Метка

Лилли стояла на пороге, и время словно остановилось. Аврора смотрела на неё, чувствуя, как внутри смешиваются сотни чувств — удивление, недоверие, страх, и, вопреки всему, какая-то странная, почти забытая надежда. Лилли переступила с ноги на ногу, теребя ремешок сумки. Она выглядела иначе — старше, спокойнее, без той вычурной улыбки, которую Аврора так хорошо помнила. В глазах вина, которую не скрыть, как ни старайся. — Привет, Аврора, — сказала она тихо. — Я знаю, что ты не ждала меня. Но я должна была приехать. Аврора не могла вымолвить ни слова. Она сжимала дверь, чувствуя, как холодный металл впивается в ладонь. — Зачем? — спросила она наконец. Голос прозвучал каким то чужим. — Чтобы попросить прощения, — ответила Лилли. — И сказать тебе правду. Всё, что было тогда… это был неправильный выбор. Я хочу всё исправить. — Я не хочу больше врать, — добавила она, и в голосе послышалась мольба. Аврора смотрела на неё, и внутри бушевала буря. Хотелось закрыть дверь. Хотелось кричать. Но она помнила ту Лилли, которая была с ней во время тура. Помнила их разговоры в номере, смех в темноте, когда никто не видел. Помнила, как они сидели на крыше отеля и смотрели на звёзды. — Входи, — сказала Аврора. И отступила в сторону. *** Прошло несколько дней. Лилли поселилась в ее комнате, и постепенно между ними начало возвращаться то, что было раньше. Не сразу — сначала неловко, с паузами и недоговорённостями. Но потом Лилли начала рассказывать, что с ней было после их расставания в аэропорту. Она прошла через терапию, через осознание того, что сделала. И теперь она хотела быть честной. Она не ждала, что Аврора сразу ей поверит — она знала, что доверие нужно заслужить. И была готова ждать. Аврора слушала, и внутри постепенно таял лёд, который она так долго растила. Она не простила — пока не простила. Но она начала верить. Они снова смеялись, снова болтали до ночи, снова чувствовали себя подругами. Как будто ничего не случилось. Но Аврора знала: это не так. Она была осторожна и ждала подвоха. Но подвоха не было. Ночью, когда в доме уже все спали, Аврора лежала в кровати и смотрела в потолок. Лилли спала рядом, тихо посапывая. Но Аврора не спала, она думала о нём. Майкл уехал в тур почти четыре месяца назад. Письма приходили реже, и каждое новое было короче предыдущего. Она знала, что он занят, что у него нет времени, но внутри засела тревога. Она встала, накинула халат и бесшумно выскользнула из комнаты. Коридор был тёмен и пуст. Она шла на цыпочках, зная, что это неправильно, что не должна здесь быть, но не могла остановиться. Её ноги сами несли её к его комнате. Дверь была приоткрылась. Комната пахла тем знакомым запахом, от которого у неё внутри завязывался узелок. Стоило сделать вдох, как разум сразу поплыл и перед глазами снова появлялся тот сон. Руки, блуждающие по ее телу и изучая глубины дозволенного, губы, уносящие ее за пределы реальности. И глаза. Глаза, которые не дают ей покоя уже несколько лет. Она медленно прошла внутрь, разглядывая вещи. Его одежда висела в шкафу — строгие пиджаки, рубашки, брюки. На стуле валялся свитер, который она помнила. Она взяла его в руки, и придав его к лицу, глубоко вдохнула. Сердце колотилось, как бешеное. Она повесила свитер обратно и прошла дальше. Её взгляд упал на дверь ванной. Она толкнула её и вошла. Ванная была такой же, как и вся комната — идеально чистой, с аккуратно разложенными вещами. На крючке висела рубашка — красная, шёлковая, с нашивкой на рукаве. Аврора протянула руку, провела пальцами по ткани. Она была мягкой и прохладной. Она