Vancouver

Финн и Ноа были неразлучны столько, сколько себя помнили. Десять лет общего проекта, начавшегося ещё в детстве, сплели их жизни в единое полотно. Они всегда тепло общались и поддерживали друг друга: Вулфхард неизменно приходил на помощь и с радостью соглашался на авантюры или походы в клуб, которые обожал Шнапп. Брюнет и не заметил, как дружеская привязанность постепенно сменилась симпатией, а потом и любовью к каштановым волосам, зелёным глазам, прелестному голосу. Он не осознавал, как Ноа стал частью его самого, пока съёмки не подошли к концу. Стало ясно: теперь они будут видеться редко, если Финн ничего не предпримет. Родители звали сына в Канаду — слишком уж давно не виделись из-за постоянной работы. Финн не был против навестить родных и вернуться в город, где родился. Если не считать одного "но" это означало расставание с Ноа. И вот во время шумной посиделки с друзьями в баре ему пришла в голову идея, немного безумная, но прекрасная. — Слушай, Ноа… — протянул он, привлекая внимание слегка выпившего друга. Ноа откликнулся, улыбнулся и отвлёкся от разговора, переключив внимание на старшего. — Я тут собираюсь в Ванкувер, к родным — Финн помялся, постукивая пальцами по прозрачному стакану. — Может… Может, поедешь со мной? Дружеская поездка, чтобы отвлечься от всех этих интервью и дел. — Он потёр затылок, задумываясь над тем, как прозвучали его слова. — Я не против — Ноа ответил быстро и спокойно, если не считать лёгкого румянца на щеках, скрытого мигающим светом. За время съёмок последнего сезона Шнапп всё чаще ловил себя на мысли, что его друг становится в его глазах невыносимо привлекательным. После сцены с каминг-аутом Финн постоянно спрашивал, всё ли в порядке, как он себя чувствует и эта забота трогала Ноа до глубины души. Ему нравились мягкие кудри Вулфхарда, ставшие менее упругими после стрижки. Нравилась разница в росте, из-за которой Финн всегда слегка сгибался, чтобы говорить с ним на одном уровне. Нравилось ловить на себе его взгляды во время интервью и либо смущённо отводить глаза, либо поддержать эту тихую игру, в которой Финн всегда проигрывал, отворачиваясь, чтобы скрыть улыбку.

***

Спустя пару дней, согласовав графики, они отправились в Канаду. В самолёте Ноа, уставший после сборов, быстро уснул, уронив голову на плечо Финна. Тот лишь улыбнулся, кажется, рядом с Ноа улыбка не сходила с его лица никогда. — Мы прилетели — Вулфхард аккуратно потряс сонного шатена за плечо. Прохладный ветер помог окончательно проснуться. На выдаче багажа Финн забрал оба чемодана, игнорируя тихое недовольство. — Финн, отдай мой чемодан, я уже проснулся, правда — Ноа плелся за ним к выходу, пытаясь отобрать свои вещи. — Да брось, позволь мне поухаживать за тобой. Ты ведь гость в моём родном городе — рассмеялся брюнет, отгораживаясь от попыток. — Лучше вызови такси. Помнишь название отеля? Ехать ночевать к родителям Финн не хотел по многим причинам, но главной был Ноа. Он опасался, что тому будет неловко в незнакомой семье, поэтому отель казался идеальным вариантом. Такси приехало быстро. Шнапп, всё ещё надувшись, уселся на заднее сиденье, уступив переднее. Отель, отзывчивая администрация и вот, наконец, номер. К своему смущению или тайной радости, Ноа обнаружил, что вместо ожидаемых двух кроватей в номере стояла одна большая двуспальная. — Это что за шутка? Они что-то перепутали? — шатен повернулся к вечно довольному Вулфхарду, ожидая увидеть хотя бы тень растерянности. — Здесь самый красивый вид, кровать большая, не нервничай — Финн провёл рукой