Любимый АСП.

Фильм был в самом разгаре, Антон смотрел так, словно его поглотило в этот экран. Арсений же оставался безучастным. Антон это заметил и как-то совестно кольнуло в груди. — Вам не нравится фильм? Мы можем включить другой... — А? Нет-нет, Тош, всё нормально. Я просто их не особо люблю... — Так что же Вы сразу не сказали? — Да ну.. — Арсений как-то сконфуженно пожал плечами — я сначала хотел отказаться, но у тебя так глаза светились... — Арсений Сергеевич... Это очень мило с Вашей стороны. — Антон улыбнулся — но, всё таки, лучше займёмся чем-то другим. — с этими слова Антон выключил ноутбук. — чем Вы любите заниматься? — Тош, да не нужно так усложнять всё... — Нужно! — Ну ладно... Что я люблю? Я люблю гулять ночью. Ходить по магазинам. В настолки играть. В приставку тоже. — Вот и чудненько! Хотите сходим погулять? Может в ТЦшку зайти? Если Вас, конечно, устроит моя компания) Арсений посмеялся — ну конечно устроит, Тош. И давай на "ты" вне школы, хорошо? А то я себя таким старым чувствую... — хорошо — посмеялся Антон. — но я сразу предупреждаю, я одеваться буду долго. Поэтому можешь пока что поставить чай себе. — Понимаю. Я тоже одеваюсь очень долго. А ещё я шопоголик. Поэтому тебе не повезло пойти со мной в ТЦ. — Самое главное не заходить в книжный. Иначе плакали мои денежки. — аналогично — посмеялся Арсений и ушёл на кухню, давая парню возможность переодеться спокойно. Мужчина не торопил Антона. Просто спокойно сидел на кухне, пил чай (уже 5 кружку) и смотрел подкаст. Прошло 15 минут, 30, 45... Антон всё ещё одевается. И Арсений не собирался его торопить. Сам ведь такой же. Он решил посмотреть другие комнаты. Первой оказалась спальня родителей. Комната, в которой было не убрано: всюду валялись мужские вещи, бутылки из-под водки и вина, банки из-под пива. На тумбочке лежали презервативы. Арсений поморщился от такого вида. И как такие родители могут воспитывать детей, если за собой следить не могут? Следующей оказалась комната Алины. Здесь были разбросаны игрушки, карандаши, бумага... Типичный детский бардак, в общем-то. Арсений увидел стопку рисунков на столе и взял их в руки. Первый рисунок — цветочки в вазе. В углу кривым почерком написано: "28 наября мама с днём рождения!". Видимо, этот рисунок девочка заранее нарисовала ко дню рождения мамы. Сейчас же было только 15 ноября. Арсений отложил рисунок. Следующий: на рисунке два человека держатся за руки. Подпись: "я и тоша". Арсений улыбнулся такому милому жесту. Следующий рисунок же заставил его нахмурится. На рисунке 4 человека. Они подписаны. "Алина" стоит около двери и плачет, "папа" замахивается ногой, "тоша" лежит на полу с синими пятнами и красными полосками - синяками и царапинами соответственно. Его бьёт "папа". А "мама" просто смотрит в окно. Подпись: "севодня папа опять бил тошу. Папа говорит так надо и тоша плохой. Я ему не верю.". В этот момент в комнату заходит Антон — о, вот ты где! Я собрался! Арсений откладывает листы и улыбается. Он осматривает парня: черные джинсы, чёрный лонгслив с рукавами-митенками, поверх него - бордовая футболка. На принте изображены две крупные бабочки и текст на английском. Цвет кажется не чистым, а слегка запыленым. Выглядит красиво. На шее недлинная цепочка с подвеской в виде звездочки, на пальцах куча колец, а на руках — браслеты. Арсений улыбнулся — отлично выглядишь. — спасибки! — улыбнулся он. — пойдём? — да, пошли.

***

— ещё не жалеешь что пошёл со мной в магазин? — спросил Арсений, подходя к кассе со стопкой вещей на сгибе руки. — ни капельки! — с улыбкой отвечал Антон. — Вот и чудненько! Может, тебе что-то купить? — нет, спасибо, мне ничего не нужно. — Ну как хочешь — сказал литератор, расплачиваясь за покупки. — Никогда бы не подумал что кому-то может так подходить вообще всё! Ты откуда вообще вылез? С обложки журнала? — ой, ты мне льстишь! — Реально говорю! Тебе подходит розовый цвет! Вау! Мне подходит с моего гардероба полторы вещи. И те на мне висят, как на скелете. — А потому что есть надо! — ой, вот не начинай, а? О! Книжный! — остановился Антон. Оба мужчиный переглянулись, словно советуясь ментально: "не, нельзя, Тош. Все деньги спустим..."; "да мы ток глянем! Одним глазком!"; "а потом случайно скупим всё?"; "ну че вы как старпёр, ей богу!". — Ладно, пошли! Маленькй засранец... — сдал позиции Арсений. Антон же в свою очередь даже подпрыгнул и крутанулся вокруг своей оси в воздухе, издав при этом какой-то победный звук в стиле "е бой!".

