Cobweb

Движущиеся лестницы медленно и верно направляли близнецов прямо к четвёртому этажу. Сойдя с них и выскочив в коридор, парни притаились на углу входа. Джордж вытянул из внешнего кармана мантии какой-то крупный, компактно сложенный лист пергамента. Заметив откуда он появился, Фред многозначительно вскинул брови. — Ты серьёзно носишь её во внешнем кармане? Мог бы спрятать надёжнее. – он взялся за правый край бумаги, оставив левый брату. От его реплики Джордж ухмыльнулся, не воспринимая такое как замечание уж тем более от него. — Заткнись и поклянись. У нас не так много времени. – рукоять вытянутой из кармана палочки чем-то могла напомнить сосновую шишку. Не внешность, так хотя бы предмет для колдовства у близнецов был отличим. Деревянный кончик коснулся пустой карты. — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость. – шёпот коротким эхом пролетел по коридору. Пергамент медленно, словно по нему растекалась пролитая вода, приобретал коричневые и чёрные оттенки, позволяя парням разглядеть сектора Хогвартса, включая некоторые пределы школы помимо замка. В этот раз они не искали тайные ходы, интересовало только одно знакомое имя. От увлечения своего Фред не услышал как его брат пять секунд назад тихо произнёс «люмос» дабы они могли прочесть в темноте. Увиденное заставило Уизли переглянуться, не зная как реагировать на нечто подобное. — У него свидание с Оливером Вудом? – Джордж усмехнулся, следуя за братом который уже направлялся в зал трофеев с целью временно воспользоваться кое-чем. Его комментарий подтолкнул Фреда громко засмеяться, однако со вздохом это желание прервалось, вспоминая что на их возгласы прибежит кошка Филча либо кто-то из профессоров. Зал трофеев встретил близнецов накаляющей атмосферой. Через большие окна было хорошо заметно свет, который со всей благосклонностью делился своими лучами с застеклёнными кубками и наградами. Многое из серебра тут было холодно-сверкающим, от чего казалось, что в замке поселился дементор и вот-вот окутает их инеем. Ни доспехи, ни награды в виде значков, ни кубки – ничего из этого их не интересовало. Братья аккуратно обходили ненужное, смотря вниз и в стороны. В самом конце взгляд Фреда упал на три красивые мантии значительно отличавшиеся от школьной формы, тем не менее принадлежавшие факультетам. Что странно – на них не стояло табличек и сведений о том, для чего тут эти атрибуты. Юноша сдёрнул тёмно-красную мантию с вешалки, она ловко оказалась на его плечах. Джордж то и дело поглядывал на карту, исключая риски столкнуться с неожиданным сюрпризом в виде очередного наказания. — Как я выгляжу? – поинтересовался Фред у брата. Мантия делала его фигуру визуально старше на примерно пять лет, из-за своей громоздкости. Крупные подкладки в плечах создавали видимость широкого тела. В целом, сам материал пошива тоже был не из лёгких, неопытному магу затруднительно долго находиться в такой одежде. — О, вам очень идёт, э.. – только сейчас Джордж разглядел именную нашивку сбоку капюшона. Он обхватил пальцами так называемую бирку рядом с ухом брата и прочитал там женское имя в качестве обращения к нему. Уизли прыснули от смеха. Фред, пискляво пародируя дамскую манеру, поблагодарил его за комплимент. Тёмно-синяя мантия оказалась на втором брате. Догадаться под какие факультеты их сделали было проще, чем оседлать метлу. Фред схватил близнеца рядом с воротником, чтобы разглядеть его "имя". — Мы однофамильцы, Флавиус. – он замедлился перед последним словом и убрал руку с одежды брата. Его ответ не заставил себя долго ждать. — Я потрясён, Дейзи. – парни широко улыбнулись друг другу. Почти одновременно их взгляд приковала последняя чёрная мантия, без явной принадлежности к факультету. Не было на ней ни герба, ни чьего-то имени, ни отличительного цвета. Толщина ткани примерно в пол дюйма значительно уступала тем, что сейчас красовались на Уизли. Капюшон её, стопроцентно заколдованный, не желал покоиться за спиной в сложенном виде – он предпочёл стоять прямо, изображая видимость накинутого на голову. Голову без лица. Внутри не было ничего видно, вглядываясь туда братьям на мгновение почудилось что они вот-вот провалятся в бездну откуда не будет выхода. — Кому она принадлежала, как думаешь? – нарушил эту странную задумчивость Джордж. Фред встряхнул головой и выражение лица его снова приняло весёлые черты. Он не ответил, но вырвавшись из раздумий рыжеволосый без задней мысли сдёрнул за капюшон чёрную мантию, да с такой силой что вешалка пошатнулась, нагибаясь в сторону застеклённого шкафчика. Руки братьев синхронно схватили металлическую палку. Фух, удержали. — Понятия не имею. Пойдём. – соизволил ответить Фред, отпуская кусок металла. Взглянув по волшебной карте нет ли кого рядом, Уизли вышли в коридор. Джордж повёл плечами от неприятной тяжести в теле. И как только носили такое раньше? Хотя, Фреду сейчас наверное труднее было идти, ведь помимо накинутого в его руках была ещё одна. Энтузиазм в глазах близнеца совсем не выдавал физической усталости. — А теперь, слушай зачем они мне понадобились. – Фред наконец решил, что самое время посвятить брата в свой план. Это было любимой частью Джорджа во всех совместных