Счастье с запахом вишни

Алиса не может уснуть ночью. Она переворачивается с бока на бок, избивает буквально подушку, чтоб та легла удобнее, но ничего не меняется. Шум за окном, неожиданно ставший громче обычного, не позволяет провалиться в столь желанную негу. Руки то и дело тянутся к телефону, но девушка тут же останавливает себя. В такой час психолог ей не ответит. Она выходит на балкон, кутаясь в толстовку, и закуривает. Зажигалка падает из рук, на что девушка может лишь вздохнуть. – Да что ж ты будешь делать… – Алиса наклоняется за ней, наконец закуривая. Она опирается на подоконник, прикрывая глаза. Хотелось вместе с дымом «выкурить» из головы всю дрянь. В темноте разума всплывает Дима, Цири, Никита, Яна… Она видит их улыбки, смех, и поджимает губы. Это так сильно манит, зовет к себе теплом и радостью, но тело немеет даже в мыслях. Алиса слышит зов, но не может шевельнуться. Она распахивает глаза, делая судорожную затяжку, зарываясь свободной рукой в волосы. После небольшой «прогулки» на балконе, Алиса возвращается в кровать, почти тут же засыпая. Наконец-то. Она не уснет на работе следующей ночью. Девушка наливает кофе в кружку и наконец выключает на телефоне «режим полета». Тут же всплывает уведомление от контакта «Елена Сергеевна». Сердце замирает на пару секунд. Женщина предложила запись на завтра в одиннадцать часов утра. Алиса как в тумане отравляет короткое «Спасибо, я приду», и снова откладывает телефон. А если она все это придумала? Если психолог скажет, что она симулянтка, на самом деле у нее нет никаких страхов и проблем? Чтоб прекратить этот поток мыслей, Алиса хлопает руками по столу, резко выдыхая. Она попробует. Как минимум попытается узнать, что с ней. Дима говорил, что он выбирал лучших специалистов. Вряд ли такие говорят всем типичное «У вас все хорошо, вы просто дурак, требующий внимания». Наверное… Школьные так и говорили. Дима садится завтракать, параллельно выбирая видео на ютуб, чтобы посмотреть на фоне, когда ему попадается видео о ПТСР. Он нажимает на него, отпивая чай из кружки. Дима сразу подумал про Алису. Может, это поможет ему лучше понять, что сейчас в голове у девушки, как себя вести и чем помочь. Надо будет – посмотрит все доступные видео и прочтет все документы, чтобы не нарушить границ и правда помочь Лисе. Солнце успевает сесть и подняться в небе снова. Раевская добирается домой и успевает отдохнуть пару часов. Пора собираться на сеанс психологического насилия. Алиса замирает перед шкафом, теряясь. А что надеть? Девушка выуживает взглядом топ, что купил ей Дима в торговом центре. Это непривычно для нее, открыто, но… Если бороться с прошлым, то начинать и во внешнем виде. Ее любимые широкие черные джинсы неплохо сочетаются с этим ярким топом, а поверх Алиса накидывает рубашку, осматривая себя в зеркале. Вроде неплохо. Последний штрих – сережки в форме луны. Девушка кивает, поправляя рыжие волосы, не достающие до плеч, пробегает взглядом по веснушкам. В институте ей говорили, что ее типаж внешности очень востребован в театре и кино. Может, стоит попробовать пройтись по театрам Москвы? Может, где-то ведется набор в труппу? В театре ей было хорошо, Алиса могла играть кого угодно, и людям это нравилось. Девушка добирается до клиники на автобусе. Она проходит на стойку регистрации, а после садится на диванчик у двери. Взгляд цепляется за ноги, трясущиеся от напряжения, а следом девушка замечает свое медленное дыхание, словно воздух был безумно вязким. Желание сбежать било по вискам. А если будет больно? Дальше думать не дает выглянувшая из-за двери женщина. Алиса медленно поднимается с места и делает шаг к кабинету. Назад пути нет. Кабинет оказывается совсем не похож на комнату пыток, как рисовал мозг еще утром. Нежно-голубые шторы, мягкий белый плед на диване, стоящем посреди кабинета, множество маленьких подушек, какие-то картинки на стенах, полки с книгами. Сама женщина одета в вязаный кардиган сиреневого цвета, на ногах тапочки с помпоном. Очень… Мило. Алиса медленно, словно под гипнозом проходит к дивану. – Алиса, присаживайтесь, не стесняйтесь. – Мягко