Маленькое рыжее происшествие

Здание Эвермор — страшное место. С виду обычный дом богатого человека или офис какой-то компании, но его тайна зарыта глубже, там, где за красивой картинкой прячется ад наяву, подальше от чужих глаз. Нат знал это не понаслышке. Так как он является единственным ребёнком в семье и наследником дела Веснински, его брали на некоторые встречи с Кенго Морияма. Но из-за того, что эта информация не предназначена для посторонних личностей, Натаниэля отправляли к побочной ветви семьи Морияма. Этот страх, что окутывал маленького Натаниэля, пока он шёл по подземным этажам, не описать словами. Ведь он знал, что его ждёт. Никогда эти встречи не заканчивались хорошо. Снова эти тёмные пугающие коридоры, которые казались бесконечными. Но Нат шёл. Снова эта комната цвета вороньего крыла с тёмно-красными пятнами. Снова это лицо. Оно мерзко ухмылялось, предвкушая вкус власти, криков. Крови. Это мерзкий человек — нет, назвать его так язык не повернётся, чудовище, — что не скупился на порезы, синяки, травмы. С ним была его тень, она была хорошая... Или нет? Он не знает, она прячется сзади, не смея сказать ничего против. Он не говорил, не смотрел на него. Как будто это был вовсе не человек... Точно, это же тень. Он не слышал его криков о помощи, он всегда стоял в стороне. Но чудовище приказывало, и он помогал, потакал всем его прихотям. Мерзко. Низко. Ужасно. И если бы на побоях всё останавливалось... Он делал из него игрушку, его смешило, ему это доставляло удовольствие. Монстру нравилось ломать Натаниэля, невинную детскую жизнь. Зачем? Её и так почти лишили люди похуже этого монстра. «Ты моя собственность, ты принадлежишь мне». Эти слова вбивались в него с самого первого его приезда. Они стали как таковым обрядом. Эти слова как мантра повторялись в голове голосом чудовища, пока чёрные стены смешивались с красными элементами декора в непонятную кашу. И полными сочувствия зелёными глазами. Пока чёрные глаза играли искрой наслаждения и власти, горели в полутьме, губы монстра шептали: «Ты... мой». Ада не существует, но Нат бы поспорил.

******

Натаниэль побледнел, мелкая дрожь прошлась по всему телу, воспоминания волнами накатывали на него, зажившие раны под рёбрами заныли. Фантомные руки жгли участки кожи. В ушах стоял писк. Мир сузился до одного человека. — Кевин... — тихий, почти неслышный шёпот вырвался из него. Он не верил. Он не ждал. Он не думал. Это должно было быть хорошим местом. Он ошибся. Опять. Глаза нервно начали бегать по помещению в поисках выхода. Тень никогда не приходит одна. За ней всегда стоит кто-то выше. В глазах плывёт, он смотрит на до жути знакомое лицо. Кажется, он сейчас упадёт. Ему что-то говорят, но он не слышит, всё его внимание только на нём. Натаниэль вцепился в ногу Аарона как в последнюю надежду. — Нет. Нет. Нет, нет, нет, НЕТ! Не надо. Я не хочу. Нет. Пожалуйста... Неосознанно его мысли перешли в шёпот, хриплый, ломающийся, неживой. В глазах встали слёзы, которых, казалось, уже не должно было остаться. Дышать оказалось труднее, чем он думал, голова шла кругом. Ему страшно. Ему больно. Мыслями он давно уже был не здесь, где-то далеко, слишком далеко, под землёй. Натаниэля тормошили за плечо, но ему было всё равно. Он не помнил, как оказался в своей комнате, как перед ним сидел Аарон, кажется, тот что-то пытался сказать, но Нат слышал лишь своё учащённое сердцебиение, что грохотом стучало в ушах. Воздуха катастрофически не хватало, каждая попытка вдохнуть заканчивалась провалом. Веснински держался за горло обеими руками, будто бы это помогло дышать, перед глазами всё ещё было лицо тени. Нат смотрел в одну точку, не замечая, как по его щекам катятся слёзы, было такое чувство, что ещё чуть-чуть и он сойдёт с ума, но его лицо повернули, и взгляд с пола перешёл на светло-карие глаза. Эти глаза казались сейчас роднее всего на свете. Это было спасение.