вспомнила, как он носил её, как она сидела на нём, как он застёгивал пуговицы... Аврора почувствовала необъяснимое тепло во всем теле. — Трусы ищешь? Аврора вздрогнула и резко обернулась. В дверях стояла Лилли. Она опиралась плечом о косяк, и на её лице играла широкая ухмылка. Аврора почувствовала, как краска заливает щёки. — Лилли! Я… — начала она, но Лилли перебила ее. — Не оправдывайся, — усмехнулась Лилли, скрестив руки на груди. — Я понимаю. Ты пришла вдохнуть его запах и помечтать. Но трусы? Серьёзно? Ты думала, они в ванной лежат? Аврора закрыла лицо руками, чувствуя, как горит кожа. — Я не искала трусы! — А что тогда? — Лилли приподняла бровь, оглядывая ванную. — Смотришь, чем он руки вытирает? Или ты просто соскучилась? Аврора опустила руки и посмотрела на неё. Лилли улыбалась, но в глазах было понимание. — Соскучилась, — тихо сказала Аврора, и голос её дрогнул. Лилли помолчала, глядя на неё. Ухмылка сползла с её лица, сменившись чем-то более мягким и понимающим. Она шагнула внутрь ванной, встала рядом с Авророй и тоже посмотрела на красную рубашку. — Она красивая, — сказала Лилли. — И ему идёт. Я видела его в ней один раз, на какой-то фотосессии. Он выглядел… по-другому. Более смелым. — Он и так смелый, — возразила Аврора. — Не в этом дело, — Лилли покачала головой. — В чёрном он прячется. В красном — показывает себя. — Скучать по нему — нормально, — сказала Лилли. — Я не буду тебя осуждать. Я сама скучала по людям. Но знаешь что? — Что? — Ты не просто скучаешь. Ты хочешь быть рядом с ним. Ты хочешь, чтобы он был здесь. И это не плохо. Аврора посмотрела на подругу, и на глазах выступили слёзы. — Я боюсь, — прошептала она. — Я не знаю, что чувствую. Это всё так сложно. А если я ошибаюсь? Если это просто… если я просто придумываю? — Ты не придумываешь, — сказала Лилли. — Я знаю тебя. Ты не из тех, кто влюбляется просто так. Ты слишком долго держишь всё в себе, чтобы чувства были пустыми. Если ты скучаешь по нему так, что приходишь ночью в его комнату нюхать его свитер, значит, это не просто «так себе». Аврора покраснела. — Я не нюхала его свитер! — Нюхала, — усмехнулась Лилли. — Я видела. Аврора закрыла лицо руками, чувствуя, как горит кожа. Она положила руку на плечо Авроры и сжала. — А теперь давай-ка выбираться отсюда, — улыбнулась она. — А то если нас застукают, придётся объяснять, почему мы в его комнате, разглядываем его рубашку. Уже не говоря про трусы... Аврора засмеялась сквозь слёзы. Они вышли из ванной и направились к двери. Аврора остановилась на пороге, обернулась и ещё раз посмотрела на комнату. На кровать, на которой он спал. На стол, за которым он сидел. На свитер, висящий на стуле. Сердце сжалось. — Пойдём, — сказала Лилли, взяв её за руку. — Завтра будет хороший день. А он обязательно вернётся. Вот увидишь. *** Утром Аврора проснулась от того, что солнце светило прямо в глаза. Она повернулась, взглянула на кровать рядом — Лилли уже не было. Она оделась и спустилась на кухню. Пахло корицей и выпечкой. Миссис Хендерсон хлопотала у плиты, а Лилли сидела за столом, читая какой-то журнал. — Доброе утро, — сказала Аврора, садясь напротив. — О, проснулась, — Лилли отложила журнал. — Я уж думала, ты до обеда проспишь. — Не дождешься. Миссис Хендерсон поставила перед ней кружку горячего чая и тарелку с тостами. — Спасибо. Она откусила кусочек, прожевала и посмотрела в окно. За ним кружил снег, крупный и белый. — Красиво, правда? — спросила Лилли. — Да. Некоторое время они сидели молча. Миссис Хендерсон тихо напевала себе под нос, и её голос