Каждый год одно и тоже

             Хлопнула дверь, хотя изначально показалось, что это Кевин бросает мяч. Были слышны шаги, быстрые, словно ребёнок ходит. Но нет, это был новенький брюнет, который вошёл в фойе. Эндрю хотелось просто полежать под гул со стороны стадиона, однако Нил его желания не разделял. Он завёл диалог:               — Не знал, что ты любитель посещать стадионы ночью.              — А я и не люблю. Просто слежу за одним гиперактивным ребёнком, — также негромко ответил Миньярд на подкол Джостена.       До слуха последнего только сейчас донёсся стук мяча, который явно отскакивал от стены. Нил сразу понял, что тот говорит про Кевина.        — Пялишься. Нил дернулся, оторвавшись от своих мыслей и обращая внимание на слова Миньярда.       — Не сыграешь с ним?       — Нет, — коротко ответил Эндрю.       Нил подождал, но продолжения не последовало, и он с сомнением протянул:       — Ты бы мог ему помочь.       — И?       Джостен только смиренно вздохнул.              — Правда за правду. Что тебя связывает с Кевином и почему ты помогаешь ему всё время? — неожиданный вопрос повис в воздухе, точный и неуместный, как скальпель на пикнике. Почему они вместе. Эндрю не закрыл глаза — он прищурился. Это был не жест раздражения, а физическая реакция на необходимость сфокусироваться. Внезапная резкость зрения, отсекающая всё лишнее: пыль в луче света, тень на стене, самого Джостена. Оставался только вопрос, висящий между ними.       Эндрю лишь прищурился и приподнялся с дивана, чтобы сесть. Облизав губы, о чём-то недолго подумав, он начал говорить:        — У нас с ним сделка. Если ты и правда видел и знаешь будущее с помощью своих временных петель, то ты мог видеть, как я яро пытаюсь защищать Кевина от любого, кто попытается причинить ему вред. Особенно от «Воронов», особенно — от Рико, — после своего короткого монолога Эндрю насмешливо прищурил глаза и с иронией задал ответный вопрос:              — Надеюсь, ты в курсе, почему Кевин ушёл от «Воронов», и по какой причине он боится Рико и в целом — возвращаться в Эвермор? — Вопрос отошёл, как прилив, оставив после себя тишину. Но не пустую. Наполненную. Она была тяжёлой, густой от всего несказанного, что повисло между ними после слов «Эвермор» и «Рико».              Эндрю не улыбался. Он глазел. Это был не праздный интерес, а фокусировка объектива. Он видел, как дыхание Джостена на долю секунды перехватило. Как взгляд, что секунду назад был собранным, ушёл внутрь, в какую-то свою, чужую и тёмную память. Как плечи — не ссутулились, нет, это было бы слабостью, — а окаменели, превратившись в каменный блок, готовый принять удар.              «Интересно», — подумал Эндрю, и мысль эта была холодной и чистой, как лезвие. «Что ты там увидел, когда я произнёс это? Не домыслы. Не пересказ Ваймака. А что-то своё. Личное. Что-то, от чего твой живот сейчас пытается вывернуться наизнанку, хотя лицо уже почти соврало, что всё в порядке».              Он ловил эти микродрожи, эти признаки живой, неконтролируемой реакции под маской того, кто «в курсе». «В курсе» — это было одно. Знать на своей шкуре — это совсем другое. И Эндрю видел разницу. Она была в задержке дыхания, которую не скрыть, в напряжении челюсти, которое выдавало желание стиснуть зубы.              « Значит, не просто слышал истории», — продолжал внутренний расчёт. «Значит, нюхал тот же воздух. Чувствовал на себе тот же взгляд. Или, что более вероятно для такого типа, как ты… сам был охотником в тех же тёмных водах. «Отвратительно», говоришь? Ты это знаешь. Не понаслышке.»       Взгляд Нила вернулся. Сбежавшая в прошлое боль была заперта обратно, дверь захлопнута, лицо снова стало читабельным лишь на поверхности. Но Эндрю уже считал все данные. Реакция была слишком мгновенной, слишком физиологической, чтобы быть игрой.       Он медленно откинулся назад, позволяя тени упасть на его лицо. Пауза тянулась, звенела.       — Ты явно знал о том, что я защищаю Кевина. Тогда зачем задал столь бесполезный вопрос?       — Хотел услышать все объяснения от тебя, к тому же, выловил одну полезную для себя информацию. Так что не всё так плохо, — когда Нил чуть разговорился, ему постепенно стало легче, от той чуть ли не начавшейся панической атаки не осталось и следа.       — О, и что же?       — Ну, например, то, что у вас с Кевином была всё это время сделка. О ней я узнал только сейчас и всё это время думал, что вы встречаетесь или типа того. — Как только Эндрю услышал последние слова, он скривился в отвращении и испепеляюще взглянул на Нила, будто он — самый большой идиот на планете (так и есть, но Би точно за это не похвалила бы).       — Ладно, возможно, ты и правда узнал много нового.       Нил только фыркнул. Опять чуть помолчав, он решил задать ещё один идиотский вопрос:       — А что Кевин предложил тебе взамен? Не думаю, что ты благородно решил помочь, ничего не потребовав себе. — Миньярд на это лишь хмыкнул, как бы соглашаясь с мнением Нила:       — Он обещал мне не лгать и, что обязательно, сделать мою жизнь интереснее. — на этих словах Эндрю заинтересованно посмотрел на Нила. Он заметил, что его собеседник даже не успел отреагировать на этот взгляд и слова, как вдруг дверь, ведущая к самому корту, открылась, и там появился Кевин.       Он вывалился оттуда, как выброшенный на берег груз — тяжело дыша, весь в поту и этом знакомом, вечном напряжении. Его глаза, широкие от удивления, метнулись от Джостена к Эндрю и обратно. Не должно было этого быть, — читалось в них ясно. Тишина на стадионе и они вдвоём — это нарушало все неписаные правила.       Забавно. Джостен, как оказалось, в последнее время тоже чувствовал замешательство. Эндрю отметил это про себя, без эмоций. Как факт. Очередной кусочек пазла в портрете новенького: он не был всеведущим. Он тоже спотыкался об эту новую реальность.       Кевин выдержал паузу, короткую, нервную, а затем двинулся к Джостену. Шаги были чёткими, решительными. Не бегством, а сменой позиции. Он встал между Эндрю и его новой загадкой, как живой щит. Или как владелец, забирающий свою игрушку.       Миньярд не шевельнулся. Просто наблюдал. Два сбитых с толку человека, ищущие друг в друге ясности. Один — из страха. Другой — из любопытства, замаскированного под замешательство. Интересная динамика.       — Джостен, а ты что тут забыл?       — Хотел пойти потренироваться, — пожал плечами Нил. Кевин на него взглянул с недоверием:       — Ты-то? Мне казалось, тебе не очень сильно нравится экси.       «Мне он нравится. Просто скучно стало».       Слова Джостена повисли в воздухе с какой-то странной, внутренней трещиной. Эндрю слушал не ушами, а нервами. Тон был ровным, но под ним что-то пульсировало — не злость, не ненависть. Что-то большее. Усталость. Глубокая, костная, не от одной тренировки.       Это не ложь, — констатировал Эндрю. Действительно, не ложь. Но и не вся правда. Правда была спрятана глубже, в том, что осталось за скобками. В этой фразе «осточертел» слышался не каприз, а приговор. Окончательный и бесповоротный. Как будто он пересмотрел одну и ту же пленку тысячу раз.       Дэй и сам смотрел на Джостена с тем же немым вопросом. Они стояли, объединённые непониманием перед этим парнем, который говорил о величайшей игре в их жизни так, будто это школьная рутина.              Дэй и Миньярд странно на него смотрели и Нилу даже стало немного неловко от этих взглядов.       — Ладно, удачи тогда, что-ли, — Кевин развернулся и пошёл в сторону раздевалки, а Эндрю встал с дивана и начал спускаться к своей машине.       Прежде чем уйти, Эндрю бросил на ходу:       — Бывай, — и вышел за дверь, чуть хлопнув ею. Блондин и сам не понимал, зачем он это сделал. Мог ведь просто уйти, в конце концов. Это всё из-за таблеток. Да, точно.       В машине он щелнул зажигалкой, но не закурил. Правда бывает обжигающей или той, которая только дымит. Джостен предлагал какую-то третью.

