Их свет обратится в пепел

День в Пентаграмм-сити окрасил небо Ада в унылые, грязно-яркие тона. В башне двух ви царила тишина, более зловещая, чем любой шум. После сокрушительного поражения Вокса этому отелю Хазбин и позорного бегства с поля боя, рейтинги синдиката ви стремительно падали как подкошенные. А затем случился ещё один серьезный удар: налет таинственного темного рыцаря на порностудию Валентино. Беспорядок, разруха, убийства и — что самое болезненное — освобождение всех контрактных душ, включая его главную звезду, Энджела Даста. Валентино, хоть и ставший де-факто новым лидером тонущего корабля, чувствовал себя не капитаном, а скорее крысой в захлопывающейся ловушке. Он сидел в своём кабинете, вернее, лежал на бархатном диване, безвольно держа в руке бокал дорогого, но не приносящего никакого удовольствия вина. Злоба кипела в нём, тлеющая и липкая. Его унизили. Его имущество отняли. И сделал это не Люцифер, не экзорцисты, а какой-то чёрный хмырь в рогатом шлеме, связанный с этой идиотской принцессой и её богоугодным отельчиком. - Чёрт… Вокс… хоть бы он… — прошипел Валентино, отставив бокал. Ему нужен был хоть кто-то, на ком можно сорвать зло, или, в идеале, чей-то работающий мозг. Он направился в кабинет своего «партнёра». Помещение, которое когда-то било в глаза неоновым синим светом, бешеным темпом сводок и эхом нарциссических монологов, теперь было погружено в полумрак и пыль. Экраны мертвы. Стеллажи с наградами казались музейными экспонатами о былом величии. Но Вокса нигде не было. - Сбежал? Слинял, как последняя крыса? — ярость Валентино начала закипать с новой силой. - Ищешь кого-то? — раздался прямо за его спиной ровный, телевизионный голос, лишённый прежней истеричной энергии. Валентино вздрогнул и резко обернулся, готовый выругаться. Перед ним стоял Вокс. Телеголова светилась тусклым, стабильным синим светом. На нём был новый костюм — не ультра-облегающий, как раньше, а более свободный, струящийся, мастерски скрывающий появившуюся мягкость на теле и чуть ссутуленные плечи. В нём была не привычная истеричная активность, а холодная, почти ледяная, сосредоточенность. - Чёрт возьми, Вокси! Не пугай так! — выдохнул Валентино, но в его тоне прозвучало облегчение. — Ты... выглядишь... собранным. Наконец-то решил вернуться в строй? - Привет, Валентино, — Вокс пассивно кивнул, его улыбка на экране была не широкой гримасой, а тонкой, расчётливой чертой. — Рад тебя видеть. Давай зайдём. Нам есть о чём двоем поговорить. Они вошли в опустевший кабинет. Вокс не сел в своё кресло, а прислонился к столу, скрестив руки. - Скажи, Валентино, — начал он, его голос был тихим, но каждое слово падало с весом свинцовой гири. — Ты хочешь отомстить этому проклятому отелю? За то, что они украли твою игрушку? За то, что они посмели нас унизить? - Хочу ли я?! — Валентино вспыхнул, его глаза загорелись алым. — Я хочу размазать эту розовую принцессу, её тупого оленя и этого чёрного рыцаря по стенам! Я хочу... - Силу мы применить не сможем, — Вокс перебил его, подняв руку в перчатке. Жест был не резким, но таким непререкаемым, что Валентино на секунду захлопнул рот. — После их победы над экзорцистами и с Люцифером на их стороне и после нашей… неудачи, прямая конфронтация — это самоубийство. Адская иерархия этого не примет, а мы останемся крайними. Валентино зарычал, но смолчал, видя ледяную ясность в статике Вокса. - Однако, — продолжил Вокс, и его пиксельная улыбка растянулась в знакомую, но теперь куда более опасную ухмылку, — у них есть слабость, о которой их святая добродетель заставляет забывать. Закон. Или, точнее, видимость порядка. Валентино нахмурился, не понимая. - О чём ты? - Твой нападавший, этот «тёмный рыцарь», — Вокс сделал кавычки в воздухе пальцами, — действовал без предупреждения, без санкции, полностью уничтожив частную собственность и нарушив контракты, одобренные самим престолом гордыни. Он напрямую связан с принцессой Шарлоттой. Значит, она несёт полную ответственность за его действия. Мы можем предъявить ей официальный иск о возмещении ущерба. Колоссального ущерба. А учитывая её... наивную природу, она либо попытается загладить вину, отдав нам что-то (или кого-то) ценное, либо публично покажет, что её «искупление» — это лицемерный фарс, когда её собственные люди смеют творить беспредел. Мысль, медленная и тяжелая, как мазут, начала заполнять сознание Валентино. Его злорадная улыбка вернулась, затмив ярость. Он достал длинную сигарету, закурил и выпустил густое облако дыма. - Хах... Значит, сыграем на её доброте? Заманим в ловушку её же собственным чувством долга? Вокс кивнул, его экран заиграл холодными, удовлетворёнными оттенками синего. - Именно. Мы не атакуем их силой. Мы заставим их самих принести нам то, что мы хотим. Начнём бумажную войну. А если они откажутся... что ж, тогда весь Ад увидит, что отель Хазбин — не убежище, а рассадник беззакония. В полумраке кабинета, в облаке сигаретного дыма, двое грешников, отбросившие былые амбиции в сторону ради новой, изощрённой жестокости, обменялись беззвучными, хищными ухмылками. Громкая война окончилась. Начиналась тихая, подлая игра, где оружием были чернила, пергамент и безграничное лицемерие.

