Ты — моя ошибка

      Майклу потребовалось почти три дня, чтобы добиться встречи с мистером Икс. За это время Чонгук успел пройти все стадии принятия — от гнева до вязкой апатии. На третий день, ближе к вечеру, когда Чонгук был уже на грани отчаяния, Майкл наконец приехал к нему домой.       Он ворвался в квартиру, молча прошёл на кухню, влил в себя кружку чёрного кофе и сразу же перешёл к делу.       — Согласовать встречу с ним оказалось не так просто, — в голосе Майкла звучала непривычная хрипотца, будто он провёл не одни час, уговаривая нужных людей. Он явно вложил в это слишком много сил, чтобы сейчас выглядеть беззаботным. — Сначала мне предлагали поговорить с его помощником, — он усмехнулся и покачал головой. — Но какой с него может быть толк? Хотели вежливо «отшить», не вникая, но я пробился и объяснил твою ситуацию.       Он замолчал, давая Чонгуку время осознать услышанное.       — Он примет тебя завтра вечером.       Чонгук на секунду прикрыл глаза.       — Проклятье… — выдохнул он. — Завтра у меня заканчивается отсрочка, которую мне дали. Я не выдержу, если все сорвётся.       Майкл успокаивающе коснулся его руки.       — Не накручивай себя раньше времени, — сказал он мягко. — Этот человек из тех, у кого много выходов, много дверей, которые для других закрыты. И он напрямую общается с людьми из Дублина, у которых ты оказался в долгу. Если кто-то способен хотя бы попытаться решить этот вопрос, то это он.       Чонгук слушал, но слова Майкла не приносили облегчения. Эти три дня он жил так, будто ходил по лезвию ножа. Он обошёл почти всех, кого знал в городе: друзей, знакомых, приятелей. Просил, занимал, намекал, унижался, манипулировал. И с каждым отказом в нём всё глубже оседало чувство собственной беспомощности.       Как-то он даже всерьёз подумал позвонить Филиппу. Но связываться ещё и с русской мафией было полнейшим безумием, сродни прыжку в пропасть с закрытыми глазами.              Но был ещё один человек. Особенный человек, к которому хотелось тянуться.       Тэхён.       Каждую ночь он пытался забыть это имя, но оно возвращалось к нему снова и снова, всплывая в памяти и причиняя душевную боль.       Тэхён не отвечал ни на один звонок.       Совсем.       Даже на подарок не отреагировал, будто между ними не было ничего, что стоило бы внимания. Это выматывало.              Чонгук долго делал вид, что держится, справляется, может собрать себя по кускам и просто идти дальше. Но ночи без сна быстро снимают маску, особенно, когда в темноте остаешься один на один с собой.       Он лежал, уставившись в потолок, и каждый раз вспоминал Тэхёна: его лицо, дурацкие привычки, холодный взгляд, прожигающий насквозь. Он скучал по Тэхёну. Не просто скучал — тосковал. Чонгук злился на себя за эту слабость, за то, что даже сейчас, когда ему следовало думать только о долге, мысли упрямо возвращались к человеку, который, похоже, окончательно вычеркнул его из своей жизни.       В последнюю ночь перед встречей с мистером Икс он всё-таки признался себе, что устал. Устал бороться за внимание Тэхёна.       Лёжа в темноте и слушая, как за окном редкие машины разрезают ночную тишину, Чонгук решил: больше никаких звонков. Никаких сообщений. Никаких попыток достучаться до человека, который не хочет его слышать. Если Тэхён не желает иметь с ним ничего общего, значит Чонгук научится жить без него. Хотя бы попытается. Ради того, чтобы не расклеиться окончательно.       Но он уже знал, что забыть не получится никогда.       Ровно в девять вечера Майкл подъехал за ним на машине. Чонгук, не выдержав ожидания, вышел на улицу раньше времени.       Когда машина остановилась, Майкл опустил окно и коротко кивнул.       — Встреча через час, — сказал он. — Но лучше подъехать пораньше. Эти люди уважают пунктуальность.       Чонгук сел на переднее пассажирское сиденье и тут же повернулся к Майклу.       — Где он живёт? — спросил он, стараясь говорить спокойно, хотя голос выдавал напряжение.       Майкл усмехнулся, выруливая на дорогу.       — Думаешь, мистер Икс принимает людей у себя дома? — с насмешкой отозвался он. — Нет. Мы едем в один из его закрытых клубов.       Эти слова ещё сильнее напугали Чонгука. Он отвернулся к окну и уставился в темноту. За стеклом мелькали уличные огни, размытые в бесконечную светящуюся ленту. В отражении он разглядел собственное лицо: усталое, напряжённое, с глубокими синяками под глазами.

