Клубничное печенье, родившиеся весной

Первая весня 90-ых

Кажется что

Все детство впереди.

А когда встречаешь

особенного человека,

взрослая жизнь уходит,

будто и не было

Когда друзей нет, отвыкаешь от всего. Этому можно поверить, ведь и в правду случались такие моменты. А еще моменты когда ради друга, продливаешь жизнь, полною не удач, даже в мастерски умелых для себя вещей. Может и покажется это все глупостью. Но для всех это реально помощь для всего. И в отражении зеркала, видишь уже не потерянного человека, у которого даже глаза придают подавности в душе, а человека, который улыбается даже чаще не от своих успехах, а даже о успехах свои первых в жизни друзьях. Потерянность в этом мире — самая возможная удача для разлома своей собственной души. *** —Bonjour. C'est bon de vous voir ici.— произнёс мальчик, входящим посетителям. —Сынмина, дорогой. Сколько раз я говорил не общаться с посетителями на французском? Они же тебя не поймут.— выкрикнул от куда то из кассы мужской грубый голос. —Извини пап. Я просто таким образом запоминаю язык. Сынмин почти хорошо жил. У него не кто не когда не умирал, и сам он о таком не думал. Мама и папа были живы. Мать сынмина была швеёй, отец работал в пекарне, сынмин постоянно помогал отцу здесь. Особенно в каникулы, но когда начиналась школа, мальчик редко бывал в пекарне. Но к вечеру приходил помогать закрывать здание отцу. Он был очень мягкосердецным юнцом, всегда всему верил, был очень добрым. Поэтому всегда друзья его кидали, или подставляли, он верил людям, из за этого его родителями было страшно за мальчика. Пытались вырасти из него очень крепкого мужчину, но все было на роком зря. Мальчику было всего 8 лет. Сынмин очень любит свою фамилию— Ким. Ким Сынмин, звучит так красиво. Благодарил родителей что дали ему такое красивое имя. А в школе его задирали за это, и из за улыбку, он им не верил. Всегда думал что имя чудесней всех у него, а улыбка ещё прекрасней. Друзей у него не было. Некогда. Его считали странным мальчиком. Точнее вообще мальчиком не считали, говорили что он как девочка, что бы научился быть крепче и сильнее. Странно но к обзывательствам и усмешкам он относился нормально, как будто все равно ему, на всех этих людей. На дворе все таки 90-ый год, не все дети такие как в его классе. Но уже в 11 лет, мальчик стал понимать на все усмешки про его улыбку. Ему перестала нравится его улыбка. Только из за мальчиков, которые задирали его в классе. Боялся улыбаться когда в школе или на улице. Как раз в 90 году мальчику исполнилось 11 лет, в сентябре. 22 числа. Мальчику хотелось побольше друзей. Но из друзей у него была только рыбка Мико. Которую он очень сильно любил. Рыбка жила в маленьком аквариуме в комнате сынмина, которая была в здании пекарни. Ему очень сильно хотелось завести такого друга, которого он бы не когда не забыл, и дружил бы с ним очень и очень долго. Как же глупо он в это верил. Жили они в самой пекарне, на втором этаже. Только вот мамина мастерская была рядышком. Отца он видел чаще чем мать, но это следовательно понятно. Родителей он не любил, хоть те и подарили ему жизнь, но он считал, что тем настолько на него плевать, что не видят как страдает их собственный сын, который и не знает что такое «друг». Сынмину хоть и нравилась такая жизнь, ему казалось что всё и так хорошо. Хоть и наивный, он понимал что его задирают, но ответить он не мог. Не смог бы. Солнце светило не ярко, ведь и весна была не очень то теплой, снег не до конца ещё растаял. Хрупкие настенные часы, издавали до больно раздрожающий звук тиканья стрелок по каждой секунде. А сынмин не всегда его слышал, лишь сидел в своей комнате, закапываясь в себе, и думая свершенно не о том о чем следовало бы мальчику. сынмин всегда оставляя пекарню открытой, пошёл прогуляться, делать ему было не чего, да и играть просто не с кем. Купив мороженное за 90 копеек, сынмин представил, что ест это же мороженное только с другом, громко смеясь и разговаривая о чём то очень смешном и весёлом. Но жаль, что это всего лишь представление. Он всю жизнь был один, даже играл с