Перейти Рубикон

Слава не совсем понял, удалось ли ему поспать. Но решил, что раз не понял, то точно немного, да получилось. Когда взгляд сфокусировался, а мозг напомнил о событиях вчерашнего дня, омега подорвался со скамьи. Внутри снова все затянулось в тугой узел от напряжения, желудок, казалось, прилип к позвоночнику, руки предательски задрожали. Юноша четко осознал, что сейчас вполне мог бы продать душу дьяволу за кофе с молоком и сигарету. Да, а поднос с этим всем мне принесет Никита Гондонович. Фантазия неуместно нарисовала этого альфу в эротичной форме горничного. Нервно хохотнув, Слава опустился обратно на скамью. В этих казематах и ебануться недолго. И это я тут меньше суток. Не представляю, как люди так годами сидят, а некоторые еще и в одиночестве. Хотя, им свои сроки известны, хотя бы понятно, чего ожидать. Теперь душу продать хотелось еще и за горячий душ. Непонимание, который час, было дополнительным раздражающим фактором для омеги, обладающим хорошим чувством времени в иных обстоятельствах. В целом, тревога поубавилась, потому что у души уже не осталось сил, чтобы столько волноваться, а вот внутреннее напряжение вступило в свои права с новой силой. К фоновому ощущению ментального топора в груди, к коему Слава мало-мальски успел привыкнуть, добавился еще и фоновый тугой узел. Желания рефлексировать и строить предположения уже не было, вместо этого омега сосредоточился на жажде удовлетворить физические потребности. В личной пирамиде Маслоу у юноши курение и кофе стояли в одном ряду с водой и пищей. Особенно после сна. Мучимый этими желаниями, он маялся на скамье камеры в звенящей тишине. От нечего делать ворошил воспоминания, глядя со стороны на свою автобиографию. Ничего сверхъестественного там не было: обычное детство ребенка двухтысячных с гулящим алкашом-отцом и терпилой-папой, делающим хорошую мину при плохой игре. И если отец никак не принимал участия в жизни омеги, существуя лишь номенально на диване перед телевизором, то папа старался порадовать ребенка в силу своих возможностей. Слава вспомнил свой первый поход в цирк, журналы по Гарри Поттеру с коллекцией шахмат, ожидание утра тридцать первого декабря, когда под ёлкой обязательно лежал подарок, и ностальгически вздохнул. Отец-альфа умер от панкреонекроза, когда юноше было двенадцать, это событие никак не отразилось на их с папой жизнях. Даже можно сказать, что папе стало легче и свободнее, хоть он и долго не скидывал с себя личину скорбящего вдовца. Когда сын стал взрослым, отец-омега нашёл себе простого работягу с завода, и зажил спокойной жизнью с закрутками, мелодрамами по второму каналу и дачей по выходным. Слава съехал от него в семнадцать в общагу техникума, чтобы не мешать тихому счастью и избавить себя от еженедельных поездок на дачу. Папа умер от ковида уже после пандемии, из родных у Славы остался только папин брат, который справлялся о здоровье племянника звонком раз в месяц. Омега до сих пор корил себя за то, что редко виделся с любимым родителем после переезда. С тех самых пор Слава подрабатывал, закончил колледж, устроился на склад маркетплейса, прожил два года с самым сексуальным мудилой в мире и попал в тюрьму. От последней мысли воспоминания о прошлом испарились. Ох, папа! Хорошо, что ты не знаешь, где я сейчас... Хотя, может, наверху тебе всё и видно. В любом случае, не волнуйся, я сделаю всё, чтобы не сесть. - На выход! - громко и резко раздался незнакомый голос. Слава чуть не подпрыгнул от неожиданности. Он так погрузился в себя, что не заметил, как к двери камеры подошел очередной охранник. В отличие от толстопузика, этот был длинный и худощавый возрастной