Не трогай то, что хорошо лежит

Вот отцу-то сказала, что каникулы, но на деле отдых оказался коротким — неделя всего. Юля ещё пошутила, что как раз в день её «прибытия» начался, чтобы успела привыкнуть и разобраться. Шутки шутками, а понимания, почему пока всё складывалось в их пользу, не было, и это бесило. Худшее на свете чувство — не знать, что происходит вокруг. Именно поэтому она расспрашивала осторожно то Светку местную — Сету её здесь звали, а Светы больше нет, пора бы и запомнить — то работников в доме, то в книжках копалась. Всё лучше, чем в незнании. А ещё она завидовала страшно Тёме. Вот хорошо ему, не надо в школе делать вид, что знаешь то, о чём и думать никогда не приходилось всего пару дней назад. Да и вспоминал он быстрее гораздо. А с другой стороны, сложнее было всё же Тёме, чем Юле, ведь он на второй же день с утра, до появления отца, уже работать должен был. Когда только «прибыл», отбрехался как-то от работы, а о неделе отпуска и мечтать нечего было — сказал потом, что за пару дней до того завалили их мастерскую заказами по самое не балуй, так что выходили парни с работы затемно и едва ли могли себе позволить лишний выходной. С чем связана такая внезапная необходимость в артефактах, никто не знал. Спросить бы отца, да только он и сам пока не помнит, а даже если бы знал, мог не сказать — не положено. А может Юлю до сих пор слишком маленькой считал для таких разговоров. Любой расклад радости не добавлял. Впрочем, сетовать на их жизнь тяжёлую некогда было, да и что нытьём сделаешь? А вот на учёбу пора было уже бежать. Благо, договорилась со Светой — Сету, она Сету! — идти вместе, и подруга должна была за ней зайти. Сама Юля боялась до школы не добраться, потому что с неполной памятью тащиться по незнакомому городу в одиночку было бы тем ещё приключением. А день и без одинокой прогулки оказался тем ещё квестом. Нет, конечно, интересно было посмотреть на магию вживую, но за четыре урока по полтора часа ничего полезного для будущей работы учителя так и не рассказали. Всё вещали о высоких материях, о магии как явлении настолько прекрасном и чистом, что порочить её использованием в работе, будь то создание артефактов или же любого рода быт, кажется низостью. В итоге за шесть часов уроков Юля не научилась абсолютно ничему, как и все её одноклассники. Сидели, слушали, запоминали всякий бред. Как никогда живо в памяти всплыла сцена из Гарри Поттера, где тётка в розовом тоже пыталась фигне учить, а Гарри и Ко бунтовали. Даже повторить захотелось, только вот Сету её запястье крепко под партой сжала, и гнев немного улёгся. Впрочем, это явно был не последний день пребывания Юли в этом мире и в этой школе, поэтому своё она взять ещё точно успеет. Пусть только попробуют и завтра ничего полезного не рассказать! И всё-таки в школу она не зря сходила — встретила местную эльфийскую версию Гугла, которого здесь звали Гелион, да и прозвище Гель-маг заставляло улыбаться так же, как Гугл там, дома. Тёма пару дней назад рассказал о гель-маге, и это оказалась очень полезная вещь. Как он выразился, гель-маг — это универсальное вещество для нанесения магических символов на артефакты. Короче, дохрена нужная в работе штука. Тёма вообще после попадания в этот мир стал чаще рассказывать что-то о нём. И не то чтобы Юля сама не знала о каких-то аспектах местного мироустройства, о которых Тёма вещал, но он почти сразу же признался, что ему так проще в голове всё это укладывать. Как будто если проговорит, то и сам поверит в то, что всё вокруг реально, а если просто держать в мыслях эти внезапно всплывающие воспоминания, можно и крышей поехать. Человек, конечно, ко всему привыкает, но не так это быстро и просто, как может показаться. Каждый справляется как может. Папа вот, товарищ Ребедо — Юле не нравилась их местная фамилия, но дразнить отца с ней было забавно — не проговаривал, а записывал всё на бумаге, тоже чтобы с ума не сойти. Он ведь всегда хочет держать всё под контролем, а здесь такая ситуация. Ну и пусть, зато от гиперопеки своей отвлёкся хоть ненадолго, уже плюс. Хотя бы для Юли. Она не проговаривала и не писала свои мысли и воспоминания. Легче становилось рядом со знакомыми, поэтому бегала к Тёме в мастерскую или в кабинет к отцу чаще, чем раньше, дома. Смотрела на них, таких же растерянных и пытающихся привыкнуть к происходящему, и сама выдыхала спокойнее. Не одна. А вместе проще. К счастью, после внезапных каникул домашку ещё не задавали, и тратить свободное время можно было на что угодно. И даже так Юля с