Маленькое рыжее происшествие

Следующее собрание начало удивлять с самого начала. Вместе с полным составом Лисов сидел и Нил, тихо примостившись у Аарона под боком. Было видно, что он слегка нервничал, теребя верёвочку от браслета, который сделала ему Рене. На это старались не обращать внимания — всё же в комнате было довольно много людей, да и где были Лисы, там всегда было шумно. Аарон же гладил Нила по голове, немного облегчая его тревогу. За день до собрания Кевин поговорил с Натаниэлем, обсуждая, что можно говорить, а что лучше упустить. В этом непростом разговоре роль говорящего взял на себя Дэй. Веснински сильно волновался не из-за того, что Лисы узнают, кто он, а из-за их реакции. Ему было жутко страшно, как они отреагируют, особенно Аарон. Ему было страшно, что они от него отвернутся. А Дэй, видя всю напряжённость ситуации, тоже начал сомневаться в этом. Но собрание уже вот-вот начнётся, отступать некуда. Главное — правильно преподнести информацию. Как только Ваймак зашёл в комнату, разговоры начали стихать, обращая своё внимание на него. — Начинай, Кевин.

******

Всё начиналось вроде хорошо, но с каждым новым предложением шок в глазах становился всё больше и больше. Многие просто не могли в это поверить. Этот маленький жизнерадостный ребёнок был сыном жестокого убийцы. Всё внимание Ната было обращено на браслет, который он теребил на руке. Он старался не слушать, чтобы эти воспоминания не нахлынули снова, но другое чувство вытеснило это. Чувство глаз на себе. Натаниэль чувствовал на себе взгляды многих глаз, на него смотрели по-разному, и это пугало. Больше всего он боялся презрения и злости на него. Такого напора он не выдерживал. Последней каплей стала замирающая рука в его волосах на словах Кевина: «Нил — сын Натана Веснински». Он так и знал. Теперь отношение к нему изменится. Нат спрыгнул с дивана, чем привлёк ещё больше внимания, быстро уходя, скорее даже убегая на второй этаж. Аарон хотел было ринуться за ним, но его остановили: «Ему нужно побыть одному». Ужасные слова для человека, который беспокоится о другом, но необходимые для того, о ком беспокоятся. Дослушивать рассказ было неприятно. Кевин давал намёки на то, что делал Натан, что было в Эверморе, от этого становилось тошно. У Аарона в голове не укладывалось, как ребёнок смог пережить такое и даже начать жить обычной жизнью, ни о чём не беспокоясь. Как можно было не сойти с ума, когда каждый день перед глазами было насилие? Этот вопрос останется открытым.