сам с собой. Рядом играли мальчишки в футбол, а сынмина не звали, хотя это его однокластники, он просто сидел рядом и ел мороженное, при этом изображая что ему весело и свободно так в одиночестве сидеть. Безрасудно все считают себя лучше других, но так не правильно, только сынмин не мог это доказать. Он изображал что мороженое — это его друг. Так выглядело еще страннее: «странный мальчик из младшей школы, разговаривает с мороженным» так бы и написали в свежей газете, и тогда сынмину будет совсем не до смеха. Сынмин на рассвете уже был на ногах, помогал отцу. В один день весной, к ним пришла странная посетительница с сыном, ну может на год младше сынмина. Девушка была красивой, и даже очень, лицо круглое, с макияжем. Чёрные длинные волосы. А Сынмину показался мальчик более интеремнее женщины, очень даже интереснее, такой был красивый и очень милым. А его улыбка только и делала что светилась, освещая дорогу сынмину. Но женщина не выглядела как доброй. Были в черте лица, некие злые моменты. Мальчику явно, не было весело оставаться наедене с этой женшиной. —Мне это и всё — произнесла женщина, которая не очень на вид разговорчивая, показала на не давно испечённую выпечку. Булочку с корицей. Хозяин пекарни, раскладывая выпечку в пакет, странно посмотрел на то как женщина выглядела, и одним взглядом, призирала всех людей на земле. Девушка взяв наличные из кошелька поднесла к кассе. Сынмин всё смотрел на парня рядом с девушкой —Кстати, вы же та девушка которая переехала к нам в район?—Выкрикнул отец сынмина, когда девушка уже развернулась, чтобы уйти. Девушка развернулась, кивнула головой, а мужчина произнёс: —Меня зовут Ким Ха Сок. Это так, если что, ладно? Мы всё таки рядом живём. Должны имена знать Девушка лишь улыбнулась с презрением, произнёсла: —Ну да, вы правы. Моё имя Ян Дже Ра. Хасок повернулся к сыну. —Сынок, но не вежливо не представлятся. Сынмин резко вздрогнул, будто привиденье увидел. И очень резко поклонившись произнёс: —Здравствуйте! Я Ким Сын Мин! Госпожа Ян, со своим сыном, рассмеялись от смешного сынмина. Смех казался каким то не веселым, но в добавок только паренёк засмеялся искренне и очень мило. Когда сынмин встал прямо, больше не поклоняясь, следом произнёс красивый голос —А меня зовут Ян чонин. Но можно называть просто айеной. — голос был до безумия ласковый и милый. Такой же как и носитель этого голоса. Сынмин посмотрев на мальчика, поймая его взгляд, мальчик сразу же отвернулся. Он хотел с ним сдружиться, но боялся подойти. Теперь он знал его имя, что было легче. Не окажется ли он таким же как все мальчики в классе сынмина? Но он почему то смотря на него, не верил что вообще он может быть таким ужасным. *** На следующий день, был выходной. Поэтому сынмин сидел на скамейке, около пекарни. Ел булочку испеченную его отцом. И наблюдал за детьми играюшими в футбол. Его они с собой не брали. Как всегда. Сынмин просто наблюдал, не чего большее, ведь не кто с ним дружить не хотел. На улице шпарило солнце. Было очень жарко. Но Сынмин даже сидел не чем не укрыв голову от такого жаркого Солнца. Солнце сегодня было жаркое, но с сильными порывами холодного порыва. Закрыв не много глаза, и приподняв голову прямо к яркому Солнцу, Сынмин так и сидел, пока через закрытые глаза не увидел тень, закрывавшую солнце. Мальчик открывая глаза, увидел что это был тот самый вчерашный мальчик, котрого он повстречал в пекарне. —Что тут один сидишь?— спросил у сынмина тот мальчик —Я всегда один— спокойно ответил Ким Мальчик присаживаясь к нему, задал вопрос: — Вот прям всегда один? — он смотрел на мальчика, и приблизив голову ближе к лицу сынмина. — Мм, да. У меня нет друзей. Я не кому не нужен — Смотря мальчику в лицо произнёс сынмин. — Давай я стану твоим другом?! —выкрикнул парнишка, резко вставая на землю Сынмин посмотрел на мальчика, и тот сиял от счастья. Ему казалось что от этого парнишки исходит, яркое, ещё не кому не известное тепло. Будто самое тёплое лето прибежала в весну. Пораньше, не дожидаясь июня. —Другом? А ты умеешь дружить по-настоящему?