Их свет обратится в пепел

Люцифер Морнингстар шагал по пустынным коридорам отеля с видом полководца, обречённого проиграть войну. Его мысли кружились вокруг печатей, чернильных рыцарей, паразитов и надвигающейся Тьмы, от которой, казалось, нет спасения. Будущее висело перед ним мрачным, непроглядным полотном. - Охранять райский сад было проще, — мрачно пробормотал он, разглядывая трещину в потолочной лепнине, которую, очевидно, оставила Вэгги. — Там хоть змей был один, предсказуемый, а тут... целый зоопарк проблем, и все с персональными трагедиями и склонностью к хаосу. Он машинально свернул в коридор в гостевую, где на стене висел ряд картин — в основном его собственные экспрессивные и слегка психоделические полотна. И тут его взгляд, скользя по холстам и наткнулся на нечто. Он замер. Моргнул и прищурился. Рядом с милым портретом Чарли в детстве и идиллическим изображением его с Лилит в дворце висела новая картина. Стилистически она идеально вписывалась в его манеру — яркие мазки, сияющие цвета. Сюжетно же это был акт чистейшего вандализма. На картине была изображена семья: он сам, улыбающийся как сумасшедший, Чарли, сияющая между родителями, Лилит, нежно смотрящая на дочь... и Аластор?. Радиодемон стоял по правую руку от Чарли, в своей лучшей форме, с рукой, почти заботливо положенной на её плечо, а его широкая ухмылка была самой что ни на есть отеческой. Название, выведенное золотыми буквами внизу, гласило: Семейный пикник Морнингстаров и дяди Ала. У Люцифера на секунду перехватило дыхание. В глазах помутнело от вспышки чистейшего, небесного гнева. - Что... что это за хрень?! — его голос, обычно певучий, проскрежетал, как дверь в сыром подвале. - Ах, вы обратили внимание! — раздался бархатный, статичный голос прямо у него за спиной. Люцифер резко обернулся. Аластор, как будто материализовавшись из самой тени рамы, стоял, изящно облокотившись на свой микрофон-трость. Его улыбка была шире, чем когда-либо, и сияла неподдельным удовольствием. - Я позволил себе небольшое... художественное улучшение. Добавил недостающую часть головоломки, так сказать. Для атмосферы семейного единства. Не находите, что это добавляет шарма? Люцифер трясся. Вокруг его цилиндра и кончиков пальцев заплясали золотые искры опасной магии. Из его головы выпасли демонические рога. - Ты... ты тварь бесстыдная, ползучий, радиофицированный сорняк! — зашипел он, забыв о всяком королевском достоинстве. — Я найду способ! Клянусь моими бывшими крыльями, я найду лазейку, щель в правилах, я выверну твою статичную душу наизнанку и использую твою антенну как зубочистку! Убью! Прекращу твоё вещание навсегда! Аластор лишь приподнял бровь, слушая этот взрыв с почти научным интересом. - Какой темперамент, ваше павшее величество. И такой... беспомощный. — Он сделал паузу, наслаждаясь моментом. — Правила есть правила. Вы не можете убивать грешников. Вы можете только... раздражаться. Что вы, собственно, и делаете с таким блеском. Это было великолепное шоу. До скорого, дорогуша. И прежде чем Люцифер успел швырнуть в него бомбочкой из магических уток, Аластор растворился в тени, от него осталось лишь тихое потрескивание и эхо насмешливого смеха. Люцифер стоял, тяжело дыша. Он уставился на картину. На эту идиотскую, самодовольную ухмылку, вписанную в его семейную историю. Собрав всю волю в кулак, он щёлкнул пальцами. Магия вспыхнула, и изображение Аластора на холсте начало таять, как слизь на солнце, оставив после себя лишь пустую лужайку, где теперь стоял маленький, одинокий, но торжествующий нарисованный утёнок. - Придурок, — выдохнул Люцифер, уже скорее устало, чем гневно. Он поправил цилиндр, смахнул несуществующую пыль с лацкана и, бросив последний уничтожающий взгляд на место, где был Аластор, двинулся дальше. Но походка его уже не была столь полной предгрозового величия. Теперь в ней читалось лёгкое, едва уловимое раздражение кота, на которого капнули водой. Он вышел в холл, где мирно дремала на стойке администратора Кики. - Хотя бы ты меня понимаешь, — пробормотал он, почёсывая кошку за ухом. Кики мурлыкнула в ответ, и мир на секунду снова обрёл равновесие. До следующей выходки радио-демона.

