Метка

Три дня минуло с того памятного разговора в автобусе. Каждую минуту Аврора думала о словах Лилли, о загадочном узоре на своём запястье, о Майкла, чья личность теперь предстала перед ней в новом свете. Просыпаясь ночью, она включала свет, разглядывая бордовые линии, искала объяснения в книгах и форумах. Чем больше она узнавала, тем сильнее росло чувство тревоги. — Опасен, — шепотом повторяла она, сидя на полу в гостиничном номере, массируя запястье. Или Лилли ошибается? Может, это просто совпадение? В голове сталкивались противоположные аргументы, порождая мучительную головоломку. Каждый раз, думая о Майкле, сердце ускоряло ритм, но вслед за этим появлялся страх — страх совершить роковую ошибку, полагаясь на чувство, а не на знание. Они больше не разговаривали о метке. Лилли вела себя так, будто ничего не произошло, но Аврора периодически ловила на себе её пристальный взгляд, оценивающий и подозрительный. Аврора делала вид, что ничего не замечает, но внутри её грызло сомнение. Рори взглянула на часы. До очередного концерта оставалось несколько часов, и она хотела провести их в тишине, погрузившись в репетиции, чтобы отвлечься от мучающих мыслей. Но работа не принесла облегчения. Вновь и вновь возвращались те же вопросы, и снова не находилось ответов. Саундчек шёл мучительно долго, и Аврора не смогла просто сидеть на месте и ждать своей очереди. Не долго думая, она выскользнула из здания и отправилась на короткую прогулку. Том незаметно пошёл следом, соблюдая расстояние, чтобы не беспокоить девушку. Зайдя в уютное кафе неподалёку, Аврора заказала латте и устроилась в углу, подальше от людских взглядов. Окружённый деревянными столиками и мягкими креслами, интерьер заведения источал атмосферу домашнего уюта, отвлекая от повседневных стрессов. Снаружи солнце заливало улицу мягким весенним светом, листья деревьев весело шелестели на ветру, а прохожие шли мимо, увлечённые своими делами. Атмосфера была приятной, расслабляющей, но мысли Авроры были заняты другим. Аврора решила сделать запись в свой дневник впервые за долгое время. Потому что излить душу сейчас было абсолютно некому. «12 апреля. Нью-Йорк. Я не знаю, что писать. Вернее, знаю, но слова не идут. В голове такой хаос, что если начать записывать всё подряд, получится книга, а не дневник. Лилли сказала, что метка может быть предупреждением. Что тот, к кому я чувствую... что-то... может быть опасен. И я думаю о Майкле. Постоянно. Каждый раз, когда вспоминаю его голос, его смех, его «принцесса» — сердце замирает. А потом я смотрю на запястье и думаю: а вдруг это не... не то о чем я думаю. Вдруг это просто... сигнал тревоги, который я неправильно прочитала? Лилли смотрит на меня странно. Я чувствую этот взгляд. Она будто ждёт чего-то. Или проверяет. Не знаю. Сегодня саундчек был невыносимым. Я не могла сосредоточиться, всё валилось из рук. Марк злился, Линда пыталась шутить, но мне было не до смеха. Ушла в кафе. Сижу, пью латте, смотрю на людей за окном. У них всё просто: работа, дом, семья. А у меня — метка, тур, Майкл, Лилли, и куча вопросов без ответов. Том стоит на улице, делает вид, что разглядывает витрины. Забавно, как он пытается быть незаметным. Надо возвращаться. Скоро концерт. А я всё ещё не знаю, что делать с тем, что у меня внутри. Может, ответы придут сами. Или я просто устала их искать. Посмотрим.» Аврора захлопнула дневник и убрала его обратно в сумочку. Перекусив булочками и кофе, она направилась обратно к концертной площадке, погружённая в собственные мысли. Всё время, проведённое вне сцены, Аврора посвящала одному человеку — Майклу. Он занимал значительную часть её головы, вызывая смесь приятных и тревожных чувств. Она пыталась убедить себя, что это нормально — испытывать благодарность и уважение к человеку, который помогал ей развиваться профессионально. Но глубоко внутри теплился червячок сомнения: а вдруг это нечто большее? Рассматривая прохожих