*******

Аарон в недоумении переводил взгляд с Дэя на Джостена, это всё было странно. Кевин, увидев Нила, чуть не уронил телефон, застывая на месте в шоке, смотря на него. В то же время Нил смотрел на него со страхом и неподдельным ужасом. Его начало трясти, казалось, он сейчас упадёт, но нет — Джостен вцепился в Миньярда мёртвой хваткой. Нил что-то пытался говорить, Аарон лишь услышал «пожалуйста» и «не надо». От этих слов стало не по себе. Он не успел и что-то сказать Кевину, как руки Нила сильнее сжали ногу Миньярда. Только тогда до Аарона дошло: у Нила паническая атака. Он забил на Кевина и остальных, что за этим наблюдали. Аарон аккуратно подхватил Нила на руки, уходя в комнату Джостена. С Дэем он разберётся позже, сейчас главное было успокоить Нила. Миньярд уже минут десять сидел перед Нилом, попытки привлечь его внимание были провалены. Аарон пытался мыслить трезво, вспоминая лекции о том, как помочь человеку при панической атаке, но мысли ускользали быстрее, чем он успевал их обдумать. Миньярд не понимал, что могло вызвать такую реакцию у Нила и причём тут Кевин? Всё же было хорошо, Джостен свободно общался с командой, почти никого не боялся. А как только появился Кевин... Слёзы ребёнка сразу отрезвили Аарона. Он не придумал ничего лучше, как повернуть лицо Нила на себя. Только тогда он обратил хоть какое-то внимание на Миньярда. Глаза Джостена как будто потеряли ту искру, что он обрёл, они были стеклянными, неживыми. — Нил, ты у лисов. Ты в безопасности. Всё в порядке, — тихий мягкий голос заполнил тишину комнаты. Он видел, как в его глазах начала проявляться узнаваемость. — Ты в безопасности, — Аарон взял в свои руки руки Нила. У него они были холодными и сильно дрожали, у Миньярда же, наоборот, были тёплыми, спокойными. Джостен сжал его руки, находя в них опору. Глаза Нила бегали по лицу Аарона, что как будто излучало спокойствие и уверенность. Нат чуть ли не кинулся к Аарону, он обнял его, утыкаясь в плечо. Он видел в нём защиту, опору. Натаниэль, пытаясь прижаться как можно ближе, забыть, что в доме есть тень. Миньярд, что явно не ожидал такого исхода, неуверенно начал гладить ребёнка по спине. Он чувствовал, как кофта в районе плеча становится мокрой и как дрожал Нил. Аарон медленно сел на пол, чтобы лишний раз не беспокоить Джостена. Он начал немного качаться вперёд-назад в убаюкивающем жесте, тихо говоря, что он рядом и всё в порядке, поглаживая его по спине.

