Until I know

Когда одно болезненное воспоминание заменяется другим — становится ли легче? Если да, то сколько всего нужно перепробовать, чтобы себя хватило на то, чтобы начать жить с чистого листа? Феликс подписывает договор, не особо вчитываясь в пункты — все, чего он хочет, так это скорее забыть все, что было. Бесконечное чувство вины, вращающееся в его голове, словно юла, истощает. Одновременно и с этим, ему стыдно за то, что прямо сейчас он собирается стереть воспоминания. В приемной собралось много людей, у некоторых — куча коробок, хранящих память, кто-то сидит с переноской для животных, у кого-то в руках стопка бумаги, папки с документами. Феликс смотрит и на свою коробку — удивительно, как за 7 лет у него толком ничего памятного не сохранилось. Он выдыхает, слыша зовущую его по имени девушку — не то медсестра, не то ассистентка. Пора. Он оглядывается вокруг — процедурные кабинеты этой «C&A» ничем не отличаются от обыкновенных больничных, где обычно стоят капельницы. За исключением дополнительной аппаратуры, которую Феликс смиряет взглядом и хмыкает. — Вы уже заполнили договор? — в ответ на вопрос ассистентки парень протягивает листы, — Отлично! Меня зовут Лекси, я координирую этот процесс, так что если возникнут вопросы, или вы захотите передумать, можете связаться со мной. Лекси перепроверяет документы, кивая сама себе. — Для начала мы зафиксируем реакцию вашего мозга на предметы, — она взглядом указывает на коробку, — при помощи нейроконвертера, затем вы заполните обязательную анкету. Мы составим карту воспоминаний, и наши техники сотрут нежелательное. Проходите. Феликс ставит вещи на стол. — И-и что, это типа все дает гарантию на полную потерю памяти? В пределах события, да? — он вскидывает брови. — Да-да, только вам еще нужно… — Отлично! Начнем тогда, зачем медлить? — парень рухнул в кресло резким, нетерпеливым движением. — Нужно будет записать на диктофон описание события… — продолжила девушка уже менее воодушевленно, — На этом все, этой ночью специалисты проведут процедуру. — Да, я… читал все в договоре, не стоит повторять это по сто раз, — чуть закатывая глаза, отвечает Феликс. Ассистентка закрепляет «корону» нейроконвертера у парня над головой, корректирует положение кресла, и удостоверившись в готовности, приглашает одного из сотрудников. Феликс мельком смотрит на настенный экран — он действительно видит, как в его мозгу что-то реагирует, мерцает в определенных участках. Липкие электроды на висках то и дело кратко подергивают, но в общем не доставляют дискомфорта. — Сосредоточьтесь на воспоминаниях. Пластмассовая фигурка.

Зеленый свет. Реакция зафиксирована.

Абсолютно здоровый мозг. Все показатели в норме.

Первая фотография.

Желтый свет. Реакция зафиксирована.

Книга.

Зеленый свет. Реакция зафиксирована.

Плюшевый медведь.

Зеленый свет. Реакция зафиксирована.

Коллаж с фотографиями.

Оранжевый свет. Реакция зафиксирована.

Ключи от машины.

Красный свет. Реакция зафиксирована.

Парень понимает, почему приемы здесь осуществляются без конкретного графика. Все зависит от количества вещей, возможно еще от слишком бурных реакций, если кто-то решит растрогаться. Его прием вышел примерно на полтора часа. Полдела сделано — он избавился от триггеров, об остальном позаботится эта компания. На выходе из здания, он сильнее сжимает ключи от Шевролета, скептично оглядывает помещение. — Кто бы мог подумать… — тихо говорит Феликс.

***

В бумагах было указано подготовиться ко сну как обычно, процедура будет продолжаться на протяжении ночи, пока он не заснет, потом специалисты уедут. Он фыркнул. Ну и ладно, красть у него все равно нечего, кроме компьютера, который он так долго собирал. Феликс не может представить, насколько эта компания действительно популярна, скольких людей будут подвергать таким же действиям этой ночью. Он усаживается на угол кровати, протягивает руку к мирно спящему коту. — Ты как, дружище? — спрашивает он у Личи, британского кота, который живет с ним с момента переезда. Кот лениво тянется, переворачиваясь на спину и подставляя теплый живот хозяину. — Скоро уже должны быть здесь, — парень смотрит на экран телефона. Слышится стук в дверь, на что раздается «открыто». Двое парней заходят в квартиру, один из них смеется: — Мы же не постояльцы, могли бы и встретить нас, как положено. Феликс стоит, облокотившись на дверной проем, скрестив руки на груди. — Встречаю. Мысль о том, чтобы сделать реверанс, забавляет его, но он перебарывает себя. Пока техники настраивают оборудование вокруг него, подключают кабеля, он лежит в кровати. Горит приглушенный свет настольных ламп и рабочего компьютера. Один из парней тыкает другого в бок, на что другой прочищает горло. — С целью избежания перенагрузки нейронов, наша компания разработала дополнительную программу, которая исключит возможности внезапного пробуждения, и подарит вам новые ощущения. Пока это экспериментальная версия, не желаете принять участие в ее тестировании? — Ну-у… А что она из себя представляет? — Господи, думает парень, неужели нельзя начать все без лишних прелюдий. — Это по типу развлекательного шоу, в котором вы примете участие. Называется «Удивительный Цифровой Цирк», там, типа все ярко и прикольно, — парень теряет профессионализм, расслабляясь. Долго думать не пришлось. — Ха. Ладно, я не против. Начинайте. Феликс отключается почти сразу от усталости и напряжения, скопившихся за весь день. Доносится торжественная музыка, а вместе с ней и вступительная речь. Вместе с этим перед глазами проносится словно красный фильтр; помехи, отрывки уходящего дня.

«Добро пожаловать в Удивительный Цифровой Цирк!

Меня зовут Кейн, Я ваш конферансье!

И я здесь, чтобы показать вам самые челюстеотвисательные, сердцезамирательные и

мозгосминательные штуки, которые вы когда-либо видели!»