смешивался с треском дров в камине. — Ты знаешь, — начала Лилли, — я тут подумала... — О чем? — Что нам нужно устроить праздник. Аврора удивлённо посмотрела на неё. — Праздник? — Ну да. Ты скоро уже совершеннолетняя. Надо отметить. — В смысле? — День рождения, — просто ответила Лилли. — Декабрь. Мы можем устроить вечеринку. Пригласить кого-нибудь. — Ну не знаю… После клубных тусовок с Грейс, ассоциации с вечеринками у меня не лучшие… — Ну, домашняя вечеринка ничего плохого не принесет. Да и тем более, алкоголь употреблять мы не будем. Просто включим музыку на всю и оторвемся на всю катушку. А потом, как на всех вечеринках устроим медляк, — Лилли хитро сощурилась. — Медляк? — усмехнулась Аврора, — У нас на тебя и меня один только Элиас. — А как же наша группа из Чикаго? Уже позабыла всех, да? Аврора усмехнулась. — Ну, не то чтобы позабыла. Просто... не думала, что они вообще приедут. — А если приедут? — Лилли подняла бровь. — Если я их приглашу? Аврора взяла кружку, сделала глоток. Чай был горячим, согревал ладони. — Ты серьёзно? — Абсолютно. Мы можем устроить настоящую вечеринку. С музыкой, с танцами, с дурацкими конкурсами. Ну, не совсем дурацкими, но что-то весёлое. Всё лучше, чем сидеть и смотреть на снег, — она усмехнулась, но в глазах была теплота. Аврора задумалась. День рождения без него был пустым. Но если вокруг будут друзья, смех, музыка... может быть, станет легче. — Ну, — протянула она, — если они согласятся приехать, то, наверное, можно. — Отлично! — Лилли хлопнула в ладоши. — Тогда я звоню им сегодня же. *** 21 декабря, в день рождения Авроры, она проснулась от того, что Лилли трясла её за плечо. — Вставай, соня! Мы всё уже готовим! И наши приехали! Аврора застонала, натянула одеяло на голову, но Лилли стащила его. — Вставай, я сказала! Сегодня твой день! Она спустилась вниз, и гостиная встретила её шумом. Голоса, смех, музыка, звон бокалов — всё сливалось в один тёплый, живой гул. — С днём рождения! — закричали они хором, и Аврора улыбнулась. Линда обняла её первой, сжала так крепко, что затрещали рёбра. — Ты выглядишь… взрослой, — сказала она с улыбкой. — Ты тоже, — ответила Аврора. Тим хлопнул её по плечу, усмехнулся и ничего не сказал, но в глазах было тепло. Комната наполнилась музыкой, разговорами. Кто-то уже танцевал, кто-то сидел за столом с закусками и что-то оживлённо обсуждал. Вечер обещал быть долгим. Аврора стояла в центре гостиной, смотрела на лица, которые когда-то были её семьёй, и чувствовала, как на нее нахлынула ностальгия. В прошлом году они все месте встречали новый год… — Ты как? — раздался голос рядом. Она повернулась. Элиас стоял в дверях, опираясь плечом о косяк. Он выглядел плохо — бледный, с неестественно тонкими руками. Но он улыбался той же улыбкой, что и всегда. — Я? — переспросила Аврора. — Хорошо. Она подошла к нему и обняла, осторожно, боясь сделать ему больно. — Спасибо, что приехал. — Конечно, я приехал, — ответил он тихо, обнимая в ответ. — Я не мог пропустить твой день рождения. Она хотела спросить его о здоровье, но не стала. В другой раз. *** Наконец, дошло время до самого приятного — торта. Лилли зажгла свечи на торте и ее глаза засияли отблесками свеч. — Загадывай желание! Аврора подошла к столу. Посмотрела на мерцающие огоньки. Вдохнула и задула их. Все захлопали. Аврора подняла глаза и улыбнулась. Она уже хотела взять кусок торта, как вдруг чьи-то руки легли на её плечи. Тёплые, мягкие ладони. Она вздрогнула, и сердце пропустило удар. Она повернулась — сначала подумала, что это Элиас, который решил её разыграть. Но перед