Клубничное печенье, родившиеся весной

мы выростаем,

но я всё ещё не могу

без тебя

26 марта 1990 года

—Айен. Ты ведь не когда не пропадешь?— аккуратно спросил сынмин. —Не конечно. От тебя я не пропаду. Ты лучший друг для меня.— улыбаясь произнёс айен сидя на крыше их маленького штаба, вместе с сынмином. . . . —Айееен! Ян Чониин! Ты же обещал что, не пропадёшь и не уедешь! — Кричал сынмин, давясь своими слезами на улице, после того как он упал в обморок и попал в больницу. Он плакал, так сильно, что выплакал все слезы. Айен не сдержал обещание. ***

1 марта 1995 года

—Пап, уже первый день весны. Я после школы помогу тебе, в этот день всегда много народу. —Не надо, у тебя же экзамены скоро, сынок, лучше к ним готовся, не надо мне помогать —Ты уже не молод. Справишься? —Конечно, я этим занимаюсь уже 20 лет. Иди давай, в школу опоздаешь. Шестнадцатилетний сынмин отправляясь в школу, нёс с собой проект, который задавали в школе. Ему скоро уже здавать экзамены. Прошло 5 лет с того как мальчика которого он повстречал, и который стал для него больше чем просто мальчик, уехал. Сынмин не забыл айена, но пытался, что бы не было больно, ведь столько лет прошло, из одиннадцатилетнего хрупкого мальчика, который все время плакал, вырос шестнадцатилетний подросток, уже не такой хрупкий как был раньше. Не кому не доверял, после случая пять лет назад. Его стали обижали в школе ещё хлеще. Иногда даже доходило до избиения. Но он не плакал, ему было четовски похуй на это. Все слезы он выплакал в тот день, когда не смог найти айена, и когда узнал что тот уехал, с родителями. — Ну смотрите кто пожаловал. Улыбка дьявола. Ким сынмин,— произнёс мужской голос, заходя в школьный кабинет, и смотря на сидящего мальчика. Подходят к нему, продолжил— Деньги принёс? —прозвучало очень грубо —Я же сказал что не буду не чего носить. Что привязались, отвяньте уже. — Не менее грубо вставил сынмин —Что ты сказал?! —Парень ударил сынмина по лицу, и тот упал со стула. Сынмин встал на ноги покачиваясь и чуть ли не падая снова от боли. И с кровью на лице, которая сильно шла из потрескавшейся губы. —Сколько раз я говорил не трогать и не быть меня? — сынмин сказал это довольно спокойно и уверенно. —Ах не бить тебя?! — одноклассник взял за рубашку сынмина, и бросил прям в открытый проём двери, тем самым сынмин упал на пол коридора ударясь головой об стену, кровь пошла моментально. — значит не бить тебя? Сдохни Ким Сынмин!— парень начал быть сынмина ногами то по животу то по спине. Все что мог сынмин это только кричать от боли, и руками пытаться скрыться от начащей атаки. Он грубил обитчику, но этим он только доводил его что бы тот бил его еще сильнее. Все ученики выбежавшие из других классов внимательно смотрели на происходящее. —Эй, что тут происходит? Ну как всем по классам разбежаться! — выкрикнул учитель Обидчик остановился бить сынмина. —Пф, тебе, улыбка дьявола считай повезло. Пока Ким. Урок ещё не начинался. Но Сынмин не как не мог встать, не кто ему не помогал, потому что и друзей не было. Он лежал весь в крови. Из губы идет кровь, и весь лоб был в крови от сильного удара об стену. Сынмин уже почти почувствовал как глазах темнеет, и он упадет в обморок, в последнее время такое к него случалось часто, как вдруг видит перед собой чью то руку, явно рука была какого нибудь мальчика. Сынмин не долго думая подал руку, и очень аккуратно через боль встал —Пойдем, я отведу тебя в медпункт — произнёс мужской голос. Сынмин не мог разглядеть его лица, в глазах жутко все плило. Дойдя до в медпункта, медсестра перевезала бинтом ему голову, и сняв рубашку, мальчик который сюда его довёл был ошарашен, все тело было в сениках. Не как иначе, его явно бьют каждый день. Ему подвязали все тело бинтом —Ким Сынмин. Ну как так, ты опять подрался? Ты же почти каждый день ко мне ходишь. Скоро медпункт будет твоим вторым домом— произнесла медсестра одевая ему рубашку. Но почему то на то как медсестра назвала сынмина, парень помогавший ему, так удивлённо на него посмотрел. Сынмин не стал отпрашиваться с уроков, что бы родители не беспокоились, он остался на уроках с перевязанной головой и телом. . . . На перемени между последним и пред последним уроками, сынмин стоял на крыше, на краю. Был освежающий ветер, качающий темно русые красивые волосы сынмина. Он стоял думая: "делать шаг?". Закрывая глаза, и стоя так ещё минут 5. Чувствуя как плавно его волосы качаются на ветру и как его рубашка двигается. Выпрямив тело, он поднял ногу вперёд, уже чувствуя как так закончит со своей жизнью. — Это не повод умирать — Сынмин резко открыл глаза, ставя ногу на место, от голоса донесящегося у него за спиной. Голос он узнал. —Спасибо конечно что помог мне с медпунктом. Но это мое дело, умирать мне так или нет. — спокойно промолвил сынмин. —Все равно не стоит. Ким Сынмин. —От куда имя знаешь? — спросил сынмин поворачиваясь к человеку который был у него за спиной. —Медсестра сказала — мило улыбнувшись сказал тот парень. —Ах, да, медсестра сказала, помню. А тебя хоть как звать? —Ян Чонин. Можно просто Айен У сынмина потемнело в глазах. Он не спит? Если нет, то перед ним реально стоит айен? Сердце снова сжалось как пять лет назад. Стоя на краю крыши, он от шока начал падать, как айен подбежал и схватил его за руку, повалил на себя, и оба упали на пол. Они лежали так ещё несколько минут, но когда пришли в себя резко встали. —А... — начал сынмин — а.. ты сильно вырос — выдавил из себя сынмин — Ага, пять лет прошло. Ты тоже отлично вырос, меня перерос. —Я всего то 178 см ростом —178!? Я 172 ростом только. А ты и вправду изменился. Но вот обращение людей к тебе тоже изменилось. В худшую сторону.