******

Следующие несколько дней Ната в жизни Лисов как будто не было, он избегал всех. Это, конечно, было сложно — избегать их в полном доме людей, но почти возможно. Натаниэль запирался у себя в комнате, никого не впуская и сам выходил редко. Аарон пытался выловить его для разговора, на что Натаниэль всегда отвечал попыткой побега в комнату. Миньярду постоянно говорили: «Ему нужно время», «Ему нужно пространство». Его это начинало сводить с ума. Несколько недель он сидел с Нилом, даже не замечая, что привык всегда видеть его в поле зрения, а сейчас можно было только краем глаза увидеть пробежавшую мимо с кухни в комнату рыжую макушку. Так продолжалось ещё два дня, пока Аарон не пришёл в комнату к Нилу, закрывая дверь и опираясь на неё, чтобы тот не вышел. Ему это надоело. Аарон не был намерен уходить отсюда без ответов на вопросы. Джостен словно не видел его, сидел на кровати, крутя в руках тот же браслет. Всё же тихий щелчок двери он услышал. Понимая, что в комнате он не один, оборачиваясь, он замер. Выбора как такового у него не было. Ему самому было плохо — к хорошему быстро привыкаешь. Вот и он привык находиться в социуме, постоянно разговаривать, находиться с кем-то. Быть одному эти два дня было невыносимо. — Нил, — от такого знакомого и родного голоса Нат неосознанно слегка вздрогнул. — Почему ты нас избегаешь? Этот вопрос задавался ему на протяжении нескольких дней, но ответить почему-то было сложно. Натаниэль сжал браслет в руке, опустив взгляд в пол. Он не мог найти подходящих слов, чтобы начать. Он боялся. Миньярд, наблюдая это со стороны, тяжело выдохнул.Парень подошёл к Джостену, садясь перед кроватью, где сидел Нил, на корточки. — Посмотри на меня, пожалуйста... Нат не мог отказать ему. Он слышал в этих словах отчаяние, от этого становилось только больнее. Аарон не должен был так привязываться к ребёнку, не после той правды, но он не мог иначе. Нил не выбирал, где родиться, не выбирал родителей. Миньярд знал по себе, что такое плохая семья: его вместе с братом собственная мать оставила под дверью больницы, а отца он и в помине не знал. Нил не был виноват. Джостен поднял на него взгляд немного красных глаз, в уголках которых скопились слёзы. — Прости меня... — голос не вовремя дрогнул, а в горле встал ком, из-за которого становилось сложнее говорить. — Я знаю, что ты... злишься из-за того, что я не сказал тебе. Предательские слёзы покатились по щекам. Он больше не мог смотреть на Миньярда, предпочитая сверлить взглядом свои руки. — Я... я боялся, что ты больше не будешь со мной разговаривать, что... Аарон неожиданно встал, но вместо всего худшего, что он ожидал, его взяли и... прижали к себе? Миньярд поднял Нила с кровати, прижимая его к себе в объятья, на что Джостен вцепился в него. Ему этого так не хватало. — Ты не виноват, слышишь? Не виноват. Аарон гладил по спине Нила, шепча что-то успокаивающее, пока тот рыдал ему в плечо.

******

Всё вернулось на круги своя. Нил ожидал косых взглядов, шёпота за спиной, но получил вместо этого заботу и поддержку лисов. Нил больше не боялся. Нил был дома. Все относились к нему как к члену их небольшой семьи. А эта тема больше не поднималась в присутствии Нила.

******

За всей этой суетой с новой информацией и решениями, которые Натаниэль принял на эмоциях, никто не заметил, как до Рождества оставались считанные дни. Первым подсуетился Ники, который уже заказал праздничные украшения, подарки и ёлку. Его настрой подхватили некоторые лисы. Натаниэль спускался на второй этаж, сонно потирая глаза рукой. Его разбудил шум с первого этажа, ведь Лисы не умеют себя тихо вести. Уже к концу лестницы Нат заметил пакеты, которые стояли в гостиной. Среди них сидел Ники, разбирая коробку с украшениями, и разговаривал с Рене, которая стояла неподалёку, уже вешая гирлянду на стену. Веснински с интересом наблюдал за ними, выглядывая из-за угла, но не спускаясь до конца. Ему было не сильно понятно, что они делают, но то, что это нравилось Ники, не заметить было нельзя. Остаться незамеченным не получилось. Хеммик утащил Ната украшать комнату сразу, как увидел его, а Веснински, в принципе, и не был против. Ближе к двенадцати дня к ним присоединилась большая часть лисов. Аарон помогал Нилу наряжать ёлку. Дэн с Мэттом уехали за продуктами — конечно, для этого было слишком рано, но пока есть новогоднее настроение, нужно пользоваться. Рене клеила на окна снежинки под чутким контролем Элисон. Ники ушёл упаковывать подарки, попутно украшая второй этаж. Без дела сидели лишь Кевин, Сет и Эндрю. С боем удалось выгнать Дэя и Гордона на улицу чистить снег, когда как Миньярд послал всех, игнорируя поручения. — Аарон, — тихо обратился Нат к парню, вешая очередной шарик на ёлку. — М? — отозвался Миньярд с другой стороны дерева. — А зачем мы всё это делаем? Вопрос висел в воздухе некоторое время, пока Аарон пытался понять его суть. — Потому что через два дня Рождество. — А... понятно... — На несколько минут между ними воцарилась тишина, которую прервал Миньярд. — Не праздновал? — С ответом на вопрос Нат повременил. — Нет, обычно мы приезжали в какие-то красивые дома после Рождества. Там было много людей, как говорила мама, «влиятельных». Со стороны Аарона послышался тяжёлый выдох. Осознание того, что Нил не праздновал адекватно праздники, на секунду перенесло его в своё детство. Он тоже только с недавнего времени начал праздновать Рождество как все нормальные люди. И всё благодаря Ники, который взял над ними опекунство, а позже они втроём присоединились к Лисам. Теперь их празднования выглядели как сбор небольшой, но дружной семьёй. — Тебе понравится этот праздник, обещаю.