ней стоял Майкл. В чёрном свитере, с мокрыми от растаявшего снега волосами, и с до боли мягкой улыбкой. — Ты... — прошептала она. — Я не мог оставить тебя одну в твой день рождения, — сказал он. Аврора обернулась к Лилли. Та стояла у стола и улыбалась во весь рот. Аврора хотела броситься к нему, но кто-то из гостей уже подошёл к проигрывателю, и заиграла медленная музыка. Аврора обернулась на Элиаса, которому, кажется, не с кем было танцевать. Как вдруг, к нему подошла Лилли, и они закружились в танце. Начался медляк. Странно, но Аврора озиралась вокруг, ища подходящего партнера для танца. Озиралась вокруг, когда перед ней стоял он… Майкл подошел к ней и крепко обнял, задев своими теплыми руками ее обнаженные платьем плечи. Нежная кожа мгновенно отреагировала на касание и покрылась мурашками, заставив девушку вздрогнуть. Ее глаза расширились, а руки вжались в плечи Майкла. Он почувствовал ее дрожь, но спрашивать не стал, самом стоял точно так же и еле еле контролировал себя. Хотелось скулить от ее парфюма, который дурманил голову, доводя разум до истощения. Наконец, Аврора подняла на него глаза и они засверкали в свете диско шаров и стробоскопов. Ему казалось, еще чуть чуть и он утонет в них. Хотелось убежать, спрятаться от нахлынувших эмоций, но бежать было некуда. Даже в собственном доме ему некуда было бежать. А все по одной простой причине — если он сейчас убежит, то испортит Авроре праздник. Ведь она так обрадовалась и удивилась его появлению… У самого сердце выпрыгивало из груди от ее взгляда в тот момент, что говорить о семнадцатилетней девушке, которая находится под обильным влиянием гормонов. Она прикусила губу, и это движение не укрылось от его глаз. Он почувствовал, как внутри всё сжимается. — Ты так смотришь на меня, — сказал он тихо, почти шёпотом. Щеки Авроры до ушей залились краской. Она надеялась, что Майкл не заметит. Ну или хотя бы проигнорирует, но такого не случилось. Он любитель говорить прямо, хоть и очень застенчив. Он провёл рукой по её спине, чувствуя, как она дрожит под его пальцами. Между ними было слишком много воздуха и одновременно слишком мало. Он чувствовал то, чего не должен по его мнению чувствовать по отношению к семнадцатилетней девочке. Но все это шло само собой. Он отстранился от нее, отводя взгляд и параллельно наблюдая, за что можно им зацепиться. И нашел — шампанское. — Я принесу выпить… Он уже сделал шаг в сторону стола, как вдруг Аврора схватила его за руку. Её пальцы вцепились в его запястье, и он замер. — Лилли говорила, что алкоголя не будет, — сказала она, и голос её звучал твёрже, чем он ожидал. — Вообще-то я не пью больше. Он медленно опустил руку. — Хорошо, — сказал он тихо. — Тогда не будем. Она отпустила его запястье, и он почувствовал, как на коже остался след от её пальцев. — Ты перестала пить? — спросил он, и в голосе мелькнуло любопытство. — Да, — ответила Аврора. — С тех пор, как проснулась с безумной головной болью утром. И все те случаи с клубами… Извини меня за это. Я не слушала тебя и напивалась что бы заглушить внутреннюю боль. — Рори, я все понимаю. Я злился только когда видел тебя в таком состоянии, но потом проклинал себя за все, что наговорил тебе в порыве гнева. Прости меня тоже. Они улыбнулись друг другу и Майкл заключил Аврору в объятия. Справа от них раздался кашель — Лилли, сложив руки на груди, пялилась на них и улыбалась в три улыбки. Аврора отстранилась от Майкла, переключив внимание на подругу. — Ну что, Рори? Как тебе наш сюрприз, понравился? — Вы были в сговоре?! — Аврора удивленно вытаращила