Женька

— Так, — строго сказала я, глядя ей в губы. — Я тебе уже говорила, что ничего не будет. Тебе это не надо, и мне тоже. Мы друзья, — спокойно добавила я. Несильно, но настойчиво я оттолкнула её. — Жень… Ты мне нравишься, правда нравишься. Я не могу так больше, ты нужна мне, — тихо говорила Кира, пытаясь спрятать слёзы. — Кира, Кира… не унижайся, пожалуйста. Я не могу тебе дать того, что ты хочешь, — вздохнула я и направилась к выходу с балкона. — Я, пожалуй, пойду. — Если ты сейчас уйдёшь, то можешь забыть меня, — грубо отозвалась она. — Ты знаешь, что я не останусь. Ты — хороший друг для меня, но не больше. Извини, — я привела себя в порядок, в последний раз посмотрела на Киру и вышла из квартиры. До дома я решила пройтись пешком. Мне было жалко Киру, но я не могла ничего с собой поделать. Она была для меня исключительно подругой. Да, я знала, что она ко мне не равнодушна. Я предупреждала её, что ничего не будет, потому что ничего не чувствовала к ней и не хотела давать ложных надежд. Утром Евгения сначала отправилась в ресторан — увольняться. Благодаря знакомству с директором её расчёт оформили сразу, без двухнедельной отработки. Выпив кофе в том же заведении, она направилась в больницу. — Здравствуйте, Анечка Владимировна, — с лёгкой улыбкой сказала Женя, подмигнув знакомой медсестре. — Привет, привет! Ты к сестре или к нам в гости забежала? — так же улыбаясь, спросила Анна Владимировна, обнимая её за плечи. — Работать к вам. Видите ли, без всего этого, — девушка жестом показала на больничную приёмную, — жить, как оказалось, я не могу. Так что вам снова придётся меня терпеть. Девушки рассмеялись. — Женька, долго ты мне ещё выкать будешь? Я чувствую себя старой! — игриво ударила её по плечу Аня. — Ладно, ладно, — в шутливой капитуляции, подняв руки, ответила младшая. — Я вообще хотела спросить… Ты не знаешь, наш Гиппократ на месте? — На месте, на месте. Ждёт он тебя, — улыбаясь во все тридцать два зуба, сказала Аня. — О-о, надо же, всё-таки знает этот старый чёрт, — рассмеялась Женя. — Ну, я пошла тогда, ещё увидимся! Отправив медсестре воздушный поцелуй и помахав рукой, девушка направилась в кабинет главного врача. Проходя мимо палаты сестры, она замедлила шаг. Стоило ли заходить сейчас? Или лучше потом? А вдруг она до сих пор винит меня? Что, если всё повторится? Женя постаралась отбросить эти мысли и, не останавливаясь, пошла дальше. — Виталий Александрович, можно? — просунув голову в дверной проём, спросила девушка и, не дожидаясь ответа, вошла в кабинет. — Надо же, быстро ты. Ну что, Евгения Витальевна, добро пожаловать в родные стены? — с серьёзным видом произнёс мужчина, но, не выдержав, рассмеялся. — Получается, что так. Документы в отдел кадров нести? — облокотившись на закрытую дверь и размахивая папкой, спросила она. — Оставь, я сам отнесу. Пойдём, представлю тебя коллективу как новую заведующую, — он встал и подошёл к Евгении. — Хотя… для кого-то ты не такая уж и новая. Женя закатила глаза и пошла за главврачом. — Сейчас и.о. — та врач… как её… Елена Дмитриевна? — тихо спросила девушка. Она сама удивилась, что запомнила имя с первого раза, ведь обычно имена коллег усваивала с трудом. — Сейчас ты — заведующая, а она — твой зам. Ну, если захочешь, сможешь оставить её в этой должности, — толкнул гинеколога в бок Виталий Александрович. — Ц-ц… Судя по прошлому инциденту, она так себе врач, — фыркнула Женя. — Посмотрим. На самом деле она очень даже хороший специалист — в этом ты скоро сама убедишься. Первое время вы будете работать в одной бригаде. Мужчина открыл дверь в ординаторскую, пропуская её вперёд. — Итак, коллеги, прошу немного внимания! — главврач хлопнул в ладоши. — Хочу представить вам нового заведующего отделением — Васильеву Евгению Витальевну, врача акушера-гинеколога. Прошу любить и жаловать. Виталий Александрович улыбнулся и дал слово Жене. — Всем здравствуйте. «Любить и жаловать» — это как пойдёт. Я недавно работала