******

Этот праздник и правда ему понравился. Вся эта новогодняя суета и украшения вводили Натаниэля в восторг. Украшенная ёлка светилась разными цветами, за чем с заворожённостью наблюдал Нат. С кухни уже доносился аппетитный аромат — там готовил весь женский состав лисов и им помогал Ники. Веснински же иногда заходил туда и потихоньку таскал со стола виноград. В общей комнате на большом телевизоре крутили какие-то новогодние фильмы. Когда Нат проходил мимо, попадая на интересный сюжетный поворот, он садился на диван рядом с Сетом, который отлынивал от работы, копаясь в телефоне, и смотрел кусочек фильма, пока он ему не наскучивал. До Рождества оставалось ещё пару часов, и Нат решил прогуляться на втором этаже. Снизу было довольно шумно, от чего постепенно начинала болеть голова, но Веснински на это было всё равно — ему нравилась эта атмосфера. Пока Натаниэль бездумно бродил по этажу в попытках найти, чем заняться, он приметил комнату, в которой бывал нечасто. Комната близнецов. Он посчитал это лучшей идеей, поэтому смело отправился к двери. Нат немного помялся у неё, но всё же постучал. После разрешения он зашёл. Комната была в тёмных, почти чёрных, тонах. Цвет мебели гармонично сочетался с цветом стен. Тут, так же как и в комнате Ники, были две кровати, которые находились друг напротив друга. На стороне Аарона был небольшой стеллаж с книгами, которого не было на стороне другого близнеца. У Эндрю, казалось, было всё более минималистично: над кроватью висела полка, а вместо стеллажа у него стояла дополнительная тумбочка. Один из хозяев комнаты сидел на подоконнике, спиной опираясь на стену. Он свесил одну ногу, тогда как другая была согнута к себе. Эндрю не обратил внимания на ребёнка, который расхаживал у него по комнате, — это было уже привычно. Он предпочёл смотреть в книгу, очередной детектив, который взял у Рене. — Аарона здесь нет, — лениво протянул Миньярд, переворачивая страницу. Нат кивнул, в очередной раз задержав взгляд на интерьере комнаты, после чего уверенно пошёл к Эндрю. Только когда Нил положил маленькую коробочку перед ним, Миньярд поднял на него взгляд. — Что это? — Подарок. Такой ответ заставил на секунду задуматься. Эндрю переводил взгляд с коробочки на Нила, на лице которого была искренняя улыбка. Миньярд приподнял одну бровь, с лёгким прищуром смотря на Джостена. — Зачем? — Мне Ники сказал, что на Рождество принято дарить подарки... — Нат завёл руки за спину и, пока говорил, слегка покачивался вперёд-назад с пятки на носок. — Иии вот. Натаниэль указал головой на коробочку. Эндрю окинул взглядом ребёнка. Ники всё-таки смог нацепить на него рождественский свитер, а в волосах у него были белые заколки в виде звёздочек, такие он видел у Рене. Миньярду хотелось побыстрее избавиться от этого выжидающего взгляда, поэтому он отложил книгу, не забывая положить между страниц закладку. Эндрю взял коробочку и, перед тем как открыть, покрутил её в руках, осматривая. Обычная тёмного цвета коробка, перевязанная чёрной лентой. Внутри оказался простой браслет. Одна половинка была сплетена из чёрных бусин, другая — из белых, а посередине были две буквы «А» и «Н» . Было видно, что его делал ребёнок, это придавало больше шарма этому изделию. Нату было достаточно того, что Эндрю открыл его подарок, а носить его или нет — это уже его дело. Поэтому Натаниэль с довольной улыбкой развернулся и чуть ли не вприпрыжку пошагал к выходу из комнаты. После Рождества Нат не раз замечал этот браслет на руке у Эндрю, чему был несказанно рад. Другим членам команды он подарил такие же, только с теми цветами, с которыми они ассоциируются.

