Reptilia

The Smiths — Last night I dreamt that somebody loved me

Верилось или нет, но это было. И Антон тонул, таял на этом зубоскальном морозе, практически повиснув на Ромке, который целовал его не менее страстно. Язык к языку, губы к губам, как-то они дошли до сосен с толстым, крепким стволом, к одному из которых Антон оказался так жарко, со знанием дела прижат. Антон не закрывал глаз, будто внимая каждому поцелую, каждому движению языка, каждому выдоху. Рома вдруг оторвался от него, взял Антона за руку и потянул его за собой: — Пойдем. Ко мне, — коротко пояснил он дорогу, и они направились напрямки к ромкиному дому. Антон, с бешено улетающим сердцем двинулся за ним, совсем не чувствуя ног. Зима вдруг показалась совершенной. Законченной. Исполненной желаний и невыразимой любви. До дома Ромки Антон дошел как в бреду, все еще чувствуя теплый захват его ладони. А Ромка держал крепко — будто Антон мог ускользнуть. Хотя куда? Куда? Родителей Ромы, как всегда, не было дома. Он снял куртку, разулся, Антон панически послушно повторил за ним. Рома развернулся к нему без всяких предисловий. И в следующий момент Антон уже был прижат к стене. Поцелуй Ромки был настолько глубоким, что затянуло в паху. Он будто упивался Антоном, будто Антон был алкоголем, высокоградусным и сносящим крышу. Так целуется только Ромка. Не по глотку, осторожному и нежному, а сразу, махом, без преград сшибая язык о язык, о зубы. Антон обвил его руками за шею, теряясь рукой где-то на затылке, пока Рома притягивал его за талию все ближе. Руки уже горячим движением проникли под антонов парадный свитер и ласково выводили узоры на нижней части спины. Антону оставалось только прогибаться. Его же ладони скользнули Ромке на бедра, и Ромка, считав такой сигнал как-то по-своему, подхватил его и заставил ногами обвить талию. В комнату Ромки Антона занесли под поцелуи в скулу, и в щеку, и в губы, и куда только попадал ромин рот. Ромка вдруг поставил Антона на ноги, отстранился и включил магнитофон. — Что делаешь? — поинтересовался Антон, заглядывая ему через плечо. — Ты хотел медляк, разве нет? — Рома начал качаться в такт полившейся из магнитофона мелодии. — Я хотел тебя, — прошептал Антон, не отводя от Ромы взгляда. Рома притянул его за талию. Песня была намного лучше, чем на дискотеке, и Антон удивленно вскинул брови. — Это мама слушает, а я так. Ну, — бессвязно пролепетал Ромка, кладя голову на плечо Антона и делая в танце еще несколько поворотов. Четыре руки скользили в объятиях. — Снимай, — нетерпеливо попросил Ромка, потянув самостоятельно свитер Антона вверх. К большей площади кожи. — Щас-щас, — Антон извернулся в свитере, на миг скрываясь от ромкиных глаз. Свитер оказался на полу. Ромка оглядел его тело. Антон бы хотел сказать «жадным взглядом», но что-то в глазах Ромки было другое. Тоже живое, яркое, но словно неуверенное. — Все в порядке? — спросил взъерошенный после снятия свитера Антон. Белые пряди торчали в разные стороны. Очки отправились на прикроватную тумбу. — Я бы сказал, что все нормально, но мы влипли, братан, — сокрушенно покачал головой Ромка, все еще изучая торс Антона. — Так и будешь стоять? — язвительно спросил Антон, на деле желая лишь одного. Ромка тут же очнулся и одним движением подскочил к Антону. Новый поцелуй выбил почву из-под ног, как — уже — всегда, и сам Антон, не понимая как, оказался на кровати, под Ромкой. Антон медленно расстегивал его рубашку, пока Рома целовал его в шею. Когда рубашка отправилась вслед за свитером, его поцелуи спустились ниже. Достигая края брюк. Антон втянул живот, хотя щекотно не было. Было только нестерпимо… Нестерпимо… Жарко. Рома медленно потянул собачку молнии вниз. Антон помог снять с себя брюки, и Ромка оказался между его ног. Его рука легла на нижнее белье, и из Антона вылетел отчаянный, приятный слуху Ромки стон. — Ром… — выдохнул Антон. — А? — вопросительно уставился на него Ромка. — Ром… — просяще повторил Антон, сам не зная, что несет в такой момент. Ромка моментально приник к нему, усиливая близость. Руки Антона слепо стянули с Ромки его штаны, пока губы никуда не отвлекались. Находя все новые и новые способы захвата чужих. — Я не вполне уверен, как… — вырвалось у Ромки, пока он водил рукой по члену Антона вверх-вниз сквозь белье. — Все ты делаешь верно, — проскулил Антон Ромке в шею, опаляя ее своим горячим, неровным дыханием. Рома медленно, осторожно стянул с Антона белье. Антон в ответ снял его, проходясь рукой по ягодицам. Рома, все так же медленно, взял оба члена в руку и повторил возвратно-поступательные движения. — Полина… не заскучает, — сквозь зубы проговорил Ромка.