мужик с усами. Долго с открытием двери он не возился. Подскочив со скамьи, омега вышел вслед за ним. Они прошли по вчерашнему маршруту до уже знакомого кабинета Никиты Сергеевича. Альфа сидел за столом, уставившись в ноутбук. Слава молча уселся на стул и кинул взгляд на часы. Запах полыни неприятно заполнил нос горечью. Девять утра. Надеюсь, это не время для утреннего бодрящего минета. Некоторое время стояла тишина, нарушаемая лишь клацаньем клавиш. Наконец, Никита Сергеевич соизволил посмотреть на юношу: - Мне надо, чтобы ты узнал, кто именно даёт твоему другу наркотики. Думается мне, это тот же самый товарищ, которого мы год пытаемся за жопу взять. А ловко ты это придумал. И как я тебе это узнаю? Обращусь мухой и буду всюду летать за Яном? Омега промолчал. - Подложишь Яну Чехову прослушку и узнаешь пароль от телефона, - продолжал мужчина. - В телефоне сделай скриншоты всех диалогов со всех его аккаунтов в телеграм и пришли мне, я скажу, какие потом открыть и отправить отдельно. Скорее всего, он нужные сразу удаляет, но проверить всё равно надо. Чем быстрее сделаешь, тем лучше. Понял? - Да. А если он попросит меня опять передать пакет кому-нибудь? - этот вопрос возник у парня еще вчера. - И его вы тоже посадить хотите? - Его дружок, вместо которого взяли тебя, уже наверняка сказал ему, что их ищут. Так что Ян будет осторожен. И нет, он важное связующее звено, а его дед прокурор области и крупный бизнесмен, так что посадить не выйдет, хоть возьму с поличным на горе кокаина. Он часто сумки меняет? Тут Слава вспомнил, что друг как-то рассказывал про то, что у него есть богатый, но очень строгий дед, с которым они не общаются вот уже несколько лет. Надо же, кто бы мог предположить, что Ян у нас настолько золотой внучок. А потом задумался над вопросом о сумках и, прикусив губу, ответил: - Ну, две разных я у него точно видел. - Значит, будешь кидать прослушку в ту, которую он берет с собой чаще. Чтобы не заметил, распори внутренний карман и положи в подкладку. - Понятно, - омега представлял, в какой момент времени это будет сделать лучше всего. - Что мне сказать Яну? Ему ведь наверняка известно, где я сейчас. - Скажи, что от испугался, выронил пакет и убежал. Потом не мог ответить, был занят, придумай убедительную причину. И еще, - альфа кинул пронзительный взгляд. - Ты должен быть на связи всегда. Я пишу, ты сразу отвечаешь. Пропадешь хоть на день, найду и отсюда ты уже не выйдешь. Я ясно выражаюсь? - Да… - Вот и отлично. Хороший мальчик. Да чтоб тебе тараканы в рот насрали со своим хорошим мальчиком. Слава снова оставил эту реплику без внимания. Никита Сергеевич пошарил в ящике стола и достал телефон омеги, рабочий пропуск, пачку сигарет и что-то небольшое в зип-локе. Парень понял, что это и есть жучок, а от взгляда на сигареты сердце радостно сжалось. - Твои вещи и прослушка, - подтвердил догадку альфа. - Включай телефон, обменяемся контактами. Слава постарался сделать это как можно быстрее, чтобы убраться отсюда и вдохнуть вожделенный никотин. Когда в мессенджере появилась иконка с именем «Гондон Сергеевич», омеге наконец-то разрешили уйти. Он в радостном предвкушении покинул кабинет и быстро выбрался на улицу. В легкие ударил свежий холодный воздух. Отойдя на несколько метров, Слава подкурил сигарету и глубоко затянулся. Так вот, значит, в чем подлинный смысл песни Цоя*. Он определенно что-то знал. Усмехнувшись, парень направился к автобусной остановке, на ходу открывая телеграм. Там было несколько пропущенных звонков и сообщений от Яна, который интересовался, где находится Слава. Ответив, что был на работе, юноша сел в автобус и поехал домой.