***

Выход из гнетущей, но тёплой атмосферы отеля в неоновый хаос Пентаграммы всегда был контрастом. Но сегодня этот переход ощущался особенно остро. Балдуин, чья массивная чернильная фигура теперь была облачена в простую, тёмную одежду от старой подруги Рози, выглядел как древний монах, забредший в цифровые джунгли. На его плече, как яркий, ядовитый попугай, восседала Черри Бомб, разминая челюсть очередной порцией жевательной резинки. Цель их путешествия — Башня Вокстэк. Повод — официальное приглашение от самого теледемона с требованием выплаты штрафа за разгром студии Валентино и освобождение душ. Письмо было вежливым, но каждый чувствовал за ним стальные зубы. - Эй, Железная Башка, — фыркнула Черри, упираясь локтем в его шлем. - Твоя голова неудобная. Как мне сидеть? Беззвучный вздох, похожий на шелест углей, вырвался из пасти-разлома Балдуина. - Убери локоть. Ты не флюгер. - Фу, зануда, — Черри с преувеличенной обидой отстранилась, скрестив руки. Балдуин шёл молча ещё пару минут, его тусклый взгляд скользил по мерцающим рекламам. Наконец, он заговорил, его голос, доносившийся телепатически, был низким и ровным, как гул колокола под землёй. - Спасибо. За то, что вступилась перед Вэгги. Она права в своём недоверии, но твоя поддержка... была неожиданной. Черри удивилась, потом хмыкнула. - Да ладно. Я привыкла уже вытаскивать мужиков из дерьма, — она бросила взгляд куда-то вдаль, явно вспоминая Энджела Даста. — Ты просто очередной проблемный проект. Балдуин лишь кивнул, и в его согласии была целая бездна понимания. - Она боится. И правильно делает. — На этом разговор иссяк. Черри, однако, не могла долго молчать. - Знаешь, а без этих твоих колючих доспехов на плече сидеть куда удобнее. Мягче что ли. - Я тебе не повозка, — пророкотал Балдуин, и чернильная субстанция под одеждой на мгновение заволновалась. - А ходишь как повозка с квадратными колёсами, — парировала Черри. — Медленный ты. - Без брони... я легче. Быстрее. — В его голосе промелькнула тень чего-то, почти похожего на вызов. Глаз Черри Бомб сверкнул азартом. - Да ну? Проверим! На перегонки до башни! Кто первый — тот загадывает желание проигравшему! Балдуин замер на шаг. Его стальной разум в внутри шлема мигнул. Он медленно, с достоинством, повернул к ней голову и протянул огромную руку в простой перчатке. Черри, хищно ухмыльнувшись, пожала её. - На счёт три! Раз... Два... ТРИ! Черри, уверенная в победе, нарочно дала ему фору. И обомлела. Чернильная форма Балдуина не побежала — она закипела. Он рванул вперёд не рывками, а мощным, невероятно быстрым, плавным скольжением, будто тень, несущаяся по земле. Его массивность обернулась не весом, а инерцией неудержимой силы. - Эй, это читерство! — крикнула Черри и, выплюнув жвачку, рванула вперёд, используя крыши и вывески как трамплины. Она мчалась, как розовая молния, уверенная, что обогнала этого неповоротливого гиганта. Достигнув площади у Башни Вокстэк, она огляделась, запыхавшаяся, но торжествующая. Его нигде не было. - Старый колосс, куда ты там... — начала она, как вдруг услышала разговор двух грешниц. - ...огромный, весь чёрный, с рогами вниз! Сидит на скамейке, как статуя, и не шелохнётся! — послышалось от двух грешниц, прошедших мимо Черри. - Где вы его видели? — перебила их Черри. Одна из них мотнула головой в сторону небольшого сквера с неоновой растительностью. Там, на скамейке, действительно сидел Балдуин. Он не дышал, не двигался — просто был частью пейзажа, будто просидел там целую вечность. Черри подошла, надувшись от досады. Балдуин, словно почувствовав её присутствие, плавно поднялся. - Ты должна одно желание, — напомнил он, и в его телепатическом голосе читалась нотка удовлетворения. - Заткнись, — буркнула Черри, и они молча двинулись к входу. Внутри Башни царила нервная, приглушённая суета. Блеск потускнел, экраны мерцали не так уверенно. Ассистент Вокса в очках, нервно похлопывая плавником, поинтересовался, где же Принцесса Чарли. Черри язвительно