— айен подошёл ближе к сынмину и продолжил — Не обращай на них внимания. Ты очень даже красивый Сердце сынмина за полыхало, и очень сильно сжалось. Красивый? Сынмину не когда в жизни не делали такой комплимент. После уроков, собирая свои вещи, сынмин встретил айена у двери в школьный кабинет класса сынмина. Было странно видеть друга спустя 5 лет. Но в голове как то не укладывалось одно: почему айен уехал, но потом вернулся, и только через 5 лет? Не все как то укладывалось. Было не обязательно это знать, но почему то мальчику хотелось узнать всю правду, ну если это личное, сынмин поймёт, и не станет допрашивать. Мальчики шли из школы вместе, разговаривая и обсуждая то что произошло нового за эти долгие пять лет. Сынмин конечно был в обиде на айена, за тот поступок, но смотря мальчику в глаза, он не мог обижаться, что делало так что бы сынмин не обижался. На улице летали листья сакуры мальчики остановившись, наблюдали за не вероятной красотой весны. Сынмин подняв руку, взял листочек, подавая айену живую красоту. — Рано для сакуры, — произнёс айен смотря на листочек в его руке, которой передал сынмин, — Но всё равно, красиво. Сынмин нежно улыбнулся, и тут же посмотрев на волосы айена, увидел на волосах листочек. — Ой, тут это, — сынмин потянул руку к волосам друга, но тот отстранился, как от врага — прости. Сынмин отстранился, убрав руку в карман своей чёрной куртки. А айен лишь улыбнулся, показывая что все хорошо, и сам убрал листок с волос. На улице было достаточно холодно, но цветение сакуры было загадочно не обычным, было рано для неё. Снега было только не много, так ещё не до конца растаявшего. В кафе все пили вкуснейший горячий латте. Смотря в красивое окно, и розовое небо окутанное листьями небесного дерева сакуры, с розовыми листьями. Идя из школы наблюдая на розовый закат весны, и падающие с дерева розовые листья сакуры, было не вероятно романтично. Настолько романтично, что сынмин почувствовал себя в какой нибудь романтичной дорамы. Странно но вдруг сынмин подумал что айен его парень, что было очень странно, парень встряхнул голову от таких мыслей. Мальчики жили не в городе, почти что в городской деревни, это было не совсем город, но и не совсем деревня. В принципе многоэтажных и многоквартирных домой не было. Было максимум этажей 5, да и квартир не много. А не которые как и сынмин жили сверху, над своей работой, с семьёй. Но даже так, было очень уютно жить в этом городке. Сеул, был соседний город около них. Так сказать, живут около столицы. Сынмин прожил здесь с самого рождения. Думаю если он переедет в Сеул, ему будет капец как не конфортно, из за того что не привык к большому городу, он и не хотел туда переезжать, ему нравится и здесь. Вместо того что бы пойти домой, парни со всей скорости побежали в лес, к своему родному штабу. Пробегая с рюкзаками и тяжёлыми куртками, наступая на лужи растающего снега, они добежали остановившись. —Вот он. Пять лет прошло, — сказал айен — ты был в нём когда не было меня? —Нет. Боялся заходить. И я был обижан на тебя — признался сынмин — хотел умереть. Айен повернулся к другу, взяв за руку. — Но не сделал же это. Ради меня Зрачки сынмина уменьшились, он боялся. Но чего? Чего бояться в этот момент? —Да, —начал парень — Не сделал. Потому что ты был —А если бы меня там не было бы, сделал? Тут в голове у сынмина проехались машиной, он не знал что ответить. Не был уверен что сделал бы, не было бы там айена. Но его реально доставало, что его не воспринимают как друга. Как просто странного мальчика. Не воспринимают как должное. У сынмина была проблема с психикой. Панические атаки происходили достаточно много. Четыре раза за неделю. Всё из за того случая пять лет назад. Он не кому это еще не рассказывал, и не планировал рассказать Так сынмин не чего не ответил. Не смог, сам не знал ответа. Айен просто не отреагировал не как, а повёл мальчика мимо их штаба. Вышли они из леса на красивое ровное поле. — Отдохнём здесь — проговорил айен. Мальчик лишь вздохнул, было странно то, что воздух казался каким то напряженным. Этой весной было особенно странно, но не так странно как выглядит сам айен, мрачный как скола, что было странно для такого спокойного человека как чонин. Ян сел на траву, подберая ниточки торчающие из его обуви, цветные, будто бы какие то цветные конфетки, как жевательные драже mentos. Не знал что можно носить такие в школу, и поэтому его ругали. Сынмин стоял сзади, боясь подойти к нему, но хотел восстановить ему настроение. Не