шутках. Ночная погода встретила парней ощутимой прохладой и сыростью после недавно пройденного дождя. Полёт на мётлах заставил Перси поёжиться от холода. Он был чуть позади товарища, всю дорогу сосредоточенно разглядывая его спину. Оливер даже не оборачивался, чтобы посмотреть всё ли в порядке – ему хватало слышать невербальные знаки присутствия. В отличие от Перси, холода совсем не страшили капитана. Он привык появляться там, откуда дует – высоко в небе, рядом с распахнутым настежь окном, в сквозняке от не закрытой до конца двери в комнату. Пролетая над озером темноволосый снизился, оставляя расстояние до воды в примерно пол метра. Не распознавая истинные намерения такого жеста, староста просто повторил за ним. Лунный свет создавал тени двух мужских фигур. Уизли вгляделся в рябь на воде и позволил себе ослабить хватку на метле, шум ветра в ушах теперь ощущался слабее. Временное чувство умиротворения нарушил холодный брызг в лицо. Это его сосед нарочно коснулся воды ногой. — Вуд! – рявкнул на него Перси, протирая рукавом промокшие стёкла на очках. Убирать обе руки с метлы и протирать их прямо сейчас являлось крайне опасным, по соображениям юноши. На лице заплясали нотки недовольства. Смех впереди в очередной раз перекрыли лекцией о безопасности. — Впредь старайся побороть в себе желание развлекаться когда летишь не один. Я мог дёрнуться и упасть. К тому же, на скорости вода не так безобидна, ты мог повредить себе ногу. – рыжеволосый раздражённо выдохнул. В похожие моменты Вуд думал что Перси невозможно вывести из себя до неконтролируемого уровня. Его гнев никогда не ощущался как пожар, он был чем-то сравнимый с Инсендио – маленького огонька на кончике палочки. С виду спокойного, однако способного зажечь всё что имеет свойство гореть. Хладнокровие бесило ровно так же, как и сеяло крупицу восторга в сердце любителя квиддича. Оливер давно бы вспылил от высокого количества раздражителей вокруг своей персоны. — Моя нога в порядке. А ты можешь падать, я поймаю. – уверенность в голосе друга воодушевила Перси многозначительно хмыкнуть. Он сильно сомневался что реакция того, кто не видит что происходит сзади, может подать сигнал помощи до того, как его тело окажется в озере. Дублировать свою мысль в речь юноша не стал. Парни приземлились на траву рядом с невысокой теплицей. В нескольких сотен метров от них виднелся запретный лес, а если пролететь влево на пару километров прямо по дорожке, можно будет увидеть монументальный вход на территорию школы – высокие каменные столбы с крылатыми вепрями. Этой геолокацией с ним щедро поделился Вуд. Перси взглянул на него так, словно переспрашивал «я, по-твоему, дурак?». Капитан благородно промолчал, не желая напоминать, как несколько часов назад рыжеволосый приятель пытался приклеить к своей метле компас. — Стой тут. – скомандовал староста, открывая дверь в теплицу. Оливер кивнул, поставив их мётлы рядом со стенкой у входа. Сам он облокотился спиной на деревянную несущую балку и скрестил руки на груди в позиции защитника. Листья алихоции вызывают истерию с неконтролируемым смехом – это была причина располагать теплицу так далеко от остальных? В целом, разумно... От Фреда и Джорджа подальше. Ветер колыхал ветви деревьев с воющим звуком. Вглядываться в запретный лес ощущалось непостижимым и опасным. Оливер прикрыл глаза, рассматривая небо. Луна была не полная и это очень радовало – стать лакомым кусочком для оборотней прерогатива отстойная. Через три минуты Перси услышал шквал негромких заклинаний, которые поджигали траву в округе. Цокнув языком, он даже не стал выглядывать наружу и проверять что происходит. Опять Оливер будет рисовать схему команды на земле и сейчас просто расчищает её от травы. Рыжеволосому удавалось лицезреть подобное несколько раз, в первый такой момент удивлению не было придела – маленькие, нарисованные на грязи впалые фигурки перемещались из стороны в сторону, передавая Вуду написанную им тактику. Такой план был менее эффективен чем на листе пергамента, потому что постоянно приходилось пояснять кто есть кто на каракулях. Вуд подобрал с земли продолговатый камень и присев на корточки принялся чертить поле, стрелки, фигуры игроков. Занятый процессом он не услышал как подозрительно громко неподалёку от него хрустнуло дерево. Камешек сделал на земле ещё одну ровную линию и... Оливера кое-что напрягло. Не в схеме. Что-то то и дело перекрывало ему свет от луны, как мигающее пламя свечи. Он поднял голову и ужаснулся, рефлекторно приоткрывая рот. Просидев так несколько секунд, парень резко поднялся, с размахом отворяя двери в теплице где сейчас был Перси. — Я думаю у нас проблемы! – не дав старосте даже обернуться, тот схватил его за капюшон, буквально выталкивая наружу. Перси рассыпался в громких возмущениях от негодования. — Что ты себе позволяешь!? – выйдя на улицу настроение изменилось, вопросы по отношению к Оливеру отпали. Теперь он мог понять причину резкого поступка. Высоко в небе над деревьями кружили три дементора. Один из них нырнул вниз, уходя во мрак запретного леса и скрываясь из виду. Голубоглазый попятился назад, в тот же момент ощущая изморозь где-то рядом. Крыша теплицы медленно покрывалась инеем.