Вкус металла

Прошло несколько недель после этого происшествия. ситуация только  усугублялась,что очень сильно подогревало интерес немца.  А тем временем Никита Денисович только и делал что издевался над ново прибывшим подчиненным… Никита сидел за своим огромным письменным столом и создавал новый сценарий как же провести собрание. В его кабинете пахло крепким коньяком и душистыми розами которые стояли в вазе на столе. Сама комната была тускло освещена,бордовые шторы были плотно завешаны , но если говорить честно выглядела очень богато. Настольная лампа редко помигивала с своеобразным треском,а в соседней комнате для встреч шло тихое обсуждение. Вероятно босс был слишком занят написанием сценария ,а возможно сам не изъявил желание поинтересоваться что же происходит. В соседней комнате Адольфом шепотом обсуждал с Кафиком и Марком казнь невинных управляющих. Конечно же вся троица была очень возмущена! Но как же сказать это дону? Вдруг в коридоре послышались легкие шаги по холодному мраморному полу.Цоканье каблуков разливалось по всему коридору.Компания насторожилась. Вдруг послышался робкий стук в дверь. Это была одна из управляющих - Виктория. Девушка с миловидной внешностью, с блестящим строгим взглядом и каре. Девушка сообщила: — Адольф..Вас вызывает босс — строго и с  легким сожелением сказала она — спасибо Виктория! Сейчас подойду..- уверенно ответил Ади, чуть кивнув и идя к выходу. Адольф быстрым шагом подошел к позолоченной двери из темного дуба и настойчиво постучался перед тем как войти Зайдя внутрь без капли беспокойства он спросил: — Здравствуйте, вызывали? — уверенно задал вопрос мужчина  — Адольф..подойди ближе~ — в тоне Никиты звучали ноты похоти и звериного интереса. Адольф подошел ближе и вдруг почувствовал огромную ладонь на своей ягодице которая медленно массировала эту часть тела… — Знаешь…мне кажется ты… что то замышляешь… — медленно произнес Никита продолжая невозмутимо лапать немца — Я то? зачем мне это делать? — голос Адольфа слега дрогнул, но он пытался оставаться спокойным, не сопротивляясь, на лице только слега суженые зрачки выдавали его агрессию и брезгливость. — мне вполне нравится работа… я рад выйти на такой масштаб и-…  Никита резко схватил Ади за галстук, оборвав на полуслове и притянул его к себе. — если узнаю… — Дон крепче сжимает галстук и ягодицу Адольфа — я живьем пропущу каждую твою конечность в бледндере… — угрожающее сказал Никита, его обжигающе теплое дыхание обдало носа бедного немца, а карие глаза босса блеснули недобрым огоньком. — ты же знаешь, как я не люблю предателей… — прошипел Никита — А теперь проваливай пока можешь!  как только парню приказали сматываться, он даже не колеблясь, быстро и ловко выбрался из рук Никиты, вынырнув из комнаты, как из воды на сушу. очень интересный конечно у него «эскпириэнс».                            *** такие ситуации случались все чаще и чаще. Никита звал Адольфа к себе к кабинет, ставил на колени и отчитывал за все, даже самые малейшие оплошности и жаловался на других подчинений, между делом попинывая ногой бедненького Ади. но он все это терпел, сохраняя маску спокойствия и вежливости даже в самых ужасных ситуациях, а немец дома орал в подушку и проклинал всех на родном языке.  бывает даже Адольф просто пересекался с Никитой в коридорах, последний шлепал по попе шокированного немца и уходил с довольным лицом, а дома Ади орал в подушку.  Кафик, Псих и Адольф довольно сблизились за все это время, у них были одни мотивы и они были той еще сладкой троечкой.  в один из дней, когда Кафик пригласила их к себе, что бы обсудить ситуацию и дальнейший план, разговор перешел на тему предательств, а Ади, расслабленный алкоголем все время вставлял. — ну, если Ich bin предадут!… я ваще колени сначала прострелю, а dann и остальное расстреляю!… ну чтоб не болтали много…— говорил Адольф, бывает переходя на родной язык и бурча под нос как дед, когда его уже паковали домой — Dunduriki sehen aus wie Pipidastr, Hurensöhne des mittleren Geschlechts, Laser werden jetzt aus meinen Augen kommen... Ah, was für ein schöner Schmetterling... Ich möchte ein Schmetterling sein...  но бедный мальчик противился, и подбежав к окну, начал кричать в него — Ich will nicht, ich will nicht, ich will hier!! — Ади чуть раскачивался у окна, его белые волосы раздувал холодный ночной ветер, но Марко быстро оттащил от окна немца, как бы он еще не выпал.