своей голограмме, кажется, постС хохотом закончился разговор двух моховых кварцев.
***
На земле, а именно на песке, пробившись сквозь стратосферу, скользя по океану, в него вонзился острый ледяной нос и кусок уже плавленого металла... а, это же тот фургон! Лёд таял. Зная её силы это было весьма необычно. Теперь, простые ручьи текли от июльского солнца из простого лазуритового льда.Слышно падающие осколки, глухой стук...
Томас разбивал двери ледяного гроба своим топором, высвобождая спящую красавицу. Докопавшись до центра, он воткнул штык в толщу и натиснулся на него, открыв погнутую дверь. Лёд сыпался острыми кусочками. Они были ТОЛЬКО острыми. Как стекло... Наконец, он заметил, что её комната была довольно уютная – несколько пузырей были как куча подушек, а тёплая вода как ванная. Вынув её самоцвет, он был ещё тёплым. Держа его в двух руках, Томас старался не наступить на ледяные осколки, потому, стоял на топоре, положенном, как ковёр. На шум и звук режущего приземления, вместе с блеском в окно ото льда, сбежалась шайка кристальных. Её предводитель залез на ледяную стрелу, и шатаясь и скользя, говорил: "Я вам по-мо-гууууу!" и упал на песок. С другой стороны, осколков, к сожалению, не было. Он снова заполз руками на борт корабля, но не смог двинуться дальше – топор мешал. Томас стоял, в спешке надев маску выше, чем рот, что обнажало его оскал. "Не подходи. Ты не получишь её." – тяжёлая от гнева отдышка, дрожащие руки. Лазурит ожила, а её самоцвет вылетел из рук – свет, быстро разломившийся из точки в два, а затем четыре и в конце пять лучей, сменил цвет с белого на синий и вновь родил Лазурита... лишённой её волос и новой одежды. Её цвет кожи стал вновь голубым, а пирит более не сверкал на щеках. Томас сразу ослабил руки и топор прилёг на лёд, слегка воткнувшись туда. Став на край корабля, лазурит, если её так можно теперь назвать, держалась за голову одной рукой, нервно смотря на окружающих спереди и за спиной. Бросив взгляд на Томаса, стоявшего в шоке от её вида, увидев эту маску, скрывающую "наглое" лицо, которое она готова была разорвать: "Тыы…" – прорычала она – "Ты хоть знаешь почему я здесь?!" – схватив его за воду в теле, она подняла человека в воздух. Кровь, пульсируя холодом и жаром в его теле шокировала и уже объяснила что она чувствовала к Тому – "Ты разрушил мне не только карьеру, связи с друзьями, но и... ВСЮ МОЮ ЖИЗНЬ!!!" – из её рта валил пар, а из глаз слёзы. Остальные, смотревшие за этим всем, спрятались за фургоном и ждали, пока владыка морей просто перебеситься. Они и не надеялись, что человек выживет. "Н-н-но я же даже не был рядом! Я что-то пропустил?! Я нужен был тебе, а ты была далеко? Лазурь, что случилось??" – он начал волноваться, хотя единственное, за кого он должен был это делать – так это за себя. "ТЫ сделал мне слишком много!!" – свирепый взгляд разрывал всё, что могло быть у него, а вскоре, кажется, это будут делать и н(к)огти изо льда – "все эти уроки, вся эта сила, всё что я умею..." – она летала в воздухе, меняла позы и рывками оказалась над водой. Томас всё ещё был в воздухе и ощущал, что сдавливался. Слегка, но понимая как хотелось бы ей – "ЗАПРЕЩЕНО!!!" – её гнев вылился в виде гигантских крыльев, которые, были, скорее, выбросом гневного пара из самоцвета за спиной. Они были похожи на драконьи. Оттуда же, сразу после этих слов, как взрыв, поднялась волна, прямо из океана. Томас понял, что конец близок, потому выдал последнее, что смог: "Пожалуйста, услышь причину, Лазурит! Это не я испортил тебе жизнь, а те, кто запретил использовать твои силы!" – он тянул к ней руки, при этом сидя на топоре, который не отпустил