Во имя кофе без кофеина и сломанного бискотти

На следующий день, когда Седрик вернулся с обеденного перерыва, он увидел Рона, уже сидящего в тихом уголке перед началом своей смены и читающего конспекты для занятий, как он часто делал в свободное время. Седрик не мог не улыбнуться. Он подождал, пока Рон уберет свои записи и направится в комнату для персонала, чтобы надеть форму, прежде чем подойти к нему. – Твой друг Гарри был вчера, — небрежно заметил Седрик. – Он тот ещё обаяшка. Рон резко обернулся, широко раскрыв глаза, завязки фартука болтались в его руках. – Гарри был здесь?! Что он сказал? Он тебе угрожал? О Боже, пожалуйста, не увольняй меня. Седрик рассмеялся. – Расслабься. Я тебя не увольняю, хотя Гарри бы этого хотел. Он даже сам предлагал платить тебе зарплату, лишь бы ты вернулся в футбольную команду. – О боже, — простонал Рон, проводя руками по лицу. — Он никогда не смирится с тем, что я ушел. Седрик ободряюще похлопал его по плечу. – Это довольно приятно. Может быть, немного пугает, но он, безусловно, очень заботится о тебе и твоем будущем. Но… я должен спросить тебя, Рон. Тебе комфортно здесь работать? Чжоу вернется через две недели – если ты захочешь отменить все три месяца, это совершенно нормально. – Нет, нет, — быстро ответил Рон. — Я хочу продолжать работать. Правда. Эта работа намного лучше, чем работа продавцом в торговом центре. И я просто... я не думаю, что увольнение поможет. Фред и Джордж всё ещё в команде. В следующем семестре они получат бесплатное обучение. Они играют лучше, чем я когда-либо. – Не стоит недооценивать себя. Гарри сказал, что ты лучший вратарь в команде. Рон тихонько рассмеялся. – Гарри так говорит только потому, что терпеть не может Малфоя. Этот тип — просто заноза в заднице. В этот момент Ханна, работавшая за стойкой, заглянула в комнату для персонала. – Рон, ты дружишь с Гарри? С тем самым Гарри Поттером? С футбольной звездой? Седрик слегка нахмурился. – Ты его знаешь? – Я нет, он здесь никогда не был, — быстро ответила она. – Но моя сестра Олли. Она первокурсница и обожает его. Постоянно рассказывает, какой он невероятный игрок на поле. Он же играет в полузащите, правда? Рон кивнул. – Да. Гарри — гений. Настоящий талант. К тому же, в этом году он поступил по спортивной стипендии. Разговор перешёл к футболу, и Седрик молча слушал, как Рон и Ханна обсуждали игроков, позиции и прошлые матчи. Он не осознавал, насколько Рон был вовлечён в дела команды, прежде чем уйти из неё. Оказывается, Хогвартс был сильным претендентом на предстоящий полуфинал и через пару месяцев встретится с Дурмстрангом, ещё одной элитной университетской командой. Заметив задумчивое молчание Седрика, Рон повернулся к нему. – Извини за Гарри. Я скажу ему, чтобы он не был таким придурком. Он бывает... ну, прямолинейным. Иногда упрямым, как бык. Но он не агрессивен, ничего такого. Просто взбешенный идиот. Седрик фыркнул от смеха, даже не пытаясь скрыть своего веселья. *** Довольно странно было то, что Седрик снова увидел Гарри три дня спустя во время обеда. На этот раз он был не один, а с Гермионой и еще одной девушкой с рыжими волосами и веснушками. Гермиона улыбнулась и помахала Седрику, входя в магазин. Рыжеволосая девушка тоже дружелюбно улыбнулась, а Гарри, идущий следом, никак не отреагировал. – Привет, Седрик. Это Джинни — сестра Рона. А этот… ну, ты с ним уже знаком. Гарри, — довольно многозначительно сказала Гермиона, подвигаясь, чтобы освободить место, и почти силой придвинула Гарри к себе. – Ты же хочешь что-то сказать Седрику, верно? – Я не ребёнок, Гермиона, — проворчал Гарри, всё ещё не глядя как следует на Седрика. Справа от него Джинни не слишком тихонько хихикнула. – Ну? — настаивала Гермиона. Гарри сердито посмотрел на нее, а затем повернулся к Седрику. –Хорошо. Ладно. Приношу свои извинения. За то, что был так груб с вами. И за то, что сказал эти вещи. Седрик легко улыбнулся. – Извинения приняты. Как я уже сказал, я понимаю. – Это не значит, что ты заслужил его ярость, — строго добавила Гермиона. И в тот момент Седрик понял, почему Рон назвал её самым страшным человеком, которого он знал. Гермиона могла должным образом отчитать Гарри и свести его к негодованию и возмущенному фырканию, а не к