Золотой Ассистент / Golden Assistant

Этим же вечером Сяо И с замиранием сердца листал форум «Tianya». Там начали плодиться посты, мусолящие тему того, как Лу Чжоу пробивался к вершине. Кто-то даже ляпнул, будто его «протаскивал» через постель один известный продюсер… У Сяо И от таких откровений случился полный ступор. О «скрытых правилах» он, конечно, слышал и раньше. Знал, что и певцов, и актеров частенько протаскивают через постель, причем мужчин это касается ничуть не меньше, чем женщин. Но что бы там ни болтали снаружи, когда дело касалось его личных кумиров — Ли Чанчжэна или Лу Чжоу, — мозг Сяо И автоматически включал фильтры. Он просто вычеркивал подобную грязь из реальности, представляя Лу Чжоу безупречным «белым лотосом», не запятнанным мирской суетой. Про Ли Чанчжэна он тоже слышал всякое, и хотя рассудком понимал: о таком нельзя спрашивать и нельзя принимать на веру, сердцем смириться не мог. Сяо И несколько раз порывался закрыть вкладку, но рука так и тянулась пролистать ниже. «Боже мой!» — в душе Сяо И бушевала буря. Слезы наворачивались на глаза. «Как же так! Моего кумира... кто-то...» Реакция типичного фаната не заставила себя ждать: ссылки на посты мгновенно разлетелись по Weibo, обрастая комментариями разной степени авторитетности. Кто-то, ссылаясь на «надежные источники», авторитетно заявлял, что после того случая Лу Чжоу страдает импотенцией. Сяо И: «...» «Погодите-ка», — вдруг вспомнил он. Чжан Синьжань в пылу ссоры использовала по отношению к Лу Чжоу два очень специфических ругательства. Сяо И попытался чисто теоретически представить, как человек может быть одновременно импотентом и страдать от преждевременного семяизвержения. Проведя ряд логических выкладок и опираясь на презумпцию невиновности, Сяо И утешил себя: всё это чушь. У Лу Чжоу не может быть проблем с эрекцией, потому что эти два диагноза исключают друг друга. Решив для себя, что Чжан Синьжань солгала в этом вопросе, Сяо И вывел теорию, что она лжет и во всём остальном. А значит — никакого продюсера не было. — Госпожа Ду, — позвал Сяо И. — Этот пост... может, стоит найти кого-нибудь, чтобы его потерли? Он показал экран Ду Мэй, надеясь найти в её лице союзника. Та лишь мельком взглянула на текст. — Обычные бездельники, не обращай внимания. — Не будем удалять? — удивился Сяо И. — Удалим — значит подтвердим, — Ду Мэй, не отрываясь от мессенджера, махнула рукой. — Сам Лу Чжоу на этот бред не обижается, так что и тебе нечего за него переживать. — А, ясно. Сяо И осенило: «Точно! Если Лу Чжоу плевать, значит, ему нечего стыдиться, и продюсер его не трогал». Ду Мэй позвала Лу Чжоу зайти, а Сяо И отошел в сторонку, продолжая следить за сетевыми баталиями. И эти несколько минут спасли его душевное равновесие. В комментариях под тем же постом появился новый вброс, явно от человека осведомленного. Аноним указал инициалы продюсера первого фильма Лу Чжоу. Этот продюсер, как выяснилось, сам предпочитал пассивную роль и прославился тем, что «играл» с натуралами. Ходили слухи, что он вовсе не был «мачо-доминантом», а как раз наоборот — выступал в роли принимающей стороны. Первой картиной Лу Чжоу была драма «Стрела возврата». С тех пор прошло немало лет, был период затишья, пока он не подписал контракт с Ду Мэй и не пошел в гору. «Кто тут кого протаскивал! — с обидой подумал Сяо И. — У Лу Чжоу талант вообще-то имеется. Но раз ты пишешь так объективно, ладно, прощаю...» Поразмыслив, он выстроил новую догадку: может, Лу Чжоу когда-то пришлось «обслужить» этого типа, из-за чего и случилась психологическая травма, приведшая к тем самым зажимам в романтических сценах? Теперь-то всё сходится. — Эй! — окликнул его Лу Чжоу. Сяо И мгновенно вытянулся в струнку. — Ты чего в номер не идешь? — Лу Чжоу странно на него посмотрел. Он и не подозревал, какие дебри воображения сейчас штурмует его помощник. — Это я его позвала, — вмешалась Ду Мэй. — Посмотри, пресс-релиз и твое заявление готовы. Она протянула бумаги. Лу Чжоу просмотрел текст, внёс пару правок — публикацию назначили на следующий день. Сейчас сеть гудела, страсти по «роману Лу и Чжан» кипели. Ду Мэй, закончив с текстом, обратилась к пиарщикам и добавила: — Лу Чжоу, завтра утром не забудь опубликовать личное обращение. Сяо И заглянул в черновик. Это была исповедь Лу Чжоу — рассказ о годах, проведенных рядом с Чжан Синьжань. Текст не был приторным в духе «десять лет любви, ухожу с разбитым сердцем», но слезу выбивал знатно. Основной посыл был таким: путь от робкого новичка до сегодняшнего дня он прошел рука об руку с Чжан Синьжань, и благодарен ей за поддержку. Но теперь их пути разошлись — такова судьба. Несмотря на желание пойти к алтарю, несовместимость характеров не позволила этому случиться. Они отпускают друг друга и желают счастья. Расставание не связано с третьими лицами или изменами на съемках, время всё докажет. Читая воспоминания о «первых шагах» и «поддержке», Сяо И невольно расчувствовался. — Сделай лицо попроще, — Лу Чжоу передернуло. — У меня от тебя мурашки. — А разве всё было не так? — спросил Сяо И. — Процентов на восемьдесят выдумка. Пишешь нормально? Если хорошо — подправь что-нибудь. Сяо И не был великим стилистом, но кое-где подкорректировал фразы, сделав их более искренними. Лу Чжоу одобрил: — Пойдет. От Ду Мэй Сяо И узнал, что такой пиар выгоден обоим. Когда нет премьер, звездам нужно поддерживать уровень шума вокруг себя. Любой скандал годится, а «отношения» — самый безопасный и приятный для фанатов способ. Все говорят, что Лу Чжоу «присосался» к славе Синьжань, но на деле это был взаимовыгодный контракт. — Наш Лу Чжоу просто молодец, вытянул свою партию, — фыркнула Ду Мэй. — Всё, публикуем.

***

На следующее утро Сяо И с аккаунта Лу Чжоу выложил это заявление. Весь день снимали драки. Сяо И носился по площадке, гадая, что там творится в интернете. Наверняка эффект разорвавшейся бомбы. Но утро выдалось суматошным. Съемки подходили к концу, режиссер гнал график, координатор бегал в мыле и успевал только орать на подчиненных. В обед, после сложной сцены, Лу Чжоу подвесили на тросах перед зеленым экраном — отрабатывать движения для графики. — Хорошо! — крикнул постановщик трюков. — Еще раз, следующий дубль! Сяо И наконец выкроил минуту, достал телефон и с замиранием сердца открыл Weibo. Уведомления посыпались градом: двести пятьдесят четыре тысячи репостов, девяносто восемь тысяч комментариев. Сяо И едва не лишился чувств. Заявление Лу Чжоу мгновенно вернуло ему симпатии добрых шестидесяти процентов аудитории. Фанаты в большинстве своем народ бесхитростный: если кумир кого-то любит — значит, так надо, а если уходит — значит, он всё равно лучший. Главное, что Лу Чжоу сам подал голос и всё объяснил. А на ком он женат — на Чжан Синьжань, Нин Яцин или любимой хаски — фанатам по большому счету всё равно. Но вот хейтеры, фанаты Чжан Синьжань и просто случайные прохожие, которых когда-то задели фанаты Лу Чжоу, спускать дело на тормозах не собирались. Начался настоящий хаос. Сяо И