***

      А Юнги взял и согласился, удивив даже самого себя. Сначала он лишь усмехнулся, как человек, который привык взвешивать риски. Но потом вдруг поймал себя на мысли: для чего ещё нужны деньги, если не для того, чтобы вытащить друга из ямы, пока тот не провалился туда окончательно?       К тому же в глубине души ему самому давно хотелось ощутить, каково это — руководить клубом.       Они обменялись рукопожатиями прямо посреди шумного показа. И для Тэхёна это стало спасением, потому что, если бы не Юнги, «Сохо» действительно пришлось бы продать.        А продавать клуб он не хотел. «Сохо» был частью его жизни, тем местом, где ещё можно было что-то исправить, заставить работать и оживить. Он очень хотел, чтобы клуб снова стал успешным, живым, шумным, полным людей и особой энергии.       Юнги склонил голову и прямо сказал:       — Я не Крис Браун, чтобы сначала пообещать, а потом ничего не сделать. Так что можешь не переживать: я тебя не кину.       Тэхён посмотрел на него долгим взглядом.       — Очень на это надеюсь, — ответил он коротко, но в этих словах было больше доверия, чем в длинных речах.       Юнги развернулся с такой энергией, что даже Тэхён, повидавший на своем веку много одержимых работой людей, удивился. Его бухгалтер на следующий же день приехал в «Сохо». Вместе с Эдгаром они прошерстили документы клуба и вытащили на свет божий абсолютно всё: старые отчеты, неучтённые траты, долги, просроченные счета, налоговые выписки.       Юнги не стал церемониться ни с одним звеном цепочки. Всё, что висело не оплаченным, он закрыл. Просроченные счета были погашены. Проблемы с поставщиками решены. С Эдгаром они сработались невероятно быстро, уже через пару дней вместе решали проблемы и планировали бюджет как лучшие друзья. Каждому, кто мог снова затормозить работу клуба, были отправлены подарки, чтобы никто больше и не пытался шантажировать, срывать поставки продуктов или ставить нелепые условия.       Вместе с Эдгаром они приняли решение обновить персонал и нанять новых официантов: молодых, смазливых, небогатых студентов, которые пришли за шансом вытащить себя из нищеты. Юнги нравились их амбиции и горящие глаза и отчаянное желание доказать всему миру, что они чего-то стоят.       Вскоре по рекомендации Юнги они наняли на работу сеульского диджея с таким невероятным чувством ритма, что уже после первых прослушиваний стало ясно: ночи в «Сохо» перестанут быть скучными.       Атмосфера клуба начала меняться. Эдгар, хоть и сохранял некоторую наивность в управлении делами, оказался весьма умелым управляющим. Он быстро учился, жадно впитывал советы, не боялся ошибаться и умел признавать свои ошибки. Юнги видел в нём потенциал будущего лидера — того, кто сможет удержать клуб на плаву.       Тэхён не остался в стороне — тоже активно включился в работу. Первым делом отправил Эдгара к знакомому стилисту, чтобы тот подобрал ему личный неповторимый стиль. И результат превзошёл все его ожидания. Удивительно, как стрижка и хорошо подобранный костюм могут менять людей. Больше никакого простого деревенского парня с претензией на вкус. Теперь он походил на акулу бизнеса — того, кто действительно сможет удержать клуб в руках и привлечь новых клиентов. Даже его походка и улыбка изменились. Тэхён должен был признать: Эдгар разобьёт множество сердец и станет лицом клуба, не хуже, чем его создатель.       