глаза. — Нуу… Если только чуть чуть. — хитро улыбнулся Майкл, — Лилли как то нашла мой номер, сказала, что хочет приехать и навестить тебя. А я вспомнил ее из твоих рассказов по телефону во время тура. Ты говорила она была очень хорошей подругой, поэтому, я разрешил ей приехать. — Так вот как тебя впустили… Я то думала у нас охрана чай что ли попивает, что пускает всех подряд. — Аврора поправила кудряшки, которые небрежно падали на лицо. — А потом, Лилли предложила мне пригласить вашу команду в Неверленд. Мне показалось, ты скучала по ним, и я решил что им нужно навестить тебя. — А я предложила приехать сюрпризом ему. И мы сработались. — Лилли похлопала ладошкой по плечу Майкла. Аврора смотрела на них — на Майкла, который улыбался ей, и на Лилли, которая смотрела на них с довольной ухмылкой. — Вы ненормальные… Провернули все это как настоящие профессионалы. — А то! — Лилли вздернула бровь, — Мы и не на такое способны. Давайте уже торт поедим, а то на ваши сентиментальности можно, конечно, годами смотреть, но торт то мы тоже хотим. — Пошли, между прочим это вы отвлекли меня от дегустации! — Есть возражения? — спросила Лилли. — Ни сколько. — улыбнулась ей Аврора. *** В Неверленде наступила тишина. Гости разъехались, дом погрузился в полумрак, и только в маленьком домашнем кинотеатре горел мягкий свет. На экране давно закончился фильм — они сидели в темноте, смотрели на потухший экран, и никто не хотел вставать. Аврора сидела на диване, прижав колени к груди. Майкл расположился рядом — достаточно близко, чтобы она чувствовала тепло его плеча, но достаточно далеко, чтобы это можно было списать на случайность. Лилли сидела в кресле, болтая ногой и поглядывая на них с хитринкой. Элиас — на другом конце дивана с закрытыми глазами, но он не спал. Лилли поднялась, потянулась, и её шепот нарушил тишину. — Ну что, Элиас, знаешь правила игры «Семь минут в раю»? Элиас приоткрыл глаза, посмотрел на неё с лёгкой усмешкой. Он выглядел уставшим — тени под глазами стали глубже, чем даже днём, но в голосе всё ещё чувствовалась та мягкая ирония, которая была его визитной карточкой. — Не знаю, что за игра? Лилли улыбнулась, сверкнув глазами, и села на подлокотник кресла, скрестив руки на груди. — Смысл игры простой, — начала она, чуть наклонившись вперёд, словно собиралась рассказать секрет. — Выбирается пара. Их закрывают в максимально узком пространстве на семь минут. И за это время они делают то, что сочтут нужным. Ну, ублажают друг друга, в общем. Элиас усмехнулся, но в глазах мелькнула тень. — Ублажают, значит. И кто же у нас будет в роли… ублажающих? Лилли медленно перевела взгляд на Аврору, потом на Майкла. Те сидели, стараясь не смотреть друг на друга, но было видно, как напряглись их плечи. — Ну, — протянула она, — у нас есть ты, я, Аврора и Майкл. Напрашивается само собой, правда? Элиас усмехнулся, но ничего не ответил. Вместо этого он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, оставляя Лилли без поддержки, но и без сопротивления. Она восприняла это как молчаливое согласие. — Значит, решено, — сказала она и, развернувшись к остальным, громко хлопнула в ладоши. — Народ, а давайте сыграем во что-нибудь? А то сидим как на похоронах. — Во что? — спросила Аврора, отрывая взгляд от ковра. — Ну, например, в бутылочку, — пожала плечами Лилли, уже ставя на пол пустую бутылку из-под газировки. Аврора усмехнулась, но без злобы. — Лилли, мы уже взрослые для этого — Ну и что? — Лилли присела на пол, жестом приглашая остальных присоединиться. Майкл поморщился. — Я, кажется, не совсем