Алиса и её мрачный праздник..

Тишина в сером доме была густой и удушающей. Алиса лихорадочно листала телефонную книгу на старом стационарном аппарате. «Десс… Майк… Ничего. Их нет в этой… реальности. Или мы с ними не знакомы.» Ее голос дрожал от бессилия. Тенна сидел на безликом диване, его экран показывал статичную серую рябь. «Майк… он почувствовал эту дверь. Он должен был понять. Почему он не с нами? И Олди…» На его экране мелькнуло пиксельное изображение слепого серого кота. «О Боже, Олди! — Алиса схватилась за голову. — Он один в нашем доме! Он слепой!» «Спокойно, — голос Тенны, хоть и лишенный привычной бодрости, звучал убедительно. Здесь, в этом мрачном месте, он казался… взрослее. Ответственнее. — У нас там… в нашем мире, есть горничные. Они заметят отсутствие, проведут уборку. Они увидят кота и позаботятся. Он не пропадет.» Он говорил это больше для ее успокоения, чем будучи уверенным, но это сработало. Алиса выдохнула, уткнувшись лицом в кружевные манжеты своего чужого платья. Тенна подошёл ближе, легонько поцеловав её в щеку. И тут зазвонил телефон. Не Алисин, а старый, громоздкий аппарат, принадлежавший Тенне. На крошечном экранчике определителя номеров высветилось имя: СПАМТОН. Тенна замер. Его экран на мгновение погас, а затем вспыхнул ярким, хаотичным взрывом пикселей — смесь шока, боли и невероятной надежды. «Это… невозможно,» — прошептал он, и его голос, обычно ровный, сорвался. Он поднял трубку. «Алло?» Из динамика донесся не тот громкий, напыщенный, полный дешевого пафоса голос, который он помнил. Это был тихий, робкий, зашуганный шепот, с легким заиканием. «Т-Тенна? Э-это я. Ш-шоу… оно вот-вот начнется. В-вы где? Менеджеры… они спрашивают.» Алиса, видя реакцию Тенны, прижала палец к губам. Тенна кивнул, собрался. «Мы… задерживаемся. Небольшие проблемы. Ты… можешь заехать?» На той стороне послышалась короткая, нервная пауза. «Я? З-заехать? К вам? Д-домой?» Голос Спамтона звучал так, будто его просили войти в клетку со львом. «Да. Пожалуйста,» — сказал Тенна как можно мягче. Когда Спамтон прибыл, они увидели его через глазок. Неуклюжую куклу в черно-белом костюме, волосы зализанны назад, но выглядели неопрятными. Он нервно топтался на пороге, поправляя очки — левая линза розовая, правая желтая. Когда Тенна открыл дверь, Спамтон вздрогнул всем телом и сделал шаг назад, будто ожидая удара. «П-поехали, хорошо? » — пробормотал Спамтон, не поднимая глаз. В студии царила атмосфера мрачного цирка. Освещение было резким, кричащим. На сцене вместо игровых площадок красовалась бутафорская, но жутко реалистичная виселица. Сценарий, который Спамтон, дрожащими руками, протянул Тенне и Алисе, описывал игру на выживание, где «проигравших» символично (но с максимальным натурализмом) вешали в прямом эфире. Рейтинги, видимо, здесь были главным божеством. Тенна пробежался глазами по тексту. На его экране вместо улыбки появилась тонкая, жесткая линия. «Это что такое?» — спросил он, и в его голосе впервые прозвучало не уныние, а чистое, праведное отвращение. Спамтон замер, побледнев и так, уже бледный. Он сжался, ожидая крика, оскорбления, возможно, пощечины. «Э-это… новое шоу, Тенна. Т-ты сам утверждал концепцию. В-высокие рейтинги…» «Это не шоу. Это садизм, — отрезал Тенна, отбрасывая сценарий. — Мы это снимать не будем. Переделайте! Сейчас...» Спамтон уставился на него так, будто тот заговорил на древнем инопланетном языке. Его круглые глаза за стеклами