из рук, сейчас, выглядя как ведьма на метле. Он чувствовал, что его тело сжимается нежнее после этих слов. Лазурь затихла, но вместо того, чтобы опустить его, отпустила и Томас, поднятый на высоту трёх метров над уровнем моря, приземлился на осколки, правда, топор спас на этот раз – он был использован как шест, на котором висел Том, не касаясь стекла под ногами и пытаясь балансировать. Но лёд тонкий, держись, Том! Лазурит, держась за голову одной рукой, а за спиной, застывшая во взрыве паровая волна, конденсировалась и превращалась в ледяные кости крыла, раскладываясь, как ступени и спускаясь по ним, она держалась за поручень. "Ты, всё таки прав..." – скулила она себе, вытирая слёзы, которые не была в силах испарять – "Но что же мне теперь делать... ни работы, ни друзей... так я ещё и вне закона!" – вжимаясь в руку и откровенно рыдая. "Мы можем договориться с вашим правительством, показать им пользу этой силы и... или ты можешь найти другую работу, на других планетах или вселенных, или как..." – Томас подбежал к ней, качнувшись на топоре, попав на не заминированный песок. Он предлагал способы помощи, которые, кстати, могли бы ей помочь, и также руку – "Пойдём домой, Лазурька, мы всё решим!" Она мелькнула улыбкой, да только это был a brutal glimpse before this empty defeat. Тем более, без тех самых тёмных тонких губ, теперь вовсе незаметных, голубых и таких же, как и вся кожа вокруг; её глаза более не были белыми, как снег, а щёки не горели золотом...Приторный, едкий и концентрированный запах роз врезал ей в нос так, что он бы свернулся на бок.
Лазурит застыла на ступенях, смотря на Томаса бесполезным взглядом, пустым и тупым. Томас же, рыча, лишь повернул голову к источнику этого запаха: "скунс Банный" и сжимал кулаки, уперевшись на льдину. "Пойти... домой?" – сказала она, просыпаясь. Её брови, теперь тонкие и чёрные, хмурились, а лицо прозрачных голубых вод заводилось тучами перед штормом – "Опять?!" – да, опять. Опять эта болезнь... – "И что изменится, ты думаешь, от того, что я буду жить тут и помогать тебе, мне станет лучше??" – Томаса хлыстнуло волной справа, да так, что он упал. Льдина была скользкой и острой, ухватиться не получилось бы, а снизу было то, куда лучше не падать... Тем не менее, ему не повезло и помимо предстоящих душеных травм, он получил и физические – льдышки поцарапали его, но он всё же смог встать, держась за больную руку и взглядом из-под маски, из-под массивных бровей, которых, кажется, уже никто не хотел видеть, сказал, так громко, как позволял собственный страх и силы: "Лазурит, тебе нужно отдохнуть, пойдём... ты долго летела... я помогу тебе" "Мне больше не нужна твоя помощь!" – сказала она, уже не решившись добить человека ещё одним ударом – "Ты достаточно сделал, уж спасибо! Теперь я под запертом!! Меня будут везде преследовать из-за тебя!" – говорила она, в очень сильно смененном характере, постоянно жалующемся и надоедливом – "На что ты вообще рассчитывал? Не ожидал, что такое, чему ты меня научил будет противозаконно? Продумал всё, кроме этого? И что мне теперь делать?!" – уставив руку в бок и наклонившись к нему – "Снова стать твоей служанкой? Ну уж нет!!" Её взгляд, наконец, сошёл с бедного человека, ноги которого тряслись от боли. Несмотря на то, что лёд не таял, это было ничтожно слабо, как заноза по сравнению с этими словами. А глаза Лазуритовые, всё такие же глубокие, смотрели на другого человека... "А что... насчёт тебя?" – тихо произнесла она, спустившись к нему на ледяной ступени. Томас быстро поднял голову и мог только смотреть на это, не в силах повлиять на веление вод. "Или... ты можешь остаться здесь, на земле! С нами!" – он смотрел на неё, подняв руки повыше, а затем, на трясущегося Томаса – "Но... давай я сначала помогу ему..." Парень начал идти к Тому и хотел залечить его раны, но у Лазурита были свои планы. Она подошла со спины и обняв, с большим усилием, подняла его на руки, вскоре держа того без проблем, за воду в организме.***