******

25 декабря. 3:45. Несмотря на довольно позднее время, гулянка по случаю Рождества продолжалась. Как будто никто не устал, хотя на ногах все были с самого утра. На фоне играла рождественская музыка. Лисы разделились на небольшие группы: кто-то разговаривал, кто-то играл в игры, кто-то просто отдыхал. На полу сидели Дэн, Мэтт, Элисон и Ники, играли в «правду или действие». Так как Сет был уже в стельку, ему помогли дойти до комнаты и отправили спать. Эндрю давно уже ушёл к себе, прихватив Дэя, который всё не мог оторваться от бутылки. Из трезвых в комнате остались только Рене и Аарон, которые тихо переговаривались между собой. «Кого-то не хватает... Точно, Натаниэль!» Нат же удобно устроился на плече Аарона и почти спал. Такой эмоциональный день его сильно измотал. Но его сон прервал тихий голос: — Нил, мне кажется, там что-то лежит для тебя, — по голосу было понятно, что Уокер улыбается. Нат встал с Аарона, потирая глаза, пытаясь проснуться и понять, что от него хотят. Когда Джостен всё-таки поднял взгляд на Рене, она указала на ёлку. Натаниэль сначала просто смотрел на неё, медленно моргая. Спустя минуту до него дошло, что под ёлкой что-то лежит. Вместе с Нилом к дереву подошёл и Аарон. Ребёнок, ещё не до конца проснувшись, потянулся к коробочке, но не открывая её. Он сначала покрутил её в руках, а после неуверенно посмотрел на Миньярда, как бы спрашивая разрешения. Привычка, от которой пока что не удалось избавиться. Аарон присел рядом с Нилом на пол, одобрительно кивая. Ленточка, которой была обвязана коробка, лежала рядом, а сама коробка была открыта. Натаниэль замер. В ней лежал плюшевый зайчик — длинноухий, серенький, с глазами-бусинками. Он был почти таким же, как и в детстве. Только у того не было уха, и он был весь в заплатках. Ведь отцу не нравилось, что Натаниэль возится с игрушками. Он считал, что Веснински уже большой и ему не нужна эта детская потребность. Поэтому зайку он хранил в секрете, а когда забывал прятать, находил его разорванным. Тогда мама его зашивала и отдавала обратно. Вынырнув из воспоминаний, Нат понял, что всё это время смотрел в коробку, а в ответ на него смотрел зайка. Натаниэль потянулся за ним, замечая, что его пальцы легко подрагивают. Когда они с матерью сбежали, Нат не успел его взять, да и Мэри, скорее всего, не разрешила бы. Зайчик был такой же мягкий, как выглядел. Он прижал его к себе, как бы обнимая. — Спасибо... — тихая благодарность осталась висеть в воздухе. В ответ на это Аарон лишь нежно потрепал его волосы.

******

Дни длились медленно и размеренно. Давайте посмотрим на некоторые из них? Университет давал часто о себе знать, из-за чего большинству лисов приходилось гоняться туда-сюда. А ехать, на минуточку, от дома до города полтора часа в одну сторону. Когда Аарон уезжал, он обычно просил посидеть с Нилом Рене, на что та спокойно соглашалась. Но этот день был исключением. Уокер была занята, а другие собирались в университет. С Ваймаком Джостена не оставить. Поэтому пришлось с горем пополам просить помощи Ники. Тот с радостью согласился, предвкушая их посиделки. На всё это Аарон соглашался скрепя сердце, понимая, что что-то да пойдёт по одному месту. Вечер этого дня шёл так же, как и все другие. Ники носился с Нилом по дому, Аарон сидел с телефоном в гостиной и с кем-то переписывался, где-то на кухне на периферии мелькал Эндрю. В общем, всё как всегда, до одного момента. Пробегая в очередной раз мимо Аарона от Хеммика, Джостен споткнулся, падая на ковёр с громким: — Блять! Кажется, в доме наступила в секунду тишина. Нил уже сидел на полу, непонимающе смотрел то на Ники, то на Аарона. Миньярд повернулся в сторону Ники, и, кажется, на его лице было написано «Беги, сука», потому что Хеммик мгновенно распознал этот взгляд, сбегая с места преступления. Конечно, после убийства Ники Нилу объяснили, что это плохое слово и его лучше не использовать.