вписываюсь. Вам всем по семнадцать, а я уже старичок. Так что давайте без меня. Он попытался отодвинуться, но Лилли быстро подошла к нему и взяла за руку. — Нам нужны двое парней. Двое девушек. Не мнись. Это просто игра. Майкл поднял на неё усталый взгляд, в котором смешались усталость и сопротивление, но, оглянувшись на Аврору, кивнул. — Ладно, — буркнул он, садясь в круг. Элиас открыл глаза, мельком взглянул на Лилли, на Майкла, на Аврору, и сел на пол, прислонившись спиной к дивану. — Я, пожалуй, тоже составлю компанию. Лилли широко улыбнулась, взяла бутылку и покрутила её. Бутылка завертелась, заскользила по паркету, замедляя ход, и остановилась на Лилли. — Ого, — усмехнулась Лилли. — Я сама на себя и выпала. — Значит, ты и крутишь, — сказал Элиас. Лилли снова крутанула бутылку. На этот раз она остановилась на Элиасе. — Ну вот, — сказала она, — теперь ты должен выбрать действие или поцеловать того, на кого выпало. А выпало на меня. Элиас усмехнулся, слегка наклонил голову. — Я выбираю действие. — Отлично, — Лилли задумалась, прикусив губу. — Тогда… расскажи нам что-нибудь, чего о тебе никто не знает. Элиас помолчал. Его взгляд скользнул по Авроре, потом по Майклу, потом остановился на Лилли. — Я боюсь темноты, — сказал он. Аврора удивлённо посмотрела на него. — Серьёзно? Ты? — Серьёзно, — ответил он, и в его голосе не было шутки. — Когда я был маленьким, меня закрыли в чулане. На несколько часов. С тех пор я не люблю замкнутые пространства. Повисла тишина. Лилли смотрела на него с лёгкой улыбкой, но в глазах мелькнула искренняя теплота. — Тогда сегодня ты будешь спать с открытой дверью, — сказала она. Игра продолжилась. Бутылка переходила от одного к другому. Лиллли целовала Элиаса в щёку. Элиас рассказал ещё одну историю. Майкл выбрал действие и станцевал что-то смешное, от чего Аврора засмеялась впервые за вечер. Они смеялись, болтали, и напряжение, которое висело в воздухе, постепенно уходило. Наконец, Лилли снова покрутила бутылку. На этот раз она завертелась, заскользила по паркету, замедляя ход, и остановилась прямо на Авроре. Все затихли. — Ого, — Лилли притворно округлила глаза, но в них уже горел азарт. — Аврора, тебе выпало. Поцелуй или действие? — Ну давай действие для разнообразия. — Ты должна сыграть в «Семь минут в раю» с Майклом. Аврора застыла. Она смотрела на бутылку, потом на Лилли, потом на Майкла, который сидел с каменным лицом. — Что? Я не знаю, что это за игра. Какие правила? — она перевела взгляд на Лилли. Майкл провёл рукой по лицу, глубоко выдохнул. — Не надо, Лилли, — сказал он, и голос его был резче, чем он хотел. — Это не смешно. — Почему это не смешно? — Лилли посмотрела на него с вызовом. — Потому что это неуместно, — он не смотрел на Аврору. — Давай не будем в это играть. — Почему? — Лилли подняла бровь. — Боишься? Или не хочешь, чтобы она узнала правила? Аврора смотрела на них, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Лилли, я серьёзно, — сказала она. — Объясни, что это за игра? Лилли обернулась к ней, и на её губах заиграла довольная улыбка. — Правила простые, Рори. Вы с Майклом закрываетесь в тёмной комнате на семь минут. И делаете то, что захотите. Поцелуи, объятия, разговоры. А может и что то большее… Всё, что вам обоим будет угодно. Аврора почувствовала, как кровь приливает к щекам. Она не смотрела на Майкла, но чувствовала, как он напрягся рядом с ней. — Я… не знаю… — Ничего страшного, — перебила Лилли. — Если не хочешь — просто постойте в темноте. Но вы оба хотите побыть наедине. Мы просто даём вам повод. — Это