Крупная рыба в болоте не водится

      Летнее солнце ярко сияло в небе, когда деревянные часы в центре деревни пробили полдень. Из-за изнуряющей жары сахарное покрытие механизма подтаивало, и розоватые капли с тихими шумом падали на землю. Тени рядом посаженных пышных деревьев не могли спасти от этой беды несчастные часы, поэтому уставшим от работы и утомленным жителям приходилось с досадой наблюдать за медленно растущий сахарной лужой на дороге. А если кто-то и хотел подойти к ней, то бедняга тут же морщился и не справившийся с духотой воздуха, отходил обратно под покров своего дома.       Думаю, такого описания достаточно для того, чтобы читатель смог вообразить себе катастрофичность данной необычной погоды. И ведь сами жители-печеньки деревни удивляются, мол, откуда такая жара в начале июня? Для деревушки, находившийся на самом краю Звериных Дрожжей, окруженной темными влажными лесами и болотистыми проплешинами, которые каждую неделю притягивают своим унылым видом все тучи в ближайших областях, такая погода и вправду была непривычной. Непривычной и слишком жестокой.       Но именно в такой день Пьюр Ваниллу решили отправить закупиться продуктами на деревенский рынок. Старшей печеньке семьи, — это отец Пьюр Ваниллы, — неожиданно потребовалось большое количество желе и мусса для изготовления чудесного ужина. Ну, очевидно отсутствие этих самых продуктов обнаружилось моментально. И вот, пастушок обворужившись пакетами и посохом, браво шагает по широкой дорожке, выложенной оранжевой плиткой. Родители не часто отпускали своего сына в деревню, так как скромный их домик находился в миле от окраины селения, около леса и заросших полей. Пройти прямо от дверей хижины к деревни было нельзя — путь загораживал небольшой лесок, прославившийся логовом торт-гончих и оврагами, полных черничных пауков. Вся эта пакость никак не даёт спокойно пройти быстрым путем, поэтому от дома Пьюр Ваниллы приходится идти плавной дугой через главный лес, хотя и там из приятного мало. Ну что поделать, покупать еду и продавать собственные изделия как-то нужно было.       Преодолев такой большой путь во влажной тени леса и выйдя в душевую атмосферу, Пьюр Ванилла чувствовал себя не важно. Слишком поздно он осознал, что идти в такую жару в своем родном оливковом плаще было гигантской ошибкой. Светло-медовые волосы немного спутались, белые лисьи ресницы были влажные от капелек воды. Пастушок каждую минуту вздыхал и стонал от тяжести, ведь в его руках уже находились наполненные наполовину пакеты. Тесто рук неприятно зудело от натирание ручек пакетов. Несмотря на то, что над головой смыкались навесы плотных к друг другу лавочек, жарища витала в воздухе. По началу Ванильной Печеньке повезло, что продавец синего, красного и желтого желе расположился в начале цепочки рынка и Ванилла смог быстро купить первую часть продуктов. Но, впереди был ещё малиновый мусс…       — Ох, да где же эта лавка? — Через некоторое время на одном дыхание промолвил пастух, останавливаясь и оглядываясь. Вокруг были все различные запахи и виды, но не было того самого малинового мусса! Пьюр Ванилла положил желе на землю и прислонился к своему узловатому посоху. В центре деревянного узла был вставлен голубой драгоценный камень, переливающийся на свету. Эта необычная драгоценность могла оставаться холодной даже в пекло, поэтому Пьюр Ванилла сейчас прижался лбом к нему, закрыв гетерохромные глаза. Устраивая себе минутный отдых, молодая печенька пыталась предположить, куда могли переставить этот несчастный ларёк с сладким воздушным десертом.       Внезапно в Пьюр Ваниллу кто-то врезался, снося его с ног. С лёгким возгласом, пастушок приземлился на землю, благо не ушибся. Но, открыв глаза, теперь он мог рассмотреть печеньку, которая случайно столкнулась с ним. Это была на вид юная печенька, примерно ровесник Ваниллы, тесто которой было цвета глицинии, а глаза словно свежая мята. Темно-аметистовые переливающиеся волосы были аккуратно приглажены, передние пряди по бокам образовывали небольшие косички. Одеждой печенька походила на торговца. Рядом лежала перевернутая корзинка с ягодами, которую незнакомец видимо ранее нем в руках. Пьюр Ванилла обеспокоенно вскочил и поднял корзину.       — Прошу прощения! Вы в порядке? — с нескрываемым волнением спросил Ванильная печенька, подавая руку. На них стали оглядываться другие печеньки, но помогать никто не собирался. Между тем, незнакомец принял руку помощи и через мгновение, уже оба озадаченно стояли перед друг другом. Неловкое молчание было прервано юной печенькой, уже с корзиной:       —... Нет-нет, ты не виноват. Всё таки, Я засмотрелся и врезался в тебя, поэтому вина лежит на мне. Я надеюсь, — вздохнул незнакомец. — Что ты не держишь на меня яростной обиды.       — Всё бывает… — Пьюр Ванилла теперь с любопытством рассматривал собеседника, который не стеснялся отвечать взаимностью. — Можно поинтересуюсь: а как вас зовут? Вас тут никогда не было видно…       Замечу, что этот день один из немногих, когда Пьюр Ванилла сам выходил в деревню. Но, такой вывод о появлении незнакомца ему помог сделать тот факт, что его родители (они часто ходят в деревню за продуктами и на продажу) никогда не приносили Ванилле ягод, что держал незнакомец. Больше скажу, такие ягоды вообще не выращивали на грядках деревень. По виду, они больше напоминали лесные плоды…       — Хм… Можешь звать меня просто “торговцем”. Так уж вышло, что сегодня мой первый день на рынке как купца. Я пытаюсь продать красный виноград, — добавил торговец в ответ на вопросительный взгляд Пьюр Ваниллы, который не отлипал глазами от ягод в корзине. — Он растёт в здешним Болотном Лесу. Целые древесные лозы, ха.       — Я даже и не знал, что в этом лесу есть красный виноград. Мои родители часто ходят в чащу, но наверное не так далеко, как ты. Меня зовут Пьюр Ванилла, — названный разноглазик улыбнулся. Ему понравился этот виноградный торговец своей открытостью и вежливостью. Но, хоть и родители предостерегли его насчет знакомства с печеньками на рынке, Пьюр Ванилла решил немного их ослушаться. У него друзей то не было кроме овечек (которых он пас), поэтому позволить просто пообщаться с каким-либо любопытным торговцем он мог. Пьюр Ванилла нагнулся, дабы поднять пакеты с джемом, но из-за сухости на руках у него получилось это далеко не с первого раза. Юный виноградный негоциант с заинтересованностью проследил за этим движением, отводя руку с корзиной за спину. Его глаза сщурились в некой хитрости, походившую больше на игривый интерес.       — Могу ли я поинтересоваться у любезного Пьюр Ваниллы, для чего тебе понадобился джем в такую жару? Растает ведь, донести не успеешь.       — Ой! — видимо, лицо Пьюр Ваниллы изменилось так сильно на отчаянное, что торговец только прыснул. Немного подумав, он протянул:       — А судя по твоему виду, тебе ещё что-то нужно купить? Фьюх, — увидев положительный кивок, торговец присвистнул. — Могу предположить, что тебе понадобился еще сладкий воздушный десерт?       — Да… А это так заметно? — с некой робостью проговорил пастух. Ему было неловко за свой открытый показ эмоций. Но негоциант и бровью не повёл.       — Ну мне видно. Я могу попытаться помочь тебе.       Пьюр Ванилла прям засветился от радости. Его гетерохромные глаза, — правый жёлтый, а левый голубой, — с надеждой посмотрели на довольного торговца с корзиной.       — Я был бы очень признателен тебе! Если ты видел лавку с малиновым муссом, то не мог бы ты-...       — Первый ряд от входа, пятое заведение.       —... указать мне направление. А???       — Я отведу.       Любопытный торговец широко улыбнулся и развернувшись, уверенной походкой направился назад, к выходу из рынка. Ванильная печенька благодарно выдохнул и схватив пакеты с посохом, поспешил за виноградным негоциантом. Печенька купец остановился около пятой лавочки от выхода. И вправду, это была лавка с муссами разных вкусов и составов. Ванилла остановился и даже не отдышавшись, принялся высматривать нужный ему десерт. Его глаза бегло перемещались по стеллажам, белые ресницы трепыхали.       — Крайний стеллаж справа, — снова подсказал виноградный торговец.       