на улице, Аврора невольно сравнивала их с Майклом. Кто-то был высоким и стройным, как он, кто-то имел такой же низкий голос, кто-то походил на него манерами. Но никто не заменял реального Майкла. Размышления оборвались резким столкновением. Аврора налетела на невысокого мужчину, чуть не упав. Мужчина успел поймать её за плечи, предотвращая падение. — Рори, ты в порядке? — спросил Джейн, удивлённо морща лоб. Аврора кивнула, стараясь собраться с мыслями. — Да, прости, я просто в облаках витаю, — пробормотала она, краснея от стыда. Джейн улыбнулся, слегка отпустив её. — Ты выглядишь усталой, — заметил он, внимательно глядя на девушку. — Ты хорошо себя чувствуешь? Аврора кивнула, но на её лице промелькнула тень сомнения. — Всё хорошо, спасибо, — ответила она коротко, стараясь не показывать своё беспокойство. Джейн провёл Аврору до концертной площадки и быстро исчез где то в помещении. Оставшиеся часы до выступления пролетели незаметно: она распевалась, болтала с командой, принимала поздравления и советы. Во время последней проверки костюмов Аврора слегка повернулась и заметила Лилли, стоящую в отдалении. Девушка смотрела на неё грустным, печальным взглядом, полным невысказанных слов. Аврора ощутила, как внутри дрогнуло сердце. Она хотела подойти к подруге, спросить, что происходит, почему Лилли так странно ведёт себя. Но стоило ей начать движение, как Лилли стремительно исчезла за кулисами, оставив Аврору стоять в одиночестве. Пока техническая бригада устанавливала оборудование, Аврора бродила по сцене, глядя наверх, на высокие потолки, освещаемые прожекторами. Внезапно она поняла, что не общалась с Лилли уже несколько дней подряд. Раньше они встречались ежедневно, проводили время вместе, рассказывали друг другу о проблемах и достижениях. Теперь же Лилли словно исчезла из её жизни, оставив после себя пустоту и тревогу. «Что происходит?» — мысленно вопрошала Аврора, останавливаясь у края сцены. — «Почему она так изменилась?» Она вспомнила их последний разговор, слова Лилли о предательстве и опасности. Аврора чувствовала, что между ними что-то пошло не так, но не могла понять, что именно. *** — Осталось всего три города! — сказала Аврора, улыбаясь в телефон. — Майкл, ты не представляешь, как я сильно скучаю по... Неверленду. Её сердце дрогнуло, когда она поняла, что хотела сказать совсем другое — «скучаю по тебе», но вовремя остановилась. — Рори, ты огромная умница, — тепло произнёс Майкл. — Мы с Элиасом безумно ждём тебя. Кстати, он расстраивается из-за того, что ты редко ему звонишь. Аврора усмехнулась, чувствуя вину. — Я тебе иногда не успеваю позвонить, что там говорить об остальных, — сказала она, представляя улыбающееся лицо Элиаса. — Рори, а как у тебя дела с родителями? Ты общаешься с ними? — голос Майкла стал тише, заботливым. Комок поднялся к горлу, и Аврора зажмурилась, пытаясь справиться с эмоциями. — Маме трудно справляться одной, — тихо сказала она, пытаясь скрыть грусть. — Я перевела немного денег на счёт папы. Ему каждый год нужно оплачивать дорогостоящее лечение и покупать лекарства. Майкл ненадолго замолк, а затем мягко сказал: — Извини, я... не знал. Если нужно, я помогу чем смогу! Деньги, лекарства, чем угодно. Аврора почувствовала тепло, растекающееся по телу, оттого, что Майкл готов поддержать её. — Всё в порядке, я могу обеспечивать себя и своих близких, — твердо сказала она, но в глубине души её поразила сила его участия. Вдруг в дверь постучали, прерывая разговор. — Кто-то пришёл, — быстро сказала Аврора, кладя руку на грудь, пытаясь успокоить учащенное сердцебиение. — Я перезвоню. Повесив трубку, она открыла дверь, чувствуя облегчение от короткого общения с Майклом и одновременно сожаление, что не успела сказать главное: как сильно она скучает по нему. Открыв дверь, Аврора остолбенела. На пороге стояла Лилли, выглядевшая совершенно иначе, чем обычно. Лицо её было покрыто пятнами от слёз, одежда мятая