неправильно, — сказал он, но в голосе уже не было уверенности. — Правильно или неправильно — решишь ты сам, — сказала Лилли. Она встала, подошла к двери кладовки и распахнула её. В нос ударил запах старого дерева и пыли. Комнатка была маленькой, едва вмещающей двух человек. — Семь минут, — сказала Лилли. — Время пошло. Аврора поднялась на дрожащих ногах. Майкл — следом. Они встретились взглядами на мгновение, и в этом взгляде было всё — страх, надежда, невысказанные слова. Они заскользнули в кладовку и снаружи щелкнул замок. Деться теперь было некуда. Они учащенно дышали и просто стояли солдатиками несколько секунд. Никто не осмеливался нарушить тишину. Аврора стояла неподвижно, боясь пошевелиться, боясь коснуться его в темноте. Сердце колотилось без умолку, и она чувствовала, как кровь пульсирует в висках. Майкл тоже не двигался. Она слышала его дыхание — глубокое, прерывистое. Он стоял так близко, что она чувствовала тепло его тела, но он не касался её. — Ну и что нам делать? — прошептала она, и голос прозвучал глухо в тесном пространстве. Майкл молчал. Потом, в темноте, она услышала, как он выдохнул с тяжелой хрипотцой. — Я не знаю, — сказал он, и в голосе его не было прежней уверенности. — Я не знаю, что мы должны делать. — Мы не должны ничего, — сказала Аврора, чувствуя, как слова рождаются сами собой. — Мы просто… можем стоять здесь. Она услышала, как он шагнул ближе. Совсем чуть-чуть, но она почувствовала это движение — воздух между ними стал плотнее. — Я боялся этого, — сказал он тихо. — С того самого момента, как увидел тебя на том конкурсе. Я знал, что всё это приведёт сюда. И я боялся. — Чего? — прошептала она. — Того, что я не удержусь. Аврора почувствовала, как его пальцы коснулись её руки. Осторожно, почти робко. Она вздрогнула, но не отстранилась. — А если я не хочу, чтобы ты удерживался? — спросила она, и голос её дрогнул. В темноте она не видела его лица, но чувствовала, как он напрягся. Потом его рука скользнула выше, к её плечу, и он притянул её к себе. — Ты не понимаешь, что говоришь, — сказал он, но в голосе не было уверенности. — Понимаю, — ответила она. — Я всё понимаю. Она встала на цыпочки, ища его губы в темноте. И когда они встретились — нежно, почти неуверенно — она почувствовала, как внутри всё переворачивается. Он ответил на поцелуй. Сначала осторожно, потом жаднее. Его руки скользнули по её спине, прижимая к себе, и она чувствовала, как он дрожит, как его дыхание сбивается. — Рори, — прошептал он, отрываясь от её губ. — Что? — Я не хочу причинять тебе боль. — Ты не причинишь! — ответила она. — Ты не можешь причинить мне боль! Он прижал её к себе, уткнувшись лицом в её волосы, и она чувствовала, как его сердце бьётся рядом с её. — Семь минут, — сказал он хрипло. — У нас есть семь минут. — Тогда не трать их на разговоры, — прошептала она. *** Они снова поцеловались, теряя счёт времени. Чувствуя друг друга в темноте. Руки, губы, дыхание — всё смешалось в одно целое. И когда где-то за дверью раздался голос Лилли: «Семь минут прошло!» — они не сразу услышали. Потому что для них этих семи минут было слишком мало. И слишком много одновременно. Дверь распахнулась, впуская свет. Они отстранились друг от друга, пытаясь отдышаться, и Аврора увидела ухмыляющуюся Лилли, которая стояла на пороге и скрестила руки на груди. — Ну как, обжималки? Выходите. Аврора шагнула в свет. Она чувствовала, как горят щёки, как дрожат руки. Майкл вышел следом, избегая смотреть на Лилли. — Молчи, — сказал он, проходя мимо неё. — Я молчу, — улыбнулась Лилли. — Но я всё