остервенением искала в любых доступных книгах хотя бы упоминание о путешествии между мирами, хотя бы на уровне сказок и легенд. Даже Гель-мага в школе напрягла. Он побледнел, позеленел, покраснел, а потом кивнул и пообещал поискать. Прямо как дома. Что-то вечно в любом из миров. Второй учебный день обещал быть интереснее и веселее хотя бы потому, что в расписании стояло зельеварение. И это настолько напоминало Гарри Поттера, что Юля всё сильнее хотела выпросить у Тёмы деревянную палочку и с маниакальным хохотом бегать вокруг и кричать «Авада Кедавра!», тыкая палочкой в каждого прохожего. Вряд ли сработало бы, скорее её забрали в местный аналог дурки, а потом папе пришлось с недовольным — впрочем, как обычно — видом вызволять её оттуда, пока никто не промыл ей мозг, не сделал овощем или волшебным образом не залез ей в голову и не узнал о путешествии между мирами. На самом деле, даже интересно стало, существует ли магия, дающая возможность читать чужие мысли. И Юля обязательно полезла бы в книги, чтобы узнать, но её нынешнее исследование было гораздо важнее. А зельеварение не ждёт. Точнее, не ждало, а вот Юля с удовольствием подождала бы этого урока ещё столько же, сколько без него жила. Она-то думала, полезное что-то варить будут, но нет — весь урок рассуждали о важности науки зельеварения, о последних открытиях, да о совместимости двух ингредиентов, при добавлении которых вместе в сочетании со стабилизаторами и даже без них любое зелье обречено на провал и в итоге представит собой не более, чем дорогой и не слишком вкусный суп. Бурду, одним словом. Но хотя бы не взрывоопасную. Полезности ноль, знаний ноль, а ведь они в выпускном классе, надо к экзаменам готовиться, что-то знать. Или на экзамене тоже будут разговоры о погоде и последние новости мира моды, как на уроке изучения магических существ? Учитель по этому предмету в целом вызывал у Юли сомнения в компетентности всего педагогического состава школы. Серьёзно? Прийти на урок по изучению магических существ в белоснежном костюме, привести всех к вольерам с животными, а потом злиться на появившееся на штанине пятно от лапы — мечта, а не преподаватель. Нет, правда, было стойкое ощущение, что всё это дешёвая пародия на Хогвартс и учителя-идиота, который только художественными книжками бахвалился, а не знания давал. Идиотизм. Ничего удивительного, что к последнему уроку Юля уже была вне себя от ярости. И заметила в себе удивительную солидарность с Гуглом — Гель-магом — который вечно утыкался в книги и что-то учил. Иначе ничего узнать и не получится, и научиться тоже. Всё сильнее хотелось домой, пусть в полуразрушенный, но свой до последнего камушка район, пусть даже там нет Светы и упал космический корабль. Что угодно, только не тупеть здесь, не просиживать штаны на бесполезных уроках. А что дома? Может быть, там прошла всего лишь секунда, а может и годы. Может быть, дома уже и нет, и они втроём здесь навсегда. Может быть, пришельцы захватили их планету и установили свои порядки, пока они здесь, и Юля в частности, штаны просиживали. Ладно, хватит упаднических настроений. Последний урок и домой. Осталось просто пережить его, просто пересидеть. — Сегодня мы будем учиться преобразовывать магию в полуматерию силой воли и разума, — начал монотонно вещать профессор Элайт, невысокий полудракон в предпенсионном возрасте. — Вы должны чётко представлять, что хотите получить, какой оно формы, какого цвета. После мысленно выталкиваете образ из фантазии в реальность, одновременно проводите всей рукой или пальцами там, где должен появиться объект. Профессор поднял руку, медленно повёл её вправо, а следом за пальцами, будто срываясь с самых их кончиков, формировался полупрозрачный желтоватый образ, похожий на рыбу и на кляксу одновременно. — Инструкции на доске, — профессор постучал по деревянной, судя по звуку, доске медной палочкой, в которой Юля узнала жезл, похожий на те, что Тёма с друзьями делали в своей мастерской. — Если появятся вопросы — поднимите руку, — он сел за учительский стол и опустил глаза к книге, которую читал и до начала урока. Ученики сразу же начали размахивать руками, кто-то даже бормотал непонятные заклинания себе под нос. Сету с улыбкой «рисовала» полупрозрачные сердечки и цветочки, Гель-маг напрягся так, будто пытался как минимум половину школы воссоздать в полуматериальном виде. И пусть это был первый реальный урок хоть какой-то магии за всё то время, что Юля находилась в школе, она была слишком зла, чтобы сдерживать себя и дальше. И так слишком долго