очков широко раскрылись. «П-переделать? Но… эфир… менеджеры…» «Скажи им, что это моё решение. А теперь, — Тенна повернулся к Алисе, — давай придумаем что-то… нормальное. Веселое. Без виселиц!» Съёмки прошли в сюрреалистичной, нервной атмосфере. Тенна, импровизируя, вел программу с неловкой, но искренней теплотой, которую он привык излучать в своем мире. Алиса, в своем чопорном платье лолиты, пыталась подыграть, чувствуя себя актрисой в абсурдном спектакле. Спамтон не отходил от кулис, не сводя с них ошарашенного взгляда. Он наблюдал, как «Тенна» хвалит участников, шутит (неуклюже, но без злобы), и вручает победителю не символическую петлю, а настоящий, ценный приз. Это было так непривычно, что казалось галлюцинацией. После эфира, когда адреналин начал спадать, Спамтон, всё еще дрожа, принес два бумажных стаканчика с кофе. Его руки тряслись так, что, передавая стаканчик Тенне, он пролил горячую жидкость ему на темные брюки. Тишина повисла ледяным грузом. Спамтон застыл, лицо его исказилось чистым, животным ужасом. Он отшатнулся, стаканчик выпал из его рук и покатился по полу. Затем он просто опустился на колени, съёжился и… заплакал. Тихо, безнадежно, прикрывая голову руками. «В-всегда… я всегда всё п-порчу… Н-не бейте, п-пожалуйста… я уберу, я…» — его голос захлебывался рыданиями. Тенна и Алиса переглянулись. В глазах Алисы читалось то же понимание ужаса, что и у Тенны. Этот Спамтон не был звездой, сошедшей с ума от успеха. Он был жертвой. Избитой, запуганной игрушкой в руках того, кто в этом мире носил его имя и лицо. Тенна медленно опустился на корточки перед плачущей куклой, стараясь не делать резких движений. «Спамтон. Эй. Смотри на меня.» Тот, всхлипывая, робко поднял взгляд. На его щеке, под сбитыми очками, виднелся синяк. «Я не буду тебя бить, — сказал Тенна, и его голос, исходящий из динамиков телевизора, звучал с такой нежной твердостью, какой не было даже в их родном мире. — Это всего лишь брюки. Они высохнут. Просто… в следующий раз будь осторожнее, хорошо? Тут есть, может, запасные?» Спамтон просто смотрел на него, не веря своим ушам. Слезы текли по его резиновым щекам, оставляя глянцевые дорожки. Алиса подошла и мягко положила руку на плечо Тенны. «Спамтон, — тихо сказала она. — Нам нужно кое-что тебе рассказать. Но ты должен нам поверить. Это будет звучать безумно.» И они рассказали. О другой двери. О другом мире. О другом Тенне — том, который любит яркие цвета, глупые шоу и который до сих пор скучает по своему другу, пусть даже тому, другому. Сказали, что они здесь не надолго, что они добрые и не причинят ему вреда. Спамтон слушал, сначала с недоверием, потом со страхом, а потом с медленно просыпающейся, хрупкой надеждой. Когда они закончили, он молча расстегнул манжеты своего белого пиджака и закатал рукава. Его руки были в мелких царапинах, синяках, следах от грубых веревок. Он осторожно ткнул пальцем в золотой зуб. «Он… он всегда так. За любую оплошность. За низкие рейтинги. За то, что я дышу слишком громко. Я… я думал, вы сегодня просто… в хорошем настроении. Или готовите что-то хуже.» Тенна смотрел на эти следы, и на его экране не было никакой картинки — только глубокий, траурный черный цвет. Внутри его металлического корпуса что-то сжалось от боли. Его Спамтон выбрал сделку с Майком и сошел с ума от славы. Этот Спамтон просто пытался выжить под сапогом тирана, носящего его лицо. «Мы поможем тебе, — сказал Тенна, и в его голосе