***

      Эндрю сидел за столом. Перед ним –список нужных вещей в университет. Голова лежала на ладонях, локти упёрлись в стол. За стеной в комнате слышна музыка, смех и голоса счастливые. Свинцовая тяжесть, которая разливалась по мышцам с каждым новым действием в течение дня, теперь не давала возможности и сидеть. Прочитав список ещё раз, он потянулся за ручкой, чтобы отметить уже имеющееся. Поставив галочки в нужных местах, откинулся в кресле. Осталось всего лишь купить форму. Успеет, до учебы ещё целых два дня.              После ужина он быстро принял таблетки и лежал ещё некоторое время в кровати, думая о преддверии учёбы. Интересно, полезен ли будет этот Джостен на тренировках?              Днем. После тренировки.              Тренировка закончилась, оставив после себя тяжесть в плечах из-за клюшки в руках, а в ушах стоял глухой гул от свистка. Эндрю сидел на подоконнике в комнате общежития. Холод стекла приятно проникал в виски, унимая головную боль. Он смотрел на пыль, размышляя. Даже пыль, в отличие от Нила, ведет себя предсказуемо. Спустя пару минут в коридоре раздался грохот. Кажется, это приехал Мэтт, а значит, с ним и этот новенький.              — Чёрт, осторожнее будь! — Послышался голос Бойда. Скорее всего, Нил был в сантиметре от косяка.              Вторжение звука. Сначала он его раздражал, даже тут этот новенький. Но за пару секунд раздражение сменилось любопытством. Что там происходит?       Эндрю спрыгнул с подоконника и приоткрыл дверь, стоя в диапазоне, где его почти не видно. Все действия были видны фрагментами, приходилось то закрывать дверь полностью, чтобы его не было видно, то наоборот сильнее открывать, дабы увидеть Нила было возможным.       Миньярд видел, как Нил отряхнул руки, вероятнее всего, от пыли. Его вид выдавал лёгкую усталость. Эндрю показалось, что это рефлекс скрытия улик, уж слишком он отточен, слишком четкий жест. Хотя кто его знает? Всё может быть…              Эндрю оставил дверь прикрытой, но краем уха услышал предложение Бойда поехать встречать девчонок. Он надеялся, что тот согласится, но в ответ получил только вежливый отказ:              — Спасибо, но мне в магазин нужно, я пешком пройдусь, — ровным тоном ответил Нил.              В комнату вошёл Ники, так ожидаемый Миньярдом.              — Тот новенький.              — Что — новенький? — вопросительно поднял бровь Ники.              — Нужно узнать, что это за тип и почему постоянно таскается со своей сумкой.              — Я не обещаю, конечно… но попытаться могу, — с сомнением ответил на немой приказ Хэммик.              Он вышел из комнаты, закрыв дверь. Довольно удачно вышел, ибо тут же встретил Нила.       Хорошо, что стены будто из картона и слышно почти всё, что происходит в коридоре, а именно — то, как кузен старается мило разговорить Джостена, но у того ничего не получается.              — Не знаю, вроде нормальный, — сухо ответил Нил, видимо, не особо заинтересованный в диалоге с Ники. Миньярд прослушал вопрос от Хэммика, но он не думал, что там было что-то важное.              — Он и есть нормальный! — попытки задержать и узнать его маршрут не увенчались успехом.       Ники вернулся к Эндрю в комнату и доложил всё, что узнал.              — Он сейчас, возможно, идёт в магазин. Без сумки, комната заперта. Вероятнее всего, она там, и Нил её куда-нибудь затолкал. — Ники явно сомневался в этой авантюре, но ничего не говорил на этот счёт.              — Ага, спасибо за информацию. Дальше я сам.       Эндрю махнул рукой, мол, свободен. Сам направился к комнате Джостена. Та, что логично, была заперта. Надо же, какой осторожный кролик. Миньярд тихо хихикнул. Чёртовы таблетки. Эндрю сел на корточки, чтобы легче было взломать дверь. Прежде чем это сделать, он убедился, что в комнате никого нет, прошёл внутрь. Быстро обыскал шкаф, но, так и ничего не найдя, Миньярд резво обвёл комнату взглядом и заметил приоткрытый шкафчик тумбы. Оттуда виден ремень спортивной сумки, которая часто бывала в руках у Нила.              Блондин подполз к ней, открыв дверцу, и сумка вывалилась. Синий цвет, кажется, любимый у Джостена. Вытащив, быстро открыв, он не обнаружил ничего примечательного. Просто какие старые тряпки, которые когда-то были одеждой. Эндрю стал осторожно выкладывать вещи, запоминая при этом точное их расположение. Выложив все вещи, он не обнаружил чего-то странного, и это явно вызывало подозрения, но тут взгляд зацепился на непримечательную чёрную папку, которая лежала на дне сумки. Вытащив её, Эндрю увидел множество вырезок с упоминанием Рико и Кевина. И не на одну страницу, а от корки до корки. Эта папка напоминала сборник фанатика экси, что очень настораживало Эндрю. Пролистнув чуть дальше, игнорируя фанатичные вырезки о Кевине с Рико, он обнаружил множество чеков на довольно круглую сумму денег. Тут, на первый взгляд, целое состояние. Доллары, евро, юани. Каких валют здесь только не было.       Неужели Нил шпион, подосланный Рико, для того чтобы запугать Дэя и вернуть обратно в Эвермор? Дойдя до конца этой папки, Эндрю заметил множество заметок, которые сложно было разобрать, ибо, наверное, это писали в спешке: «на случай нового переезда, поддельные документы», «место, где отец не найдёт». Номера, адреса и подобное, что обычно пишут при побеге.       Он тут же вспомнил, что рылся в чужих вещах. Эндрю собрал всё в том же порядке, в котором лежали вещи, и, уложив сумку в тумбочку, не оставив ремешок в изначальном положении, но папку оставил сверху, для наглядной подсказки.       Возможно, ошибка, а, возможно, с помощью этой забытой детали они узнают друг друга получше. Эндрю снова хихикнул себе под нос.              

