Мал золотник - да дорог.

— Ну что ж, давай знакомиться, — сказал мужчина, протягивая руку. — Соколов Андрей Савельевич. Предприниматель, а по нынешней моде — бизнесмен. А ты кто будешь? — Тимофей Сергеевич Голубев, — спокойно ответил я. — Самый младший в семье. Сын Веры Романовны — думаю, представлять её вам не нужно? Отец — владелец собственного дела, «король замороженных полуфабрикатов»: пельмени, вареники, хинкали, блины с начинкой — всё, что только можно упаковать и заморозить. Братья — юристы. Тут, как говорится, комментарии излишни: дел у них по горло. А я вот выбрал путь поскромнее — поступил на факультет экономики, финансов и бухгалтерского учёта. В этом году закончил с красным дипломом. Практику проходил на мукомольном заводе «Коммунарка». Я выдержал короткую паузу и добавил: — В принципе, это всё, что пока стоит знать. Если хотите — спрашивайте, скрывать ничего не собираюсь. Нам ведь вместе работать. А бухгалтер, сами понимаете, — лицо финансовое. Но сразу предупреждаю: к делу приступлю только после того, как пересмотрю все последние сделки и налоговые отчёты вашего главного бухгалтера. И да, лесоруб из меня никакой, так что в ближайшие годы деревья валить не планирую. Надеюсь, профессия «лесник по неволе» мне не пригодится. Андрей Савельевич смотрел на меня с приоткрытым ртом. На лице — смесь изумления и восторга. — Вот это да... — наконец выдохнул он. — У вас там, в универе, что, курсы по ораторскому мастерству были? Ты всё так чётко, складно и по делу выложил, что я впервые даже не знаю, что спросить! Ладно, разберёмся по ходу дела. Признаться, я впечатлён. Ты вроде парень небольшой, худощавый... а дух — настоящий боец! И это, знаешь ли, редкость. Меня сложно удивить, но тебе удалось. Он хлопнул меня по плечу. — Пойдём, покажу твоё новое место. Завтра все сотрудники соберутся в офисе, познакомлю тебя с каждым. А теперь — важное. Рабочий день с восьми до пяти. Обед — скользящий. — Простите, как это — скользящий? — Всё просто, — улыбнулся Соколов. — Отделов много, а кушать хочется всем. Если уйдут все сразу — будет бардак. Поэтому решили на собрании: каждый отдел обедает в своё время. Кто-то — в двенадцать, кто-то — в час, а кто-то и в два. Понятно? — Теперь да, — кивнул я.