не было места сомнению. — Пока мы здесь. И мы найдем способ вернуться. И когда мы уйдем… этот… другой я, он вернется?» Спамтон испуганно кивнул. «Я… я не знаю ваших правил. Но если вы уйдете… он вернется, наверное...» Алиса и Тенна переглянулись. Проблема усложнилась. Они не просто заблудились в чужой реальности. Они оказались в ловушке, откуда их уход будет означать возвращение ада для того, кто уже слишком много страдал. Им нужно было не только найти путь домой. Им нужно было найти способ помочь. --- Майк пришел в себя на холодном, гладком полу. Он открыл глаза — и мгновенно оценил обстановку, не двигаясь. Запахи. Пыль, старое дерево, слабый аромат какого-то химического освежителя, который он ненавидел. Это не был их дом. Не тот, где пахло пылью с плат Тенны, духами Алисы и теплом спящего Олди. Он медленно поднялся, его черная, как смоль, форма приняла привычную кошачью позу, но тут же изменилась. Мышцы памятью подсказали другое положение. Он посмотрел на свое отражение в зеркале. Силуэт был его, но детали… Человекообразная форма, которую он иногда принимал, была облачена не в удобную кожу, а в строгий, темный костюм с бабочкой. Намек на короткую, аккуратную стрижку вместо привычной гривы теней. Он выглядел как зловещий, но респектабельный призрак. Его хвост-цепочка с нервно подрагивающей стрелочкой выдавал внутреннее смятение. Дом. Он огляделся. Это был его старый дом. Тот самый, цветастый, в ретро-стиле 60-х, где он жил… до всего. До встреч, до сделок, до тихого тепла семьи с телевизором и девушкой-кошкой, до того, как он стал собой, но ведь тогда он не был тенью. Дом был пустым, безжизненным. Музейным экспонатом его прошлого. Он подошел к окну. На улице был день. Яркий, неприкрытый, враждебный день.Он не мог выйти. Свет сжигал его сущность здесь так же, как и везде. Он был заперт. Телефонная книга, лежавшая на винтажном столике, привлекла его внимание. Он пролистал ее черным, невесомым пальцем. Имена. Незнакомые. Ни Алисы. Ни Тенны. И только одно… СПАМТОН. Номер был знаком, но вибрировал иной, чужой энергетикой. Майк замер. Мысли проносились со скоростью падающей тени. Подвох. Спамтон. Всегда Спамтон. Он нашел способ? Какую-то новую магию? Игру? Или это последствия какой-то старой, забытой сделки? Он не стал звонить. Звонок выдал бы его растерянность. Тень не должна проявлять неуверенность. --- Студия. Позже. Спамтон, все еще нервно потирая запястья под манжетами, встретил Алису и Тенну у черного хода. «Он… он будет в ярости. Т-тот, другой. Когда узнает, что мы изменили сценарий. У н-него здесь повсюду глаза.» «Мы найдем способ, Спамтон, — сказал Тенна, и его экран показывал спокойное, ободряющее синее свечение. — Сначала нам нужно понять, как мы сюда попали. Эта дверь…» Спамтон перебил его, запинаясь: «Я… я должен заехать. К одному другу. Он… он из этого мира. Вчера приглашал. Я… я боюсь его, но он не такой, как Тенна. Иногда он… шутит ж-жестко. Но… может, он что-то знает? О странных вещах? Он ведь… т-тоже не совсем обычный.» Алиса и Тенна переглянулись. «Хорошо, — согласилась Алиса. — Иди. Будь осторожен. Узнай, может, он что-то заметил необычное. Но… не говори пока о нас. Не знаем, можно ли ему доверять.» Спамтон кивнул, чувствуя груз новой, странной миссии. --- Дом Майка. Спамтон постучал в дверь робко, как мышь у кошачьей норы. Дверь открылась сама, впуская его в полумрак. «Спамтон. Войди, — голос из темноты был знакомым шелестом, но в нем не было привычной Майку игривой угрозы. Была холодная, острая настороженность.