терпела. Рука взлетела в воздух. Реакции от учителя не последовало. То ли он и правда не видел, то ли упорно старался сделать вид, что не замечает ничего странного. Постепенно одноклассники начали затихать, переводя взгляд с Юли на профессора и обратно. Всем уже было интересно, кто сдастся первым. Но не только этот древний как дерьмо его предка-дракона дед мог быть упёртым. Наконец, когда в классе воцарилась мертвая тишина, профессор соизволил с раздраженным вздохом поднять глаза и обратить внимание на Юлю. — Вам что-то непонятно? Обычно ученики с легкостью справляются с этим заданием, — судя по выражению лица, ответ его интересовал в последнюю очередь. — Почему мы здесь учимся всякой фигне? Чем умение нарисовать в воздухе петуха поможет мне по жизни? — Юля едва сдерживалась, и последние крупицы терпения уходили на удаление из речи мата. В своей школе она себе подобного не позволила бы, но в её школе не было настолько некомпетентных учителей и бесполезных занятий. Да, с некоторыми предметами и учителями не ладилось, но и произвола, как здесь, не творилось. — Мисс Ребедо, если вы не понимаете смысла в магии, то вам стоит вернуться в первый класс и пройти обучение заново, поскольку, боюсь, вы совершенно ничего с тех пор не усвоили, — дед позволил себе смешок, а Юля очень чётко услышала, как в её и так почти заполненную чашу терпения плеснули лишние двадцать литров. И даже крепко сжатые на её запястье пальцы Сету не смогли остановить жажду уничтожать. — Так значит, учиться владению магией — это рисовать кружочки и палочки и обсуждать последние модные показы, вместо того, чтобы создавать артефакты и варить полезные зелья? Да мы даже нарезать ингредиенты правильно не можем, потому что такие, как вы, предпочитают сидеть и в носу ковырять, а не учить нормально! Волна шепота пронеслась по классу. Так с профессорами ещё никто не разговаривал. Точнее, те, кто осмеливался, быстро лишались места в школе, потому желающих высказаться почти не было. — Подготовка составляющих для зелий — это работа магически слабых, прислуги, если хотите. Вы же здесь, чтобы научиться искусству истинной магии и, при должных умениях, пополнить ряды великих деятелей высокой магической науки, — монотонно ответил дед. Юля начинала закипать. — Что же касается артефактов, эта часть взаимодействия с магией не требует так же много ума, как иные, а потому руководством школы принято решение, согласно которому в стенах этого учебного заведения никто не будет обучаться… ремеслу, — последнее слово он почти выплюнул с презрением. И это стало последней каплей. Юля встала, уперлась ладонями в край стола и сжала его до побелевших костяшек. — Да что вы понимаете вообще?! Сидите здесь, делаете вид, что умеете хоть что-то, кроме как бубнить себе под нос тупую теорию, которая никому в жизни не пригодится! Зато пользуетесь артефактами, которые создали мастера умнее вас в разы! Вы любому артефактору и в подмётки не годитесь по уровню знаний и умений! — Сету попыталась усадить Юлю на место, но после нескольких попыток махнула рукой. Остановить этот словесный поток уже не представлялось возможным. Юля же лишь набирала обороты: — Высокая магическая наука, да?! А чего вы сами добились, раз сидите здесь и осуждаете всех, кому не повезло попасть в эту «восхитительную школу для самых лучших»? Вы привнесли в этот мир хоть что-то новое, нужное, да просто полезное? Нет, кроме до смерти скучных лекций, где вы просто читаете нам то, что написано другими, даже не пытаясь пояснить, ничем больше вы в этой жизни не выделяетесь! — Ребедо! — взревел профессор. И этот эмоциональный всплеск от обычно спокойного как дохлый удав деда настолько удивил всех, даже Юлю, что она на секунду забыла, что ещё хотела сказать. — К директору сейчас же! — Держись, Юри, — Гель-маг чуть сжал её руку в жесте поддержки. Видимо, он думал то же, что она смогла высказать. Сету грустно посмотрела ей в глаза, но солидарности и уверенности в правоте Юли в ней было больше, чем осуждения. Возможно, стоило быть немного мягче в выражениях. Юля прошла к двери, обернулась и увидела поддержку от всех одноклассников. Ну, почти. Были и дурачки, которым нравилось ни хрена не делать и получать хорошие оценки, но они всегда находились в меньшинстве. Впрочем, без таких ни один класс не обходится, ничего не поделать. Юля резко распахнула дверь, вышла, а после хлопнула ей со всей силы. Она не считала себя виноватой, а значит и унижаться и просить прощения не собиралась. К директору? Замечательно. Можно и ему высказаться.