подтвердила, что они пришли вместо неё. Балдуина это раздражало. Он не стал тратить силы на слова. Просто топнул. Один раз. Пол дрогнул, стены затрещали, с потолка посыпалась пыль. Ассистент, побледнев, что для рыбы было достижением, тут же проводил их наверх. Кабинет Вокса был царством синего неона, стекла и плавающих за ним робо-акул. Сам телеголовый магнат сидел за массивным столом. За его спиной в огромном аквариуме плавал его любимец, Шоквейв. На диване сбоку, томно покуривая, развалился Валентино. - Гости от отеля Хазбин! — пропел Вокс, но его улыбка стала шире и неприятнее. — Мы ждали, конечно, саму Принцессу... Неужели она испугалась? Черри вспыхнула, но Балдуин положил тяжёлую руку ей на плечо, заставив замолчать. - Это был мой выбор. Моя воля, — прозвучало прямо в сознании Вокса и Валентино. Взгляд темного гиганта упёрся в мотылька, который невольно сглотнул. — Я пощадил хозяина того здания. На этот раз. Вокс восстановил пафос. - Понимаю, понимаю! Геройский поступок! Но, увы, ущерб... требует компенсации. Штраф. Иначе нам придётся принять... крайние меры. Балдуин медленно кивнул. Рядом с ним на полу разверзлось небольшое чернильное пятно, и из него с тяжёлым стуком выпало несколько огромных, туго набитых мешков. Он взял один золотой слиток — размером с голову Валентино — и бросил его на стеклянный стол Вокса. Треснувшая с громким хрустом столешница задрожала. - Этого хватит? — спросил Балдуин. Вокс, стараясь сохранить лицо, но с явной жадностью в глазах, закивал. - О, более чем! Целиком и полностью! Он протянул руку для делового рукопожатия. Балдуин взял её. И не отпускал. — Но есть ещё одна проблема, — прозвучало в тишине. Вокс замер. Валентино насторожился. - О чём... речь? Не отпуская руки Вокса, Балдуин медленно повернул голову к выходу. Там, прижавшись к косяку, стояла Черри Бомб с одним из мешков за спиной, пытавшаяся стать невидимкой. Выражения на лицах Вокса и Валентино стали бесценными. о_@ 0_0 - Положи. Назад, — тихо, но не допуская возражений, приказал Балдуин. Черри закатив глаз, швырнула мешок обратно в кучу других и с театральным вздохом вышла в коридор. Балдуин разжал, наконец, руку Вокса. - Вам повезло, что вами занимается Принцесса, — его мысленный голос был холоднее глубинного льда. — Иначе это место было бы грудами щебня, а вы — пятнами на стенах. Он развернулся и вышел, не удостоив их больше словами. В кабинете воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь треском стекла стола. - ...Ладно я не ожидал, что он... такой, — наконец выдохнул Вокс. - Теперь ты понимаешь? — прошипел Валентино, туша дрожащей рукой сигарету. — И это он ещё без своих доспехов... На улице разъярённая Черри ждала его, топча неоновую траву. - Зачем ты меня спалил, идиот? Хоть один мешок бы остался! - Ты опозорила миссию. Ведёшь себя как невоспитанное дитя, — невозмутимо ответил Балдуин, направляясь к отелю. Черри показала ему средний палец, сунула в рот новую жвачку. - Ты мне не отец, чтоб меня воспитывать мудила! - Я знаю, — был лишь ответ. Они шли молча. Потом Балдуин, не глядя на неё, чуть согнул колени и опустил плечо. Черри, после секундного замешательства, молча запрыгнула на своё место. - У меня, вообще-то, есть парень, — провозгласила она, больше из принципа. - Знаю, — отозвался Балдуин. - Откуда? — удивилась Черри. - Я вижу, кто в чью сторону смотрит. Чувствую... привязанности. Старая привычка. — В его голосе мелькнула тень чего-то древнего, проницательного. Интерес Черри вспыхнул мгновенно. - Ого! Ну-ка, ну-ка, рассказывай! Кто там у нас на кого тайно западает? Вот Чарли... или эта ангелок Эмили? А Аластор? О, а что насчёт этого упрямого оленя? Он вообще на что-то способен, кроме злорадства? Балдуин лишь издал низкий, похожий на отдалённый гром, звук, который мог быть смешком, и продолжил шагать, отвечая на её вопросы в спокойной манере, но уже без прежней горечи. Возвращались они уже не как случайные союзники, а как странная, но уже состоявшаяся команда.