***

Вечер в отеле Хазбин обычно был временем умиротворения. Чарли сидела в своём кабинете, откинувшись на спинку кресла, и позволила себе долгий, счастливый выдох. Ещё один хороший день — и он был прекрасным. Эмили, их небесный союзник, была рядом. Грешники делали маленькие, но такие важные шаги вперёд. А возвращение Энджела Даста, свободного и сияющего настоящей, не напускной улыбкой, казалось, наполнило весь отель вибрирующей радостью. Ученный Бакстер позвал горничную Ниффти на свидание по совету Чарли. Всё было... просто идеально. Но вдруг резкая, навязчивая вибрация её телефона на столе разорвала тишину. Инстинктивно, по привычке, зародившейся за долгие годы, Чарли резко подхватила аппарат. Глупая, детская надежда — мама? — вспыхнула и мгновенно рассыпалась в прах. На экране засветился логотип Вокстэк и сухой заголовок: Официальное уведомление от глав синдиката Ви Настроение рухнуло как карточный домик. Пальцы дрожали, когда она открыла письмо. С каждой строчкой, составленной в безупречно ледяных, юридических терминах, её сердце начинало биться чаще, а дыхание становилось коротким и прерывистым. К концу письма в ушах уже гудело. Она вылетела из кабинета, словно её вытолкнул взрыв. - ВЭГГИ… ВЭГГИ… ВЭГГИ! — её голос, обычно такой бодрый, сорвался на визгливый, панический крик. Бывший экзорцист с длинными волосами материализовалась в холле буквально за пару секунд, копье уже был наготове. - Чарли? Что случилось? Ты в порядке? Чарли, не в силах выговорить слова, сунула ей в руки телефон. Вэгги пробежала глазами по тексту, и её единственный глаз начал судорожно дергаться. - Это что блять, гребенная шутка?! — её рёв потряс помещение. — Этот телеголовый урод! Этот самозванец, который сам пытался устроить переворот и спалить Небеса, теперь ВДРУГ озаботился законом?! «Несанкционированное нападение»?! «Уничтожение частной собственности»?! Да я ему... На шум сбежались Черри Бомб и Энджел Даст. - Эй, что за вечеринка гнева? Мы что-то пропустили? — спросила Черри. - Это, детки, не вечеринка, а начало дерьмовой оперы, — прошипела Вэгги и зачитала вслух леденящий душу ультиматум: Вокстэк от имени пострадавшей стороны, а именно Валентино требует либо немедленной уплаты астрономической суммы за причиненный ущерб, либо... возврата имущества — а именно, Энджела Даста в его законные дырки?. Лицо Энджела стало абсолютно белым. Он отшатнулся, как от удара током. - Нет... нет-нет-нет, Чарли, вы же не... - Да ни за что! — Черри бросилась между Энджелом и невидимой угрозой, будто могла защитить его своим телом. Её голос дрожал от ярости. — Мы его на руках отсюда выносить будем, прежде чем отдадим обратно этому розовому ублюдку! Чарли и Вэгги хором поддержали её. Подошёл Хаск, привлечённый криками. - А в чем проблема? Предлагаю простое решение: послать их куда подальше или же просто игнорировать. - Не выйдет, — отрезала Вэгги, ткнув пальцем в экран. — Если мы проигнорируем, он через все каналы раструбит, что наш отель — это банда террористов и лицемеров, которые сами нарушают все правила. Репутация, над которой мы бились, рассыпется в пыль. Более того, он ещё грозит подать иск в суд. Все замерли. - Суд? — переспросила Чарли, растерянно моргая. — В... в Аду есть суд? - Похоже, что формально — да, — пожала плечами Вэгги. — Обычно до этого не доходит, потому что все вопросы решаются силой или деньгами. Но формальности существуют. И Вокс намерен ими воспользоваться. Чарли обхватила голову руками. Деньги... У неё, принцессы, их всегда было в избытке. Но сумма, которую назвал Вокс, была невообразимой. Даже для королевской казны это была бы дыра. И тут в холле появился он. Балдуин. Его тёмная, древняя аура предшествовала ему, как шлейф, даже несмотря на простую одежду. Он почти бесшумно подошёл к группе и, как всегда, склонился в почтительном поклоне перед Чарли. Затем в головах у всех прозвучал его беззвучный, но чёткий телепатический голос: - Ваше величество. В чем причина смятения? Чарли неловко поклонилась в ответ. - О, Балдуин, э-э... добрый