видела. Точнее, слышала. — Лилли! — Аврора покраснела ещё сильнее. — Да ладно тебе! Ну что, продолжаем? — Мне нужно в туалет… — Аврора панически забегала глазами по полу, избегая смотреть на Майкла. Лилли закатила глаза, но улыбнулась. — Беги. Только недолго, мы без тебя не начнём. Аврора уже почти выбежала из комнаты, как вдруг услышала голос Майкла: — Я тоже выйду на минуту. Он поднялся и, не глядя на неё, направился в другую сторону. Лилли перевела взгляд с одного на другую, потом посмотрела на Элиаса и многозначительно подняла бровь. Тот лишь усмехнулся и покачал головой. *** Аврора стояла перед зеркалом в ванной, глядя на своё отражение. Щёки всё ещё горели, губы припухли от поцелуев, дыхание никак не выравнивалось. Она смотрела на себя и не узнавала. В глазах горел какой-то странный огонь, которого она раньше не видела. Она умылась холодной водой, пытаясь привести мысли в порядок. Но они не слушались. В голове всё ещё звучал его шёпот в темноте. Его руки на её спине. Его дыхание у её губ. С неимоверной силой она заставила себя вернуться. Лилли сидела на полу, Элиас рядом с ней. Майкл уже был на месте — он сидел на своём прежнем месте, глядя в одну точку. — Ну что, — сказала Лилли, когда Аврора села в круг. — Продолжаем? — Продолжаем, — ответила Аврора, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Лилли покрутила бутылку. Она завертелась, заскользила по паркету и остановилась на Элиасе. — Ого, снова ты, — усмехнулась Лилли. — Правда или действие? — Правда, — ответил он. — Тогда… какой у тебя самый глубокий страх? Элиас помолчал. Его взгляд на мгновение задержался на Авроре, потом он перевёл его на Лилли. — Страх, что я умру, так и не сказав того, что должен был сказать. Аврора почувствовала, как внутри всё сжалось. — Что ты должен был сказать? — тихо спросила она. Элиас посмотрел на неё долго. Так, что она почувствовала, как что-то меняется в воздухе между ними. — Это была только одна правда, Рори. Я уже сказал. Она хотела спросить, что он имел в виду, но не успела. Лилли уже крутанула бутылку снова. На этот раз она остановилась на Майкле. — Ого, — Лилли притворно удивилась. — Майкл, твоя очередь. Правда или действие? Майкл посмотрел на бутылку, потом на Лилли. — Действие. Лилли улыбнулась той улыбкой, которую Аврора уже знала. — Тогда поцелуй Элиаса. Аврора почувствовала, как у неё отвисла челюсть. — Лилли! — воскликнула она. — Что? — Лилли пожала плечами. — Это игра. Правила есть правила. Майкл, ты готов? Майкл посмотрел на Элиаса. Тот смотрел на него с лёгким удивлением, но в глазах мелькнула усмешка. Майкл пожал плечами и, не говоря ни слова, наклонился к Элиасу и поцеловал его в щёку. — Как скажешь, — сказал он, садясь обратно. Элиас усмехнулся, но в глазах мелькнула искра. — Ты не умеешь целоваться, — сказал он. — Это была твоя щека, — ответил Майкл. — Продолжаем! — объявила Лилли, снова крутанув бутылку. Она завертелась, заскользила по паркету, замедляя ход, и остановилась на Авроре. — У тебя сегодня везение, — усмехнулась Лилли. — Опять ты. Правда или действие? Аврора задумалась. Она не хотела снова играть в "Семь минут в раю". И решила выбрать правду. — Правда, — сказала она. Лилли удивилась. — Правда? Ну ладно. Тогда… что ты чувствуешь к Майклу? Аврора почувствовала, как кровь приливает к щекам. Она не смотрела на него, но чувствовала его взгляд на себе. — Я… — начала она, и голос дрогнул. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом. — Мне нужно идти… — Аврора встала с пола и скрылась в темной ночи Неверленда, за стеклянными дверьми кинотеатра.