***

Тишина в холле отеля была звенящей и хрупкой, как перегруженная струна. Чарли Морнингстар бесцельно перекладывала бумаги на стойке администратора, её пальцы слегка дрожали. Мысли метались между холодной, расчетливой угрозой в лице вернувшегося Вокса, его официальным, ядовитым письмом и не менее тяжелым разговором с Энджелом Дастом. Энджел был благодарен за освобождение, но его глаза все еще хранили отблеск страха, и эта тень больно резала Чарли по сердцу. Она чувствовала себя так, будто пытается удержать хрустальный шар на острие иглы, и вот-вот всё рухнет. И в этот момент напряжённой тишины двери отеля с грохотом распахнулись. В проёме, залитые неоновым светом с улицы, стояли Балдуин и Черри Бомб. И они... смеялись. Вернее, Черри хохотала, размахивая руками и что-то рассказывая, а Балдуин, склонив к ней свою шлемообразную голову, издавал тот самый низкий, гулкий, похожий на отдаленный гром звук, который был его смехом. Этот непривычный, почти бытовой звук был настолько не вяжущимся с тревогой Чарли, что она на секунду застыла. - Балдуин! Черри! — выдохнула она, стремительно подбегая к ним. — Как всё прошло? Что сказал Вокс? Он был... зол? Балдуин выпрямился, его смех смолк. С прирождённой, даже в простой одежде, рыцарской учтивостью он склонил голову в легком поклоне. - Встреча завершена. Условия выполнены. Всё прошло... благополучно. — Он сделал почти незаметную паузу и медленно повернул голову в сторону Черри. — Если не считать незначительных... казусов, связанных с дисциплиной. - Ой да иди ты в жопу, Железный здоровяк! — тут же парировала Черри, скрестив руки. — Никаких казусов не было! - Что-то случилось? — встревожилась Чарли, глядя то на одного, то на другую. - Да ничего! Старикан тут просто читает свои нотации о морали и приличиях, будто я на исповеди! — отмахнулась Черри, закатывая глаз. Балдуин вернул внимание Чарли. - Компенсация выплачена. В полном объёме. Они... удовлетворены. Угроза штрафа снята. Волна такого мощного облегчения накатила на Чарли, что она схватилась за край стойки. На её лицо вернулись краски, а с губ сорвалось искреннее, выстраданное: - Ох, ну слава богу! И именно эта фраза, такая естественная для неё, такая простая, ударила в Балдуина, как раскалённое лезвие. Он весь словно окаменел. Слово Бог, произнесённое с таким облегчением и благодарностью, пронзило его, как давно забытая, но все ещё острая стрела. Оно напомнило о молитвах, которые не были услышаны, о небесах, которые отвернулись, о вере, которая обернулась его плотью и проклятием. Он не сказал больше ни слова. Просто резко развернулся и тяжёлыми, беззвучными шагами направился к лестнице, ведущей в его комнату. Его чернильная субстанция под одеждой на мгновение потеряла чёткость, по ней прошла рябь. - Балдуин? — тихо позвала Чарли, но он уже исчезал в полумраке коридора. Ей стало не по себе. — Что это было? Я что-то не то сказала? Черри тоже наблюдала за его уходом, и её привычно-нахальная гримаса на миг сменилась нахмуренным недоумением. Она что-то хотела сказать, но тут главные двери снова распахнулись. В отель, переплетясь руками и источая ауру абсолютного, злорадного удовлетворения, ввалились Бакстер и Ниффти. Учёный в очках ехидно ухмылялся, а горничная вся сияла от восторга. - О, принцесса! — весело воскликнула Ниффти, завидев Чарли. — Вы только представьте, какое у нас было идеальное свидание! - Научно обоснованное и эстетически завершённое, — добавил Бакстер, поправляя очки. Чарли, всё ещё находясь под впечатлением от странной реакции Балдуина, машинально спросила: - И... что же вы делали? - Мы тестировали мой новый рекомбинантный трансмутационный эликсир на основе фосфоресцирующих водорослей! — с гордостью начал Бакстер. - Он подмешал эту зеленую жижу в соусы всем гостям в том пафосном ресторане! — с восторгом перебила Ниффти. — И через десять минут они все начали превращаться в гигантских, пучеглазых, слизистых... но таких жутко милых монстриков! Один даже съел официанта! Они обменялись взглядом и одновременно издали злобный, счастливый смешок. - Теперь прошу прощения, — сказал Бакстер. — Мне нужно записать наблюдения, пока не стёрлись кратковременные воспоминания субъектов! — И они, хихикая, скрылись в глубине отеля. Чарли смотрела им вслед, и по её лицу медленно расползлась уставшая, но искренняя улыбка. Она вздохнула. - Ну... они хотя бы повеселились. Тишина снова опустилась на холл, но теперь она была не такой давящей. Угроза со стороны Вокса временно отступила. Отель был цел. Её друзья, каждый по-своему, справлялись. Чарли потянулась, почувствовав всю тяжесть дня в костях. Она бросила последний задумчивый взгляд на лестницу, где исчез Балдуин, и на Черри, которая теперь мрачно разминала жвачку, тоже глядя в ту же сторону. - Ладно, — прошептала Чарли себе под нос. — Ещё один день позади. И, по крайней мере, сейчас... всё более-менее хорошо. Она выключила основной свет в холле, оставив гореть только пару ламп, и поплелась в свои покои. За её спиной огромное, причудливое здание отеля погружалось в спасительную ночную тишину, храня в себе целый рой неразрешенных проблем, тайных обид и призраков прошлого, которые терпеливо ждали своего часа. Но этот час был не сейчас. Сейчас был момент передышки, и этого было достаточно.