в вашем отделении, с некоторыми уже знакома, — новая заведующая кинула выразительный взгляд на Елену Дмитриевну. — С кем не успела — познакомимся в работе. На этом Женя закончила, решив, что остальные вопросы обсудят на планерке. Она говорила уверенно и даже холодно. К работе она всегда относилась серьёзно и требовала того же от коллег. Врачи, не знакомые с Евгенией, отнеслись к новому руководителю скептически, а те, кто её знал, были рады возвращению. Знакомые коллеги сразу подошли, начав расспрашивать обо всём. Женя отвечала с дежурной улыбкой, не вдаваясь в подробности. Да, нескольким людям она доверяла, но никогда не раскрывала всё до конца. Девушка считала, что обсуждать личную жизнь с коллегами — не лучшая идея. Весь день Евгения ловила на себе взгляды Елены Дмитриевны. Обе они были не в восторге от перспективы работать в одной бригаде, но спорить с начальством не собирались. Виталий Александрович, хоть и был доброжелательным человеком, так же, как и Женя, относился к работе серьёзно и никогда не шёл на поводу у коллег без веской причины. Рабочий день прошёл на удивление неплохо. Женя быстро познакомилась со всем коллективом и, как ей показалось, влилась в него. Со своей командой она была знакома, потому что раньше работала с ними. Анестезиологом был Никита Сергеевич, молодой, но очень уважаемый специалист. Он первый подошел к Жене с расспросами. Анестезисткой была Анна Владимировна, они с Женей знакомы с института, можно сказать, что знакомы они очень близко, несмотря на то, что у Анны муж и двое детей, с которыми женя знакома лично. Они хотели поболтать, но поступил экстренный пациент и чаепитие и сплетни пришлось отложить. В операционной Женя столкнулась с Еленой Дмитриевной. И тогда Васильева поняла, что Виталий Александрович был прав. Характер возможно у неё был противный, как считала Женя, но своб работы она выполняла очень хорошо, без колебаний, в экстренной ситуации среагировала очень быстро, чему Женя удивилась. После операции Васильева ждала Анну Владимировну. Когда Аня подошла к ней, они пошли в ближайшее кафе, пообедать и выпить кофе. — Даа, я скучала по такому — улыбаясь и закуривая сигарету, сказала Женя — По хаусу? Никакого обеда во время, сверхурочные? — Смеясь спросила Анна — Да, да, да. Ты как всегда права, дорогая. Ты же знаешь, что это зависимость — Толкая медсестру в бок сказала Женя — О да. На собственной шкуре знаю. Сигареткой не поделишься? — Не знала, что Даниил Иванович разрешает тебе курить — с прищуром сказала Женя, протягивая Анн сигарету и зажигалку. — Он уже смирился. Кстати Даня спрашивал куда ты пропала и как у тебя дела — Анна закурила и облокотилась на стену больницы. — Даже так? Ну передавай ему привет от меня — Женя положила голову медсестре на плечо. — Эх, Евгения Витальевна. Я скучаю по тем временам, когда ты была ещё зелёной — Аня рассмеялась — помню как ты дрожала в операционной. Как первый раз пыталась подкатить ко мне. — Божеее, Аня.. Нашла что вспомнить! Я тогда как дура все слова перепутала. “Не хотели бы вы, Владимир.. то есть Анна Васильевна, ой.. Владимировна, сходить со мной на обед” — Пародируя себя в тот период времени процитировала Женя Аня обняла её, смеясь — Это был определённо лучший подкат в моей жизни)) Слушай.. Приходи сегодня к нам на ужин. Даня и мальчики будут рады — Оторвавшись от Жени сказала Аня. — А я согласна! Только давай часов в 10, хочу ещё к сестре зайти, может быть поговорить получится. — Хорошо, потом расскажешь как прошло. Пошли уже обдедать, я с тобой с голода помру. Девушки смеясь пошли на обед, не подозревая, что их разговор слышала Елена Дмитриевна, которая курила за углом. После смены она всё-таки решила зайти к сестре. Несколько минут она стояла у палаты, собираясь с мыслями. Было сильное желание развернуться и уйти. Женя постучалась в палату и вошла, не дожидаясь приглашения. В палате с Настей был её муж. Он посмотрел на Евгению и достаточно спокойно спросил - Что