и испачканная, а светлые локоны растрепаны и торчат в разные стороны. — Лилли? — прошептала Аврора, вытаращив глаза. — Что с тобой случилось? — Можно войти? — раздался мягкий голос Лилли из-за двери. Аврора вздрогнула, вытираясь полотенцем. Собираясь нырнуть под одеяло, она внезапно поняла, что перед ней гостья. — Конечно, входи, — поспешно сказала она, натягивая халат и повязывая полотенце на макушку. — Извини, я только с душа, поэтому в халате и с полотенцем на голове. Лилли вошла в комнату, одета в простое платье и старые кроссовки. Её длинные светлые волосы рассыпались по плечам, глаза были слегка припухшими от недавнего плача. — Ты выглядишь уставшей, — участливо заметила Аврора, усаживая подругу на кровать. — Что-то случилось? Лилли пожала плечами, но Аврора почувствовала, что её беспокоит что-то серьезное. — Садись, — сказала она, садясь рядом. — Я тебе воды принесу. Вернувшись с водой, Аврора заметила, что Лилли нервно перебирает складки платья, явно колеблясь. — Что-то не так? — осторожно спросила она, присаживаясь рядом. Лилли вздохнула, плотно сцепив руки. — Я не знаю, как начать, — тихо сказала Лилли, избегая взгляда Авроры. Аврора почувствовала, как напряжение усиливается в воздухе. — Говори как есть, — мягко сказала она, взяв Лилли за руку. *** Лилли слегка помедлив, осторожно подтянула рукав своей кофты. На правом запястье у неё красовалась ровно такая же метка, что и у Авроры. Аврора ахнула, широко раскрыв глаза. — Что это? — спросила она, дотронувшись кончиками пальцев до узора на запястье Лилли. — Такая же, как у меня... Лилли вздохнула, глядя на метку. И тут у Авроры в голове сложился пазл. Так вот откуда она так много знает об этой теме. Вот почему избегала ее и пряталась. Все встало на свои места. — Я не знаю, что это значит, — прошептала Лилли, смотря в пол. — Не знаю, для чего мы друг другу. Но я знаю одно... Она медленно подняла руку и осторожно провела пальцами по щеке Авроры, едва касаясь её кожи. — Я не хочу тебя терять, — тихо сказала она, глядя Авроре прямо в глаза. Почувствовав тепло её прикосновения, Аврора замерла, ощущая, как сердце бешено забилось в груди. Прежде чем она успела что-то сказать, Лилли приблизилась и поцеловала её. Поцелуй был лёгким, почти воздушным, но Аврора ощутила его всем телом, вплоть до кончиков пальцев. Лилли отстранилась так же внезапно, как и приблизилась. Щёки её пылали, глаза блестели от вины. — Прости, — выдохнула она, отстраняясь. — Я не должна была... я пойду. Она побежала к двери, оставив её открытой. Аврора стояла посреди комнаты, ошарашенная произошедшим. Её губы ещё сохраняли тепло поцелуя, а сердце бешено колотилось в груди. «Что это было?» — спрашивала она себя, чувствуя головокружение и слабость. Сердце прыгало в груди, голова кружилась, мысли разбегались в разные стороны. Аврора бессильно опустилась на кровать, прикрывая лицо руками. Никогда ранее она не испытывала таких чувств, не понимала, что это значит и как реагировать. Долгие минуты она сидела в одиночестве, глядя в пустоту коридора. Воспоминания о поцелуе оживали в её памяти, вызывая смешанные чувства удовольствия и тревоги. *** Следующий день начался с суеты и напряжения. После происшествия накануне Аврора проснулась рано утром, не отдохнув толком, осознавая, что жизнь вокруг продолжится, несмотря ни на что. Сегодня у группы запланирована последняя репетиция, важная сессия перед следующим этапом тура. Настроение Авроры было подавленным и запутанным, но необходимость идти вперёд заставляла двигаться. Войдя в студию, Аврора увидела, что команда уже собралась. Музыкальные инструменты стояли подготовленные, аппаратура настроенная, воздух наполнился привычным шумом техники и ожиданием творческой работы. Однако атмосфера казалась напряжённой. Куда бы Аврора ни посмотрела, везде встречала осторожные взгляды коллег. Марк смотрел строго, сосредоточенно занимаясь настройкой оборудования. Джейн пытался