** Спамтон вошел, ежась. «П-привет, Майк. К-как дела?» Тень в костюме материализовалась перед ним. «Где они, Спамтон?» «К-кто?» — кукла попыталась сделать невинное лицо, но ее дрожь выдавала ее с головой. «Не играй со мной, — Майк шагнул вперед. Его форма казалась выше, плотнее в этой реальности. — Тенна. Девушка с ушами. Алиса. Где они? Что ты с ними сделал?» «Я?! Я н-ничего! Я не знаю, о чем ты!» — Спамтон отступил, наткнувшись на диван. «Ты всегда что-то замышляешь, — шипел Майк, его разноцветные глаза горели в полумраке. — Деньги. Сделки. Сумасшедшие идеи. Ты нашел способ? Вытащил их оттуда? Для чего? Новой сделки? Или это твоя месть?» «Нет! Я п-просто…» Удар был быстрым и резким. Не когтями, а сгустком холодной, плотной тьмы, отбросившим Спамтона на пол. Тот вскрикнул, прижавшись к стене, по лицу его уже текли слезы. «Говори!» — голос Майка был низким и смертельно опасным. В нем не было игры. Только чистая, простая угроза. Этот Майк не шутил. Он добывал информацию. Спамтон рыдал, съежившись в комок. Он не мог выдать тех двоих. Они были добры к нему. Единственные, кто был добр. Но и этот Майк… он тоже мог быть ужасен. «Я… я не знаю… п-просто сегодня… они другие…» «Кто другие?» — Майк присел перед ним на корточки, его зубастая улыбка была так близко к лицу куклы. «Т-Тенна и… и его н-новая ассистентка… Они… они не те… Они с-спросили про тебя…» — выпалил Спамтон в истерике. Майк замер. Не те. Спросили про него. Шестеренки в его темном разуме провернулись. Это не было проделками Спамтона. Это было что-то большее. Нарушение. Сдвиг. Он выпрямился, глядя на дрожащую куклу. «Отведи меня к ним. Сейчас. И если это ловушка, Спамтон, — его хвост-стрелочка ткнулся в грудь куклы, — я найду способ причинить тебе боль, которая будет длиться вечно. Даже в твоих жалких снах.» Спамтон, всхлипывая, кивнул. У него не было выбора. Он привел этого разъяренного, чужого Майка прямо к Алисе и Тенне, молясь про себя, чтобы его новые, странные друзья знали, что делать. И чтобы этот Майк, в своей строгой бабочке и с глазами, полными подозрения, не оказался еще одним монстром в его и без того кошмарной жизни. Дверь гримёрки отворилась без стука, и в проеме возникла знакомая, но чужая тень в строгом костюме. Спамтон вжался в угол, ожидая взрыва ярости, криков, ударов. Его деревянные пальцы вцепились в складки пиджака. Но то, что произошло дальше, заставило его остекленеть от непонимания. Алиса вскочила с места, её чёрное кружевное платье вспорхнуло. «Майк!» — вырвалось у неё, и в этом одном слове был целый океан облегчения, страха и радости. Тенна резко повернулся, его экран на мгновение заполнила белая вспышка, а затем — хаотичный, радостный калейдоскоп цветов. «Ты здесь!» — его голос дрогнул. Майк стоял на пороге, его жёлто-розовые глаза скользили по их лицам, анализируя, оценивая. И тогда твёрдая линия его улыбки смягчилась, потеряв натянутость угрозы. Он сделал шаг вперёд. И они обнялись. Все трое. Неловко, отчаянно, сплетаясь руками и тенью в один плотный узел. Алиса прижалась лицом к прохладной, невесомой «груди» Майка, Тенна обхватил его металлической рукой за спину, а Майк, его чёрные руки-тени, обволокли их обоих, как защитный покров. Это не было обычным приветствием. Это было объятие потерпевших кораблекрушение, нашедших друг друга среди бескрайнего, враждебного океана чужой реальности. В