***

Заходить сюда было ошибкой. Большой ошибкой. Прямо таки огромной. Громадной такой. Роковой. — Оооооо, "451° по Фаренгейту"!!! — о, я читал. — кратко отзывался мужчина,перебирая маленькие томики стихов. — а у меня никак руки не доходят! — ты бы лучше смотрел то, что я тебе в списке книг написал. — фу какой вы пресный кулебяка! Мужчина от такого лишь прыснул со смеху и потопал вслед за слишком уж активным подростком. Парнишка остановился перед полкой с вывеской над ней "Романтика". — Тааак, где-то тут! Ну должна была же быть! — что ищешь, Тош? Парень старательно вглядывался в корешки книг и водил по ним пальцами. Он даже не сразу ответил на вопрос мужчины, пытаясь найти то, что ищет — А, да так, книжку одну... — Антон нахмуриося ещё больше, когда поиски затянулись. — Антон, какая книга? Название скажи, я помогу. — Да не надо... — Антон... — и вот опять. Тон не осуждающий, не приказывающий. Просто спокойный голос. Но... — "Свита короля"! — Выпалил Антон так быстро, что аж сам испугался. И зачем сказал? — ого... А не рано тебе такое читать? — мужчина взял его за запястье и потянул в другую сторону. Антон побагровел от этих слов. Стало безумно стыдно. Стыдно, позорно, мерзко... Даже не мерзко, а омерзительно. Отвратно и противно. Читать продолжение этой немало известной трилогии уже не хотелось. Хотелось лишь скрыться в тени, испариться во мраке, рассеяться в воздухе и покинуть этот мир вместое со всей известной памятью. Уж очень стыдно. Прямо тут готов в яму провалиться. Но вместо провала он просто упал. Со своей высоты под 2 метра. — Сука! — Антош, ты как? Ты дурак что-ли? Совсем не смотришь куда идёшь? Я же говорил: стена! Антон так забылся в своих мыслишках и рассуждениях почему он такой нелепый, неуклюжий и никому ненужный, что врезался в стену, больно ударившись носом, так ещё впридачу от той же стены отлетел назад на пол, ударившись копчиком и головой так, что мама не горюй! Боль отдавала в годову и позвоночник, в ушах повис писк, звон и шум. В глазах метались вошки, иногда исчезая в темноте и появляясь вновь. — Ой бляяять... — протянул Антон, накрывая глаза запястьями. Взволнованно-ругающий тон Арсения он слышал через пелену неприятных звуков. — Антон! Антон! Эй! Ответь мне! Ты меня слышишь?! Антон! — Мужчина выглядел напуганным и расстерянным. Сердце бешено колотилось глубоко в груди, хотя казалось что этот стук отчётливо отдаётся во всём теле, словно кто-то изнутри барабанит. — Антоша! — Арсений потряс его так, что голова замоталась туда-сюда, как у болванчика на панели машины. Пару раз несильно похлопал по щеке, пытаясь понять живой ли парень вообще. — Не тряси, бошка болит... — проныл Антон, надавливая на глаза так, что заплясали кружки, как в калейдоскопе. — Господи! Живой! Ты как? Встать можешь? — уж слишком облегчённо вздохнул мужчина и попытался его поднять. — могу! я сам! — Антон стал очень уж вредным. Мозги походу повредил? — ты дурак? Я тебе лично голову откручу сейчас! — М-м-м... — страдальчески замычал парень, падая в объятия мужчины. Боль сильно отдавала в голову. — у меня, походу, сотрясение... Мужчина механически обвил тушу руками. — какое сотрясение?! Я тебе сейчас дам сотрясение! В больницу! — Нет-нет-нет! Это сарказм был! — Антон уж как-то слишком оживлённо отскочил. Это был не сарказм, но страх больниц сильнее любой боли. — Антош... — озабоченно позвал мужчина. — я в порядке. — бодро ответил парень. — Антош, поехали домой... Ради моего спокойствия. Антон тяжело вздохнул и кивнул, молча выдвинувгись вслед за мужчиной. "Молодец, Антон! Всё испортил! Ну ты же у нас такой умный! Врезать бы тебе хорошенько, а?!" — думал про себя юноша пока шёл за мужчиной.

***

Весь оставшийся вечер прошёл как в тумане. Антон не помнил абсолютно ничего, от слова совсем. Казалось, что воспоминания просто стёрли без следа. Но одно Антон понял и почувствовал очень ясно по утру: Во-первых, голова адски болит, во-вторых, он не у себя. Он у... Арсения. В спальне. — КАКОГО ХУ... — Резко сел Антон, оглядываясь по сторонам. Естественно из-за отсутствия воспоминаний всё казалось абсолютно не таким. Арсений появился в дверях из ниоткуда. — Не кричи. Голова сильно болит? Ты не помнишь ничего, наверное... Пойдём, я завтрак приготовил и... — тираду прервал телефонный звонок в кармане Антона. Парень ответил на вызов неизвестного абонента. Несколько секунд была тишина, а затем Антон вскочил с широко распахнутыми глазами полными ужаса и паники, выронил телефон, который сгрохотом упал на пол. — Антон! — мужчтна подлетел стремительно быстро, ухватив его за плечи. Вдруг упадёт? — Антош, что случилось? Антош! В ушах снова повис звон, в горле встал ком, а глаза смотрели вникуда. — самолёт разбился. — прошептал на резком выдохе Антон.