***

Хорошим актером Слава никогда не был, потому, катясь домой в автобусе, продумывал, как будет вести себя с Яном, которого теперь презирал. В его голове не укладывалось, как можно использовать человека, зная, что можно разрушить тому жизнь. Хотя, если бы это был Данил, то его я бы с радостью отправил лет на десять. Я бы вообще для изменщиков отдельную уголовную статью завел бы. А то куда ни плюнь, одни кобели. И пофиг им, что омеги их любят, дома ждут, детей от них рожают. Гады паршивые. В соцсетях Славе постоянно попадались ролики про предательства, а он их смотрел с горечью и досадой, ведь изменяли даже самым красивым. Наконец, автобус дополз до той злополучной остановки, где Славу приняли. Юношу слегка передернуло от воспоминаний. Взяв в киоске кофе с молоком и закурив, он принялся осматривать то самое место. Хм... Тот товарищ побежал в сторону домов. Вряд ли он оборачивался и видел, как меня паковали, у него только пятки сверкали. Тут уж Гондон Сергеевич прав. Жаль наушники, тут они у меня и вывалились. Значит, Ян должен был поверить, что Слава просто был на складе все это время. Телефон все равно там оставался в ячейке, возможности взять трубку или написать не было, только если не выйдешь в раздевалку, пройдя досмотр. Тем более Слава всегда работал по многу часов, физический труд отвлекал его от страданий, так что он вполне мог вернуться и в такое время. Внутренне понадеявшись, что Ян сейчас на учебе, омега направился домой. К сожалению, надежды не оправдались. Дверь квартиры была не заперта, а на кухне обнаружился спящий прямо за столом Ян, перед которым красовались полупустая бутылка водки и полная бычков пепельница. Воняло сигаретами и перегаром настолько, что хоть топор вешай. Слава никогда не видел, чтобы его друг был пьян так сильно, что не смог дойти до кровати. Глядя на красную макушку, омега взял со стола бутылку и убрал в холодильник, а потом вытряхнул в мусорку бычки. От этой возни Ян проснулся и медленно поднял голову. - Слав, ты что ли? - удивленно захлопал сонными и опухшими глазами. - Ой! Слава Господи! Я так переживал! Славочка! Ян вскочил со стула и, пошатываясь, подошел к стоящему у мусорке омеги. На его глазах заблестели слезы. И к удивлению омеги, друг встал перед ним на колени и обхватил за ноги. - Ты меня прости, я такая мразь, - захныкал он. - Я думал, ты уже все, а ты... ты... тут! Вернулся! Если бы не пришел, я бы деду позвонил, клянусь, умолял бы его!.. Слава не знал, как ему реагировать на эту душещипательную картину. Неужели он нажрался из-за чувства вины? Ян зарыдал пуще прежнего, прижимаясь сопливым носом к грязной штанине. Давай, ты их еще оближи. Знал бы, всю камеру ими вытер. План Никиты Гондоновича грозился треснуть по швам, а Слава ощутил злорадство, хотелось, чтобы друг мучился подольше, поэтому еще пару минут стоял в молчании, слушая всхлипы. - А что случилось-то? - наконец, спросил он, пытаясь сделать максимально удивленное лицо. Ян даже всхлипнуть забыл, поднял голову и уставился в лицо Славе круглыми, как пятаки, глазами: - В смысле что? Тебя же менты поймали и увезли. - Какие менты? И за какие такие грехи? Выражение лица Яна надо было видеть. Опухший, сопливый он пытался что-то сообразить еще пьяным разумом. Казалось, было слышно, с каким скрипом работают извилины в его красной башке. Через минуту он поднялся с колен, решив что-то для себя: - Сделай кофе, я сейчас умоюсь, а потом поговорим. Ян утер нос рукавом и направился в ванную. Его не было довольно долго. Слава уже начал думать, что тот пытается утопиться в раковине, но друг появился значительно посвежевший и с более осознанным выражением лица. Когда он сел за стол напротив омеги, его взгляд был твердым, а сам он казался полным решимости. Слава поставил перед ним кружку с кофе и посмотрел прямо в глаза, решив действовать по обстоятельствам, хотя до конца не верилось, что сейчас он услышит честное признание. Ян достал из пачки сигарету, подкурил и медленно затянулся: - В тех пакетах, которые