Природа юноши

Зависть — ужасное и гнусное чувство, всеобщего непринятия себя и непринятия чужого счастья, не будь то любовь или высокий достаток. На мой взгляд, она является одним из главных пороков человека, на ровне с лицемерием; одно без другого существовать не может. Именно зависть в совокупности с гневом рождает в себе нетерпимость и жестокость, по отношению к тем людям которые имеют что-то чего нет у другого.

Людям отличным от общих масс живется тяжелее всего, ведь именно в них самих и находится это что-то, что вызывает в других эмоции; положительные или отрицательные, не важно, на то они и эмоции. Главное во всей это вражде и не принятии, оставаться человеком, следуя высшему замыслу, любви и состраданию, храня свет в своем сердце.

***

1973 год, стоял жаркий летний июньский день. Солнце намереваясь согреть всех живых существ, светило ярче чем обычно. Воздух при этом был свеж, приятно обдавая легким, теплым ветерком. Радостный смех детишек снующих тут и там по улице, словно стайка птиц, привносил свою частичку гармонии и общего успокоения. Прохожие не спеша идущие по своим делам; проезжающие редкие автомобили; пожилые дамы сидящие в парке на скамейке, и бурно что-то обсуждающие; дама с совершенно не привлекательной, несуразной собачкой, буднично гуляющая по парку. Все они, были частью совершенно обычной и нормальной жизни маленького городка. Но как и в любом другом городе, многие из них были теми кто не отличался большим умом, крепким стрежнем, или приверженцем следующим высшим идеалам человека. От этого они конечно не становились плохими или ужасными, но и чего-то особенного в них тоже не было. Но несмотря ни на что, жизнь шла своим чередом. Пока другие мирно прогуливались по городу, группка парней в подворотне, пиная и издеваясь, передразнивала мальчонку, не задумывалась: правильно ли то что они делают; что чувствует тот самый мальчонка; что будет с ним в будущем и как скажутся на нем их действия.       — ты тупой мамкин сосунок. На тебя смотреть противно, что сказал бы твой тупой папаша, если бы увидел в какого выродка ты вырос? — пиная проговорил, крупный, неотесанный, с явным пренебрежением мальчик. — я думаю он бы отказался от тебя, еще на моменте зачатия.       — да да. Твой папашка был бы в ужасе. -подхватывая общий настрой враждебности: добавил такой же неотесанный мальчуган, но явно меньших габаритов нежели первый. — наверняка именно поэтому он ушел от вас!       — Да хватит с ним трепаться- сказал рослый, крепкий для своего возраста, мальчик. Он был что-то вроде их негласного лидера. Его звали Гаррет. — наваляйте ему хорошенько и пошли отсюда. Совершенно беспомощный, бессильный худощавый мальчонка, лежал на грязном асфальте, закрывая руками лицо пока трое измывались над ним, за свои какие-то личные обиды на мир. Что же ему делать, он совершенно точно не может дать сдачи Гаррету и его дружкам Оскару и Айзеку. Придется потерпеть пока они закончат- подумал он — что еще остается делать. Чуда не произойдет. И чуда не произошло. Вдоволь поиздевавшись троица ушла. Мальчик что попал под их нетерпимость, лежал на спине измазанный своей же кровью, весь в ссадинах и синяках, смотрел на небо. Облака что застилали голубое небо, двигались в своем темпе, для них как и для других ничего не изменилось. Мальчонка не впервые