Свободный цветок

      Каждый день Авантюрина проходил так, как и день любого работника крупной корпорации. Пробуждение, водные процедуры, завтрак и работа. Не такая, как у обычных сошек, но суть была одна. Его вполне устраивала такая жизнь, пока что. Несмотря на постоянный риск в его жизни, она была более...контролируема, чем у многих. Авантюрин — бета. В иерархию этого мира он не то, чтобы входит. Он много раз читал или сам слышал об этих битвах полов, где омеги отстаивали своё право на полноценную жизнь, а альфы утверждали — задача омеги это рожать детей и сидеть на кухне. Конфликт стар, как эта вселенная, но всё так же горяч. Блондинчику было глубоко всё равно на то, что происходило между двумя полами. На него не действовали феромоны...да он их даже не чувствовал и считал это своим преимуществом, особенно при беседе с «доминантными альфами», с коими он часто сталкивался по работе. Некоторые ценили его за непредвзятость, а некоторые бесились на то, что не могут повлиять на заносчивого молодого человека. Но надо ли обращать на недовольных внимание? Разумеется нет. Хотя был тот, чьё недовольство особенно забавляло...       Веритас Рацио. Член гильдии эрудитов под крылом КММ. Статный, строгий, холодный доминантный альфа, способный покорить любую омегу одним взглядом. По крайней мере, так его описывали те, кто с ним никогда не был знаком лично. И самого Рацио это очень раздражало. Как так, в нём видят прежде всего биологический объект, а не великого учёгого, который помог всему миру своим интеллектом? Хотя нет, если его хвалили, он называл себя просто «заурядностью». Какой скромный, однако. После миссии на Пенаконии Авантюрин очень заинтересовался этим профессором. «Останьтесь в живых. Удачи вам»... Редко одинокий картёжник слышал такие слова. И пусть написанные на бумаге, но какие искренние! Веритас отрицал потом, говорил, что его смерть была бы «неудобна для миссии», но в этих словах очевидно слышались оправдания. Впрочем, ладно, можно пока поверить в это. В конечном итоге, кто бы стал волноваться об Авантюрине?       Но захаживать с Веритасу в лабораторию ему никто не мешал.

***

      Каждый вечер Авантюрина проходил...так, как у многих работников крупной корпорации. В компании приятного, даже близкого человека. По необъяснимой причине его всегда пускали в лабораторию к Рацио. Как и сейчас, он сидел на стуле на колёсиках, просматривая отчёт на своём планшете и паралельно ведя беседу. — Поразительно. И немыслимо. По отчётам, нет никаких проблем, но зелень просто не приживается на этой планете. — А я думал, ты не специализируешся на ботанике. Что, там совсем всё плохо? — К вашему сведению, я имею опыт в биологических науках. И да, плохо. Проект по озеленению той пустынной планеты до сих пор не сдвинулся с места. Ни одно растение не хочет расти там, что бы не делали. — Может, уже отцепиться от неё тогда? Раз уж результата нет, а бюджет тратиться. — Дело не только в бюджете!       Человек в халате раздражённо вздохнул, проведя рукой по фиолетовым волосам и уставившись снова в график. Авантюрин, конечно, понимал. Дело не в деньгах, Рацио мало когда они заботили, а в возможностях. Если у них получиться справиться с этим, то многие планеты тоже не составит труда оживить. А если у них случилась проблема сейчас, то что делать, если подобное произойдёт снова? Опять бросать всё и пустить на ветер потраченные ресурсы? — Да, да, профессор. И что вы будете делать? —... Я могу только думать. Эту задачу уже поручили многим умам вселенной, поэтому если ничего не придумаю я, это может сделать кто-то ещё. — Кто-то, умнее Веритаса Рацио? Сомневаюсь, — хихикание, словно мёд разлилось по холодной стерильной лаборатории, после чего послышался скрип стула. — Ну, не буду тогда тебе мешать. Не, думаю, что сейчас стоит отвлекать твой ум от таких великих целей. —... И куда пойдёшь? — Кто знает? Все клубы и казино открыты для меня сегодня.       Это была ложь. Точнее, сами слова были истинными, но Авантюрин не собирался никуда, кроме как в свою уютную квартиру, к трём живым лакомствам, которые что процентов соскучились по своему папочке. Рацио чуть нахмурился и игрок даже не знал, серьёзно ли восприняли его слова или нет. Но не остановили. Хотя, должны ли были? — Не засиживайтесь только до поздна. Вам завтра на работу. — Даже не думала, док.       Но, когда он уже собрался уходить, его остановили. Рука на плече сжала крепко, но не до боли, после чего Веритас сразу отспустил, отошёл и принёс банку, в которой тряслись таблетки. Банка мгновенно была протянута ему, а рука снова остановилась на плече. Брови были нахмуренны, как тогда, когда он думает, но слова всё таки вылетели из рта. — Витамин С. Сейчас опасный период, лучше принимать. — А... Да, спасибо, доктор... — удивлённо сказал, но улыбнулся и взял Авантюрин. Он не ожидал такой заботы, но Рацио может быть скучно тут одному. Не хочется, пусть и ненадолго, терять такого ценного собеседника. Правда?       Рука наконец-то ушла с плеча блондина и тот незаметно выдохнул, снова помахав и покинув помещение. Сегодня был сложный день на работе, хотелось бы поскорее отдохнуть.