— Спросил сынмин одновременно вставая с скамейки Мальчик подбежал к сынмину, и взяв за плечи, произнёс: —Конечно! Правда! Я очень хочу дружить с тобой— выкрикнул мальчик смотря другу прямо в глаза. В тот момент Сынмин не мог оторвать от такого жизнерадостного юнца и взгляда. Он был в точности как яркое солнышко и как цветы на поле освешавшими солнцем. — Пошли! — мальчик взял сынмина за руку и они вместе побежали, будто даже не обращая внимания на других людей. Для них были только они. 10-11-ние дети, 90-го года. А была очень теплая весна, весна, поменявщая жизнь мальчиков на много лет. Сынмин не знал куда именно ведёт его друг. Он почему то доверял ему. Доверял? Но они толком не знакомы. Как можно доверять человеку с которым даже только не знаком. Видемо для мира сынмина, это было возможно. Солнечный мальчик наконец то остановился и вместе с ним остановился и сынмин. Остановились они у очень маленького домика. Как будто бы заброшенного и очень старого. Домик этот был в густом лесу, среди него было куча деревьев. Мальчик пошёл в дом ведя за руку за собой сынмина. Но вдруг остановился, и повернувшись к знакомому, произнёс: —Айена— начал он— зови меня так. Мне не нравится мое настоящее имя. — А? Айена? Это имя очень красивое — произнёс сынмин, нежно улыбаясь. — Это псевдоним. Но мне он больше нравиться. — Сынмин улыбнулся ещё сильнее — красивая — А? — не понял сынмин. — Улыбка у тебя красивая. Напоминает улыбку ангела — произнёс йена, спокойно. Сынмин убрал руку друга от своей руки, и на шаг отошёл. — Не правда, это не правда. Улыбка у меня ужасная — вымолвил он, опуская голову вниз. —А вот нет. То что ты сказал, вот это не правда, сынмини. —А? Как назвал? —Не как! Пошли!—айена снова взял парня за руку и потащил внутрь старого дома. Внутри было настолько уютно, что сынмину сразу захотелось остаться здесь на очень долго, не возвращаясь домой. Внутри оказалось не совсем яркое освещение, освещая красивое розовое с оттенком оранжевого, диван, стоящий около стены на левой стороны. Все стены были обвещены то газетами каждого года начиная с 1985 года, то фотками из всяких красивых, и любимых для сынмина, журналов. На стене так же висела красивая гирлянда, которая освещает слабо жёлто-оранжевого цвета. Все полки были обставленны всякими разными комиксами, которые сынмин многие прочитал, а некоторые от скуки даже и перечитывал раз 3 или 5. Рядом с диваном был маленький столик, на котором стоит, дожидаясь хозяина, тарелка с кусочком торта, и рядом стоял чайник, тёплый, был включён примерно часа 2 назад. Люстры не было. Все освещалось маленькой настольной лампой, и той самой слабо работающей гирляндой. Слишком светло не было. Окно было очень красиво обвешано зелёной лианой, живая эта лиана или нет, сынмин не понял. На подоконнике была два красивых растения, в коричневых горшках, один из которых был не вероятно длинн, косаясь пола своими зелёными ветками. Пол был накрыт множествами различных цветных ковров, на каждый из которых были различные яркие узоры, так и подающим взгляд в прямо на них. —Гирлянда совсем обведщала, стала совсем старой — вдруг произнёс айен, когда подошёл к стене где висела гирлянда. —Что прости? — Жаль новой красивой упаковки гирлянды нету, они так вкусно пахнут. —Айен повернулся к своему другу, и очень мило улыбнулся. "А еще говорят что я странный,— вдруг резко подумал сынмин— этот ещё страннее" Позже они присели на диван, айен угостил сынмина тортиком. Они разговоривали, и сынмин понял что не так и много он узнал о айене. Этот домик, было для айена очень ценным. Это был его штаб, место где можно спрятаться от боли и всех проблем. Сынмину он сказал что то же может сюда приходить, то что это единственное место, где тихо и спокойно. Спокойно от всех людей, может и хулиганов. Можно освежиться и забыть всю боль, хотя бы на минуточку. —Ты уверен что этот дом помогает? —спросил друга сынмин —Уверен. Мне он всегда помогает. Такое чувство что я всю жизнь здесь— ответил айен закрывая глаза — Тогда... —начал сынмин — тогда я тоже буду приходить сюда. Если уж, оно так помогает. Айен посмотрел на сынмина, будто бы с грустью, и сожалением. Что было странно для такого спокойного мальчика —Тоже проблемы в семье?