***

             Эндрю слышал, как кто-то вошёл в комнату рядом. Значит, Нил уже вернулся. Миньярд неторопливо закуривал сигарету, ждя, когда новенький заметит изменения.       И тут дверь начала издавать странные звуки, будто её взламывают. Эндрю начал медленно ухмыляться: действие таблеток выветривается, так как в последний раз он принимал их только утром.       Аарон отвлёкся от изучения расписания, Кевин что-то смотрел в телефоне, но была видна его настороженность.       В раскрывшуюся дверь, как и предполагал Эндрю, влетел Нил. Не успел он ещё ничего сказать, как его тут же прервал Аарон:              — Какого хрена, дверь была вообще-то заперта! — он повернулся к Кевину для подтверждения его высказывания и, получив утвердительный кивок, хотел было продолжить свою тираду, однако Нил оказался быстрее:              — Мои вещи переместились. Они лежали не так, как после моего ухода, — в комнате после его слов повисла напряжённая тишина.       Эндрю спрыгнул с окна и направился точно к нему. Рука легла на его спину, и он вывел его из комнаты, направляя к его комнате, где Бойда ещё не было.       — Да, я там был. Страшно находиться в одном общежитии с тем, кого толком не знаешь. Я искал документы, но не нашёл их, что интересно. Ты говорил — «правда за правду». Твоя очередь, — он указал на сумку, которая выглядывала из тумбы.              — Раз так, тогда задавай.              — Откуда столько денег? Нет, неправильно выразился. Не «сколько?», а откуда. Источник.              — От матери, копил. И некоторые связи. — На удивление, Нил спокоен, словно они обсуждали погоду.              — Что за… контакты в папке? — недоверчиво спросил Эндрю, прислоняясь к двери.              — Это связи на случай, если захочу уехать за границу, а документов нужных нет. Эти люди помогут в оформлении за день. — Нил скрестил руки перед собой.              — Почему ты здесь, если у тебя есть… это? — Эндрю начинает сомневаться, реальность ли всё вокруг или перед ним галлюцинация.              — Я здесь, чтобы играть в экси. Как и все. Иногда для этого нужны деньги и связи, чтобы тебя не убили до начала сезона.              — Чего? — Эндрю нахмурился, ничего не понимая.              — Меня ищет отец. Я и мать сбежали от него, когда я был маленьким. Мать в каждом уголке мира нашла связи. Насчёт денег, документов… и других факторов, которые считала важными для меня, если умрет. Она умерла давно, но каждый раз в начале петли возвращаюсь именно на тот пляж, где она сгорела заживо. — Закончив монолог, Нил сел на кровать.              Эндрю всё так же стоял, прислонившись к стене. Нил говорил правду, и, как ни странно, он верил ему. Хоть он многое недоговаривает, но об этом стоит спросить позже. А сейчас надо было переварить услышанное.              — Мне надо переварить, поговорим позже, — сказав свои мысли вслух, Миньярд удалился из комнаты.              Сейчас Эндрю не хотел видеть своих идиотов, поэтому он пошёл на свое привычное место, где мог спокойно обдумать всё. Он понял, что Джостен рассказал ему свою правду. Тот, кто способен на подобное — явно не враг. Эндрю снова достал пачку сигарет, но так и не воспользовался по назначению, а просто крутил в руках.       Вернувшись в комнату, он заметил, что все на месте. Аарон всё так же читает свои конспекты по анатомии, Кевин перешёл с телефона на ноутбук и просматривает на повторе прошлый матч Троянцев, а Ники переписывается с кем-то в телефоне. Все обратили на него внимание.              — Не трогайте его, — всего три слова, но все поняли, про что он говорит, и кивнули. Между ними произошёл безмолвный контакт.              — В следующую пятницу мы берём Нила с собой в Колумбию.       Трое парней недоумённо переглянулись между с собой, но возражать никто не стал.