знал как. Подойдя к другу, он подал свою мазоленную руку. Правда на такой руке висело не сколько веревочек связанны самим сынмином, такое тоже нельзя было носить в школу, все веревочки было не разглядеть, из за его куртки с длинным рукавом. Спустя время айен так и сидел не давая руку, но даже так сынмин не отступал. Он резко взял руку своего друга и под весенние солнышко, они вместе побежали по полю развлекаясь, и крича. В принципе не на удивление сынмина, айен развеселился очень быстро. И уже через 10 минут оба взрослых парня развлекаясь, бегали, кричали и забывая про всё. Им было просто весело «Vie» — в переводе с французкого «жизнь». То что надо беречь. «mort» — с французского «смерть». То что хотят многие. Но не получают благодаря родным. *** Парни ели печенье, то самое, клубничное. Сидя на земле, среди густой не совсем зелёной травы. У сынмина с собой ещё оставалось не сколько. Они оба любили это печенье, единственное, что их соединяло. Сынмин расстраивался что когда он умрёт, в раю не будет такого печенья, чтобы насладиться его красотой и вкусом. Ведь он с детства любит эту сладость, которую готовит его отец, он и сам умеет это печенье готовить. Скоро должно уже потеплеть, и будет уютно, тепло. Солнышко будет греть мальчиков потерявшие смысл всего. Сынмин и айен были обычным школьниками мечтающимеся уйти на покой, и не возвращаться в этот бескорыстный мир. А что если... Если передумав своё решение, сынмин будет задыхаться от такой жизни? Будет грустно если придется до самой старости прожить в таком взьерадном теле. Кто то живёт; кто то поступает так как считает нужным; а кто то теряет всё, тем самым и жизнь, при этом делая всего один шаг, или одно движение. Парни собравшись, и доев печенье, встали с мягкой почти зеленной травой и пошли в дом. Штаб, их с самого детства. Пока они ели печенья на улице собрался густой туман, и поэтому было сложно что либо разглядеть. Дошли, и зайдя в здание сняли все сверху включая кофты, оставя только футболки, в доме было тепло, поэтому можно было так раздеться. Айена привлекло внимание надпись на футболке сынмина: «Сделаю сам, повернувшись спиной» —Прикольная надпись — сквозь смех, айен сел на диван. Сынмин посмотрел на свою футболку, а затем на друга Вставил: — А, да так. Мне папа купил, сказал что ему надпись понравилась, вот я и стал носить. Нравится? —Конечно. Прикольная. Очень.. оригинальная? Не знаю как назвать это, хах — айен посмеявшись, наконец то сел. Сынмин тепло улыбнулся и добавил не множко усмешку, сев рядом с другом. Позже ребята решили перекусить, лапшой быстрого приготовления. Рассыпав всё на тарелку айен и сынмин залив кипяток, ждали когда их лапша обмягчает и можно будет есть. Пока они ждали, айен попросил друга принести кружки, что бы налить чай. Сынмин встал. Но он чувствовал как не много не домогал, будто бы как то даже тошнило, и кружилась голова. Но айену не чего не стал говорить, что бы тот не беспокоился. Взяв кружку сынмин, был удивлён что тут же кружка соскользнула с рук сынмина тут же стукаясь об пол, она моментально разбилась. Сынмина словило странное чувство. Звонкий звук разбивающейся кружки, тут же сильно напугал сынмина. Сынмин схватившись левой рукой за ухо, закрывая тем самым обзор что бы узнать слышало, правой рукой парень подставил на колено, упераясь и не падая. Сердце сильно билось. Сынмин задыхался. Это было похоже на паническую атаку, уже в который раз. Он не кашлял, что и было хорошо. Но в ушах звенело очень сильно, было больно. Кровь из носа и из ушей моментально хлынули, тем самым привлекая айена на это. Сынмин упав на колени, дышал без остановки, наверно в секунду воспроизводил тысячу вдохов. Айен подскачив с дивана, понял что сынмин задыхается, подбежал к другу. —Сынмин! Что с тобой? — айен наклонился к нему там самым пытаясь понять что произошло —йени.. В рюкзаке лекарство, дай его быстро — задыхаясь и заикаясь, сынмин опустился ещё ниже к полу. Айе побежал до рюзказа, и растрепав всё внутри, из за спешки, достал каробочку, что внутри звонкие маленькие камушки издавали звук, стучались друг об друга. Аейна коробочку подал другу. Съев лекарство сынмину стало гораздо лучше. Айен не допрашивал его, лишь ждал когда тот поправится, когда пропадёт отдышка, и сердцебиение успокоится. Сынмин вовсе сидел на диване, паническая атака случилась так внезапно. Как теперь рассказать все айену? Он же по-любому будет спрашивать. Все время когда сынмин сидел, айен смотрел на друга, как очень уж мило улыбаясь. Парень не мог сосредоточиться, с таким взглядом на него. Уже вечером парни решили не идти домой. Там их не кто всё равно не ждёт. Максимум отец сынмина будет не много переживать за сына, и потом успокоится. Ему важна только пекарня, даже жена для него была простой абузой. Для госпожи Ким вообще кроме шитья не было не чего, даже сына. Он в последний раз видел её две недели назад. Она даже дома не ночует. Зачем тогда рожала сынмина, если не заботиться о нём? Мальчики сидели на крыше дома, наблюдая за красивым звёздным чёрным небом. Звёзд было плохо видно, но даже