яростному ответу. Чтобы избавить Гарри от дальнейшего смущения, Седрик протянул руку. – Давай начнём сначала, хорошо? Меня зовут Седрик. Приятно познакомиться, Гарри. Гарри посмотрел на протянутую руку, затем медленно пожал её. – Взаимно, — пробормотал он. Гермиона вздохнула с облегчением, явно ожидая, что Гарри либо откажется, либо скажет что-нибудь ужасное. Седрику их дружба казалась довольно милой. Джинни вмешалась, чтобы спросить, остались ли у них еще суфле и маккиато, и Седрик быстро вернулся к своей роли. Гермиона заказала свой обычный матча-латте с тостом с ветчиной и сыром, затем повернулась к Гарри и спросила, что он хочет заказать. – Я не пью кофеин, — сказал ей Гарри. Седрик осторожно протянул ему планшет с меню. – У нас есть горячий шоколад, молочные коктейли и смузи, если хочешь. Гарри изучал меню так, словно оно было написано на новом языке. После долгой паузы он сказал: – Я возьму декаф. Гермиона удивленно посмотрела на него. – Ты уверен? Ты никогда не любил кофе в принципе. Гарри бросил на неё сердитый взгляд, затем поднял глаза на Седрика. – Уверен. Приняв заказы и получив чеки, Гермиона проводила Гарри и Джинни к одному из больших угловых столиков, и они устроились там. Во время обеденного часа пик зашло еще несколько посетителей, поэтому у Седрика не было возможности поговорить с ними снова, когда заказ был готова. Джинни подошла, чтобы взять поднос, коротко улыбнулась и пробормотала – Спасибо, – прежде чем вернуться к их столику. Однако то, что произошло после этого дня, стало неожиданностью, причем в хорошем смысле. Гарри стал чаще заходить в кафе во время смен Рона. Иногда Седрика не было, но потом он слушал рассказы Ханны. Всякий раз, когда Гарри приходил, его всегда сопровождали либо Гермиона, либо Джинни, а иногда и обе, но никогда один. С Гермионой он тихо сидел, позволяя ей заказать его обычный «без кофеина» (на что она почему-то закатила глаза). Он почти не разговаривал, лишь тихо здоровался и уходил. Когда Рон был рядом, он подходил к столику Гарри и немного с ним болтал. Чаще всего Гарри появлялся с Джинни ближе к вечеру, оба еще в футбольной форме. Позже Седрик узнал, что Джинни также играла в женской команде. Они часто были поглощены серьезными дискуссиями о тактике игры. Однажды Гарри, поглощенный разговором с Джинни, даже не обратил внимания на свой заказ, поэтому, когда ему подали горячий напиток, он сразу же сделал глоток, тут же вздрогнул и уронил его на пол. Горячий напиток разлился по полу. Гарри выругался. Несколько покупателей обернулись, чтобы посмотреть, что случилось. Рон бросился хватать швабру и доставать чашку. – Всё в порядке, дружище. Я разберусь. Смущенно потянувшись, Гарри попытался сам взять швабру, но Рон резко отдернул ее. – Нет, ради бога, садись обратно. Я почти закончил! — сказал Рон скорее раздраженно, чем сердито. Джинни, все еще не притронувшись к своему напитку, изо всех сил старалась не рассмеяться. Никто не обратил внимания на Седрика, пока он не протянул ему новую чашку. – Вот. Я приготовил ещё один. Гарри выглядел еще более опозоренным, его лицо покраснело. – Я за это заплачу. Это я устроил весь этот бардак. – Нет, это за счёт заведения. – Черт возьми, нет! — яростно воскликнул Гарри, роясь в бумажнике в поисках своей карты. – Это была случайность. Ничего страшного!, — твердо заявил Седрик. Гарри выглядел так, будто был готов спорить до бесконечности, но Джинни сама взяла чашку из рук Седрика и толкнула Гарри локтем. – Пойдем. Ты опоздаешь на командную тренировку. – Поблагодарив, она, подтащила его за руку,и вывела из магазина. Позже, в воскресенье. Когда у Седрика был выходной, Ханна сообщила ему, что Гарри заглянул в магазин и помог ей и Невиллу вынести растения из пикапа, чтобы украсить помещение. Он усмехнулся, вспомнив слова Рона о том, каким упрямым может быть Гарри. *** Когда наступил февраль, после закрытия смены Рон спросил Седрика, как приготовить особые коктейли к Дню святого Валентина. Тот не был уверен, как правильно отмерить нужное количество мятного ликера, амаретто и малинового сиропа, чтобы коктейль не получился ужасно сладким. Седрик с радостью остался объяснять ему рецепт, чтобы Рон мог освоить все этапы приготовления. – Как ты всему этому