ты передавал, были наркотики. Он замолчал, ожидая реакции. Слава поднял брови: - Какие наркотики? - Разные. В основном, экстази и мефедрон. Прости меня, что просил тебя передавать, я боялся… И тут терпение омеги, до того уже бывшее на исходе, окончательно лопнуло. - Ах ты, блять, боялся! - крикнул он. - Бедненький! И чего же ты, блять, боялся?! Может, присесть, сука, на восемь лет?! А на меня похуй, да?! Слава пусть присядет, насрать на него, ему же жить жизнь не надо, зато твоя жопа в полной безопасности! - Слав, прости, я реально… - Да пошел ты на хуй! Это кем надо быть, чтобы так человека подставить? Чтобы постороннего, надо быть пидорасом, а чтобы друга, так трижды гнилым пидорасом! Ян снова разревелся. Но это не произвело на Славу никакого впечатления. Он процедил со злобой: - Ты прекрасно знал, что делал. И знал, чем это может кончиться. Ты просто конченная мразь. - Да не знал я! - прокричал сквозь рыдания друг. - Мне обещали, что никто тебя не тронет! Что это от самих ментов все поставляется, понимаешь? И тут в голове Славы начала складываться картинка. Ах вот оно что. Вот зачем Никита Гондонович пошел на то, чтобы даже меня к этому подключить, хотя проще было бы посадить, как других закладчиков. Похоже, у них там внутренние ментовские разборки. И что мне делать? Ян сам сознался, действовать по плану уже не получится, а связываться с Гондоновичем нет времени. Решать надо сейчас. - Слав, скажи хоть что-то… - взмолился Ян, вытирая слезы салфеткой. - Хочешь, я опять на колени встану? Омега раздраженно ответил: - Да нахера мне твои колени? Они бы меня не спасли. Говоришь, тебе обещали, что меня не тронут. И кто обещал? - Это долгая история. - Ну да, мы как раз тут все очень спешим. Ян не оценил юмора. Какое-то время он молчал, подбирая слова, но потом выложил все как есть. Иногда он подрабатывал в эскорте, о чем Слава не был в курсе. Несколько месяцев назад он попал на заказ к очень влиятельной компании альф. Одному из них Ян сильно понравился, он заказывал его еще несколько раз. Как оказалось, знал, чей омега внук, и снимал все происходящее на видео. Потом начал угрожать, что прославит на весь интернет, если Ян не будет передавать посылки нужным людям. - А тебя я просил передавать лишь меньшую часть, когда сам не все успевал. Прости меня за это, правда раскаиваюсь, но я взял обещание не трогать тебя, - закончил Ян с несчастным видом. Слава не знал, что и думать. С одной стороны, он понимал, в каком напряжении и страхе жил друг все это время, но с другой, даже если так, то это не повод и не оправдание, чтобы ломать чужую жизнь и судьбу. - Знаешь, чего я не понимаю, - сказал Слава, - ты ведь из богатой семьи, а тут эскорт и всё такое. Не проще ли просто помириться с дедом? - Не проще! - друг тут же ощетинился. - Я поклялся этому старому мудиле, что не возьму у него ни копейки, и ноги моей не будет в их гнилой семейке! Когда-то дед попытался насильно выдать Яна замуж за своего какого-то важного сослуживца, который был старым и мерзким человеком. Скандал тогда разразился нешуточный. Для такого своевольного парня, как Ян, это было сродни жестокому предательству. - Там и помимо того случая полно всего было. Ты думаешь, я бы просто так пошел сосать хуи за деньги? - продолжал красноволосый. - А хорошую жизнь я люблю, ты знаешь. Для меня проще говна наесться, чем в вонючей маршрутке проехаться. В этом Слава с ним солидарен не был. Хотя он знал, что Ян оплачивает себе сам дорогостоящий университет и ездит на такси, думал, что ему все-таки помогает семья, просто другу не хочется в этом признаваться. Сам Слава богатой жизнью никогда не жил, умел копить и существовал по средствам. Гнев и обида на Яна потихоньку отступили. Все-таки юноша не забыл, как тот помогал ему в тяжелый период жизни, приютил и даже кормил за свой счет какое-то время. Конечно, он друга не простил и доверять не собирался, такое не прощается, но выгоду из этой ситуации извлечь можно. - Слушай, Ян, хочешь мы отомстим им всем?