так, они умудряли считать их и искать разные созвездия. Им было весело вместе, нежели по отдельности или с семьей. Два парня с проблемами, всегда ладят, или же с дружаются. Спустя некоторое время сынмим вздрогнул когда на его худые ноги, упала красивая, чёрная, волнистая голова айена. Мальчик уснул, падая на колени сынмина. Но тот лишь погладил чёрные волосы друга, перебирая их, и снова поднял голову на звездное небо. Сынмин и сам не заметил как уснул. На утро оба валялись на крыше лежа. Сынмин на спине, айен на ногах у друга. И оба совсем не высыпались но тут спали, пропустив школу, а точнее первый урок. Пропустив два урока, мальчики стояли в учительской, слушая крики взрослых. Отпуская их, парни попрощавшись отправились в свои кабинеты. Сынмину опять досталось от обидчиков, но не расстраивался и не боялся их всех, он привык к боли. На уроке, даже не слушая учителя, сынмин, смотрел в чистое стеклянное окно, наблюдая за полётами птиц, и впервые не хотел спать. Он радовался по-настоящему искренне, но тем самым все еще держа всю внутри своего тела, души. На красивом рюкзаке сынмина, красивого совсем светлого бирюзового цвета, были значки разных начинающих певцов или же групп. А так же висели три заколочки, в виде фруктов: апельсин, клубника и яблоко, он носил на волосах их редко, поэтому просто одел на рюкзак, так для вида. Был ещё брелок, напоминавший настоящую весну, был он уже потаскан, но парень все равно носил его, ему он нравился. В коридоре перед наконец то последним уроком, сынмин ел клубничное печенье. Кроме него, он больше не чего не ел. Рот уже сам привык к этому, языку больше не чего не нравилось кроме этого печенья. Когда все ходили в столовую, сынмин ел в коридоре, потому что во время обеда, здесь было так тихо. В столовой много народу, ему не нравилось когда слишком шумно. Но пришёл Донху, обидчик сынмина, тот кто его бьет каждый день. Сынмин разу же скорчил такую гримасу, что бы без слов сказать обидчику, то как он его задолбал. — Как всегда одиночка. Знаешь зачем я бью тебя? Да потому что ты бесишь меня. И это, над тобой смешно издеваться. — произнёс Донху. — А знаешь.. — начал сынмин в ответ хулигану — ты не такой единственный, кто издеваясь над подростками, в итоге доводит их до самоубийства. Ты как и остальные хулиганы — убийцы! —Да ты..— начал было донху, но не договорил. — Ну и что здесь происходит — изящной тёплой улыбкой произнёс знакомый сынмина — сынмина, это донху? — Ага. Но не переживай айен. Мы с ним уже закончили. Да? — сынмин повернулся к хулигану. Донху кивнул, и ушёл вдоль по коридору, при этом ворча что то про сынмина. Сынмин подал печенье айену, и они вместе ели в коридоре пока не начался урок. После урока, теперь сынмин ждал айена, около класса друга. Они шли домой опять вместе, но не убежали в лес. Им жутко не хотелось возвращаться домой, но придется, ведь вечно скрываться от родителей не получится. Айен рассказывал что у него погиб отец, и теперь есть отчим, но не добрый. Сынмин пригласил друга на ужин, так как боится что его наругает отец, а перед гостем ругать не будет. Но боялся из за самого айена, что отчим будет то же его ругать. Они были в самом доме сынмина, над уже закрытой пекарней. Господин Ким не много ворчал когда сынми вернулся спустя сутки. Но сынмин сказал что не надо переживать, то что школу он не пропустил, и он был не один, что более-менее успокоило Кима. Они поели, и попили чай, но потом айен ушёл домой. Сынмин волновался за друга. Но надеялся что все будет хорошо, не хотел снова потерять лучшего друга, с которым очень даже комфортно. Темно светлую комнату освещала настольная лампа, сынмин сидел за столом и писал то что было у него в голове, слушая красивые французские песни на кассетах, которые были у сынмина на полках. Их было много. Потом сынмин учил французский. Ему очень нравился французкий, казался для него очень красивым. Он хорошо знал этот язык, но все еще произношение было не точным. Всю ночь он просидел в темноте всего освещавсего только не яркой лампой, но только под утро заснул. Просыпаясь от вечного будильника, который он слышит уже на протяжении десяти лет. Просыпался за столом, а не на старой уже обдовившийся кровати, с грязно серым одеялом. Опять ему в школу идти. Но он не учил не чего чтобы готовится к экзаменам, знал, что не доживет до них. По пути в школу он встретил айена, который как всегда с мягкой улыбкой поздоровался с другом. День не отличался от всех остальных, все как всегда. Атаки от донху, обед в одиночестве, и уроки, на которые он не обращал внимания, а только смотрел в окно. В школе кроме донху и айена, его не кто не замечает. И то донху его замечает только потому что издевается над ним. А айен, его друг, поэтому замечает его искренне только айен. Они опять не ночевали дома, весь вечер и ночь пробыли в своём любимом штабе, незаметно взяв из дома дополнительную одежду, они пошли в лес, там, где было их укрытие от всех. Завтра был все равно выходной, не какой школы, и не каких хулиганов. Все выходные были они в штабе, не предупреждая об этом родителей.