научился? — спросил Рон, перечитывая записанные Седриком на клочке бумаги измерения. Под заголовком: «Красный бархатный латте», «Мокко с белым шоколадом», «Фраппучино с клубничной пенкой». – Аберфорт, — сказал Седрик. — Раньше он работал бариста. Потом, когда его не было, я пытался освоиться сам и составить собственное меню. Ханна и Чжоу тоже очень помогли. Особенно Чжоу, мы начали работать одновременно. Он постучал ручкой по своему почерку. – Тебе не страшно… Мм, управлять магазином в одиночку? — с некоторой неуверенностью спросил Рон. – Сначала да. Но это как-то само собой получилось. Аберфорт не заставлял меня брать это на себя или что-то в этом роде. Я просто взялся ему помочь. Мы до сих пор общаемся почти каждый день по электронной почте. Теперь мне почти не о чем беспокоиться, кроме сортировки поставщиков, пополнения запасов и… ну, самое неприятное — это бухгалтерский учет, — последнее Седрик сказал с натянутой улыбкой. Рон посмотрел на него с изумлением. – Ты такой крутой, чувак. Я бы с ума сошёл, если бы сразу после окончания университета сам управлял бизнесом. И для других людей тоже! А я ведь изучаю финансы! Седрик усмехнулся. Через несколько минут они закончили, и он вернулся к холодильной камере. – Хагрид испек кучу выпечки для дегустации ко Дню святого Валентина. Он хочет, чтобы мы выбрали, какие из них включить в специальное меню. – Он вынес связку печенья разных вкусов, брауни и ярких макарон в трех бумажных пакетах. – Я не могу съесть все это один. Он ещё и спросил, не хочу ли я леденцов и еще кремового пирога в форме сердечек, но мне пришлось его остановить, прежде чем у нас оказался полный холодильник выпечки. Вот, отнеси это своим друзьям. Посмотрите, что вам всем больше всего понравится. Рон выглядел немного ошеломлённым количеством упакованных бумажных пакетов, но поблагодарил его и вышел через заднюю дверь. На следующий день Гермиона зашла в магазин, чтобы поблагодарить Седрика за сладости, и сказала, что ей особенно понравились печенья из клубничной смеси для торта, а Гарри особенно понравились макароны с белым шоколадом. Седрик лишь улыбнулся и сказал, что включит их в меню на следующей неделе. *** В пятницу, в День святого Валентина, в кофейне было, как и ожидалось, многолюдно. Но Седрик не совсем представлял, насколько многолюдно будет… Он недооценил, насколько безумно влюблены люди, и что заставляет их пробовать новые сладости и задерживаться за столиками, выкладывая фотографии с розовыми макаронами и латте «красный бархат» с посыпкой. Чжоу написала ему сообщение во время обеда, пожелав счастливого «дня холостяка», и даже заказала доставку бутылки мартини прямо в магазин. Ее нелепая, но очаровательная шутка по поводу его холостяцкой жизни была почти неловкой и заставила Седрика недоверчиво покачать головой. Он ответил, что она должна ему выходной и что в следующем месяце она возьмет на себя организацию празднования Белого дня. японский, корейский и тайваньский негосударственный праздник, отмечается ежегодно 14 марта, спустя месяц после Дня святого Валентина. В Белый день мужчины дарят женщинам подарки в благодарность за подарки на День святого Валентин Студенты заполнили зал до отказа и продолжали прибывать даже после позднего вечера. Вся выпечка и кондитерские изделия были быстро раскуплены ещё до обеда. Примерно к 3 часам дня у них закончились почти все позиции из специального меню. Седрику пришлось вежливо объяснить выстроившейся очереди у прилавка, что сиропов и сливок для приготовления латте «красный бархат» или фраппе с клубничной пенкой больше нет. Ожидающие покупатели выглядели крайне разочарованными и постепенно покидали магазин. Последней вошла профессор Спраут, заказав свой обычный имбирно-лимонный чай, и ушла с приятной улыбкой, поскольку ее быстро обслужили, так как ажиотаж вокруг Дня святого Валентина утих. Они только начали убирать со столов, когда Седрик повернулся к Ханне и Рону. – Можете идти домой. Нет смысла засиживаться до закрытия. У нас почти закончились кофейные зерна, и завтра утром мне придется первым делом ехать за новыми запасами. – Я могу помочь перепроверить запасы, — предложила Ханна, но Седрик покачал головой. – Всё в порядке, это не займёт много времени. Мне просто нужно