поддерживать непринуждённость, болтая с Томом, но даже его веселость выглядела вымученной. Однако особое внимание привлекала Лилли. Девушка оказалась возле одного из пультов управления, уткнувшись в монитор, делая вид, что занята работой. Но Аврора ясно видела, как часто та поднимала голову, бросая быстрые взгляды в сторону певицы. Каждый раз, встретившись глазами, Лилли мгновенно отводила взгляд, словно застигнутая врасплох. Сердце Авроры сжималось всякий раз, когда она замечала такие моменты. Они напоминали ей о вчерашнем происшествии, заставляли чувствовать странную неловкость и волнение одновременно. Запретные ощущения боролись с голосом рассудка, мешая принять решение, которое могло изменить многое. — Давай начнём. — сказал Марк, настраивая микрофон. Аврора подошла ближе, стараясь сохранять спокойствие. Внутри неё бурлили эмоции, мысль о недавних событиях разрывала сознание на части. Она не знала, как поступить правильно, не представляла, как продолжать общаться с Лилли, особенно после произошедшего. Тем временем, репетиция шла своим чередом. Голоса звучали чётко, музыка наполняла пространство, создавая гармонию звуков. Время шло быстро, но ощущение дискомфорта не покидало Аврору. Когда наступила пауза, девушка отошла к окну, наблюдая за пейзажем снаружи. За стеклом раскинулась обычная городская улица, полная движения и шума машин. Люди спешили куда-то, поглощённые собственными проблемами и заботами. Аврора задумчиво рассматривала происходящее, размышляя о собственной ситуации. Музыка звучала громко, голоса музыкантов слышались отчётливо, но внутренние переживания заглушали внешние звуки. Подняв взгляд, она обнаружила, что Лилли стоит напротив окна, буквально в нескольких метрах от неё. Взгляд девушки выражал столько эмоций, что Аврора замерла на мгновение. Глаза Лилли отражали неуверенность, надежду и глубокую привязанность, которую невозможно было игнорировать. Сердце Авроры стукнуло быстрее, дыхание сбилось. Их взгляды встретились, и каждая из девушек прочла в глазах другой признание и желание разобраться в собственных чувствах. Было видно, что обе переживают одинаково, испытывают одинаковую растерянность и стремление к чему-то большему. Несколько секунд длилось молчание, нарушаемое лишь тихими разговорами команды поблизости. Затем Лилли сделала шаг навстречу, протянув руку в знак примирения. Аврора приняла предложенную руку, крепко сжав пальцы подруги. Обменявшись понимающими взглядами, девушки молча согласились продолжить обсуждение позже, найдя подходящее время и место. *** Аврора осталась в студии на подольше сегодня. Сидела и пялилась в стенку. Абсолютно все мысли покинули ее голову. Она думала что все уже ушли, но не тут то было. В дверях появляется Лили. Она смущена, но решительна. — Привет… я… просто подумала, может, посидим вместе? Устала после репетиций, а возвращаться в гостиницу совсем не хочется. Аврора поднимает взгляд, улыбается мягко: — Заходи, если хочешь. Они молчат какое-то время, просто сидят рядом, но ничего не говорят. Наконец Лили решается заговорить первой: — Аврора… я хотела сказать кое-что важное. Последние дни… мы стали ближе, правда? Этот наш поцелуй… он был особенным для меня. Аврора отводит взгляд, играет пальцами по рядом стоящей гитаре. — Был. Да. Но ты ведь знаешь, я не привыкла спешить с такими вещами. Лили придвигается чуть ближе, берёт Аврору за руку: — Я понимаю твою осторожность. Но посмотри на нас сейчас — мы говорим, смеёмся, проводим вечера вместе. Разве не чувствуешь, что между нами что то большее, чем просто дружба? Аврора вздыхает, смотрит на Лили долгим взглядом: — Честно говоря, чувствую. Просто боюсь ошибиться. Лили наклоняется ближе, нежно касается щеки Авроры: — Давай просто попробуем? Постепенно, в твоем темпе. Я буду честная и искренняя с тобой Аврора. Аврора прикрывает глаза, чувствуя тепло рук Лили: — Да. Наверное, ты права. Просто дай мне время убедиться