— не уверенно и заикаясь произнёс он —Нет. Не в семье. В школе. Друзей нет. Одноклассники шутят над моим именем и моей улыбкой. То что имя какое то дурацкое. А улыбка не красивая, ужасная. — признался сынмин. Айен как бы жалея мальчика, увидев что тот начинает плакать, обнял его, со словами: —Давай, выплесни все слёзы, сразу станет легче, или же выговорись. Станет легче, обещаю. Мальчик выпустив все слёзы и крепко сжимая в обьятиях десяти-летнего парнишку, убедился что стало намного легче. . . . Уже стемнело. Было достаточно темно, и ребята пошли по домам, боясь что их родители совсем потеряют своих детей. Сынмин попрощавшись с айеном направился в пекарню, домой. Всё было хорошо отец с матерью не очень его отчитали, лишь что бы потом предупреждал их если будет куда то уходить. Сынмина отправился в свою комнату, покормив Мико, он улёгся на кровать, и не мог поверить что у него теперь появился друг, с которым ему очень конфортно. Может потому что он странный как и сынмин? Что бы это не было, важно что сынмин теперь не хочет терять такого хорошего друга. *** Начиная снова день с помощи в пекарни, сынмин всё время высматривал паренька с сиянием из нутри которое по-моему видел только сынмин. Но его всё не было. Не уже ли он тоже такой же как и все его бывшие друзья которые только игрались с ним? Хотя нет. Сынмин так не думал. В этом мальчике было что особенное, не такое как у всех других детей, что то новое. Чувства зашкаливают, трудно было определиться. Прыгая туда сюда, выходя из здания, перегладываясь, разглядывая айена, сынмин ждал. Но того все не было. Может у него случилось что? Ну вряд ли, так ведь? Солнечная и очень тёплая погода, услышав сильные переживания сынмина, тут же потухло, и чистое, очень красивое небо вдруг закрыли туман, и темные тучи —Надвигается дождь, посетителей будет меньше— произнёс господин Ким И в правду, после его слов хлынула огромная угрожающая громкая молния, после чего пошёл дождь. Была хорошая погода, а теперь туманно и идёт дождь, сынмин не любил дождь, только потому что он портит красивую ясную погоду. И тот не любит когда слишком сыро. Ему кажется это слишком мерзко. Теперь Сынмин не ждал айена, потому что пошёл дождь и тот вряд ли к ним заглянит. . . . Через два часа дождь лить перестал, вышло Солнышко, очень ясное солнце. Пекарню снова открыли, и сынмин вышел из комнаты, открыл входную дверь, и спустившись по лестнице услышав знакомый голос из пекарни. —Айен! — выкрикнул мальчик открывая дверь. У входа и вправду стоял айен. Мальчик разговаривая с хозяином пекарни, повернулся на знакомый крик его имени, мило улыбнулся —Привет Сынмин— улыбаясь произнёс парнишка. —Привет. Я ждал тебя все утро, но тебя не было.— подходя к мальчишке произнёс сынмин. Айен пригласил друга сесть за стол, чтобы поговорить сидя —Хах. Я был дома, проснулся только не давно. Просто ночью не мог уснуть. Ты распереживался? —Конечно. Очень переживал— они присели за стол— Тебя же дома не ругали за вчера? Ну за то что мы поздно пришли. Тут же милая и очень красивая улыбка на лице айена, пропала с лица, и изображая очень грустный вид, — Если честно.. Не могу от тебя скрывать это. Меня отчитали. И очень сильно.— айен был очень искренным с сынмином, и ни с кем больше. —А? В смысле? Это госпожа Ян так поступила? — ещё больше за переживал сынмин Айен протянул руки к сынминим рукам тем самым согревая холодный пальцы сынмина. —Не переживай. Не так уж все плохо. Они просто наругались, и все. Переживать не надо. —спокойным и очень милым голосом проговорил айен. Солнце было сегодня особенно красивым. Сынмин на все реагировал как то странно будто реально переживая за своего друга. Раньше ему было всё равно не всех людей. Но в итоге появился этот странный мальчик. Конечно сынмин не верил словам айена. Не верил. Считал что там ситуация более опаснее или сложнее. Но мальчик не стал давить на друга. Думал если он не хочет рассказывать, то на то есть свои причины. Сынмин тоже не все рассказывает другу, потому