отхватывал от Гаррета, Оскара и Айзека. Он уже привык. Уверял себя, что это временно и издевки скоро прекратятся. Наивно. Очень наивно. Он сам это понимал, но верил, что когда нибудь станет получше. Гаррет в представлении своем был словно правитель с копьем. Его физические данные были на уровень выше сверстников, а жестокость к всему живому и подавно на уровней десять. Лидерские качества которые он проявлял в своей жуткой компании, были врожденными. Умение вести за собой людей это, отличное качество, но как и другие способности, требуют развития и ответственности. Оскар же напротив лидером не был и выполнял скорее роль того самого копья, будучи ведомым. Айзек и вовсе был смешон, настолько тупых людей даже жаль. Именно такое впечатление складывалось смотря на них. Пролежав на грязной земле какое-то время, мальчик встал, отряхнулся, сплюнул кровавые слюни в сторону, поднял свой рюкзак и отправился домой. Разбитый и совершенно лишенный сил, он еле как добрел. Поднявшись по не длиной лестнице, небольшого двух этажного сооружения, он отворил дверь, готовясь к обеспокоенным расспросам его матери.       — мама, я дома! — крикнул он, в надежде спокойной реакции его мамы.       -Джон, дорогой, где ты был? Ты опоздал к обеду. — проговорила с кухни милая женщина средних лет. Агнес. Она была красива и обворожительна словно олицетворение солнца. Глаза были два сапфира невероятной красоты, а ее светлые цвета золота волосы были собранны в длинную тугую косу из которой выбивалось пару прядок. — я заждалась тебя! Джон же, тот самый побитый мальчишка: стоял не подвижно, опустив голову от стыда. Думая о том, что опять заставляет матушку беспокоиться из-за него. Им итак тяжко без отца, а он доставляет неприятностей. Агнес выйдя с кухни к Джону ужаснулась увиденным.       — Сынок, боже милостивый. Что с тобой стряслось? Это опять те гадкие мальчишки?! — проговорила она словно на одном дыхании. Джона услышав он догадку мамы, сразу же мелко затрясло. Быстро оценив ситуацию она поняла что к чему.       -ну все! С меня достаточно. Сведя светлые брови к переносице, она подумала о чем-то своем и решительно сказала — Джон, пошли! Сняв одним движением фартук, Агнес, кинула его в сторону кухни, быстро надела туфли, взяла шляпку, сумку и платок выскочила на улицу, потащив бедного Джона за собой ринулась к автомобилю. Усадив его на заднее сидение автомобиля, закрыла дверь. Джон стыдливо смотрел на сердитую матушку через окно совершенно не понимая чего та от него хотела и куда они направляются.        — пристегнись! — сказала она сев в машину. Заведя двигатель, она резко прокрутила руль и выехала на дорогу. Грубо ведя машину и пытаясь раскурить сигарету. Она причитала в слух:        — да как они это себе позволяют? Нынешние дети настолько жестоки, мне совершенно не нравится видеть тебя побитым! Джон на это лишь молчал, зная что ее слова всего лишь «мысли в слух» от негодования. Надеюсь она не явится на порог к мистеру Смиту: жалуясь на Гаррета и то как он и его друзья со мной поступили. Это было бы ужасно.-думал всю дорогу мальчик. Ведь Отец Гаррета, мистер Смит, человек старой закалки и точно бы отчитал и даже бы избил своего сына за такое. А Гаррет же в свою очередь снова бы отыгрался на бедном Джоне или что еще хуже на ком-то еще. А такое бы точно произошло.