******

Аарон не знал, как это началось, и, честно, знать не хотел. Миньярд только пришёл с улицы домой, и ему предстала такая картина. Ему навстречу выбежал Нил, с ног до головы в краске. Было измазано всё: волосы стали с зелёным и жёлтым оттенком, на руках была смесь цветов, похожих на серо-буро-малиновый. Одежда была не лучше: где-то на футболке было нарисовано солнце, где-то просто отпечаток руки, просто разные фигуры и много чего ещё. Более-менее чистым осталось только лицо, и то в некоторых местах там были отпечатки пальцев и просто смазанная краска. Аарон смотрел на это чудо в перьях и понимал, что всё это отмывать ему. А Нил, как назло, ещё и обниматься лез. Что он мог сделать? Отказать ребёнку? Конечно, нет. Теперь белая футболка Аарона была разноцветная. Что ж... Может, не всё так плохо? Главное, что ребёнок счастлив...

******

С самого утра было что-то странное. Аарон, на удивление, в приподнятом настроении активно куда-то собирался. На вопросы, куда, он отвечал кратко: — В город. Пока Миньярд проводил сборы, за ним по пятам бегал Нат, немного мешаясь под ногами. Он находил забавным ходить за Аароном и смотреть, что тот делает. Но хорошее настроение немного опустилось только от одной фразы Ваймака: — Возьми Нила с собой. Нет, не то чтобы Миньярд был против компании Джостена — даже наоборот, рад — но не в этом случае. Нилу же эта идея нравилась, и он с радостью побежал собираться. И этот «случай» был недосвидание. Почему он этого не сказал? Всё просто как дважды два: Эндрю не сильно доволен тем, что он общается с этой девицей. Девушка-то была хорошая, просто брат не доверял ей в полной мере, да и вообще ему об этом знать не обязательно. Элисон, что удачно собралась ехать в торговый центр, подбросила их до города. Еле разбудив Нила, который уснул, как только они выехали на трассу, они направились к парку. С неба небольшими хлопьями падал снег, добавляя атмосферы. Сегодня было теплее, чем обычно, но не настолько, чтобы сугробы начали таять. Солнце лениво освещало дорогу, часто скрываясь за серыми тучами и заставляя блестеть и переливаться снег. Нат шёл за руку с Аароном, который что-то печатал на телефоне. Он ещё не был в этой части города, поэтому ему было интереснее осматривать парк, нежели глядеть на Миньярда. — А куда мы идём? — Встретиться с моей... подругой, — Аарон убрал телефон, отведя чуть смущённый взгляд в сторону. Следующие пять минут, пока они шли до места встречи, Нил заваливал Миньярда вопросами о девушке, выпрашивая буквально всю её подноготную. Страдания Аарона продлились недолго — к ним навстречу шла девушка, которая легко помахала ему. Подойдя поближе, Нат смог рассмотреть её получше. Рыжие волосы девушки почти доходили до талии, они были слегка волнистыми и развевались от ветра. Голубые, как летнее небо, глаза горели огоньком радости, скорее всего, от встречи, а потом и интересом к маленькой персоне за спиной своего «друга». Одета она была в укороченную куртку цвета топлёного молока с обёрнутым вокруг шеи белым шарфом в бежевую клетку. Светло-синие джинсы хорошо сидели на её фигуре, на ногах у неё были угги бежевого цвета. Помимо светлой сумки с красными надписями, которая была одета через плечо, у неё были надеты тёплые наушники. — Привет, Кейт, прости, что так неожиданно... — начал было оправдываться Аарон, но, не заметив раздражения в глазах девушки, продолжил: — Я не мог его не взять. Маккензи кивнула, её губы расплылись в нежной улыбке. В качестве приветствия они обнялись, после чего девушка присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с ребёнком. — Привет, я Кейтлин, а тебя как зовут? — сказала Маккензи с искренней улыбкой, протягивая руку. Натаниэль немного поколебался, переводя взгляд с её руки на лицо, потом на Аарона, и всё же вложил свою руку в её, слегка сжимая. — Я Нил, — тихо сказал Джостен, отстраняясь. Он спрятался за ногами Миньярда, немного выглядывая. Их обычная прогулка приобрела новые краски. Нил сначала вёл себя немного настороженно и отстранённо, но потом его уже было не остановить. В основном разговаривали Кейтлин и Джостен, а Аарон оставался молчаливым зрителем, который отвечал на вопросы, когда его спрашивали, но не сильно влезал в разговор. Когда они дошли до ближайшей детской площадки, Аарон задумался. Он пригласил Кейтлин на «не свидание», но итог был таким: он стоял слегка в стороне, пока его «подруга» играла с Нилом. Должно же быть наоборот, внимание должно быть на нём, а не на ребёнке... Стоп. Он чувствует... ревность? Бред. Парень одёрнул себя: нельзя так ревновать. Нил просто хорошо проводит время, как все обычные дети, играя с... Тут мысли пошли куда-то не туда. Он пригляделся: Кейтлин и Нил были до ужаса похожи — рыжие волосы, голубые глаза. Да, конечно, они немного отличались: волосы Джостена были темнее, скорее медными, а глаза Маккензи были светлее, но всё же... Бредовые мысли дошли до сравнения матери и сына. А если их и судить так, то получается, отцом будет... Щёки Миньярда слегка покраснели, как и кончики ушей. «Надо побольше спать, а то я уже с ума схожу», — думал Аарон, пока из мыслей его не вывели две довольные мордашки, что смотрели на него с нескрываемым весельем.