Эдгар остался разбираться с внутренними делами клуба: договариваться с персоналом, решать текущие вопросы, следить за порядком. В то время как Тэхён и Юнги работали «в поле», готовя масштабный ребрендинг.       — Надо заняться поставщиками и тендером на свет, — сказал Юнги однажды, не поднимая головы от бумаг. — Эдгар с поварами подготавливает новое меню. Нам надо утвердить бюджет и обновить контракты, если мы собираемся продолжать сотрудничество со старыми поставщиками. Счета за электричество будут просто сумасшедшими, если мы не решим вопрос с налоговой. Да и к тому же посетителям недостаточно хорошей музыки. Им нужен бренд. Подача. Вкусная еда. Всё вместе должно создать тот самый образ, за который они будут готовы платить любые деньги.       Тэхён, который уже несколько часов подряд разговаривал по телефону, договаривался, уговаривал, просил, связывался с людьми и решал те вопросы, которые обычно решаются неделями, только кивнул.       Сил на возражения уже не оставалось. Рядом с Юнги у него будто открылось второе дыхание. Они и правда стали отличной командой.       Их маленький кабинет, который поначалу казался образцом минимализма, довольно скоро превратился в настоящие бумажные джунгли. Повсюду лежали папки, валялись одноразовые стаканчики с недопитым кофе — на столе, на подоконнике, даже на полу, — листы с планами, пометками, ценами, списками поставок и бесконечными идеями по обновлению. На столах копились стикеры, провода, ручки, старые прайсы, свежие распечатки.       Тэхён почти не выпускал телефон из рук, постоянно кому-то звонил, кого-то уговаривал, с кем-то спорил, кому-то напоминал о сроках. А Юнги, надев большие очки в тонкой оправе, погружался глубоко в отчёты.       Феликс заходил к ним каждый день. Пытался хотя бы вытащить их на прогулку, заставить поесть по-человечески, оторвать головы от бумаг или хотя бы сделать перерыв. Но оба только отмахивались.       И если раньше Феликс, возможно, ещё попытался бы ревновать Юнги к Тэхёну, то теперь понял: их сугубо деловые отношения вышли на новый уровень, делая друзей настоящими деловыми партнёрами.       Тэхён и сам не сразу понял, насколько ему стало легче. Между ними выстроились тёплые, почти семейные отношения. Они понимали друг друга без лишних слов, и это оказалось неожиданно приятно.       Тэхён ушёл в работу с головой, и это спасло его. Он перестал думать не только о своей тревоге, но даже о Чонгуке. Не потому что чувства исчезли — они никуда не делись, просто их отодвинула необходимость спасать клуб, договариваться, решать, перестраивать, быть на связи двадцать четыре на семь. У него наконец-то начало хоть что-то получаться, и это давало забытое, почти утраченное чувство опоры. Он снова стоял на ногах.       Поэтому звонки Чонгука он игнорировал. Не то чтобы намеренно, просто не успевал поднять трубку или, наоборот, в этот момент вёл переговоры. Телефон вечно лежал где-то в куче бумаг или валялся в кармане куртки, повешенной на стул, или разряжался в самый неподходящий момент.       А когда он всё же видел пропущенные вызовы — рука не тянулась перезвонить. Он не мог говорить с Чонгуком сейчас. У него не было на это ни сил, ни времени.       Возвращаясь вечером домой, усталый, с тяжёлой головой, он падал в кровать и засыпал практически мгновенно, без напряжения и необходимости прокручивать в голове мысли о своих проблемах. Сон приходил быстро, словно был наградой за прожитый день.