***

Проехав через весь город, машина наконец остановилась, но не около дома семейства Смит. То был дом совершенно обычный, немного старый, но пригодный для жизни.       — мистер Губерт! Здравствуйте, это Агнес Циммерман. Я приехала к вам по поводу своего сына Джона. — выйдя из машины прокричала женщина в сторону дома. — Прошу прощения за то, что приехали не предупредив вас, но ситуация патовая. В доме послышались шаги, шоркая ногами, кто-то намеревался выйти на террасу дома и встретить незваных гостей. Открыл дверь старик, то был мистер Губерт, хозяин дома. Он был мужчиной лет шестидесяти, с седыми усами и совершенно добрыми глазами. Средней комплектации, но широкими плечами. Судя по его виду: в прошлом он был спортсменом, ну или тяжело трудился работая на поле или заводе где нужна была физическая сила.       — миссис Циммерман, здравствуйте, добро пожаловать, проходите — сказал мистер Губерт, совершенно радушно и по-доброму, отходя от входной двери, давая возможность гостям пройти. В доме царила атмосфера уюта и тепла. Обставлено жилище было старомодно. Кресла и диван в центре гостиной были с узором в цветочек, на столе рядом, лежала вязанная салфетка и стоял цветок в горшке. За домом явно следила женщина, которой в доме в этот момент не было.       — Прошу присаживайтесь. -проговорил мистер Губерт, кивком указывая на диван в гостиной.       — мистер Губерт, спасибо вам большое что приняли нас. Еще раз прошу прощения за то что не предупредили- опускаясь на диван сказала женщина.-Взгляните на моего милого сына Джона. Он весь побит. На нем живого места нет. Во всем виноваты несносные городские мальчишки. Они совсем отбились от рук, но у меня нет желания и нет возможности перевоспитывать чужих детей! Агнес была любящей и заботливой мамой и Джон это понимал, но он совершенно не понимал чего она хочет. Зачем привезла сюда и кто такой этот мистер Губерт. Чем он может помочь. Чем поможет беседа с ним.       — возьмите Джона под свое крыло. После смерти Нолана, мне стало совсем тяжело его воспитывать как мужчину. Я не справляюсь с этой ролью, не смотря на всю любовь к нему. Мальчику девять лет, совсем скоро я и вовсе никак не помогу ему — говорила Агнес, с надеждой. — я знаю вы давно отошли от дел, но я не знаю к кому обратиться, кроме вас. Мистер Губерт свел брови к переносице и с явным интересом наблюдал за Джоном, он знал его еще совсем с младенчества. Но не видел его целых пять лет, до этого момента. Нолан отец Джона, занимался у Мистера Губера, когда тот еще ходил в школу. И души не чаял в старике. Тот был ему словно добрый дядюшка.       -миссис Циммерман, хорошо, я возьму Джона под свое крыло, но при условии, что он безукоризненно будет выполнять всю работу что я ему дам. -строго настрого сказал старик.       — Конечно мистер Губер, безусловно, я поговорю с ним. Спасибо вам большое, знали бы вы что это для меня значит! Посидев еще какое-то время в доме у мистера Губера, поговорив о жизни, женщина с ребенком, распрощавшись, возвратились домой.