улыбается блондинка. – Чай? Какао? – Спрашивает она. Через пару минут перед рыжей оказывается кружка ароматного какао, а психолог садится напротив. Девушка не знала, что говорить, как начать. Женщина сама направляет ее к нужным моментам. Алиса говорит обрывками, запинается, зависает на несколько минут, глядя в одну точку. Психолог лишь кивает, подбадривая ее. – Алиса, позвольте спросить. Что вы почувствовали на площади в свой первый день в Москве, когда играли на гитаре и видели улыбки вокруг? – Через время спрашивает женщина. – Не торопитесь с ответом, подумайте, вспомни. Мы не торопимся. Раевская и правда замирает, вспоминая тот момент. В груди разливается тепло, в этот раз не после глотка какао. – Тепло. Радость. Они улыбались и улыбалась я. Я делала то, что мне нравится, и это нравилось людям. – Все же находится Алиса. – А когда остались в одиночестве после разговора с другом? – Страх. От того, что напугала его своей проблемой и страхом. От того, что он может уйти. Что больше не появится. – Вы сказали, что обещали той девочке в зеркале "склеить её по кусочкам". А из чего, по-вашему, должны быть эти кусочки, чтобы она была счастлива? – Этот вопрос выбивает девушку из реальности на пару секунд. Она не может ответить шаблонно. Она не знает, сколько молчала, но в этой тишине приходит хорошая мысль. – Я... Хочу перестать бояться, что любая хорошая вещь — это ловушка. Я хочу верить, что могу не справляться, и это будет нормально – просить о помощи. – На выдохе выдает девушка, делая последний глоток какао. Женщина кивает, будто довольна ответом. Елена медленно встает, отходя к столу и открывая свой блокнот. – Алиса, вы большая молодец. Вы знаете, чего хотите добиться нашей работой, а самое главное – решились на этот серьезный шаг. Это очень важно для успеха. Позвольте себе думать о том, что совершили подвиг, когда пришли. Вы помогаете той маленькой Алисе, про которую сказали. Увидимся в четверг, это же время будет удобным? – Женщина поправляет очки, поднимая глаза на Раевскую, и видит положительный кивок. – Чудесно. До встречи. – На прощание психолог улыбается. Алиса выходит из кабинета в трансе. Ей не больно, не хочется плакать. Голова приятно опустела, а из тела пропало напряжение. Будто даже плечи расправились после долгой тяжелой ноши. Выдыхает Алиса только на улице. Она шагает в сторону дома пешком, заглядывая в кофейню за полюбившимся латте с соленой карамелью. Раньше в ее жизни было мизерное количество кофе. По пути ей встречается кот. Черно-коричневый, сидящий на качели, будто ребенок. Алиса улыбается, доставая телефон и делая фотографию. Она выходит яркой, солнечной и очень живой. Дома девушка переодевается и падает на кровать, на пару минут прикрывая глаза. Странно, но сейчас между мыслей о скорых сборах на работу не мелькает «я нелепое чудовище». Раевская тянется к телефону и заходит в чат с Димой, желая поделиться своей тишиной и спокойствием, отправляя ему фото с котом, встреченным на улице. Без подписи. Она тут, в сегодняшнем дне. Телефон Масленникова уведомляет о сообщении. Он устало потирает лицо и снимает наушники, когда видит на экране «Лисена отправила вам фото». Он тут же заходит в чат, на глаза наворачиваются слезы, а с души падает огромный такой булыжник, облегчая дыхание. У нее, видимо, случилась первая победа в борьбе с собой. Без лишних слов Дима отправляет свежую фотографию с Цири, что уснула в обнимку с носком Никиты, как с самой любимой в мире плюшевой игрушкой. Он не спрашивает о том, как она. Понимает, что нужно время, чтобы не спугнуть Лису. Видит ее и показывает, что тоже здесь. Он откладывает телефон. Не донимает вопросами, не ликует, а чувствует глубокое уважение. Дима понимает, что она прошла через что-то важное в одиночку. Он встаёт и идёт готовить сложный ужин просто так, для себя, потому что в мире, где Алиса делает такие шаги, хочется жить и делать что-то хорошее Ночью на работе в ее голове не кричат гнусные мысли, даже утром, когда Алиса ложится спать. Она засыпает, растянувшись на кровати, с чувством легкости на душе, понимая, что это лишь передышка.