***

      Коротышка встретил их прямо у входа в клуб. Он даже не подал виду, что знает Чонгука, словно тот был просто ещё одним лицом в толпе.       — Следуйте за мной, господа, — произнес он официальным тоном и повернулся, указывая путь. — Мистер Икс ждёт вас.       Клуб назывался «Ковчег». О нём в Лондоне говорили только шёпотом. Название это не значилось ни на одной вывеске, ни в одной афише. О нём знали только те, кому положено знать, и молчали те, кому дорога жизнь.       Главный зал встретил их холодным блеском тёмного мрамора, в котором отражался приглушенный свет, панелями из чёрного дерева и обилием бархата. Многочисленные мягкие диваны винного цвета стояли по углам. Посетителей было немного. За столами с зёленым сукном под бархатными абажурами тасовали карты.       Майкл выразительно взглянул на Чонгука, чуть приподняв бровь, намекая: «Видишь? Ничем не лучше твоего казино».       Чонгук еле заметно кивнул.       Проведя их через весь зал и завернув в узкий слабоосвещенный коридор, коротышка остановился перед неприметной дверью и учтиво постучал три раза.       — Входите, — раздалось из-за двери.       Они шагнули внутрь, ожидая увидеть склад или подсобку, но оказались в просторном кабинете. Шторы плотно закрывали окна и в этом полумраке всё казалось ещё более зловещим. Массивный стол из антикварного дуба явно доминировал в центре. В углу мерцал бар. Воздух был пропитан ароматом дорогих сигар. Каждый предмет здесь кричал о влиянии хозяина. Не рабочий кабинет, а настоящий тронный зал, где принимались важные решения.       За столом сидел сам Мистер Икс. Это был крупный мужчина лет пятидесяти, с лысиной, которую он не пытался скрыть, и глазами, такими пронзительными, что хотелось отвести взгляд. Его вид производил впечатление. Он пристально посмотрел на Чонгука, не моргая.       В кабинете повисла тишина. Все замерли. Даже Коротышка, стоявший у двери, казалось, перестал дышать.       Минуты тянулись как часы, напряжение нарастало. Чонгук чувствовал, как по спине стекает холодный пот. Наконец, когда казалось, что он не выдержит и рухнет на колени, Мистер Икс медленно произнёс:       — Садитесь, мистер Чон. Майкл, подождите нас в зале.       Майкл закивал так поспешно, что чуть не споткнулся, пятясь назад с выражением лица человека, который мечтает оказаться где угодно, только не здесь. Он буквально вылетел из кабинета. Дверь за ним закрылась с мягким щелчком, и Чонгук остался один на один с этим человеком.       — Хочешь что-нибудь выпить? — спросил Мистер Икс, не меняя позы, сразу переходя на ты.       Чонгук, присаживаясь в кресло, чувствовал, как колотится его сердце, но заставил себя выговорить:       — Виски, пожалуйста.       Хозяин чуть кивнул, и охранник, бесшумно шагнув к бару, налил виски в хрустальный бокал.       — Итак, это ты тот самый, которому удалось покинуть Дублин? — продолжил Мистер Икс, машинально вращая в пальцах незажжённую сигару. — Признаюсь, твоя история довольно любопытна. Однако должен заметить: ты ведёшь крайне опасную игру, парень.       Чонгук решил больше не бояться, ведь всё самое страшное уже случилось и теперь оставалось только блефовать, чтобы выжить. Он выпрямился в кресле и взял бокал.       — Я не собирался прятаться. Я покинул Дублин, чтобы найти деньги и погасить долг, — ответил он сухо, стараясь не наговорить лишнего.       Мистер Икс усмехнулся.       — Все так говорят. Некоторые даже действительно верят в это до последнего вздоха. Знаешь, мистер Чон, сколько жизней загубила слепая уверенность? Множество… особенно в стенах этого кабинета.       Чонгук сделал глоток, сжимая бокал до побелевших костяшек.       — Угрозы излишни, — отрезал он. — Я пришел уладить вопрос. У меня получится выплатить долг, но на это нужно время. Мне нужна рассрочка. За этим я и обратился к вам.       Мистер Икс откинулся в кресле, постукивая кончиками пальцев по подлокотнику.       — Отрадно слышать. Когда одна дверь закрывается, ищи рядом открытую, верно? Я готов позаботиться о твоём долге. Разумеется, не за бесплатно, но мне не нужны твои жалкие гроши, — он вскинул руку, останавливая Чонгука, который уже собирался удивиться, и продолжил: — понадобится кое-что иное.       