***

Джон сидя за ужином после ванны и обработки полученных ран и ссадин думал, думал о том, что будет завтра и кто же такой этот мистер Губерт. — я вижу его впервые, но он знал моего Отца, кто же он. Он учитель? Почему мама сказала мне слушаться его во всем. Ничего не понимаю. Для маленького Джона знакомство с мистером Губертом равным счетом ни значило ничего, но он надеялся что это поможет ему от напасти драчливых мальчишек. Ведь так ему сказала мама по дороге домой. Он верил ей. После смерти отца, она у него осталось единственным близким человеком. Джон ощущал любовь матери. Агнес сильная женщина. Работав в городской больнице медицинской сестрой, не терпела несправедливость и с чуткостью относилась к пациентам. Воспитание сына на ее взгляд давалось ей с трудом. Она отдавала мальчику всю себя, но этого было «мало», опять же по ее мнению. Поэтому впредь она четко решила делать еще больше для горячо любимого чада. Следующим утром Агнес отвезла сына к мистеру Губерту, как и было обговорено с ним ранее.       — Джон, будь послушным. Все что говорит тебе мистер Губерт, должно быть выполнено. — Агнес поцеловала сынишку в лоб и направляясь к машине крикнула. — я заберу тебя ближе к обеду. Постучи в дверь как я уеду! Посмотрев на отъезжающую машину матери, Джон заметно погрустнел. Он был напуган, он не понимал, что от него хотят; почему мама не зашла с ним; почему не постучалась и не поздоровалась с Мистером Губертом. Вопросов было много, а ответа: ни одного. Напутствия мамы о послушании лучше не сделали, Джон будучи мальчиком робким, хлипким, молчаливым и застенчивым не знал что делать. — ну постучу я в дверь и чего? О чем мне говорить с мистером Губертом. Я же даже имени его не знаю- подумал он. Чуть подождав и собравшись с мыслями, подойдя к двери дома Мистера Губерта, он аккуратно постучал. Через некоторое время дверь отворилась и сверху послышался грубый голос старика        — Джон, здравствуй. Проходи. — кивая в глубь дома сказал тот.       — здравствуйте мистер Губерт. — тихо сказал Джон.       -Присаживайся. Ты наверное меня не помнишь. Когда я видел тебя и твоего отца в последний раз тебе было всего четыре года. — о чем-то сильно задумавшись, нахмурился старик. Через некоторое время продолжив — я раньше работал учителем в школе в которой учился твой отец. Я преподавал литературу и обучал детей легкой атлетике. Джону показалась смешным такая комбинация. — Учитель литературы, да еще и заставляющий детей бегать, и видимо метать копье. — подумал тот, но вслух сказать побоявшись.       — твоя мать, прекрасная, умная женщина, привела тебя ко мне чтобы сделать из тебя настоящего мужчину. — с доброй улыбкой произнес старик — Джон, ты знаешь кто такой настоящий мужчина?       — Мужчина это тот кто силен умом и телом, верно мистер Губерт? — с замешательством и неуверенностью ответил Джон.       — Да, но мужчина также не боится взять ответственность за себя и свои поступки; не страшиться перед трудностями; может постоять за себя; честен; благороден и великодушен. — снисходительно и по доброму сказал мистер Губерт.       -Но не значит ли это, что мужчина не может боятся? — озадачено спросил мальчик. Джона как никогда интересовал этот вопрос, ведь сам он боялся почти всегда. Он боялся дать сдачи; боялся ложиться спать без ночника; боялся отвечать на уроке; боялся всего чего нормальные дети по его мнению, не боятся.       — Джон, вовсе нет. Все люди боятся, не важно, мужчина или женщина. Главное вовремя усмирить свой страх, не поддаваться ему и не терять самообладания. Если ты чего-то боишься, это нормально. Но главное не давай страху вольности.       -Но как не давать ему воли. Я же так мал, а страх велик. Я слишком худой и слабый чтобы дать отпор. Я вообще мало чего могу сделать. Ведь даже, если мой папа не смог, то разве у меня получится?       — Ох, Джон, твой отец бился до конца. Он верил в свою победу. Был уверен в себе. Став чуточку взрослее ты поймешь это. Все больше и больше вопросов появлялось у Джона в голове, он не понимал, как он будучи щуплым ребенком мог справиться с теми же тремя задирами. После слов мистера Губерта про его отца, уверенности стало чуточку больше, но этого было не достаточно для юного ума.       — Мистер Губерт, а расскажите мне как должен вести себя настоящий мужчина. Пожалуйста. После недолго рассказа и расспросов со стороны Джона, старик принес книгу Чарльза Диккенса «приключения Оливера Твиста»       — держи малец, тебе стоит прочесть ее. — протянул он книгу мальчику.       — Спасибо, Сэр. Взглянув на книгу, Джон был благодарен и в то же время озадачен. Причем тут эта книга и «настоящий мужчина». Открыв ее он бегло пробежался по содержанию книги. Не успев опомниться, он услышал звук подъезжающей машины. То была его мама.       — сиди Джон, я поговорю с твоей матерью. — старик встал и вышел во двор, оставив мальчика один на один с книгой.       — Здравствуйте, мистер Губерт, как успехи Джона? — проговорила Агнес, выходя из машины.       — Миссис Циммерман, я думаю тренировки мы начнем завтра. Мальчик любознательный, из него получится толк. — улыбаясь сказал старик.       — Я так рада это слышать. Спасибо вам большое! — чуть ли не пропела от счастья женщина. После недолгого диалога с мистером Губертом, Агнес позвала Джона. Распрощавшись они отправились домой. По пути мальчик с мамой разговаривали о прошедшем дне.       — Джон милый, что у тебя в руках? — с улыбкой произнесла женщина.       — Это подарок от мистера Губерта. Он велел прочесть мне эту книгу. Вроде бы с виду она не такая плохая.       — Я рада сынок. Тебе нравится мистер Губерт?       — Ну, я не могу делать выводы за такое короткое время. Он меня не обижал и объяснял мне все, что было мне не понятно. Злым он мне не кажется. Агнес лишь улыбнулась, ничего не ответив.