***

— Надо поговорить. Валентин вошел в комнату Юли с виду уже задолбанным. Насколько же всё плохо, раз он даже внешне похож на человека, который не спал пару дней, когда обычно держит всё в себе настолько, что просто так, если не знаешь, куда смотреть, и не догадаешься о проблемах? — Ну говори. Валентин тяжело вздохнул, присел в кресло рядом с кроватью, на которой полулежала Юля. — Директор прислал магического вестника с подробным изложением того, что ты натворила, — начал он устало. Вопреки обыкновению, даже не ругался, не пытался воспитывать с первых же слов. Укатали его, видимо, на службе. — Завуалированно, но сказал, что, если бы не моя должность, ты бы уже вылетела из школы. — Да плевать мне на эту школу! Они всё равно не учат ничему, так зачем тратить время? Валентин провёл ладонью по лицу, и Юля заметила, что его морщины будто стали глубже, чем раньше. И даже когда она до этого, дома, творила всякое, выводила его из себя, так плохо он не выглядел. Ну вот, почувствовала себя мудачкой. Могла же мягче с папой, он ведь даже ругать ещё не начинал. — Я понимаю. Ответил, что подобное не повторится, а с тобой будет проведена серьёзная беседа. Беседуем. Юля, я прошу, просто оставь в покое этих учителей. Что хочешь на уроках делай — слова не скажу. Я и сам теперь знаю уровень образования в местных школах и согласен, что учить полезному, работе руками, надо. Вот только мы ничего сделать не можем. Армия к образованию, сама понимаешь, не слишком близка. — Ладно, — Юля дёрнула плечом, отвела глаза, а после вскочила с кровати и быстро засобиралась. На невысказанный вопрос слабо улыбнулась: — К Тёме пойду, не могу на книжки эти смотреть — блевать тянет. Валентин кивнул, бросил уже набившее оскомину «В девять дома» и вышел из комнаты. Да уж, если даже привычное «Следи за языком» в ответ на слишком грубое, по его мнению, «блевать» не проскочило в разговоре, дела и правда не очень. И к Тёме без вопросов отпустил, чего раньше с ним не случалось. Поспать бы ему, да вот только Юля прекрасно знала, что для военных выходной и даже простой отдых после работы — совсем не то же самое, что для обычных людей. Выдернуть могут в любой момент, хоть в три часа ночи. А здесь, в этом непривычном, новом мире, всё ещё хуже. К Тёме и правда хотелось зайти. Если раньше в автосервисе она ничего не понимала и особо туда не стремилась, то в магической мастерской всё было настолько интересным, что хотелось залезть в каждый угол и узнать, как работает любая, даже самая банальная магическая хренотень. К счастью, идти до мастерской было недалеко, а дорогу она будто бы всегда знала, даже до перемещения, хотя в вопросе расположения домов и общей архитектуры района этот мир никак не напоминал дом. В любом случае, Юля и в первый раз не заблудилась, а теперь уж и подавно не смогла бы. Шла себе спокойно, дышала немного странным воздухом — то ли потому, что он не был загазованным московским, то ли из-за витающей повсюду вокруг магии, дышать хотелось полной грудью, до боли, до головокружения. Остановилась на углу дома завязать шнурки сапог, да так и застыла на корточках с кончиками шнурков в руках. А всё потому, что из тени в проёме между домами услышала слабое совсем, болезненное хрипение. И нет бы позвать кого или даже до Тёмы дойти, чтобы вместе уже помочь, если и правда помощь нужна тому, кто там, судя по звукам, почти умирает. Да Юля даже не задумалась о том, что это может быть не человек, а монстр. Об их существовании она узнала в первый же день своего пребывания в этом мире, когда громкоговорители, расставленные на каждом углу, начали вопить об атаке с воздуха. Тогда-то и увидела отвратительных с виду существ, не похожих ни на одно знакомое животное. Кожистые крылья, перепончатые лапы с длинными и наверняка острыми когтями, раззявленные пасти с тремя рядами огромных зубов и мерзкая, покрытая поблёскивающей на солнце слизью серая кожа, вся в струпьях. Живот от одного их вида скрутило, и Юлю едва не стошнило. Но это неудивительно. И вот после таких приключений — благо, хоть в доме тогда сидела, а не на улице, и всего лишь через окно видела этих уродцев — она без раздумий встала и пошла в неизвестность. К её счастью, в тени зданий лежал всего лишь с трудом дышащий человек. Как