по его волосам, проходя дальше и плюхаясь на мягкий матрас. — Ты уже развалился на ней полностью, длинноногий — Ноа закатил глаза, подходя к панорамному окну. — Здесь и вправду красиво — прошептал он, и двуспальная кровать на фоне вечернего города уже не казалась такой уж пугающей. — Когда ты планируешь встретиться с родителями? — Шнапп присел на край, отпихивая ноги Финна, чтобы освободить место. — А ты не хочешь со мной? — Финн приподнялся на локте, рассматривая чёткий профиль друга. — Мне кажется, это будет немного странно. — Вовсе нет! — Брюнет сказал это громче, чем планировал, и атмосфера в номере на мгновение сгустилась. — Хорошо… Я подумаю. Так когда? — Ноа незаметно опустил глаза, лёгкая улыбка тронула его губы. — Завтра я свободен. Хотел показать тебе кое-что в городе, уверен, тебе понравится — Финн потянулся к его ладони, но та ускользнула, поправляя прядь волос. — Договорились — кивнул Ноа, глядя на брюнета. Вечер в ресторане прошёл прекрасно. Они вкусно поужинали, строили планы на следующие дни, болтали о съёмках, друзьях и о том, как изменились их жизни. Не заметили, как очутились снова в номере. — Вот почему нужно было брать номер с двумя кроватями! Тогда не пришлось бы решать, кто первый идёт в душ — Ноа вновь возмущался, активно жестикулируя. Они уже десять минут играли в «цу-е-фа», пытаясь определить победителя. — Агх… Всё, иди первый. Я никогда не могу у тебя выиграть — Финн показал язык победившему Ноа и устроился на высоком стуле у кухонного островка. Победитель радостно рассмеялся, быстренько собрав вещи, скрылся в ванной. Финну нравилось это - проводить время вдвоём, видеть его улыбку, его деланное недовольство. Нравилось, что Ноа рядом. Завтра, подумал он. Завтра я скажу. Получится. Надеюсь. Завтра наступило быстро. Весь день они гуляли по улицам, забегая в книжные магазины и кафе из воспоминаний Финна. — Хочешь, я понесу? — Вулфхард протянул руку к тканевой сумке в руках друга. Ноа набрал всякой всячины: от местных сладостей до небольших сувениров. Всё это он планировал употребить в номере под какой-нибудь фильм или интервью, которые они бы с Финном комментировали и обсуждали. — Да она не тяжёлая, чего ты — шатен пожал плечами, переложив сумку в другую руку, подальше от Финна. Они вышли на набережную, то самое место, которое Финн обещал показать. Воздух, чистый от городской пыли, пах водой и свободой, но у воды было прохладно. — Тебе не холодно? — снова нарушил тишину старший. — У меня есть кофта, лучше надень. Твоя ветровка не спасёт — он достал из рюкзака свой тёплый свитер и, наконец выторговав сумку с покупками, протянул одежду Ноа. Сумку он так и не отдал. Ноа, закутавшись в ещё хранивший запах Финна свитер, рассматривал пейзаж, растения, проплывающие вдалеке лодки. Дойдя до каменного ограждения, он опёрся на него, глядя на водную гладь. — Здесь красиво. Спасибо, что привёл — прошептал он. В следующее мгновение его ладонь накрыла тёплая, чуть шершавая рука Финна. — Я не просто так всё это затеял — голос Вулфхарда звучал тихо, но твёрдо. — Ноа… — он осторожно поставил сумку на асфальт, развернув парня к себе и взяв вторую ладонь. Шнапп не сопротивлялся. Это обнадёживало. Хотя, возможно, он просто замер от волнения. Так оно и было. Ноа боялся поверить, что услышит заветные слова, боялся, что это лишь его фантазия, а Финн имеет в виду нечто иное. — За столько лет ты стал для меня самым важным человеком — большой палец Финна медленно гладил его ладонь. — Сначала другом, а потом… Потом я понял, что ты больше. Я долго не решался