Стеклянный зверинец
16 января 2026 г., 19:50
Путь к Сектору 4 лежал через «Плазу Гармонии» — огромный купол из самоочищающегося стекла, под которым располагались лучшие магазины и зоны отдыха города. Раньше здесь всегда пахло ванилью и свежескошенной травой, а мягкий золотистый свет имитировал вечный полдень.
Теперь Плаза встретила их тьмой, которая казалась материальной. Без системы фильтрации воздух застоялся, наполнившись запахом пота и страха.
— Тише, — прошептал Марк, поднимая руку. — Фонари вниз. Не светите в центр зала.
Но Эла не удержалась. Она скользнула лучом по рядам кресел у неработающего фонтана. Там сидели люди. Десятки людей. Они не дрались, не грабили магазины — они просто сидели в полной тишине, глядя на свои погасшие браслеты.
— Эй! — негромко позвала Эла. — Вам нужно уходить. Здесь скоро станет опасно.
Один из сидящих, старик в безупречном белом халате, медленно поднял голову. В свете фонаря его глаза казались пустыми глазницами.
— Куда идти, милая? — голос его был сухим, как пергамент. — Окулюс сказал, что в 19:00 у меня ужин. Сейчас... — он посмотрел на темное запястье. — Сейчас нет времени. Времени больше нет. Совсем.
— Он сошел с ума, — Виктор потянул Элу за рукав. — У них атрофирована способность принимать решения. Для них отсутствие сигнала — это конец света.
Внезапно со стороны торговых рядов раздался грохот. Витрина ювелирного бутика разлетелась в пыль. Но грабители не выносили золото. Группа молодых людей в форме курьеров вытаскивала из магазина огромные синтетические подушки и рулоны упаковочной пленки. Они хаотично сваливали их в кучу посреди зала.
— Что они делают? — Эла смотрела, как один из курьеров чиркает зажигалкой, пытаясь поджечь дорогую ткань.
— Они ищут свет, — Марк нахмурился. — Любой ценой.
Ткань вспыхнула. Едкий черный дым от синтетики мгновенно начал заполнять пространство под куполом. Огонь осветил лица людей у фонтана. Увидев пламя, они не испугались. Наоборот, они начали медленно, как зомби, подниматься и идти к костру.
— Слава богу... — пробормотала какая-то женщина, протягивая руки к ядовитому пламени. — Тепло. Индекс тепла возвращается...
— Это не тепло, это угарный газ! — крикнула Эла, бросаясь к ним. — Уходите отсюда! Купол закрыт, дым вас убьет!
Но её никто не слышал. Люди обступали костер плотным кольцом, толкая друг друга, чтобы оказаться ближе к огню. Те, кто стоял в первом ряду, уже начинали кашлять, но на их лицах застыла блаженная, идиотская улыбка. Они наконец-то получили «команду» от реальности.
— Эла, назад! — Марк перехватил её поперек талии, когда толпа начала напирать. — Ты не можешь спасти тех, кто хочет сгореть. У нас нет времени на пастырство!
В этот момент купол над их головами издал зловещий треск. Из-за разницы температур внутри и снаружи закаленное стекло начало лопаться. Огромные острые осколки посыпались вниз, как гильотина. Один из них вонзился в пол в паре сантиметров от ноги Виктора.
— Бежим! — закричал Виктор.
Они рванули через боковой выход, а за их спинами Плаза Гармонии превращалась в гигантский крематорий. Люди у костра даже не оборачивались на падающее сверху стекло. Они продолжали смотреть в огонь, пока дым не скрыл их окончательно.
Выскочив на улицу, Эла упала на колени, жадно хватая ртом холодный, пахнущий гарью воздух. Её трясло.
— Это... это и есть свобода? — она подняла глаза на Марка. — Чтобы они просто сидели и ждали смерти, потому что им не сказали, куда идти?
Марк стоял на фоне пылающего купола, и его силуэт казался вырезанным из черной бумаги.
— Это не свобода, Эла. Это последствия зависимости. Мы все были наркоманами, сидящими на игле алгоритма. А сейчас началась ломка. И выживут только те, кто готов перегрызть себе руку, чтобы освободиться от наручников.
Он протянул ей свой пистолет.
— Держи. Дальше «Слепые» и Корпорация будут не самыми страшными твоими врагами. Бойся тех, кто просто хочет, чтобы им снова вернули их «ужин в 19:00».