******

Это было невыносимо. Он знал, с кем живёт в одном доме, под одной крышей, и только от этого осознания его тошнило. Здесь стало противно находиться. Он считал это место безопасным, местом, в котором можно выдохнуть и не беспокоиться, что ему воткнут нож в спину. Нат не мог здесь больше оставаться. С какого-то момента Натаниэля перестали закрывать на ночь, что в этот раз сыграло ему на руку. Сумка была рядом, а больше ему ничего и не нужно. Ещё в своём родном доме Веснински научился полезному и необходимому навыку — тихо ходить, почти бесшумно. Что сейчас было как нельзя кстати. В доме стояла звонкая тишина, оттого собственное дыхание казалось громче шагов. К счастью, у Натаниэля была хорошая память, и за то короткое время, проведённое на первом этаже, он умудрился запомнить расположение многих комнат. Поэтому он с лёгкостью нашёл прихожую. Аккуратно пробираясь к ней, Нат постоянно оборачивался, боясь увидеть хоть кого-то. Уже обуваясь, он услышал шорох сзади себя. Это было сделано специально, чтобы привлечь его внимание. Оборачиваясь, он ожидал увидеть кого угодно, но не его. Высокая фигура стояла, упираясь плечом о косяк проёма. Она как будто давила физически и морально. В свете луны, что проникал в дом через большие окна, блеснули зелёные глаза. У Ната сердце ушло в пятки. Он рванул к двери, его рука почти коснулась ручки, которая вела на свободу, но Натаниэля предала куртка. Его нагло потащили за капюшон назад. Он с печалью наблюдал, как дверь удалялась всё дальше и дальше. Натаниэль казался безвольной куклой в руках этого человека. С ним могли делать что угодно, но он уже не сопротивлялся. Только когда они уже сидели на диване в гостиной, с него сняли куртку и обувь, он осмелился поднять глаза. Свет луны ровно падал на лицо Кевина, делая его черты лица более бледными и открывая вид на глаза, полные, раскаяния и страха. — Натаниэль... — его шёпот казался как гром среди тишины, от чего названный слегка вздрогнул. — Я... я хотел, — было видно, что слова давались ему сложно, — хотел извиниться. Это не то, чего ожидал Нат, совсем не то, но эти слова были ему нужны? — Пожалуйста, прости меня. Я знаю, что это просто слова, и они не смогут изменить твоё отношение ко мне... — Дэй смотрел куда угодно, только не на Натаниэля. — Я... я не мог перечить ему, — от упоминания его по коже пробежали мурашки, а Кевин продолжал. — Я хотел помочь тебе, но не мог... Он... он тоже избивал меня, — это откровение слегка шокировало Ната. — Если я пытался хоть что-то сделать не так, как он приказал, — Дэй сглотнул лишнюю слюну, отгоняя ненужные воспоминания, — это жестоко пресекалось. Натаниэль мог представить, что делало с Кевином чудовище, если он был таким... послушным? Сейчас он пытался мыслить на холодную голову, взвешивая все поступки Дэя. Кевин не трогал его без приказа. Он пытался помогать, например, если Нату было совсем плохо, дойти до лестницы наверх, ведь дальше ему нельзя было идти. Он перевязывал ему раны, пока монстра не было рядом. Но он ничего не делал, чтобы защитить его, он стоял, смотрел. — Я... я ни в коем случае не оправдываю себя, — продолжил говорить Кевин, понимая, что пауза затянулась, — и не говорю тебе простить меня, — после тихо добавил: — Такое не прощается... — Я чувствую, что должен за это извиниться, — под «это» подразумевалось бездействие, сразу понял Нат. — Мне жаль, что так получилось. Когда монолог Кевина закончился, Нат уже не смотрел в светящиеся от света зелёные глаза. Он тоже не поднимал на него взгляда. Натаниэль слегка кивнул. Казалось, на этом их разговор окончен. Веснински хотел уже было подняться с дивана, но его остановил едва слышный шёпот. — Рико сломал мне руку после того, как вы с Мэри сбежали. Натаниэль замер. Стоп. Что? Кевин смотрел на свои руки, не поднимая взгляда, он перебирал подол штанов. Из-за того, что Дэй сейчас сидел в футболке, Нат заметил шрам на левой руке. Бледная полоска тянулась от середины предплечья к внутреннему сгибу локтя. Кевин решил пока что не высказывать свои опасения по поводу того, что Рико может запросто их найти и им обоим будет плохо. На ребёнка и так навалилось много информации. Дэй всё-таки решился посмотреть на него. Глаза Ната, такие знакомые, глубокие, красивые, в них смешалось слишком много чувств: страх, непонимание, сочувствие, шок. Но не было гнева, злости на самого Кевина, и эта маленькая и незначительная победа радовала. Он не видел в нём угрозы. Нат отвёл взгляд обратно на руки Дэя, потянувшись к той, что была сломана. Небольшое расстояние помогло это сделать с лёгкостью. Натаниэль аккуратно кончиками пальцев коснулся шрама. Они его давно не пугали, так как на нём их было уже достаточно. На секунду Веснински задумался, что Кевину может быть больно от его прикосновения, поэтому он отдёрнул руку, после чего перевёл взгляд на Дэя, чтобы увидеть в его глазах намёк на боль и злость на него за то, что Нат коснулся его без спроса. Но увидел лишь усталость и спокойствие. Уголки губ Кевина слегка дрогнули в подобии улыбки. — Его здесь нет, — констатировал факт Дэй, видя, как напряжённые плечи Натаниэля слегка расслабляются. — Идём спать, поздно уже. Сказал напоследок Кевин, слегка потрепав по голове Ната, аккуратно, без резких движений, почти невесомо. После чего тот поднялся, уходя к лестнице. У них что, одна базовая настройка с Ники и Аароном? Что один, что второй постоянно треплют его по голове при любом удобном случае. Нат слегка нахмурился, но спрыгнул с дивана, следуя за Дэем.