что просто напросто не может. Лучше всю боль хранить в себе, чем о ней будет знать человек который очень дорог для тебя. Это чувство можно объяснить, и все это могут понять. Сынмин направился рано утром в их совместный с айеном штаб. Штаб для отдыха. Прозвали они его "отдых от жизни", что польностью показывал свою работу, дом. Сынмин взял с собой клубничное печенье, очень опетитное, очень вкусное, светло коричневой коркой, очень хрустящей, внутри которого было сладкое клубничное варенье, из очень свежих ягод. Взял ещё не много комиксов, которых не было на полках в доме. Что бы он с айеном вместе их почитали. Сынмин надеялся что айен сейчас там. Очень надеялся. Но спустя время придя туда, он понял что его там нету. Но не стал возвращаться, просто сел ни диван и рассматривая все остальное что не успел, в ожидании что его друг придет. Было достаточно тепло, только с небольшим ветром, ветер был не холодный. Поэтому погода была хорошая. Весь снег ещё давно растаял, а на дворе только середина марта. Весна. Эта была самая лучшая время года для сынмина. Весну он любил больше чем лето. А теперь повстречав айена, весну он стал любить больше всех. Но проблемы сынмина остались на душе мальчика. Казалось всё впереди. У него появился друг. Сынмин теребил в руках собственные руки, и смотрел как распускаются цветы за окном, и то как тает ещё не до конца растаявший снег Прошло уже полтора часа, а айена все еще не было. Сынмин сам проголодался, и стал по не многу переживать. Почему мальчика ни где нету? Но сынмин не предупредил что будет в штабе. Может он и сам его ищет? Но можно же догадаться что он здесь. Сердце его бешено колотилось, из за башенного чувства тревоги. Того что с другом может что то произойти. Не выдерживая больше, сынмин выбежал из дома, при этом оставил уже остывшие печенья, и лежащие на диване комиксы. Выбежал и побежал сначала к пекарне. Пробегая через через лес, пробежав мимо домов, повернув на лево, сынмин остановился около пекарни. Следом забежал внутрь. —Сынок? Ты чего? А ты разве не ушёл? Голос собственного отца, казался помехой в его голове. Он маленький, а уже за кого то переживает. Сынмин не чего не ответил не вопросы отца, и осмотря всю пекарню, не увидев айена, выбежал из пекарни. И что делать? Где его искать? Он даже не знает где живёт айен. Может его родители что то сделали с ним? Мыслей было много, как и вопросов. Но ответов не было. Возврастало только переживания, с каждым вопросом, сынмин переживал ещё больше. Сердце бесило от вечного постукивания по груди. Сердце стучало не только из за бега ведь он от домика бежал. Но от самого переживания и стресса. Странное чувство овладело сынмина. Он только познакомился с ним, а уже тот куда то пропал Ноги его болели. Волосы все уже были запутанны. А он остался без друга. Единственного и первого друга, в его жизни «А вдруг он мёртв? —вдруг резко, плохая мысль попала в голову сынмина — и лежит сейчас где то мёртвый» —Айена. Ян Чонин! — кричал везде бегая по улицам, сынмин. Стресс так зашкал внутри мальчика,что то не мог даже думать нормально. То что он даже не обращал внимания на прохожих, которые смотрели на него очень взьерошенным взглядом. Остановившись посреди улицы, и простояв так минут не сколько, осматривая все дома, и всех прохожих, у сынмина потемнело в глаза. Он упал в обморок. От сильного стресса. Разве от стресса падаю в обморок? Или этот стресс был сильнее всех? Насколько сильно надо переживать чтобы упасть в обморок? Во время всего этого, сынмин даже не заметил как ему поплохело, но он продолжал бежать. Для него было важно найти айена. Без него стал бы все как раньше, ведь они знакомы только неделю. А такое чувство что целую жизнь. *** Спустя время. Сынмин просыпается видя перед собой белый потолок, поднимая голову, он понял что в больнице. Рядом с ним сидел отец, лицо к него было очень испуганным. —Где Чонин?— спросил тут же у отца, сынмин —Чонин? Он с мамой уехал от сюда. Мне жаль. Вы же были друзья? В глазах сынмина снова потемнело, а сердце очень больно сжалось. Он долго не мог отойти от ухода айена.