Цветочные шрамы. Пустынные ходы.

«Твоя задача будет заключаться в этом.», подытожил Шестой и затянул небольшую папку с документами, продев кусок бичевки через прорези в картоне и завязав тугой узел. «Понял. Когда выдвигаюсь?», стратег устало взглянул на свой рабочий стол, подумав сколько всего нужно переделать до миссии. «Какая же морока..» «Выдвигаешься завтра на рассвете. Из Суны тебе на встречу выйдут сопровождающие – встретишься с ними примерно на середине пути.», Какаши прищурился от назойливого луча света, что падал на него из окна, и, встав, скрыл его за занавеской из плотной тяжелой ткани, массивно стекавшей на пол от самого потолка. «Принял. В таком случае нужно успеть уладить некоторые вопросы до моего отъезда.», Шикамару взглянул на своего начальника и многозначительно добавил: «Из больницы уже третий месяц присылают запрос на твой плановый осмотр. Еще пару раз проигнорируешь – Сакура силком затащит тебя в смотровую.» Какаши усмехнулся сквозь ткань плотной маски, вспомнив вчерашнюю прогулку с девушкой до ее дома. Взяв в руку чашку с кофе и повертев ее в ладонях, поставил на очередной, в надежде, неважный лист пятно от напитка. Подняв глаза на советника, он ответил: «Вызови ее ко мне в Резиденцию. Пусть проведет осмотр здесь.» Шестой ненавидел больницы и Шикамару это прекрасно знал, поэтому ни капли не удивился приказу начальника и лишь кивнул тому в ответ. «Еще нужно будет решить вопрос о финансировании строительства участка железной дороги, что будет пролегать через Коноху. Я оставил отчет с полной сметой у тебя на столе. Изучи, а как вернусь, можно будет созвать полный Совет.» Какаши, наскоро осмотрев стол, нашел глазами огромной толщины папку и, упершись лбом в ладонь, тяжело вздохнул многочасовой работе, что она собой сулила. И о каких выходных могла идти речь, если количество бумаг на его столе увеличивалось с геометрической прогрессией, а сил на эффективное разгребание всей этой волокиты с каждой неделей становилось все меньше. «Иди, собирайся на миссию. На сегодня я тебя отпускаю. И проведи это время..», Какаши заговорчески улыбнулся, что отразилось в прищуре его глаз, «..с пользой». Шикамару сделал вид, что не понял начальника, и попрощавшись, вышел из кабинета. Молодой стратег прекрасно знал, что имеет ввиду Шестой. Все вокруг постоянно спрашивали, как продвигаются его потуги по завоеванию сердца Пустынной Принцессы. Да как продвигаются? Никак. Парень не мог понять, что она к нему чувствует. Ну, кроме раздражения и желания убить его своим огромным веером. Для Шикамару женщины казались самой главной морокой из всех. Как в детстве он не понимал отца за то, что тот выбрал себе в жены такую сложную женщину, так и сейчас не понимал сам себя, почему не видел вокруг никого, кроме Темари. Она была особенной в его глазах. Неописуемо красивая, волевая, умная женщина. Сколько раз они играли друг с другом в шоги – всегда была ничья, а ведь Асума–сенсей ни разу не выиграл у молодого гения ни одной партии. А тут какая-то девчонка. Ну уж нет, хотя бы в этой партии должен выиграть он, завоевав сердце песчаной куноичи. Ему нужно, чтобы она сделала хотя бы один шаг к нему навстречу, и тогда он сделает оставшиеся девять, какими бы сложными они не оказались. Прогуливаясь по дороге в сторону дома, парень обратил свое внимание на небольшую торговую лавку с украшениями ручной работы. Подойдя к прилавку и поздоровавшись с продавцом – пожилым мужчиной, чьи уже трясущиеся от возраста руки все еще были способны творить, молодой гений начал внимательно изучать товары. «Надеюсь, ей понравится.», подумал Шикамару, протягивая дедушке купюру, и, не дожидаясь сдачи, неспешно продолжил свой путь к дому, неся в руках небольшой пакет.

***

Утро для парня выдалось тяжелым. Встав ни свет ни заря, молодой стратег наскоро собрал все необходимые для миссии вещи и выдвинулся в сторону Деревни Песка. Идти было относительно недолго, благодаря союзу Суны и Конохи. Первая дала доступ к своим подземным туннелям, поэтому уже к обеду, парень встретился с сопровождающими – это был Канкуро и его ученица Аими, которой он передавал свои знания в искусстве марионеток. «Как дела в деревне? Ты выглядишь помятым, Шик.», спросил Канкуро, учтиво протягивая молодому стратегу флягу с водой. «Все налаживается, но сам понимаешь – послевоенное время не самый радужный период. Нужно быть осторожными, постепенно дать понять населению, что они наконец-то могут обратить внимание на свои жизни – больше не бояться.» Канкуро понимал, о чем говорит парень. В Суне восстановление шло размеренно, планомерно, но тоже медленно. Он тяжело вздохнул и парни продолжили путь в своих собственных размышлениях практически до самых ворот деревни. «Ну же, взбодрись! Она придет тебя встречать. Только ни в коем случае не рассказывай, что я тебя предупредил, иначе она просто похоронит меня в песках.», Канкуро то ли усмехнулся, то ли в страхе поежился. Впрочем, Шикамару почувствовал то же самое – не волнуется перед встречей с ней лишь глупец. Через двадцать минут пути перед глазами уже проглядывались очертания ворот Суны. Через полчаса он уже мог различить слабые образы людей, стоявших в ожидании на входе в деревню. Через сорок минут он уже шел глаза в глаза по направлению к ней. Темари была также прекрасна, как и в последнюю их встречу, что заставило сердце парня биться чаще, сбивая мысли и создавая в голове сплошной неконтролируемый хаус. У него. У Шикамару. У человека, которого из равновесия вывести было практически невозможно. Но перед ней он просто не мог устоять. Не мог мыслить трезво. Да, пожалуй, эта девушка была его единственной слабостью. «Здравствуй, давно не виделись.», прошептала она и парень забыл, как дышать.