******

Конечно, скрывать это долго не получится, потому что Ваймак начал искать родителей Нила. Кевин пытался намекнуть, что делать этого лучше не стоит, но только загнал себя в тупик. У них случился серьёзный разговор. Дэй описал ситуацию Нила в общих деталях, не сильно углубляясь. Сказать, что Дэвид был в лёгком шоке, — ничего не сказать. Он скептично осмотрел ещё раз Кевина с ног до головы, надеясь, что это просто глупая шутка. Но, увы, Дэй даже привёл доводы: например, несоответствие возраста в паспорте. И что паспорт был поддельным, что Нил, а точнее Натаниэль, был в бегах с матерью. Пока Ваймак принимал информацию и думал, как преподнести её лисам, ведь всё, что было связано с Морияма, вызывало у них отвращение и злость, а у Кевина — панику, лисы зря времени не теряли. Они за это время хорошо сдружились с Натом, и каждый по-разному. Мэтт, который сначала казался большим и страшным, на деле оказался очень милым. Они с ним часто бесились. Его самая любимая часть дня была, когда Бойд сажал его на плечи, и Нат видел всё с его высоты. А иногда они с Дэн брали Натаниэля гулять с собой. В лесу, конечно, нет ничего такого интересного, но снега было хоть отбавляй, поэтому устраивались игры в снежки во дворе дома. Ники был очень разговорчивым и энергичным, иногда даже Нат за ним не поспевал, хотя должно было быть наоборот. Все сплетни, что были дома и за пределами его, подвергались их обсуждениям. Ещё Ники часто звал Натаниэля в свою комнату, в которой жил с Кевином, смотреть мультики на ноутбуке. С Дэем вначале никаких отношений вообще не было, они просто не говорили друг с другом с того неудачного побега. Но после он присоединялся к их вечерним просмотрам мультиков. Кажется, Хеммик пытался наверстать упущенное время, когда Нат даже не знал про мультфильмы, и показать ему всё, что только возможно. Конечно же, это сопровождалось недовольным ворчанием Дэя, что это пустая трата времени, но ноутбук он свой отдавал, а далее сам втягивался в очередной мультфильм. Для него стало небольшим открытием то, что он мог сам выбирать что-то. Это открытие показала ему Рене. Они приходили в её комнату, и, если Нат хотел читать, он сам выбирал книгу или занятие, которым хотел заниматься. Уокер поддерживала его во всём, помогала ему плести из бисера или собирать браслет. Она и подала идею немного украсить комнату Ната. Теперь это было не пустое помещение: на столе стоял ночник в виде луны, на стенах кое-где висели самодельные вырезанные из бумаги звёзды. На подоконнике стоял цветочек в горшке, его название он, конечно, не запомнил, но это не мешало ему сидеть и любоваться им. Сет с ним почти не контактировал, но и не был агрессивен, что радовало. Зато его девушка нашла общий язык с Натаниэлем. Она просекла фишку, что ему можно выбирать одежду и тренировать на нём всякие причёски. По её инициативе случился первый поход Ната по магазинам. Вроде бы ничего такого, обычный торговый центр, но эта поездка выдалась интересной. До города Нат заснул на Ники, чем вызвал умиление со стороны Хеммика, и первую фотографию от Элисон Натаниэля с лисами. Дорога до торгового центра была полтора часа, пока Ники что-то тихо говорил Элисон, которая вела машину, Нат дремал на Хеммике. Здание ТЦ было огромным для ребёнка, он удивлённо крутил головой, осматриваясь. Множество магазинов, вывесок и людей. От последних хотелось где-нибудь спрятаться, он не сильно любил, когда в одном помещении находится настолько много человек, но интерес этого места всё же победил. Как оказалось, ходить и выбирать одежду — это ужасно скучно. Нат уже устал ходить и ждать, пока ему что-то выберут, поэтому он мог просто остаться в каком-то отделе, рассматривая вещи или сидя где-то на пуфике, пока испуганные взрослые пытались его найти. По их подсчётам, за этот поход Нил потерялся раз пять. Но всё-таки мерить одежду было гораздо интереснее, чем шататься по магазину, поэтому он это делал почти с удовольствием. Эндрю в его жизни вроде бы и был, а вроде и нет. Иногда краем глаза он замечал, что тот смотрит на него, а иногда даже чувствовал его присутствие. Зато в один из дней, пока Миньярд филонил, так как его помощь на заданиях не нужна была, его послали погулять с Натом по городу и как раз присмотреть за ним. *** На улице было темно, хоть и мало времени — зимой темнеет быстрее. Редкий снег маленькими хлопьями падал на землю и оседал на одежде и волосах прохожих. Уличные фонари освещали дорогу и падающие снежинки. В городе было не так много снега, как в лесу, но это, наоборот, радовало. По улице шли два человека: Эндрю, укутавшийся в шарф, который закрывал половину лица, и Нат, которого одели как на Северный полюс, главное, что тепло. Натаниэль шёл, держа за руку Миньярда и смотря под ноги. Эндрю же вроде и не был против так идти, невозмутимо курил сигарету, выпуская дым вверх. — А куда мы пойдём? Тихий, немного неразборчивый голос послышался сбоку. Он заставил Миньярда немного задуматься, прежде чем дать ответ. — На детскую площадку, — в его словах послышался намёк на улыбку от абсурдности ситуации. Дальше шли они в тишине. Оставшиеся вопросы у Натаниэля отпали, когда они зашли в парк. Уже издалека можно было увидеть горки, качели и турники. Подходя ближе, Нат заметил, что там уже играли пара ребят, но не сильно обратил на это внимание. Что точно привлекло его внимание, так это качели-паутинки. Эндрю проследил взглядом, куда смотрит Натаниэль, и они отправились туда. Было слегка трудновато туда залезть, так как она, скорее всего, не предназначалась для детей его возраста, но его желание было сильнее. Натаниэль не просил его качать, но Миньярд, по-видимому, принял свою участь нянчиться с ребёнком и подкачивал качель. Нат, довольный, разлёгся на ней звёздочкой, что позволяли рост и размер качели, и смотрел на небо, пытаясь разглядеть звёзды через облака. Через некоторое время к ним подбежали мальчики, которые активно начали звать Ната поиграть с ними. Веснински сомневался, неуверенно смотря на Эндрю, как бы спрашивая, можно или нет. Краткий кивок послужил призывом к действию. Нат быстро слез с качели, и его тут же утянули в игру. Он не сильно понимал, что от него требуется и что нужно делать, но его быстро ввели в курс дела. Натаниэля определили в одну из групп, и начался снежный бой. Во время игры он познакомился с мальчиками из своего «отряда» — оказалось, они не сильно были старше его. Игра затянулась уже на два часа, пора было домой. А Эндрю всё наблюдал, как Нил слился с местными ребятами, носился по всей площадке, с удовольствием кидая снежки в «противников». Но Миньярду пришлось оборвать их игру. Он выловил Нила, когда они в очередной раз проносились мимо него, огорчая тем, что пора домой. Джостен попрощался с друзьями, догоняя Эндрю, который уже успел немного отойти. Нил, под впечатлением от игры, начал рассказывать ему, во что и как они играли. Миньярд лишь иногда кивал, не мешая рассказу ребёнка.