Топор Тома, занёсшийся за спину, готовый полететь в мишень, по которой невозможно промазать, тут же опустился ещё ниже, ведь цель закрылась кем-то на кого рука не должна подниматься. Нельзя было просто замахнуться, если всё тело начинало гнить, сразу после души. Вдалеке, чёткий слух и то, что она не скрывала ничего от своего некогда любимого человека, попало Тому в уши, резонируя в пустой душе: "может, ты сможешь помочь мне, а не усугубить всю жизнь!". Сам ребёнок, сидящий на руках, чувствовал, что другому лучше от этого не станет. Оказавшись без топора, выронив его, Томас попытался потянуть согнутую руку, но она дрожала в судороге и не могла двигаться. Он начал шататься, не в силах стоять на ногах... да и не хотел уже. Опираясь на кузов грузовика, Томас хотел было обойти грузовик и как зомби ковылять за уходящим счастьем, коснулся ледяной корки, плавно переходящей с металла в нос космолёта и рука соскользнула. Он упал и поцарапался плечом о бугристый, таящий и острый лёд, к слову, ничего при этом не чувствуя. Отвалившийся ниже кусок также повредил ему колено. Томас упал маской в песок. Через пару секунд он еле как поднялся на колени и смотрел на то, как маска, оставшаяся в песке, имела на своей тыльной стороне, в районе носа отпечаток синих губ, оставленных, как древние наскальные живописи... воды, которая оставила этот рисунок уже не было, но серый камень принял на себя пару капель. А рядом, на песок, упала одна красная капля. Томас, дрожащими руками, еле сжимающимися, поддел маску из золотой пыли, приложив её к лицу, лбом в лоб, но сжимать не переставал, как не переставал и делать её мокрее. Он пытался встать. Медленно и с большим усердием, в попытках просто заставить себя, заставить придумать причину ради чего вставать. Томас, сверх всего ненавидел болезни и микробы, а зная, что лёд из космоса может кишить таким, не решился заживить рану льдом оттуда, потому, опираясь на топор, начал шагать в лес и домой. Голова его была пустой, как, и впрочем всё внутри. Дойдя с большим усилием домой, он, никуда не садясь, не раздеваясь, просто намотал бинт, очень неряшливыми мотками, слабо и безразлично, упал на кровать. Ноги свисали в сторону стола, а всё выше уже не желало ничего, даже удобства. На следующее утро он проснулся в обед. Кажется, Томас вообще не хотел сегодня просыпаться.***
ВОТ ТАК ТОМАС И ПОПЛАТИЛСЯ ЗА ИЗМЕНУ.
Как говорится: "Благими намерениями – дорожка в ад стелится" К этой ситуации могло подойти много разных песен и музыки, например: "the way ahead feels lonely"; "you took all the joy in life since you gone" или "goodbye", но единственное, что можно слышать в такой ситуации – это нойз индастриал вперемешку с голосами***
Она сама по себе невесома,
Она легче чем твои мысли,
Но вспомни как душу рвало, когда она уходила,
Как на глазах твоих слёзы висли.
Она, руками своими нежными,
Петлю на шею тебе набросит,
Не оставляя ничего от тебя прежнего –
сама на цыпочки встать попросит.
Ты даже не сможешь её увидеть,
Ты никогда не заглянешь в её глаза,
А думаешь только о том, как бы её не обидеть,
Не веря в то, что она действительно зла.
Ты можешь с ней расцвести и засохнуть,
Она сожрёт тебя как цветок тля,
Но лучше уж так сдохнуть,
Чем никого никогда не любя...
Та та-та-та-тааааааааааааа...
Та-таа-та-тааа таа-таа-таа...
