День всех Влюблённых

Пообещав Эбигейл наше скорое возвращение, Валентайн буквально втолкнул меня в подъехавший кеб. Причины этой бешеной спешки я не понимал и лишь изредка поглядывал на своего задумчивого спутника, тщетно пытаясь прочесть ответ на его лице. — Я знаю, что Вы думаете, дорогой. Но поверьте, это необходимость. — Что Вы хотите там найти? Призрака? Моя наивность явно позабавила Смита. Со смешком он взял меня за руку и притянул к себе так, что наши лица оказались в сантиметрах друг от друга. — Дориан, Вы очаровательны! Но с другой стороны меня радует, что Вы готовы к встрече с призраком, готовы снова сражаться! Это, любовь моя, стоит многого! С таким другом, как Вы, мне и сама смерть не страшна. Последнюю фразу мужчина сказал тише, нежнее. Мурашки невольно пробежали по моему телу. Я смущённо опустил голову, чтобы волосы закрыли лицо. Валентайн лишь хихикнул. В последнее время я всё отчётливее чувствовал, как атмосфера вокруг менялась, также как и наши отношения. Поведение Смита изменилось: откровенничал о личном, сокращал дистанцию, подсаживался чуть ли не на колени. А в глазах читалась такая сладкая томность, будто бы я был его любимой бутылкой хереса. — Приехали. Выйдя из кеба, мы не проронили ни слова. Район встречал нас стройными шеренгами однотипных домов, каждый — за высокой оградой, словно в крепости. Место казалось мне смутно знакомым, и в памяти всплыли обрывки старой сплетни: когда-то здесь селилась знать, но благополучие оказалось иллюзией. Состояние таяло, жители разъезжались, оставляя после себя лишь пыль воспоминаний. Итог был налицо: убогая, тоскливая нищета. Моего пессимизма Смит не разделял. Я стоял на участке у забора, а мой компаньон с детским интересом рассматривал грязный снег у порога. Оторвавшись от столь увлекательного задания, Валентайн разочаровано покачал головой и, быстро пересёк участок, зайдя в дом. Я тихо крался сзади, словно вор. Почему-то меня тошнило от вида дома, хотелось уйти, заткнуть уши. Эта бедность была хорошо знакома мне, но приятную ностальгию не вызывала. Стоя здесь, я испытывал лишь одно желание — вернуться домой, завернуться в одеяло и больше никогда не появляться в бедных районах Лондона. Когда-то мне довелось жить в унылой коморке. Средств к существованию почти не было и это, пожалуй, навсегда оставило след в моём сознании. Смит заметил мой дискомфорт и предложил выйти, но я отказался. Компаньон не стал настаивать, лишь пожал плечами. Он остановился у кухонного стола, где, по словам офицера Брауна, нашли труп. Смит заглянул под стол, потом выпрямился и обошёл его. — Дориан, что Вы помните о легенде? — Что призрак после себя оставляет кровавое послание на теле жертвы или мокрые следы. Но и легенды могут разниться с истиной, верно? — Верно. Мы нашли что-нибудь на теле жертвы? — Нет. — Я прислонился к стене, когда заметил странный блеск под одной из кухонных тумб. — А это что? Я оторвался от стены и, обойдя стол, медленно встал на колени. — Что там, Дориан? Я пальцами поддел белый предмет. — Всего лишь пуговица. Пуговица перешла от меня к Валентайну. Он перевернул её раз-другой, и она исчезла в его кармане. — Вы молодец, Дориан. — Компаньон помог мне поднятья на ноги. — Я никогда в Вас не сомневался. Можете ещё осмотреться, а я выйду на улицу? Я кивнул ему и тот быстро удалился. Мягким движением я пододвинул кухонный стул ближе и сел, рассматривая пол. Скотленд-Ярд хорошо поработал, всё подчистил. Ни следов, ни крови, ни ощущения смерти. Я снова осмотрел кухню, вышел на порог, но Смита нигде не было видно. Снег хрустел под ногами, скрывая коварный лёд. Двигаясь с осторожностью, я начал обходить дом и увидел комичную сцену: Валентайн, перелезая через забор, умудрился намертво зацепить длинное пальто за торчащий гвоздь. Он отчаянно дёргал полой, ругаясь себе под нос, а заметив меня, смущённо улыбнулся — Дориан, мне стыдно Вас просить… Простите меня за мой неприглядный вид, но не могли бы Вы высвободить меня? Я кивнул с каменным лицом и выскочил за калитку, где тут же расхохотался — смеяться в лицо Смита было невежливо. Я с трудом пролез в щель между соседским и нашим забором, вынырнул с обратной стороны и бросился выручать неудачливого компаньона. Аккуратно отцепив его от гвоздя, я переправил товарища обратно на участок. — Могу поинтересоваться причиной, которая загнала Вас на забор? — стараясь сдержать усмешку, спросил я. — Неужели Вы ничего не заметили, когда зашли за дом? — Кроме Вас, висящего на заборе? Нет. — Будет Вам! Теперь Вы смеётесь надо мной. — Ничуть. Знаете, Вы ведь просто могли выйти за участок и обойти его. — В вас никакого духа авантюризма.