***

      На следующий день на него смотрели... Слишком пристально. Конечно, отводили взгляд сразу, да и всегда хотя бы бросали взгляд, когда такая роскош мимо проходила. Но сейчас взгляды будто были более удивлённые. С ним что-то не так? Надо будет проверить в своём кабинете. Но, видимо, потом. К нему подошла Топаз, его любимая коллега-альфа. Она была ещё более напряжена, чем обычно. — Авантюрин, я всё понимаю: страсти, да и ты бета, не чувствуешь. Но пусть хотя бы доктор Рацио контролирует, как от тебя пахнет, а то...неприлично что-ли.       Авантюрин, очевидно, не понимал, о чём говорит Топаз и причём тут Рацио. А по лицам окружающих, что пытались подслушать их разговор, было видно такое же беспокойство. — Топаз, ты же знаешь, я тоже не совсем приличный человек, — со своей привычной легкомысленной улыбкой сказал Авантюрин, пытаясь пошутить и немного сбавить градус напряжения. — Но если говорить серьёзно, о чём ты? Чем это от меня таким разит? —... Ты серьёзно не понимаешь?       С утра Авантюрин ничего не понимал. Ни что за запахи, ни связь Рацио со всем этим. Если бы он ещё позже лёг, он бы вряд ли вспомнил, кто такой Рацио. Топаз прищурилась. Конечно, она понимала, где Авантюрин лжёт. И сейчас он искренне не понимал, в чём проблема. Поэтому, чтобы не кормит зевак, она что-то быстро пролепетала про какой-то отчёт и засунула источник запаха в кабинет, заперев за ними дверь. И начала сразу прямо и по делу. — Авантюрин, ты знаешь, что на тебе уже долгое время, каждый день висит метка Рацио? От тебя постоянно им пахнет. —... Что?       Сонный разум стал немного проясняться от такого откровения и тот стал вспомнать какие-то странные моменты. После того, как они стали...близкими знакомыми с Рацио, к нему действительно стали меньше клеиться. Возможно, альфы и омеги. Это из-за того, что он проводит у него каждый вечер? Но метка не появляется просто так. Если альфа в сознании, она может появиться только по воде самого альфы. — И сегодня от меня пахнет сильнее, чем обычно? — Да. Так бывало иногда, но не настолько...сильно. У вас был особо... Интересный вечер, я понимаю, но надо же как-то... — Интересным он был лишь в том, случае, если тебе интересно слушать про биологию и сорванные проекты. В остальном между нами ничего нет, я поговорю с ним на этот счёт. Наверное... — Наверное? — Думаешь, он мне что-то расскажет об этом?       Рацио не расскажет о причинах этого всего. Он просто отмахнётся, скажет «коллективная галлюцинация» и так далее. Авантюрину надо было разоблачить его, чтобы у него не было другого варианта. Топаз видела этот взгляд Авантюрина. Взгляд, который уже что-то задумал.