тебе надо? Я хочу поговорить с Настей - также спокойно сказала Женя, но всё в ней выдавало неуверенность, она теребила край футболки и переминалась с ноги на ногу — оставь нас — Тихо, но настойчиво сказала Настя Сергею Он недоверчиво смотрел на жену, но всё же спорить не решился и вышел из палаты. — Я присяду? — Тихо спросила старшая сестра, на что Настя просто кивнула. — Я.. не знаю, что говорить.. Извиняться поздно... Я переживала, хотела поговорить, но боялась — протараторила Евгения, избегая взгляда сестры. После вручения аттестатов Настя с классом и родителями, пошли в ресторан. Она сразу увидела сестру, но к её удивлению она не почувствовала ничего из того, что чувствовала, когда видела её последний раз. Тогда она испытывала обиду, злость, сильное чувство несправедливости. Ей казалось, что от неё оторвали частичку чего-то важного, и это сделала её же сестра. Сейчас же Настя смотрела на сестру и понимала, что она соскучилась и возможно была не права тогда, но этого она никогда не признает и уж тем более не скажет вслух. Всё было отлично, пока не пришли двое людей в масках с оружием. Тогда всем стало страшно, нас заставили лечь на пол, они сказали, что если кто-то из ослушается, то убьют всех. Через пару минут я увидела сестру, внешне она была очень спокойна, но я, как и в детстве, видела, что она переживает, но держится. Так нас воспитывал отец, он всегда говорил, что любые эмоции надо держать под контролем, а страх и волнение никогда не показывать, потому что соперник может воспользоваться этим. Я невольно улыбнулась я вспоминая детство, тогда родители были живы.. Я почувствовала резкую боль в животе. Прикусив губу, мне удалось сдержать стон боли. Дальше я чувствовала только боль и иногда слышала голос сестры, кажется она разговаривала с врачами, что-то про давление и больницу. Я хотела сказать, что со мной всё нормально, но не могла. Ещё она говорила что-то про срочную операцию, про чью-то смерть и безалаберность, кажется врачей или кого-то другого. Когда я пришла в себя, рядом был Сергей, он сказал, что Женя чуть не убила меня, но я помнила абсолютно другое. Спорить с ним сил не было, поэтому я просто промолчала. Он никогда не любил Евгению, считая её слишком импульсивной и доказывать ему обратное было бесполезной тратой времени. Врачи мне сказали, что Женя и Артём, так звали врача скорой, спасли меня и ребёнка, хоть и нарушили все возможные правила. Я улыбнулась, сестра всегда говорила, что правила созданы, чтобы их нарушать. Сейчас же моя Женька сидит возле меня и выглядит как ребёнок. Настя улыбнулась и сказала — Я и не обижаюсь, как оказалось. Ты извини Сергея, ты же его знаешь). Я поняла, что никто не в чём не виноват, только после смерти папы. Мы писали тебе, но ты не отвечала — Я сменила номер. Если надо, я могу дать свой новый номер — Женя быстро написала номер телефона на какой-то салфетке из сумки. — Мальчик назвали Евгений. Сергей согласился, когда врачи сказали, что Женя выжил благодаря тебе. — Настя вздохнула — Спасибо.. И.. Я должна извиниться за эти четыре года, всё могло бы быть иначе… Женя не дала сестре договорить и обняла её — Если бы, да кабы. Того, что было забыть и изменить нельзя, но я очень хочу перекрыть плохие воспоминания хорошими, если ты не против Настя кивнула и сказала на выдохе — Я скучала. Ты меня задушишь — Хихикнула младшая. Женя улыбнулась и села обратно на стул. — Расскажи, что у тебя произошло за это время — Улыбаясь попросила Анастасия. И Женя рассказала и про контракт, и про товарищей, и про то, как сильно она скучала и хотела изменить всё тысячу раз. — Жень… А если бы ты не вернулась? — со слезами на глазах спросила Настя. — Честно, я даже не думала об этом. Тогда мне казалось, что мне нечего терять — Старшая пожала плечами. — Извини. Мне нужно идти. Приёмные часы уже давно кончились, тебе надо больше отдыхать — Женя улыбнулась, обнял а сестру и вышла из палаты, услышав тихое “Я тебя люблю” от Насти.