быстро отправить электронное письмо в Аберфорту. Я закончу через пол часа. Они неохотно собрали вещи и попрощались, оставив Седрика составлять список дел на завтра: первым делом поехать в Косой переулок (к счастью, у Ханны была утренняя смена); Проверить кассу; Заказать еще пакеты со льдом. Он также отправил электронное письмо Аберфорту, объяснив, что произошло сегодня, и извинившись за то, что не предвидел такого спроса, поскольку все раскупили слишком быстро. Через пятнадцать минут Аберфорт ответил, что не беспокоится — «лучше так, чем иметь грустные пирожные и шоколадные кексы с жидкой начинкой, которые валяются на полках», — написал он. Седрик рассмеялся, до сих пор удивляясь тому, как мало Аберфорта, похоже, заботили деньги. Возможно, это просто братья Дамблдоры выросли в богатой семье и не зацикливались на прибыли. Тем не менее, Седрик хотел отнестись к этой работе серьезно, независимо от того, будут ли владельцы контролировать ее выполнение или нет. К 4 часам дня небо немного потемнело, и в воздухе по-прежнему ощущалась свежая зимняя прохлада. Седрик закончил собирать вещи и направился к входной двери, чтобы принести уличное меню на доске, перевернуть табличку «Закрыто» и запереть дверь, но тут же столкнулся с кем-то и чуть не врезался в него. Он сразу узнал эти растрепанные черные волосы. – Гарри! Привет, как дела?.. – Рон здесь? — запыхавшись, спросил Гарри. Судя по его тяжелому дыханию, он пробежал много миль. Но что действительно застало Седрика врасплох, так это румянец на щеках Гарри, потрескавшиеся губы и то, как сильно позеленели и покрылись синяками костяшки пальцев на его правом. На нем была большая куртка-бомбер поверх командной майки. – Рон ушел час назад. Все быстро раскупили, поэтому я отпустил его и Ханну пораньше. Что происходит? Он тебе нужен? Гарри не ответил сразу. Он провел рукой по волосам, его взгляд был отрешенным и полон ярости. Затем он достал телефон, поморщившись от синяка на руке, и чуть не уронил его, пытаясь напечатать одной рукой. – Он не отвечает на сообщения и звонки. У меня ужасный сигнал… – Он выругался себе под нос, выглядя ещё больше напряженным и взволнованным. – Можешь воспользоваться моим телефоном. Что произошло? – Это не твоё дело, — резко ответил Гарри. Седрик не дрогнул, а застыл на месте. – Теперь это мое дело, раз уж ты появился в моем кафе. Словно осознав, что зашёл слишком далеко, Гарри заметно отшатнулся. – Простите. Я… — он запнулся, — Я… чёрт. Я… мне нужно идти. – Хочешь увидеть Рона? Я могу подвезти тебя до его дома. Гарри покачал головой. – Я только что понял, что сегодня пятница. Рон, возможно, поехал домой в Оттери на поезде. Дорога займет около полутора часов. Просто… Седрик заметил, как на лице Гарри мелькнула тень эмоции, прежде чем тот решил заговорить. – «Я только что ударил Малфоя по лицу, — тихо сказал он. У Седрика перехватило дыхание. – Ох, — это всё, что он смог выдавить из себя. Гарри снова провел рукой по волосам — явно это стало его привычкой, когда он был очень расстроен. – Дело не в этом… не в этом серьезном, но мы подрались. Он начал первым, дразня меня, Фреда и Джорджа, но я был ближе всех к нему, поэтому я первым ударил его. Он пожал плечами, стараясь выглядеть невозмутимым. – У тебя болит рука? Гарри моргнул, словно только что вспомнил о синяке на костяшке пальца. – Всё в порядке. Кость не сломана. Просто несколько царапин. Малфою досталось хуже. Этот мерзавец это заслужил. – Тебя посадят на скамейку запасных в следующем матче? Гарри снова пожал плечами, избегая взгляда Седрика. Затем он вздохнул. – Слушай, мне пора идти… Но Седрик вмешался: – А может, ты пойдешь со мной перекусить? Я как раз собирался заказать пиццу. После такого дня мы могли бы хорошо поужинать. И руку тебе тоже нужно замотать льдом. Он попытался изобразить осторожную улыбку, вроде той, что адресуешь бездомной собаке, неуверенный как она отреагирует на сближение.. А Гарри, с его темными волосами и пронзительным взглядом, очень на нее походил. Седрик едва сдерживал дыхание, пока Гарри смотрел на него, казалось, целую минуту, с суровым и непроницаемым выражением лица, прежде чем наконец тяжело вздохнуть. –.. Давай Седрик сияюще воскликнул: – Отлично! Я знаю хорошее место. Поехали!