5 марта 1995 года

***

Воскресенье было очень жарким, мальчики лежали на траве любуясь не обычно нежно голубым небом, и даже с оттенками красного, рядом с ними была коробочка печенья, которое они совместно очень любят. —Йени! — воскликнул сынмин вставая, и доставая что то из кармана джинс. — смотри что я сделал! Сынмин подал красивые самодельные парные браслеты, один был голубого цвета для айена, а другой был нежно красного цвета, для сынмина. Сейчас не было ощущения, что хочется умереть. —Я их сам сделал. Они как в знак дружбы нам — сынмин одел браслет на руку айена. — смотри не снимай! Айен хихикнул, мило улыбаясь, сынмин последовал ему примеру и тоже улыбнулся. Браслеты были одинаковые, но отличались по цвету. Были они простые, но айен считал иначе, ему казалось что это браслет самого Бога, что грех будет снять его. Он не когда не снимет то что сделал сынмин. Сынмин браслет одел на левую руку. Так как на правой руке к него висели тоже очень много браслетов, а у айена были любимы его кроссовки с красивыми цветными веревочками, он всё время носил их. Даже в школе, хотя было это против правил. У айена браслет был одет на правую руку, что бы если и держаться за руки, то только за те, на которые были одеты браслеты. Как же хочется чтобы весна не заканчивалась.