гадал: сколько тут проплаченных троллей от Синьжань? Выставила ли своих Ду Мэй? Или это вообще битва двух армий ботов, а живых людей там раз-два и обчелся? Сначала он держался, но потом увидел, как под раздачу попала вся группа «Железных коней», а Нин Яцин начали поливать последними словами. Сяо И злился всё сильнее — нападки на Лу Чжоу он воспринимал как личное оскорбление. Ему хотелось заорать на весь мир: «Да вы хоть знаете, как наш кумир пашет?! Знаете?! Какого черта вы несете?!» В конце концов он не выдержал. Забыв о Лу Чжоу, который болтался где-то наверху на тросах, Сяо И зашел под другим ником и бросился в бой. Несмотря на решимость «стоять до последнего», Сяо И не владел искусством сетевого троллинга. Весь его арсенал сводился к «как вы можете так говорить», «замолчите» и «да что вы понимаете». Он горько жалел, что всю жизнь был мирным читателем и не набил руку в сетевых перепалках. Ему не хватало умения виртуозно размножать свои личности и менять маски. Вот бы стать как те «мастера перевоплощений», что могут в одиночку создать видимость целого полка сторонников! Сяо И носился между аккаунтами, пока голова не пошла кругом. Тут его окликнула координатор, призывая заглянуть на «Tianya». — Видел, что на форуме? — спросила она. — Читаю как раз, — Сяо И постарался скрыть волнение, хотя его самого трясло. — Глянь вот этот пост. Сяо И открыл ссылку, которую она прислала в WeChat, и чуть не умер на месте. Заголовок гласил: «Вся правда: карьера бабника и лжеца Лу Чжоу». Пролистав вступление, он наткнулся на такой комментарий: «У моего друга детства знакомый работает ассистентом у Лу Чжоу. Все знают, что Лу Чжоу — мерзкий тип, он за людей никого не считает. Постоянно орет на помощника при всех, срывает на нем злость. Ассистент — бедолага, он его вечно колотит и пинает». «Не может быть!» — Сяо И похолодел. Кто это слил?! Он же никому не рассказывал! «О великий император, это удар в спину! Где мой яд... подайте его мне, я не хочу жить...» Он взял себя в руки и пролепетал: — Я... я... я же подписывал договор о неразглашении! Я никому слова не сказал! Да и Чжоу-гэ меня никогда не бил! Это ложь! Чистая клевета! Что же делать?! — Тебе лучше позвонить директору Ду и всё объяснить, — посоветовала координатор. Сяо И благодарно кивнул и тут же набрал номер. — Я видела пост, — ответила Ду Мэй. — Знаю, что это не ты. Единственный, кто в курсе, что ты работаешь на Лу Чжоу из лагеря противника — это Ци Цюань. Наверняка он нанял кого-то прикинуться твоим другом. Старая дешевая уловка, не бойся. Фух... Сяо И выдохнул. — Давай так, — продолжила Ду Мэй. — Зайди под анонимным аккаунтом и напиши ответку. Тоже якобы от знакомых: (с нажимом) что Ци Цюань сам как-то по пьяни проболтался и вывалил всю грязную подноготную Чжан Синьжань. Подделай его манеру речи и вперед, партия в тебя верит. Сочиняй что хочешь, чем обиднее — тем лучше. Сяо И: «...» «Ну и гадюшник, — подумал он. — Какие же вы все беспощадные». — Эй! — донесся издалека яростный крик Лу Чжоу. — Ты там чем занят?! Сяо И вздрогнул. — Ты следишь за Лу Чжоу? — спросила в трубку Ду Мэй. — Ладно, ничего не пиши, в четыре часа наши боты сами всё сделают. Сяо И попрощался, бросил телефон и побежал к площадке. Лу Чжоу уже спустили на землю. Сяо И подхватил его под локоть, помогая обрести равновесие. Лу Чжоу проболтал на весу полчаса, так что Сяо И тут же припахал второго помощника делать массаж спины, а сам принялся разминать ему затекшие бедра и лодыжки. Вся съемочная группа