минимум, внешне он был похож именно на человека, даже не на эльфа, дракона, русалку или любую другую расу этого мира. Юля подошла ближе, опустилась на корточки рядом с ним и пригляделась внимательнее. Ну да, точно, человек, парень, не слишком старый даже. С раной в боку и, что удивительно, в больничной рубашке, совсем как в больницах дома. Впрочем, возможно, в этом мире больничная одежда была такой же. Дальше тело двигалось на автомате, а Юле оставалось только наблюдать за движениями рук. Вот она кладёт парню на запястье и солнечное сплетение ладони, вот совсем тихо читает, очевидно, заклинание, а после видит приглушённое свечение в местах соприкосновения их кожи. И чувствует постепенно утекающие силы. Сначала незаметно, а потом всё больше. Не критично, но ощутимо, а оттого не слишком приятно. И всё-таки терпеть можно, значит потерпит. Между тем, рана на боку парня постепенно затягивалась. Он медленно открыл глаза. Юля, всё ещё не владевшая своим телом полностью, а двигавшаяся скорее на рефлексах, отстранённо подумала, что обычно в сказках перед пробуждением спящую красавицу целуют. Парень посмотрел на неё, а после удивительно ловко схватил за запястье, и достаточно простой серебристый браслет, который Юля до того не заметила на его руке, перетёк — а иначе это и не назвать — на её руку. Нужно было ему помочь, хоть перетащить куда-то, а то помер бы на улице, и никто не узнал. И поскольку теперь внутри сидела уверенность, что он переживёт ещё хотя бы минут десять, Юля побежала в мастерскую к Тёме. Что удивительно, «позвонить» по местному аналогу телефона ей даже в голову не пришло. Хотя, возможно, случись подобное дома, она тоже и не подумала бы об этом. Долго объяснять Тёме не пришлось. Одного «Нужна помощь. Сейчас» хватило, чтобы он без вопросов пошел за ней. И так же без вопросов, только под совсем тихий матерок, взвалил на себя уже бессознательное тело и потащил в мастерскую. Вчетвером — местный Жека взял выходной «по семейным» — расстелили на быстро очищенном столе плед, взятый из вещей всё того же мерзлявого Жеки (здешняя версия Руса пошутила, что это компенсация с его стороны), и уложили на него найденного парня. Местный Питон, как единственный хоть немного сведущий в медицине благодаря маме-врачу, быстро осмотрел его и сказал, что угрозы для жизни нет, зато есть магическое истощение. Брови Юли взлетели — магическое истощение после того, как она ему столько своей силы передала? Но споры не имели смысла. Артём взял серебристый тубус с тонкой иглой на конце и аккуратно ввёл её под кожу парня, совсем не глубоко. А после осел на ближайший стул, выдохнул и, дождавшись, когда местные Рус и Питон уйдут работать дальше, передвинул панель звука на тишину и поднял взгляд на Юлю. — Что это вообще было? — Да не знаю я, — она пожала плечами. — Нашла на улице случайно, когда к тебе шла. А что ты с ним сделал? Напряжение, царившее внутри с того самого момента, как она услышала хрип из темноты, начинало отпускать, и вновь вылазило любопытство ко всему новому в этом мире. — Это накопитель с соплом. Таким обычно тонкую гравировку магических символов выполняют, но можно и просто энергию перекачивать. Я пару раз баловался, когда сил даже до дома дойти не было. Ну, точнее, это тело. Заряжает охренительно, — легко поделился Артём, но вновь напрягся и спросил: — А ты уверена, что… Договорить ему не дал резкий вздох со стороны стола. Вновь открывший глаза парень посмотрел сначала на Юлю, после на Артёма. — Так, мужик, не выключайся, — Артём моментально вскочил с места и начал щёлкать пальцами перед лицом парня, привлекая его внимание. — Имя своё помнишь? Ты откуда вообще такой? — Галактика… Млечный Путь… — едва слышно выдохнул парень и снова отключился. Судя по тому, что он начал не с области-города-улицы, либо просто был чуток пришибленным, либо настолько не местным, что не приходился коренным жителем ни этому миру, ни их дому. Вспомнился упавший космический корабль и как минимум один пришелец с него, из-за которого они попали сюда. И Тёма, видимо, думал в схожем с Юлей направлении, поскольку встретил её шокированный взгляд точно таким же своим, и с неверием и крохотным проблеском надежды в голосе озвучил их общую мысль: — Мы можем вернуться?..