Чонгук сжал губы, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. Ну конечно же, условие. Разве может быть по-другому? Этим людям всегда что-то нужно. Только вот что может дать им такой неудачник?       — Это что-то противозаконное? — спросил он тихо.       Мистер Икс засмеялся.       — Формально — нет, практически ничего противозаконного. Но даже если и так… Ты думаешь, у тебя есть выбор, мой друг?       Чонгук замер, сжимая бокал. В полутьме кабинет казался бесконечным, будто и не было никакого выхода за спиной.       — Всегда есть выбор, — произнёс он сухо, хотя голос предательски дрогнул.       Лицо Мистера Икс помрачнело, глаза сузились, губы сжались в тонкую линию, а пальцы, до этого лениво крутившие сигару, замерли. В кабинете повисла удушающая тишина.       — Выбор? — переспросил он низким голосом. — Ты ошибаешься. У тебя нет ни одного варианта. Ты находишься в критическом положении, и я — твой единственный шанс сохранить жизнь и свободу. Если хочешь умереть — уходи. Но имей в виду: в Дублине вас ждут не просто кредиторы. Они любят действовать методично и болезненно — разберут тебя и твоих друзей по косточкам, заживо сдерут кожу. В первую очередь, конечно же, пострадают твои друзья и близкие, но поверь, ты прочувствуешь их страдания на себе.       Чонгук почувствовал, как волна паники накрывает его. Сердце колотилось так, что закладывало уши, а ладони вспотели. Внутри разрастался ужас. Он хотел убежать отсюда. Казалось, в воздухе витал запах разложения и смерти, но взгляд Мистера Икс приковывал его к креслу, не давая пошевелиться. Руки дрожали, он сжал их в кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы хоть как-то удержать контроль.       — Что мне делать? — выдавил он сквозь зубы.       Мистер Икс удовлетворённо оскалился, и в этой улыбке не было ничего человеческого.       — В рамках квалификационных заездов Формулы-2 основным претендентом на победу и новым фаворитом гонок выступает команда Hankook. Твоя задача обеспечить, чтобы их болид не прошёл отборочный тур. Любыми средствами.       Чонгук в изумлении уставился на него. Он ожидал, что его заставят украсть или даже убить кого-то, но… подставить гоночную команду? Это было так неожиданно, так абсурдно, что на секунду его страх отступил.       — Как, чёрт возьми? — вырвалось у него. — Я не гонщик! Не механик! Это какой-то абсурд.       Мистер Икс наконец поджёг кончик сигары и с наслаждением позволил себе затянуться. Он будто и не слышал возражений.       — Заезд состоится в Дубае. Инвестором болида выступает Мин Юнги.       — Даже если так… какое отношение это имеет ко мне? — голос Чонгука сорвался, он понял насколько, ничтожной мошкой является в этом кабинете.       — Неужели не улавливаешь связи? — вежливым тоном поинтересовался Мистер Икс. — Феликс и Мин Юнги — близкие друзья Ким Тэхёна.       Имя Тэхёна ударило, как пощёчина. Словно на аттракционе, его бросало то в жар, то в холод. Чонгук умел держать лицо, но сейчас, казалось, мистер Икс может увидеть на нём весь спектр человеческих эмоций.       Тэхён. Опять он. Всегда он. Чонгук опустил взгляд, пытаясь взять себя в руки.       — Допустим, они друзья Тэхёна, — выдавил он, стараясь звучать равнодушно, — какое отношение это имеет ко мне?       Мистер Икс потерял остатки терпения, его пальцы забарабанили по столу.       — Нам известно о вашей… тесной связи с Ким Тэхёном, — сказал он с нажимом. — Используй это.       Чонгука пробила мелкая дрожь. Он сейчас меньше всего хотел впутывать Тэхёна в свои проблемы. К тому же тот, кажется, окончательно вычеркнул его из своей жизни.       Мысль о том, чтобы снова появиться перед ним, в очередной раз обманывая, заставляла всё внутри сжиматься от стыда.       — Наши отношения прекращены, — отрезал он. — Мы не поддерживаем связь.       — И почему меня должно это волновать? Исправь это, иначе твои кости окажутся в дублинской канаве, а родители даже не узнают, что случилось.       