самой. Лилли прильнула к губам Авроры. Поцелуй был нежным и теплым, но... Что то все равно тревожило Рори. Она ничего не чувствовала от поцелуя. Вообще. Только свои и ее губы, но никакого удовольствия он не приносил. Откинув лишние мысли в сторону, девушки размокнулись друг от друга. Лилли улыбнулась посмотрев Авроре в глаза. Но вдруг Рори слегка отпрянула от нее. Несколько секунд подумав, она повернулась к девушке и сказала: — Хочешь пойти ко мне на ночь? Тебе до дома далеко ехать, а на улице уже очень темно. Лилли замерла, её брови взлетели вверх от неожиданности предложения. Она осторожно коснулась плеча Авроры, пытаясь уловить малейшие оттенки настроения подруги. — Правда? — неуверенно спросила она, боясь показаться назойливой. — То есть, ты действительно хочешь, чтобы я осталась? Аврора слегка покраснела, заметив взволнованность Лилли, и решительно добавила: — Почему бы и нет? Будет приятно провести вечер вдвоём, поговорить, обсудить наши чувства. Нет никаких строгих рамок или требований, просто отдых. Лилли расслабилась, её губы тронула робкая улыбка. Глубоко вдохнув, она уверенно кивнула головой: — Тогда решено. Спасибо за приглашение, Рори. Это лучший способ завершить сегодняшний вечер. *** В номере было тихо и темно. Аврора включила только маленький ночник у кровати, и жёлтый свет разлился по комнате мягким кругом. — Тут красиво, — сказала Лилли, оглядываясь. — У меня клетушка, а тут... хоромы. — Это Майкл постарался, — ответила Аврора и вдруг почувствовала лёгкий укол вины. Имя Майкла прозвучало как-то не к месту. Лилли, кажется, не придала значения. — Пойду в душ, если можно, — сказала она. — А то после концерта и всего этого... — Конечно. Пока Лилли была в душе, Аврора сидела на кровати и пыталась унять сердцебиение. Всё это было как сон. Слишком правильный, чтобы быть правдой. Лилли вышла из душа в её футболке и смешных пижамных штанах, которые нашла в сумке. — Надеюсь, ты не против? — Нет, — улыбнулась Аврора. Они легли в кровать, и это было так естественно, будто они делали так тысячи раз. Лилли обняла её со спины, уткнувшись носом в затылок, и Аврора чувствовала её дыхание, её тепло, её руки, обвившие талию. Рори впервые спала с кем то в одной кровати, а тем более в обнимку. Но она не могла сказать, что ей это не понравилось. Только вот вместо Лилли, в голове возникала картинка современно другого человека. — Спокойной ночи, — прошептала Лилли. — Спокойной. Аврора закрыла глаза и провалилась в сон почти мгновенно. Самый спокойный сон за последние месяцы. *** Прилетев в Филадельфию, в номере появились вещи Лилли. Сначала — зубная щётка рядом с Авророй в стаканчике. Потом — её шампунь. Потом — книги на тумбочке, свитер на спинке стула. Теперь они делили номер вместе, так даже веселее. В следующие дни они жили обычной жизнью. Утром — кофе, который Лилли научилась варить именно так, как любила Аврора. Днём — репетиции, саундчеки, иногда прогулки по городу, если выдавался свободный час. Вечером — концерты. А после концертов — номер, тишина и поцелуи в обнимку. *** — Она стала отстранённой! Я не понимаю, что случилось... — Майкл мерил шагами гостиную, забыв, что в руке у него давно остывший чай. — Ещё месяц назад она рассказывала мне всё на свете, наши разговоры были наполнены смехом. А сейчас... поговорим пару минут, перекинемся дежурными фразами — и всё... Мне страшно, что с ней что-то случилось... А если ей угрожают? Попала в плохую компанию? Я должен узнать! Элизабет Тейлор сидела в кресле, закутанная в свою неизменную шаль, и спокойно наблюдала за ним. Она уже привыкла к этим приступам майкловской тревоги. За последние две недели это был уже третий. — Майкл, сядь, — сказала она ровно. — Ты вымоешь пол своими метаниями. Он остановился, посмотрел на неё затравленным взглядом и рухнул на диван напротив. — Лиз, я серьёзно. Я чувствую. Что-то не так. — Что именно ты чувствуешь? — Не знаю! — Он запустил пальцы в