amour pour toujours

Утро Антона началось прекрасно! Он открыл глаза... ХА! Поверили? Нихера. Антон проснулся ночью от того, что чья-то маленькая ручка толкает его в плечо. — Вик? Что-то случилось? — Мне плохо, Тош, – девочка и вправду выглядела болезненно. Антон потрогал её лоб. Было ощущение, что девочка вскипела (прям как чайник). Затем дети отправились на кухню. Там Антон померил сестре температуру и дал жаропонижающее. Уложив девочку в свою кровать, он сел рядом с ней на пол и тоже уснул. Утром у сестры опять поднялась температура и разболелось горло, поэтому парень отписал классному руководителю, что сегодня не придёт, и отправился в больницу, не забыв взять с собой сестру. После приёма у врача, который выписал дохера и больше всяких лекарств, Антон с Викой направились в аптеку. Оказалось, что Шастуновских 500 рублей не хватает даже на половину. Поэтому парень купил часть того, что было прописано кривым врачебным почерком. По приходу домой Шастун напоил сестру чаем, дал таблетку от горла и жаропонижающее. Вообще девочке нужны были ещё и сироп от кашля, антибиотики, спрей от насморка и противовирусное для Антона. Но хватило только на таблетки от горла и гематогенку. Непонимающий, что делать, Антон позвонил Оксане, единственному человеку, который ответит ему даже в гробу. *** — Привет! – Арсений зашёл в кабинет и закрыл за собой дверь. — Привет, – менее энергично ответил Стас. — В общем! Помнишь, я тебе рассказывал про парня, которого на улице встретил? — Конечно, помню, ты там его чуть ли не боготворил... — Так вот, это твой малец! — Что? Быть такого не может, у меня в классе таких Аполлонов нет, – одновременно и удивлённо, и с издёвкой произнёс историк. — Да есть, Антон Шастун! — Шастун? Да он же одна кожа да кости. — Да нормальный он! Как он, кстати, после вчерашнего? — Да нормально, только вот сеструха у него заболела, не знаю, как он лечение оплачивать будет. Как бы в долги не влез. — А родители что? – удивился француз. — Пьяницы они. А отца и нет, только отчим, и тот бьёт их, еблан. — Так вот синяки откуда... – сказать, что Арсений в шоке, ничего не сказать. – А нельзя его посадить, побои снять, еще что? — Антон не хочет. Боится, сестру заберут, если опека придёт, так что я не вмешиваюсь, он сам просил. Прозвенел звонок, и учителя отправились по своим кабинетам, каждый думая о своём. *** — Оксан, что делать-то? – парень уже умирал от безысходности. — О! Придумала! У меня знакомая есть, может тебя устроить на работу хорошую. Делать почти ничего не надо, а платят! Как президенту! – рассмеялась девушка. — Окс! Спасибо большое! – ликовал парень. – А что за работа-то? *** Уже утром Антон стоял у места, где ему должны были одобрить работу, которая оказалась и впрямь лёгкой. Парню просто надо было выгуливать чужих собак, оплатили за это 25 тысяч в месяц. Деньги, конечно, не огромные, но Антону хватит. Всё же лучше, чем ничего. — Антон? — Да-да, – сердце не успело замереть, как ему ответили. — Вы приняты! — Спасибо большое! – парень был так рад, что нельзя было передать словами! — Время работы и адреса мы вам отправим сообщением, до свидания. — Хорошо, до свидания! – летящей походкой Антон вышел за водкой, а потом направился к Оксане, праздновать. *** Юля, работа 10:02 Здравствуйте, Антон, Вас будет ожидать клиент в 18:00 по адресу: *****. Заплатит сам клиент, до свидания. — Да бля, пилить и пилить до туда, – возмутился парень. Антон 10:03 Хорошо, спасибо, до свидания. Почти всю субботу проебланив, к вечеру Антон начал собираться на работу. Померив температуру сестры и убедившись, что с ней всё в порядке, на столько, насколько это возможно, Антон покинул квартиру. Парень приехал тютелька в тютельку и позвонил в домофон. Дверь открылась, и спустя несколько пролетов Шастун уже стоял у входной. Дверь ему открыла женщина. — Здравствуйте, – это всё, на что хватило Шастуна, потому что от вида квартиры его челюсть сама отваливалась. Антону оказалось, что он не в квартиру зашёл, а во дворец каких-то царей. Каждая вещь ему казалась такой дорогой, что он даже дышать боялся, вдруг сломает что. С его аккуратностью-то. — Я Виктория Павловна, хозяйка квартиры. — Антон. Сейчас к тебе подойдёт мой сын с его собакой, расскажет, – сказала женщина и ушла куда-то вглубь квартиры, но в коридоре почти сразу появился парень лет 19 и его огромная собака. — Привет, – у парня был пирсинг и много татуировок, что не особо сочеталось с вайбом его квартиры. – Я Эдуард, а это моя собака Артур. Твоя задача просто с ним гулять. – бросил парень и оставил Антона наедине с собакой и поводком. После того как Шастун наделал на собаку поводок, они спустились во двор, и пока Артур гулял, Антон позвонил бабушке. Давно они не общались. — Алло? — Привет, бабуль. — Ох, Антоша, привет, ну как ты там? И рассказал Антон бабушке всё-всё. И про родителей, и про Вику, и про школу, и про работу. — Ох, если бы я в молодости мудрей была, то сейчас мы бы в шоколаде жили, – вздохнула бабушка. — Что ты имеешь в виду? — Раньше в нашем роду из поколения в поколение передавалось одно очень дорогое украшение, которое когда-то сама царица отдала нашему предку. И однажды я одела этот кулон на одно мероприятие, но моя на тот момент подруга его своровала. С того момента я не видела ни кулон, ни её саму. — Вот это да... – сказать, что Антон в шоке, ничего не сказать, – а как оно выглядело? — Сейчас скину тебе фотографию, – сказала бабушка и отключилась. Пришло пару минут, Антону пришло уведомление. Пока Антон разглядывал фото, к его ногам уже подошёл сделавший все свои дела Артур и принялся тереться мордой об Антоновские ноги. Вспомнив про собаку, парень и сам почувствовал, как замёрз (думать надо в одной ветровке в -22) и поспешил к подъезду. По возвращению в квартиру парень встретил Викторию Павловну, которая явно куда-то собиралась. Это было легко понять по её внешнему виду. Женщина была в красном коктейльном платье, в красивых туфлях (кажется, это были лабутены), а на шее у неё был кулон. СТОП! Антон моргнул и ещё раз посмотрел на кулон. Это точно был тот самый кулон с фотографией, которую парню отправила бабушка. Когда парень уже точно понял, что это и есть его давно утерянная семейная реликвия, тот сначала опешил, но затем у него в голове появилась одна единственная мысль, мигающая красным. "Его надо вернуть в их семью любой ценой".