******

С Аароном были совершенно другие отношения — он постоянно был рядом. Приносил ему чай, готовил еду, для него именно он. Натаниэль возобновил привычку ходить за ним хвостиком — где бы он ни был, рядом на горизонте маячил Нат, а Миньярд не был против. Для него Аарон был кем-то вроде старшего брата, путеводителем. Веселье весельем, а чтобы совсем не запустить учёбу, он с ним занимался: читал, писал. Натаниэлю это, конечно, не сильно нравилось, но подход Миньярда к объяснению темы ему нравился. Когда Нату снились кошмары, а происходило это регулярно, он приходил к Аарону и оставался у него спать. Он опять же был не против, наоборот, он успокаивал его, гладил по голове. В один из обычных дней Миньярд непонятно откуда принёс учебник второго класса по математике для их занятий. Нат с интересом открыл книгу, а Аарон достал его тетради и ручки. Они сидели над учебником час. Чёртов час. Натаниэль тупо смотрел в него, не понимая, что вообще происходит, а Аарон готов уже был либо орать, либо биться головой о стол. Они сделали с горем пополам одно самое лёгкое задание, застревая на следующем, а это только первый номер. Миньярд не понимал, почему у Нила всё так плохо с математикой, ведь до этого всё было прекрасно. Да и в принципе с учёбой всё было хорошо до появления этого злосчастного учебника. Аарон положил голову на руки, которые лежали на столе, тихо бубня в никуда: — Господи, Нил, почему ты в семь лет не знаешь, как вычитать числа... Ответ на его риторический вопрос пришёл тут же. — Мне не семь, а шесть, — Нат не интересовался, что у него было в документах, полностью доверяя это матери. Аарон резко поднялся, вопросительно смотря на Нила. А Джостен смотрел на него как на больного. — То есть... стоп. Как шесть? У тебя в документах было написано семь... На это Нат неопределённо пожал плечами с довольным лицом, ему нравилось недоумение Аарона, и отвернулся обратно к учебнику. С того дня они занимались по книгам для первого класса, а вопросы Аарона так и остались без ответа. Но ненадолго.

******

Всё же не может быть так просто? Конечно, так никогда не бывает. Всё хорошее когда-нибудь заканчивается.