волосы. — Она... она стала другая. Когда я звоню, она отвечает, но будто... будто думает о чём-то другом. Раньше она рассказывала про репетиции, про команду, про каждый концерт. А теперь — «всё нормально», «устала», «потом поговорим». И вешает трубку. — Может, она правда устаёт? Тур — это тяжело. — Лиз, я знаю, что такое тур. Я вырос в туре. Усталость — это когда сил нет говорить. Но она не усталая. Она... — он запнулся, подбирая слово, — отстраненная. Элизабет отставила чашку и посмотрела на него внимательно. — Ты говорил с ней об этом? — Как я могу поговорить? — Майкл вскочил снова. — «Привет, Аврора, мне кажется, ты что-то скрываешь»? Это не разговор, это допрос. Я не имею права лезть в её личную жизнь. — Но ты хочешь. — Я хочу знать, что с ней всё в порядке! — почти выкрикнул он. — Это преступление? Элизабет молчала, давая ему выплеснуть эмоции. Когда Майкл немного выдохся и снова опустился на диван, она заговорила: — Дорогой, я скажу тебе одну вещь, которая тебе не понравится. — Какую? — Ты боишься не за неё. Ты боишься за себя. Майкл замер. — В каком смысле? — В прямом. — Элизабет поправила шаль. — Ты боишься, что она нашла кого-то. Что теперь её жизнь заполнена не тобой. Что ты перестал быть для неё главным человеком. — Лиз, это не так! Я просто... — Просто что? — перебила она. — Ты сам сказал: «Раньше она рассказывала мне всё». Теперь не рассказывает. Значит, появился кто-то, кому она рассказывает. Это естественно. Ей пятнадцать лет, она в туре, вокруг новые люди... Наверняка какой-нибудь мальчишка из команды положил на неё глаз. Майкл побледнел ещё сильнее. — Ты думаешь, у неё... кто-то есть? — А ты не думал об этом? — Элизабет приподняла бровь. — Красивая девочка, талантливая, в центре внимания. Думаешь, вокруг неё никого нет? — Она бы сказала, — тихо произнёс Майкл. — Она всегда всё рассказывала. — Может, не готова. Может, боится твоей реакции. — Элизабет вздохнула. — Майкл, ты для неё не просто друг. Ты — её защитник, её опора. Иногда именно таким людям труднее всего признаваться в личном. Майкл молчал, переваривая. — Что мне делать? — спросил он наконец. — Ждать. — Элизабет погладила его по руке. — И работать. У тебя альбом, который войдёт в историю. Займись им. А когда она вернётся — вы поговорите. По-настоящему. Если захочешь. — А если не захочет? — Захочет. — Элизабет улыбнулась. — Такие вещи просто так не проходят. И потом... — она сделала паузу, — если это просто мальчишка, он забудется. А ты — нет. Майкл посмотрел на неё с благодарностью. — Спасибо, Лиз. — Не за что, дорогой. А теперь иди спать. Завтра новый день. Она встала и, проходя мимо, поцеловала его в макушку. — И выкинь из головы эти страхи. С ней всё в порядке. Она просто взрослеет. Элизабет ушла, а Майкл остался один в тишине гостиной. Он смотрел на телефон и боролся с собой. Уже поздно. Она наверняка спит. Или устала после концерта. Или просто не хочет говорить. А вдруг с ней что-то случилось? Рука сама потянулась к трубке. — Я только проверю, — прошептал он. — Просто услышу голос и положу. Он набрал номер. *** Аврора лежала на кровати, и мир сузился до одного-единственного человека надо ней. Лилли нависала сверху, её тёмные волосы падали на лицо Авроры, щекотали шею, и от этого по телу бежали мурашки. Они целовались — долго, глубоко, так, что забывали дышать. — Ты как? — выдохнула Лилли, отрываясь на секунду. — Хорошо, — прошептала Аврора. — Очень хорошо. Лилли улыбнулась и снова поцеловала — в уголок губ, в щёку, в шею. Аврора запрокинула голову, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Она никогда не была так близка с кем-то. Никогда не чувствовала таких рук на своей коже, такого дыхания, такого жара. Лилли потянула край её футболки вверх, и Аврора, не думая, помогла ей стянуть её через голову. На секунду стало стыдно — она никогда не раздевалась при ком-то, даже при Майкле, даже в мыслях, — но Лилли смотрела на неё с таким