На губах Мистера Икс застыла довольная улыбка. Он затянулся, выпустив в потолок густой дым, и продолжил:       — На следующей неделе семья Мин проводит приём в Дубае в честь открытия гоночного сезона. Ким Тэхён будет там. И ты должен там оказаться. Мне, откровенно говоря, безразлично, как выполнишь задачу: уговори Юнги, подкупи, убей — мне плевать. Нужен результат.       Чонгук медленно покачал головой, осознавая чудовищность задачи. Как он сможет уговорить Юнги саботировать собственную инвестицию? Это казалось невыполнимым, невозможным. Он медленно покачал головой, чувствуя, как угасает надежда.       — Я не смогу этого сделать, — честно ответил он, глядя Мистеру Икс прямо в глаза. — Это невыполнимо.       Улыбка исчезла с губ напротив.       — Кажется, ты так и не понял меня. Это не просьба, — он покачал головой, подчёркивая собственные слова, и его поза стала напряжённой.       Чонгук не заметил движения, но в следующую секунду его горло сдавила рука. Охранник молча вдавливал шею Чонгука в мягкое кресло. Воздуха не хватало, и всё же хватка не была слишком сильной. Умно. Никаких следов не останется.       — Ты будешь на этом приёме.       Мистер Икс медленно поднялся с кресла и обошёл стол, оказываясь рядом с хрипящим Чонгуком.       — Мы обсудим детали позже. А пока запоминай: твоя услуга сослужит тебе хорошую службу. Я не забываю тех, кто был мне полезен. Но если не справишься…       Он не закончил фразу. Вместо этого он крепко сжал горящую сигару и переломил её пополам.       Хватка ослабла, и Чонгук наконец смог сделать полноценный вдох. Он кивнул, не глядя, и принялся ощупывать шею.       Выбора действительно не было.

***

      Юнги решил, что клуб нужно закрыть на пару дней. Тэхён воспринял это спокойно, даже не пытаясь спорить. Время — деньги, но иногда деньги нужно тратить, чтобы заработать ещё больше.       Новое освещение, новое оборудование, обновлённый пол с трехмерными рисунками — всё это даже звучало дорого, дерзко, почти вызывающе. Но именно в этом и была идея. Не просто ремонт, а заявление. После такого обновления «Сохо» откроется с большей помпой, чем когда-либо, и о нём снова заговорит весь город.       — Это влетит нам в копеечку, конечно, — сказал Юнги, просматривая план. — Но деньги вернутся быстро. Лондон любит новое. Так что внимание гарантировано.       Тэхён кивнул, хотя в другой раз обязательно бы пошутил, что лондонская элита просто любит считать чужие деньги.       Сейчас же ему было не до шуток. Он соглашался почти на всё, что предлагал Юнги, потому что ему отчаянно нужен был успех. Хоть в чём-то. Он не сказал Юнги о том, что адвокат уже в открытую требовал продать дом, машину и распрощаться с прислугой, чтобы хоть немного перекрыть долги. Не сказал, что каждый новый день начинался с ощущения, будто земля под ногами становится всё тоньше.       Тэхён не хотел даже думать об этом. Ему было проще считать адвоката занудой, перестраховщиком, который сгущает краски, чем признать, что тот, возможно, прав. Он упрямо держался за свой комфорт, за привычную красивую жизнь.       Юнги и Эдгар уже всё распланировали: они закроют клуб и сменят освещение, обновят оборудование, обучат персонал. Фишкой станут полы с трехмерными картинами. Тэхёну идея понравилась почти сразу. Здесь ощущалось что-то дерзкое, живое и очень в духе Юнги.       Да, денег потребуется много. Да, придётся работать почти без сна. Да, кому-то не понравится, что «Сохо» снова поднимает голову. Но Тэхён не собирался сдаваться. Пусть все идут в… лес. Адвокат со своими счетами. Долги со своими дедлайнами. А ещё Чонгук — заноза, которую никак не получается вытащить из сердца. Пускай. Он всем докажет, что сможет выкрутиться.       Когда они говорили о будущем открытии, Тэхён отчётливо представлял, как всё будет происходить. Двери распахиваются, шампанское льётся рекой, а клуб сияет так, будто никогда и не было тех дней, когда он был в упадке.       И Тэхёну хотелось видеть лишь восторженные глаза клиентов. Триумфальное шоу, которое заставит злые языки замолкнуть навечно.       «Берите шампанское, дамы и господа, — думал он с мрачной усмешкой. — Внимайте».