нём была вся тоска по дому, весь ужас от разлуки и оглушительная радость воссоединения. Словно это могло быть их последним объятием. Спамтон наблюдал, широко раскрыв глаза за очками. Он видел, как «Тенна» — тот, кто должен был бить и унижать — плакал тихими, электронными слезами-статиками по краям экрана. Видел, как чудовищный Майк, его локальный кошмар, держал их с такой нежностью, на какую Спамтон не считал его способным. Мир перевернулся с ног на голову. Когда они наконец разомкнули объятия, в гримёрке повисла тихая, но уже не напряжённая тишина. Тенна, вытирая экран, первым нарушил её. «Майк, это другая вселенная. Мы попали сюда через дверь в том заброшенном доме. Ты почувствовал её первым… но мы оказались здесь, а ты — где-то там?» Майк кивнул, его взгляд скользнул к съёжившемуся в углу Спамтону. «Я понял. Всё… не то. Запахи, свет, память в стенах.» Его шелестящий голос звучал спокойнее, аналитично. «А он?» — кивок в сторону куклы. «Это не тот Спамтон, которого мы знали, — тихо сказал Тенна, и его голос снова дрогнул, но уже от другой боли. Он повернулся к испуганной кукле. — В нашем мире… мой друг Спамтон был другим. Ярким. Уверенным. А потом… жадным, завистливым. Он заключил с Майком сделку за славу, потерял душу и сошёл с ума. И я… я до сих пор скучаю по тому человеку, которым он был до. По тому другу..» Тенна сделал шаг к Спамтону. На его экране светилась грустная, но теплая улыбка. «А ты… ты выглядишь так, как он, когда мы только начинали. Но ты не злой. Ты просто… напуган. И мне так жаль, что тебе пришлось через это пройти.» Он медленно, давая время отреагировать, протянул руки, чтобы обнять его. Но Спамтон, увидев это движение, инстинктивно вскрикнул, отпрыгнул назад и прикрыл голову руками, съёжившись в ожидании удара. Тенна замер. Его экран потемнел, а затем на нём проступила одна-единственная, идеально круглая пиксельная слеза, которая скатилась вниз. Он опустил руки. «Я… я никогда бы не сделал тебе больно, — его голос звучал надтреснуто, в нём слышалась вся боль мира. — Ни тебе. Никому. Я не могу… Я не умею причинять боль.» Майк, наблюдавший за сценой, тихо фыркнул. Его разноцветные глаза сузились. «В этом мире правила, видимо, иные. Жестче.» Он посмотрел на Спамтона. «Ладно, кукла. Успокойся. Пока эти двое здесь, — он кивнул на Алису и Тенну, — мои когти прибраны. Обещаю.» Спамтон медленно опустил руки, всё ещё дрожа, но уже не так сильно. Он смотрел на грустное лицо-телевизор Тенны и не мог совместить этот образ с тем тираном, которого знал. Именно тогда Алиса, всё это время молча наблюдавшая, заговорила. Её голос был твёрдым, полным решимости. «Мы должны забрать его с собой. Когда найдём выход. Здесь ему только больно. В нашем мире… в нашем доме, ему будет лучше. Он будет в безопасности.» Тенна тут же оживился, его экран снова засветился надеждой. «Да! Мы можем… мы найдём для него место! Он сможет быть свободным! Не бояться!» Майк лишь покачал головой, но в его улыбке появилась тень чего-то, почти похожего на одобрение. Алиса продолжила. «Но сначала, нужно найти Десс. Без неё домой не вернёмся! А потом… потом посмотрим, что дальше..» План был намечен. Найти Десс. Понять природу двери. Вернуться домой. И, возможно, спасти по дороге одну маленькую, избитую жизнь, которая так напоминала о друге, потерянном в другом времени и пространстве. Они снова были вместе — тень,телевизор и девушка с кошачьими ушами. И теперь у них была миссия.