восхищением, что стыд растаял. — Какая ты красивая, — выдохнула Лилли. — Боже, какая ты красивая. Аврора покраснела до корней волос, но улыбнулась. — Ты тоже. Лилли наклонилась, чтобы поцеловать её плечо, ключицу, грудь... Аврора выгнулась, чувствуя, как по телу разливается жар. Её руки сами потянулись к Лилли, к пуговицам на её рубашке, дрожа, не слушаясь. — Можно? — спросила она шёпотом. Лилли кивнула, глядя ей прямо в глаза. Аврора расстегнула первую пуговицу. Вторую. Третью... И тут зазвонил телефон. Звук ворвался в тишину номера резко, неприятно, разрывая интимность момента. Аврора замерла. Лилли тоже. — Не бери, — выдохнула Лилли, прижимаясь лбом к её лбу. Телефон звонил. — Это может быть Майкл, — прошептала Аврора. — Он всегда звонит в это время. — Сейчас не время. Четвёртый гудок. Пятый. — Лилли, я быстро. Просто скажу, что всё хорошо. Аврора высвободилась из объятий, натянула футболку обратно и подошла к телефону. — Алло? — Привет, принцесса. Голос Майкла в трубке был тёплым, но в нём чувствовалось что-то... напряжённое. — Привет, — ответила Аврора, стараясь дышать ровно. — Не разбудил? — Нет, я... не спала ещё. Она обернулась. Лилли лежала на кровати, глядя на неё. Её рубашка была расстёгнута, волосы растрёпаны, и в глазах было что-то... Аврора не могла понять, что именно. Ревность? Обида? Нетерпение? — Как дела? — спросил Майкл. — Я просто... соскучился. Решил позвонить. — Всё хорошо. — Аврора отвернулась к окну, чтобы не видеть взгляда Лилли. — Концерты идут, команда отличная. — Ты говорила, у тебя появилась подруга... Лилли? — Да. Она часто бывает на базе. — А кроме неё есть кто-то ещё? — спросил Майкл, и в его голосе проскользнула какая-то странная нотка. — Ну... из новых знакомых? Аврора напряглась. — В смысле? — Ну, я просто подумал... — Майкл запнулся. — Ты так редко стала рассказывать про тур. Я подумал, может, у тебя появился... кто-то особенный? Парень какой-нибудь? Аврора почувствовала, как щёки заливаются краской. Она была рада, что Майкл не видит её лица. — Нет, — сказала она слишком быстро. — Парня нет. — Правда? — Правда. Аврора слышала его дыхание в трубке. — Ты бы сказала мне, если бы... ну, если бы кто-то появился? — спросил он тихо. — Я просто... волнуюсь. Чтобы он хорошо к тебе относился. Чтобы не обижал. — Майкл, — перебила Аврора. — Никого нет. Честно. Она сказала это и почувствовала, как внутри что-то сжалось. Ложь. Первая сознательная ложь Майклу. — Ладно, — сказал он. — Извини. Я просто... скучаю. И переживаю. — Я знаю. — Аврора прикрыла глаза. — Но со мной всё хорошо. Правда. — Тогда спокойной ночи, принцесса. — Спокойной. Она повесила трубку и ещё секунду стояла, глядя на телефон. Внутри было странное чувство — смесь вины, неловкости и... чего-то ещё, чему она не могла подобрать названия. — Всё хорошо? — спросила Лилли с кровати. Аврора обернулась. Лилли смотрела на неё тем же взглядом — ревность? обида? — но улыбалась. — Да. Просто Майкл. — Думает, что у тебя появился парень? — усмехнулась Лилли. Аврора кивнула. — И ты сказала, что никого нет. — Я сказала правду. — Аврора посмотрела на неё. — Парня у меня нет. Лилли улыбнулась шире. — Иди сюда. Аврора подошла к кровати, села на край. Лилли провела рукой по её спине. — Ты хочешь продолжить? — спросила она тихо. Аврора посмотрела на неё. На её светло-зеленые глаза, на припухшие губы, на расстёгнутую рубашку. И вдруг почувствовала, что тот жар, который был десять минут назад, куда-то ушёл. Осталась только усталость и странная пустота. — Можно завтра? — попросила она. — Я просто... устала. Лилли замерла на секунду. Потом кивнула. — Конечно. Она легла на подушку, натянула одеяло. Аврора легла рядом, прижалась к ней спиной. Лилли обняла ее. Аврора закрыла глаза, но сон не шёл. Почему я не захотела? Она не знала ответа. Но в ушах всё ещё звучал голос Майкла: «Ты бы сказала мне?» Она не сказала. Она соврала. И это было страшнее, чем всё остальное.