в это время не отрывалась от экранов. Пост на «Tianya» под названием «Расскажу-ка я вам о Лу Чжоу и Чжан Синьжань то, чего вы не знали» рос как на дрожжах — комментарии исчислялись уже десятками страниц. Сяо И мельком заглядывал туда: там творилось форменное побоище. Одни клеймили Лу Чжоу подлецом, другие поливали грязью Синьжань, третьи причитали «любовь умерла», четвертые лепили фотки своих кумиров, пятые просто матерились. Были и те, кто под шумок хаял их нынешний сериал. — Вот же заразы, — проворчала координатор, засучивая рукава. — Наш проект-то за что задели? Девочки, в бой! — Погодите, — перебил пиарщик. — У меня есть список общих аккаунтов. Не светите свои личные. Я сейчас скину логины и пароли в общую группу. Сяо И: «...» Почти все, кто не был занят в кадре, увлеченно стучали по клавишам. Лу Чжоу немного отдохнул, ничего не заметил (да и не спрашивал) и снова ушел в работу. Главный герой парит под потолком, а внизу вся толпа единодушно бьется за его честное имя. Сяо И подошел ближе к остальным. Помощник режиссера, обладая феноменальным слухом и зрением, успевала и за площадкой следить, и строчить в телефоне. Нин Яцин тоже была не в духе: сидела в сторонке с каменным лицом и яростно тыкала в экран. Её явно довели до белого каления. Она отшвырнула телефон и процедила: — Иногда мне хочется по IP их вычислить и нанять киллера, чтобы прихлопнуть всех этих троллей. Сяо И вздрогнул. «Ого, воительница, ты что, город собралась вырезать?» — подумал он. Хотя, судя по ситуации, фанаты Лу Чжоу скорее сами скинутся на киллера для неё. Пока Лу Чжоу работал перед зеленым полотном, принимая по указке постановщика нелепые позы, Сяо И украдкой листал ленту. — Сестра Ань... — шепнул он координатору. — Всё еще ругаются? — Да ерунда, — успокоила та. — Разминаемся пока. Скоро ваша госпожа Ду выведет на поле основные силы. «Tianya» — это так, песочница. Вот когда на главных развлекательных порталах в баннерах и ссылках рванет — вот тогда начнется жара. А это мелочевка. Сяо И: «...» Все вокруг выглядели подозрительно довольными. Координатор снова заговорила в WeChat: — Ага, сама виновата, нарвалась на Ду Мэй. Кому теперь несладко, так это ей... Сяо И понял: похоже, Чжан Синьжань насолила многим. И Ли Е, и здешняя координатор явно её недолюбливали. — ...Ну зачем так, — раздался из мессенджера мягкий мужской голос. — Синьжань сама хороша. Все в тусовке знают, какой у неё беспорядочный образ жизни. Могла бы и остановиться. Выбрала собаку в качестве щита, а наша Маомао... — Маомао — это собака одного актера, — пояснила координатор Сяо И. — Её тоже чихуахуа этой Синьжань покусала. Сяо И сочувственно кивнул. — Вот-вот, — ответила она в трубку. — Тут черт ногу сломит, всё очень непросто. Заметив, что Сяо И слушает, она не стала больше откровенничать, закрыла WeChat и вернулась на форум. Около четырех часов «тяжелая артиллерия» от Ду Мэй наконец перешла в контрнаступление. Первым выстрелила статья с заголовком: «Тайные покровители Чжан Синьжань и одна очень наглая маленькая собачонка». Следом полетел пост: «Красавец и талант. Вспоминаем лучшие романтические роли Лу Чжоу». К пяти часам вечера в топе «Tianya» уже висела тема: «Конец сказки Лу и Чжан. Сесилия и Николас, Фэй и Ли... Вспоминаем экранные пары, оставившие след в наших сердцах. Кто следующий объявит о расставании, и кто станет новым героем их романов?» Общественное мнение качнулось в нужную сторону: в темах о Лу Чжоу теперь красовались в основном его лучшие фотографии.