******

Пока Миньярд стоял и летал в облаках, Кейтлин и Нил времени не теряли: играли в снежки, догонялки и просто развлекались. Вскоре они пришли к общему мнению, что без Аарона скучно, но когда Нил махал ему и звал, парень не отвечал. Маккензи тоже пыталась привлечь его внимание, но, понимая, что это бесполезно, предложила Джостену вовлечь в их игру Аарона очень интересным способом. На что ребёнок с радостью согласился. Они набрали кучу снежков, готовясь пойти в атаку. Казалось, в глазах Миньярда за секунду промелькнуло понимание катастрофичности ситуации, но было уже поздно. Безоружного Аарона закидали снежками и повалили в снег. Пока парень пытался выбраться из сугроба под смех Нила и Кейтлин, его параллельно закидывали снежными снарядами. Блондин уже пожалел, что не надел шапку, за что его в начале прогулки отчитала Маккензи. Его отчитали за то, что он отвлёкся и не уследил за своей «недевушкой» и ребёнком. Как только Аарон вылез из сугроба, он начал атаковать их снежками в ответ. Натаниэль уже не задумывался над тем, что его жизнь стала в разы лучше. Привычки, что преследовали его почти с самого рождения, стали забываться. Он перестал задумываться над тем, не слишком ли громко он себя ведёт, как проявляет свои эмоции, что есть у него в комнате. Он больше не боится неожиданных приходов отца, внезапно открывающихся дверей, резких движений. Ваймак перестал быть угрозой. Нат спокойно мог находиться в одной комнате с ним, разговаривать. Одним из его любимых занятий стало приходить к Дэвиду в кабинет, когда в доме было слишком шумно и хотелось отдохнуть, и рисовать на ненужных бумажках. Мужчина был не против его присутствия, и этого было достаточно для его комфортного нахождения с ним в одном помещении. Жизнь Ната наконец была под его контролем.