Пьюр Ванилла поблагодарил его за подсказ. Найдя наконец, то что ему нужно, пастушок подошёл и стал беседовать с хозяином лавки, договариваясь о цене и весе товара. Когда всё было определено, Пьюр Ванилла заплатил и наконец-то заполнил пустой пакет недостающим продуктом. Когда он развернулся, то увидел скучающего любопытного торговца. Тот лениво рассматривал небольшую трещину у себя на руке. Видимо, получить он ее успел когда падал при столкновение с Пьюр Ваниллой… Пастух почувствовал себя немного виноватым. Но, вместо того, чтобы поинтересоваться о ушибе, он спросил:       — Почему ты ещё не ушёл продавать свой красный виноград? Все печеньки обычно торгуются в глубине рынка, в начале мало кого тут встретишь.       — Знаешь, сейчас так жарко… А идти прямо в место столпотворения, где от чистого воздуха осталось только слово… — Торговец закатил глаза, качая головой. — Я лучше попозже схожу по торгую.       — А, тогда ладно. Сейчас действительно солнце печет сильно. Даже тень особо не спасает, — Пьюр Ванилла поморщился и провел ладонью по намокшим волосы. Он прикрыл глаза, вспоминая, как уныло он добирался до рынка через деревню. Один раз на него чуть не свалился кусок обмякшего покрытия крыши…       — А ты далеко живёшь?       Внезапный вопрос вывел Пьюр Ваниллу из неприятного воспоминания. Ему показалось, что любопытный торговец спросил это с некой ноткой пытливости. Пастушок насторожился. Мама ему говорила никогда не говорить незнакомцам своё место жительство. Сейчас много печенек ходило с плохим умыслом и если случайно сболтнуть лишнего, проблем не оберешься. Но и игнорировать вопрос было невежливо…       — Недалеко от деревни, — выкрутился Пьюр Ванилла.       — Хм… Ладно. Советую тебе днём ходить к Старому Дубу, он севернее от главных тропинок. Там всегда для тебя найдётся прохладная тень, — улыбнулась печенька с корзиной. В его глазах пробежала таинственная искра. — И красный виноград.       — Э, спасибо за совет, но я не часто углубляюсь в лес, даже по грибы. Про него говорят не очень хорошо… — Пьюр Ванилла нервно погладил голубой четырехлистный камень в верхушки своего посоха (посох кстати был до плеч). Пастух даже вздрогнул, будто бы разом вспомнил все те страшные истории, которые ему рассказывали про Болотный Лес.       — А что такого говорят? Я сам в этом лесу живу… Точнее, не в самом лесу, а на окраине. Иначе виноград было бы слишком просто собирать. Ну, ты понял.       — Ага. Много всяких плохих новостей этот лес приносит… Там волков много, а для меня, как пастуха-...       — Молодые печеньки, вы еще покупать что-то будете? — нетерпеливо произнес старик, стоявшей за муссонной лавкой. Не дождавшись ответа, он тут же проворчал:       — Если нет, то пойдите на базар и там рассказывайте друг о друге. Стоите и задерживает покупателей.       Любопытный торговец и пастушок быстро ушли от лавки. Разговаривая уже на другую тему, они и не заметили, как углубились дальше в рынок. Вокруг слышались все различные зазывания покупателей, разговоры на тему товаров и рекламы. Лавки тут были самые разнообразные: с цветочной, сладкой, соленой, кислой, тканевой продукцией. Каждая была обустроена своим индивидуальным способом: у некоторых в спокойных тонах с оригинальным описание продуктов, а у других в ярких цветах с необычными выступлениями. Пока печеньки разговаривали, они свернули в цветочный отдел.       Пьюр Ванилла разом остановился и внимательно посмотрел по сторонам. Во всех запахах выделялся один притягательный, с медовыми нотками цветочный запах. Только одни цветы могли выделять столь тонкий, но в то же время удушливый аромат. Пастушок развернулся к предполагаемой лавке и удивленно вздохнул.       — Я впервые вижу, чтобы кто-то выставлял здесь лилии…       Пьюр Ванилла, не замечая презрительный взгляд зелёных глаз, приблизился к лавке. Он оставил пакеты около себя и отставив руку с посохом, свободной кистью приподнял лепестки самого близкого цветка. Знакомый аромат обволакивал и давние приятные воспоминания пронеслись перед глазами.       — Скажите, — Ванилла обратился к подошедшему владельцу столика. — Вы продаете эти чудесные лилии?       — К сожалению, они просто выставлены чтобы порадовать людей. Такие диковинные цветы здесь редкость…       Виноградный негоциант выглянул с пренебрежением из-за плеча пастуха.       — Тем более, они слишком требовательны. Да и у них запах, такой… такой…       Не договорив, печенька громко чихнула. Владелец лилий и Пьюр Ванилла улыбнулись.       — Как видите, у некоторых может быть аллергическая реакция на эти цветы.       — Хорошо. Но приятно видеть, что о этих чудесных цветах не все забыли.       Пьюр Ванилла взял пакеты с джемом и муссом, попрощался с владельцем и повернулся к торговцу. Тот ожидающе стоял, сложив руки на груди и морщился. Было видно, что не только запах, но и взгляд на лилии ему нестерпим.       Пастух ойкнул. Он ведь забыл, что дома его ждут родители! Тем более, он наверное шлялся здесь около часа, а то и больше! Этой причины было достаточно для возможного волнения старших печенек, а Пьюр Ванилла не хотел подрывать к себе доверие. Но, всё же совесть не затмила желание походить и посмотреть если не деревню, то хотя бы рынок…       —... Вижу, моего друга что-то мучает. Неужто какая-то спешка?       — Я сейчас только вспомнил, что дома меня вероятно ждут родные… Эх, как же тяжело. Жаль, не смогу ещё составить тебе компанию.       Любопытный торговец посмотрел на Пьюр Ваниллу и ободряюще улыбнулся.       — Ну если такое дело… Позволь мне тебя тогда угостить прохладным чаем на росе и после проводить к выходу.       — Нет, нет, что ты!— отрицательно закачал головой Ванилла, но виноградный торговец уже схватил его за руку и вприскочку повёл за собой. Пьюр Ванилла только и успевал уворачиваться от других печенек и извинятся, когда торговец вёл его мимо разных прилавок. В незанятой руке покачивалась корзина с виноградом. Через полминуты на пути появилась развилка, часть дороги сворачивала резко в право. Лавки там были плотнее друг к другу, теперь по такой тропе могли идти только две печеньки плечо об плечо. Вверху, внизу, по сторонам были расположены вывески закусочных. Только перед одной из такой виноградный торговец опустил Пьюр Ваниллу и тот, щурясь от бликов своего же камня в посохе, прочитал:       — “Холодный чай, наливай”. Как ты узнал, что заведение находится здесь?       — Да просто. Шёл по указателям, — печенька с виноградом указала на цепочку стоящих указателей. Пьюр Ванилла вздохнул со своего неуместного вопроса.       Пройдя под навес, печеньки расположились в крайнем от входа стола, около перегородки. Стол и стул были деревянными, с украшенные белой резьбой. На поверхности стола был закреплен поднос с солонками, а также ваза с полевыми цветами. Пьюр Ванилла сел напротив торговца. Далее они заказали себе холодный чай (пастушок взял приготовленный на мяте, когда торговец — с базиликом). Пока ожидали приготовления, молчали, каждый думая о своём. Пьюр Ванилла смотрел на мимо проходящих печенек, а иногда и на дерзких птиц, которые не стеснялись садиться прямо на товары.       Вскоре, заказанный чай на росе был приготовлен и подан на стол. Приятно было выпить холодный росиный отвар в такой жаркий день. Пьюр Ванилла заметно повеселел. Торговец, крутя кружку в руке, внимательно изучал пастуха, пока тот не видел. Неожиданно, его привлёк посох с необычным голубым камнем.       — Кхм, помню, ты промолвился о том, что являешься пастухом…       — О, да?... — Пьюр Ванилла обернулся на торговца с неловкой улыбкой.       — Мне доводилось несколько раз встречать овечек из сахарной ваты в лесу. Когда я их… выводил к полю, то они сразу же бежали к своему стаду, от которого видимо, отделились. Возможно ли, что…       — Да, это мое стадо! Вероятно, я задумывался и упускал этих непослушных овечек из виду… Но, теперь я знаю кого благодарить!       Виноградный торговец улыбнулся. Он перевёл прищуренный взгляд на кружку в руках. Прикинувшись, они оба не сразу поняли, что около столика рядом собралась небольшая толпа и гудела. Пьюр Ванилла с интересом обернулся, а юный негоциант просто поднял глаза. До печенек долетели такие фразы:       —... Да, просто ушла и не вернулась.       — Но, может просто девица вышла на прогулку. Лето, многих влечет природа.       — И не пришла? Её уже сутки никто не видел!       — Слушай, может торт-волки сцапали? Ты же знаешь, они щас голодные как монстры, ведь всю сладкую дичь щас кто-то распугивают в лесу…       —... Пошёл? — только и услышал Пьюр Ванилла.       — Только её родители. Старики сразу же при первом подозрении отправились в лес. Но, нашли они не много — около Старого Дуба лежала корзинка, а подле них крошки с каплями клубничного джема…       —... Какие приметы были?       — Да обычная девчушка, тут таких много. Ничем она особо не выделялась. Бледное тесто, вишнёвые глаза, худая. Платье из лепестков роз, — тот, кого спрашивали, вздохнул.       — И прошу заметить, это уже не первый раз, — продолжил он, когда гомон толпы немного притих. Но, его уже слушало всё заведение. — Пропажа за пропажей, это не просто нападения зверей. Думаю, не Хозяин Болота ли дал о себе знать?       — Да это выдумка ведь! Никаких таких болотных монстров не бывает. Просто какой-то похититель работает… — раздался неуверенный голос из толпы.       — В любом случае, будьте осторожны, когда идете в лес по ягоды или по грибы…       Дальше сказанное не привлечет особого внимания читателя. Главная новость в этот момент — очередные пропажи печенек в темном лесу.       Пьюр Ванилла с испугом повернулся к торговцу. Но тот сидел со скучающим видом, что немного смутило пастуха.       —... Вот о таких страшных историях я говорил. Надеюсь, что девушка найдется живой. Но, были и пострашнее случаи… Печенек находили с ужасными трещинами и разломами, а от некоторых и крошек не оставалось… — Ванильная печенька поспешил сделать глоток.       — Ну, даже не знаю, — протянул торговец. — Скорее всего выдумка, а лесные звери просто осмелели. Или вина просто не ответственных печенек: лес наполовину расчерчен тропами с указателями, а они теряются даже в трех березах.       — Но ведь так не всегда было! — резко воскликнул Пьюр Ванилла.       — Да?       — Лес был спокоен и тихим. Я мог даже заводить овец на луга и к заводям, не опасаясь нападений и… монстров. Но, пропажи начались после того, как в лес наведались печеньки-фейры. Они сказали, что проходят этот лес в поиске когото-то, кого не назвали. А после их ухода пропала первое молодое печенье…       Любопытный торговец неожиданно поперхнулся и закашлялся. Пьюр Ванилла вздрогнул.       — Эй! Всё хорошо? — пастушок потянулся, дабы помочь, но был остановлен странно-торопливым жестом. Откашлявшись, торговец засмеялся.       — А что смешного в этой истории?...       — Да так… Хочу уточнить, эта та история, очевидцы которой говорили, будто бы молодого печеньку увёл в лес монстр с голубым и бирюзовым глазами? — Торговцу сложно было сдержать смех, но всё таки он совладал с собой.       — Да… так значит, он существует? — с лёгким сомнением проговорил Пьюр Ванилла. Он невольно посмотрел на голубой камень в своем посохе и ему даже показалось, что тот таинственно блеснул.       — Конечно… Нет, — лукаво улыбнулся любопытный торговец. — Ну во всяком случае, я такого не видел. Хотя, Я тут вспомнил, что кто-то ворует у меня виноград… Может быть это разноглазый монстр?       —... Ты меня передразниваешь?       Печеньки посидели ещё немного, рассказывая друг другу необычные истории и допивая уже вторые кружки. Солнце давно перевалило за середину, когда они вышли из лавки. Народу на рынке убавилось — все наверняка пошли гулять, ведь солнце теперь не так жгло. Некоторые возможно даже отправились за новым материалом для покрытия крыш, клумб, дороги. В душевой атмосфере гулял прохладный ветер, которые летел с леса.       Виноградный негоциант и Пьюр Ванилла дошли до входа на рынок. Отсюда, через промежуток между домами, можно было увидеть лес. Верхушки высоких деревьев были освещены лучами солнца, но уже около стволов притаилась фиолетово-синяя тень. Она покрывала своим одеянием ели заметные тропинки, в местах на которых иногда можно было разглядеть на земле золотые отблески.       Пьюр Ванилла вдохнул чистый воздух.       — Ах, уже время ближе к вечеру. Мне нужно идти, — он повернулся к юному негоцианту, что смотрел в сторону леса. — Спасибо тебе за проведенное время! Ты единственный за все время, с кем я смог впервые поговорить в деревне.       — Да брось ты, — любопытный торговец перевёл взгляд на Ваниллу. — Мы видимся не последний раз. За твою чудесную компанию я тоже должен тебя поблагодарить.       И с такими словами, печенька протянула корзину с виноградом Пьюр Ванилле. Пастушок смутился и не смог должным образом сформулировать свой вопрос, на что торговец ответил:       — Я всё равно сегодня ничего не продам, а если плоды пропадут… Будет грустно. Бери. Мой тебе подарок.       — Спасибо, — вынужден был ответить Пьюр Ванилла. Он принял корзину и мельком посмотрел на красный виноград. В тени он казался больше фиолетовым, с синим отсветом. Необычные плоды. Ванилла проговорил:       — Я пойду. Меня наверное уже потеряли… — Пьюр Ванилла положил корзину в пакет и на прощание улыбнулся торговцу. Яркие разноцветные глаза встретились с блекло-зелеными.       — До встречи. Этот виноград растет рядом со Старым Дубом, — как-то настойчиво повторил виноградный торговец. Но, пастух побаивался этого места после истории с девушкой.       На этом и распрощались. Пьюр Ванилла направился по главной дороге в сторону леса, изредка оглядываясь. Любопытный торговец уже исчез из виду. Быстро.       Посох отбивал по земле неправильный ритм, когда шаг Ванильной печеньке был с ровным темпом. Пьюр Ванилла за четверть часа миновал деревню и теперь он медленно входил в чащу. К тому времени, солнце лениво закатывалось в закат, отдавая свои последние лучи редким облакам. На тропе было ещё светло, когда между деревьев царил мрак. Создавалось ложное ощущение, что если оступиться, то зубастая темнота поглотит тебя и крошек не оставит. Но, пастушок знал правду — около главной дороги всегда безопасно.       Пока он шел, рассматривал виноград в корзине, что лежала в пакете. Плоды вздрагивали из-за ходьбы, но не сильно. Пьюр Ванилла дал себе слово, что придет домой и рассказав свою прогулку, разделит между всеми виноград. Потом может расскажет о месте в лесу, где растут красные лозы этого необычного растения, и они все вместе пойдут собирать его. А сейчас, нужно вообще было успеть дойти до полного наступления ночи. Именно в ночное время суток пропадают печеньки…       Где-то впереди, за выступающими кустами, неожиданно раздался крик черничного во́рона, а затем и хлопки крыльев. За ним последовало ещё несколько хлопков. Пьюр Ванилла остановился, прислушиваясь. Неужто зверь какой-то впереди? Ворон — стойкая птица и его редко что может сдвинуть с места. А тут целая стая.       Пьюр Ванилла ускорил шаг. Если тут проводит охоту какая либо дикая тварь, то нужно было быстрее уйти от нее подальше. Не любил это место Ванилла. Из-за кустов, залезающих на тропу, почти ничего нельзя увидеть впереди и сзади. Достигнув места, откуда предположительно слетели птицы, Пьюр Ванилла огляделся. Везде тихо. Слышно только биение сердца, далёкое кваканье лягушек (на болоте) и редкий скрип деревьев. Но, чье-то присутствие тяжело давило на пастушка.       — Эй? Кто то здесь есть помимо меня? — Пьюр Ванилла не справился с дрожью в голосе, поэтому получилось как-то неуверенно.       Ответом было предупреждающее утробное рычание и хруст кустов. Пьюр Ванилла заткнулся и, накинув на голову себе капюшон плаща, быстро принялся удалятся. К счастью, за ним никто не последовал. Сбавить темп Пьюр Ванилла смог только через десять минут. Пакеты были слишком тяжелые, да и от постоянного вглядывания болели глаза. От волнения пастушок даже проголодался. Но идти надо было дальше, он уже подходил к дому. Заворачивая за поворот, что услужливо создали кривые стволы деревьев, Ванилла опустил взгляд на красный виноград. Пастушок нагнулся, не веря своим глазам. Ему показалось, что у одного фиолетового плода был узкий зрачок, который метался из стороны в сторону. Внимательно осмотрев весь виноград, Пьюр Ванилла выдохнул. Скорее всего, он просто устал…       Пастушок поднял взгляд и его сердце пропустило несколько ударов. Пьюр Ванилла не мог пойти не той тропой, ведь он шел по главной… Та не имела ответвлений и вела точно от деревни до его дома. Но сейчас вместо продолжения тропинки Ванилла видел заросший луг, посередине которого мрачно возвышался Старый Дуб.