это сказать. Прости, если сейчас всё испорчу — Финн горько усмехнулся. Ноа смотрел на него заворожённо. Видел, как тот боится встретиться с ним взглядом, и от этого на душе становилось тепло и невероятно нежно. Он стеснялся и это было прекрасно. — Ты правда нравишься мне, Ноа. Нет. Я люблю тебя. Правда люблю — Финн наконец поднял глаза и увидел слёзы, навернувшиеся на зелёных глазах. — О Боже, Ноа, нет, не плачь! Прости, я всё испортил, я идиот, прости… — он сжал его ладони в своих, растерянный. — Ты ничего не испортил, — младший шмыгнул носом, и слабая улыбка тронула его губы. — Теперь я, кажется, понимаю, почему ты позвал именно меня. — Он стёр слёзы и сам прикоснулся к щекам Финна. — Я и представить не мог, что всё обернётся так. Ты был для меня лучшим другом на площадке не считая Милли, конечно. — Они оба рассмеялись, вспомнив подругу. — А потом ты стал всем. Воздухом, которым я дышу. Пространством, в котором существую. Мысль о разлуке была невыносимой. Финн сократил расстояние между ними до минимума. — Можно? — тихо выдохнул он, касаясь губами его губ. Ноа обвил руками его шею. — Можно. Оставшееся пространство исчезло, уступив место поцелую. Нежному, долгожданному, неторопливому. Они не спешили углублять его, наслаждаясь самим моментом, хрупким, невесомым и совершенным. Финн опустил руки ниже, обвивая талию Ноа. — Значит, я всё-таки поеду к твоим родителям? — прошептал Ноа, прижимаясь лбом к его плечу. — Безусловно — Финн притянул его ближе, рассматривая зелёные глаза, которые в свете заката переливались, как драгоценные камни. — И давно ты это спланировал? — Ноа смотрел на него с игривым любопытством. — Скажу так… Моя мама была в сговоре. Это вообще её идея — Финн пожал плечами, переплетая пальцы с его пальцами. — Мы могли бы вернуться в отель. Если ты, конечно, хочешь. — Хочу. Очень хочу. Посмотреть с тобой фильм и наконец-то как следует обнять — Ноа засиял, сжимая его руку и подхватывая сумку с асфальта. Вечер. Отель. На экране телевизора — «Человек-паук» Ноа нравится, а это для Финна было главным аргументом: если счастлив он, то счастлив и Финн. Просмотр прервал звонок на телефон Шнаппа. — Это Милли. Я могу ей рассказать? — спросил Ноа, уже зная ответ. — Ноа Шнапп, почему ты не написал, что вы прилетели! — Милли на экране выглядела возмущённой, качая на руках засыпающую дочку. — Я был… немного занят — шатен виновато улыбнулся и перевёл камеру на Финна, доедающего попкорн. — Мы тут с Финном… — Вы что, на одной кровати? — перебила его Милли, щурясь, чтобы разглядеть обстановку. — Да, мы… — Не зная, как подобрать слова, Ноа просто поднял их сплетённые руки. На лице девушки отразилось шокированное понимание, а затем восторг. — Вы, я смотрю, время зря не теряли! — от радости она повысила голос, и ребёнок на руках дёрнулся. — Я безумно, безумно рада за вас, парни — уже тише добавила она. — Надеюсь, через пару лет ты не станешь сообщать мне о помолвке по видеозвонку. Все трое рассмеялись. Милли, поболтав ещё немного, завершила звонок. — Теперь Сэди, Калеб и Гейтен тоже скоро узнают — Ноа пристроился виском к плечу Финна. — Не вижу проблем. Дальше круга наших это не уйдёт — Финн поцеловал его в макушку и снова запустил фильм. — Спасибо, что появился в моей жизни, Финн Вулфхард — прошептал Ноа, оставляя на его щеке мягкий, как пух, поцелуй. Завтра они будут ужинать с родителями Финна. Лёгкое беспокойство щекотало нервы, но рядом с Вулфхардом любой страх растворялся, уступая место чему-то тёплому, светлому и безграничному, тому, что и называется счастьем.