вечер... - Причина смятения — ты, остроконечная голова! — рявкнула Вэгги, не церемонясь. — Твой благородный погром в студии теперь аукается нам счётом с шестью нулями! - Я действовал, чтобы спасти невинные души от рабства, — прозвучало в их сознаниях, холодно и бесстрастно. - Невинные? Э-э-э... — начала Черри, но тут же встряла в спор. — И вообще, я ему сказала, что Энджи у Валентино! Я ему всё объяснила! Так что если кто и виноват, так это я! - Ребята, пожалуйста, не ссорьтесь! — взмолилась Чарли, пытаясь встать между ними. — Ссора не поможет! Мне... мне нужно пойти к Воксу. Попробовать договориться, объяснить... - НЕТ. — Вэгги встала перед ней, блокируя путь. Её голос стал твёрдым, как сталь. — Чарли. Дорогая. Он тебя съест. Он заведёт в юридические дебри, накрутит тебя на чувство вины, и ты согласишься на что-то ужасное. Ты не умеешь вести дела с такими... акулами как он. Чарли поникла. Вэгги была права. Её доброта, её вера в лучшее — это её сила и её главная уязвимость. Безысходность, тяжёлая и липкая, накрыла всех. И тогда в тишине раздался новый мысленный голос Балдуина. Спокойный, неоспоримый: - Это моя вина. Мне её и исправлять. Я был слишком... милостив с Валентино. Ошибку можно исправить. От них не останется и следа. В воздухе перед ним сгустилась тьма, приняв форму длинного, отливающего масляной чернотой меча. Холодок от лезвия почувствовали все. - Стой! — крикнула Вэгги, закрыв ему выход своим телом. — Мы не можем! Если мы их просто уничтожим, мы опустимся до их уровня. И Вокс именно этого и ждёт — повода объявить нас настоящими монстрами. Чарли, побледнев, кивнула. - Вэгги права. Насилие — не выход. Балдуин замер. Медленно, меч распался на чёрные клубы дыма и исчез. - Тогда я выполню их требование. Деньги. - А у тебя что есть пара лишних миллионов в кармане? — с издёвкой, скрывающей панику, спросил Энджел. - За несколько столетий... кое-что скопилось, — был простой ответ. И, не сказав более ни слова, Балдуин развернулся и направился к выходу. - Эй, постой железяка! — крикнула Черри. Все обернулись. Она подбежала к великану. — Я с тобой. Не брошу тебя одного в этой финансовой авантюре. Да и... мало ли что. Балдуин остановился, его шлем слегка наклонился в её сторону — явный знак удивления. Через мгновение в головах прозвучало короткое: - Как пожелаешь. - Ура! Команда «Чернила и порох» снова в деле! — радостно выкрикнула Черри и, к всеобщему изумлению и особенно к шоку самого Балдуина, легко запрыгнула ему на плечо, устроившись там, как попугай, и положила локоть на его рогатый шлем. Балдуин немного напрягся, но не стряхнул её. Роль хорошего парня, которую он теперь играл, требовала терпения. Пусть даже такое испытание. Они вышли. Энджел проводил их взглядом и фыркнул: - Ну что ж... похоже, Валу и Воксу сегодня придётся устраивать поминки по своим надеждам на моё возвращение. Чарли же не разделяла его лёгкости. Она прошептала так тихо, что услышала только Вэгги: - Лишь бы от этого всё не стало ещё хуже... Потом она взяла себя в руки и обернулась к Энджелу. - Энджел, можно тебя на минутку? В кабинет. Мне нужно с тобой... обсудить кое-что важное. Энджел удивлённо поднял бровь. - О, серьёзные переговоры с принцессой? Не каждый день такое! - Не бойся, паучок, — пошутила Вэгги, подмигивая. — Наверное, хочет обсудить твою будущую работу по отелю. Или... всё-таки решила отдать тебя Валу в обмен на пару пончиков? Девушки похихикали, а Энджел, с преувеличенным возмущением, показал Вэгги средний палец и с театральным вздохом поплёлся за Чарли. В кабинете Чарли указала ему на стул, сама села напротив. Её лицо было серьёзным, но не суровым — скорее, сосредоточенным и немного печальным. - Присаживайся, пожалуйста. Энджел сел, продолжая играть роль. - Ну, мисс Морнингстар, я весь во внимании. Готов подписать что угодно, кроме возврата в студию. Чарли сложила руки на столе, её взгляд стал прямым и тёплым, но твёрдым. - Энджел... я хочу поговорить с тобой. О твоём грехе. О том, что на самом деле привело тебя сюда.