Потерянные в тумане

      Последние лучи заката скрылись за тучами, а ветер все также продолжал гнуть верхушки густых деревьев, раскинувшихся вдоль шоссе. Небо растворялось в сумерках, однако фонари еще не начали освещать проложенную дорогу. Это не мешало вождению: путь был прямым, да и встречных машин не наблюдалось уже очень долго.               Пустота вокруг казалась всепоглощающей, а пейзаж, который Байерс наблюдал из окна, вгонял в тоску и навевал неконтролируемую сонливость. Если бы не его навязчивые мысли, овладевшие им еще с того момента, когда он принял решение поехать в Хоукинс и сел в эту чертову машину, он абсолютно точно уснул бы за рулем и разбился насмерть. И возможно, в его ситуации это было бы не самым плохим исходом.        Уилл внимательно следил за дорогой и не мог поверить в происходящее: Майк, некогда его лучший друг, спустя пять лет после выпуска из школы и переезда Байерсов прервал мучительное молчание и отправил письмо с просьбой встретиться в их родном городе. Уилла не удивляла очередная прихоть Майка; в конце концов, он всегда был таким — требующим от остальных полного подчинения его желаниям, понимания и внимания к своей персоне. Его до боли в сердце бесила собственная покорность и преданность Майку. Прошло пять лет, Уилл успел закончить университет, устроиться на работу, завести новых знакомых и друзей, однако он так и не смог отпустить первую влюбленность. Одного взгляда, намека, жеста или дурацкого письма объемом в одно предложение хватало для того, чтобы Уилл бросил все дела, поставил на паузу свою жизнь и помчался навстречу с тем, кто никогда бы не сделал подобного для него. Ненависть к себе разъедала его изнутри, но любви к Майку в нем по прежнему было гораздо больше. Ему оставалось лишь давить на газ, до боли в пальцах сдавливать руль и надеяться, что эта поездка закончится быстрее, чем он успеет в который раз унизиться перед Уиллером.       Поворот, указывающий на Хоукинс, лишь усилил его терзания. Уилл предвкушал последующую встречу и не мог избавиться от ощущения, что он поступает неправильно и совершает главную ошибку в своей жизни — возвращается туда, откуда так старался убежать всё это время. Казалось, будто он предает все клятвы, которые давал сам себе, но что оставалось делать? Он уже свернул с главной дороги и поехал по неровной тропе в сторону въезда в город. Обратного пути не было. Уиллу хотелось разглядеть знакомый вид, однако непроглядный туман, заполнивший собой всё пространство, не позволил сделать этого. Ему пришлось сбавить скорость, чтобы не сбиться с пути. И с каких пор здесь такой туман?               Не успел он доехать до таблички «Добро пожаловать в Хоукинс!», как его машина остановилась.        — Какого чёрта? — проговорил Уилл себе под нос, смотря на датчик уровня топлива. — Я же заправлялся два часа назад… — Бак был полон, однако машина не поддавалась многочисленным попыткам Уилла завести её. Он тяжело вздохнул и вышел на улицу, чтобы определить причину поломки.       Мороз пробежал по коже, когда ледяной ветер обдул его со всех сторон. Мелкие капли дождя моросили и тут же застывали на куртке тонкой коркой. Холод проникал под одежду, цеплялся за лицо, заставлял сутулиться и прятать подбородок в воротник. Город вокруг растворился в серой пелене, где огни фонарей расплывались болезненными жёлтыми пятнами. Уилл был готов поклясться, что он видел перед собой только окутывающий туман. Парень открыл капот и быстро установил опору, однако его поиски не принесли никаких результатов — машина была исправна.        Ему нужна помощь. Либо он будет оставаться здесь и вскоре отморозит все конечности, либо дойдет пешком до дома Майка и они вместе решат его проблему, как это было раньше. Выбора не оставалось, поэтому Уилл закрыл машину и пошел по дороге, которая вела в город.       Он знал, что эта спонтанная и совершенно глупая поездка была очень плохой идеей, и его жизнь довольно быстро подтвердила правдивость этой мысли. Сейчас он мог сидеть дома, лежать в кровати или заниматься любым другим делом, которое определенно было бы намного лучше его пешей прогулки. Его мечты о быстротечности этого дня разбились, и Уиллу становилось плохо только об одной мысли о том, что проблема с машиной не решится за один вечер и ему придется ночевать под одной крышей с Майком. Пять лет назад он посчитал бы подобное стечение обстоятельств подарком небес, но с того момента прошло слишком много времени, и теперь такая перспектива могла подарить ему только печаль. Он знал, что между ним и Майком ничего не может произойти, ведь Майк не любит и никогда не любил его так, как хотелось ему. Эта мысль не была новой, однако всякий раз, когда Уилл думал о ней, он испытывал разочарование, от которого его сердце сжималось до боли.       Холодный дождь, начавшийся еще по дороге, теперь громко барабанил по крышам жилых домов Хоукинса. Он наконец-то добрался до места встречи, но вместо радости он испытал недоумение: город был абсолютно пуст. Как такое могло произойти? Это был глупый розыгрыш Майка или в городе произошло нечто ужасное, что заставило всех жителей покинуть свои жилища? Если так, то почему он ничего не знал? Вопросов было слишком много, и ответить на них сейчас было просто невозможно.       «Нужно найти телефон и позвонить Майку», — подумал Уилл и отправился на поиски телефонной будки.       Проходя мимо домов и зданий, возле которых ему приходилось ходить бесчисленное количество раз, он не чувствовал прилива ностальгии. Напротив, знакомые фасады казались ему декорациями в какой-то уличной пьесе: занавески на окнах были неподвижны, в гаражных боксах зияла пустота, а на главной улице не было припарковано ни одной машины. Даже фонари горели как-то приглушенно, мерцали в мокрой дымке дождя, словно стараясь не привлекать внимания. Тишина, царившая вокруг, не была абсолютной — её нарушали шум дождя, далекие раскаты грома и навязчивый свист ветра. Именно в этой естественности скрывалась зловещая неестественность полного отсутствия признаков человеческой жизни. Сердце Уилла начало отчаянно колотиться, но уже не от грусти, а от ужаса, охватывающего его.       — Я не мог попасть в Изнанку снова, это невозможно, — пытался рассуждать Уилл, чтобы успокоить нарастающий внутри себя страх. — Я бы сразу понял, что очутился там… Ощущения совсем другие…       Он быстро бежал к той единственной телефонной будке, что стояла возле старого магазина, чьи окна были мутными от уличной грязи и конденсата. С лихорадочной поспешностью он втолкнул монету, набрал заученный наизусть номер Майка и прижал трубку к уху. В ответ не было ни длинных гудков, ни голоса автоответчика. Только ровное, безжизненное шипение пустой линии. Уилл сбросил трубку и попробовал снова — результат тот же. Попытка дозвониться до Джойс закончилась тем  же.         Спазм сковал его желудок. Прислонившись спиной к холодному стеклу будки, парень повернулся и его глаза впервые внимательно посмотрели на улицу. Теперь он заметил детали, на которые не обратил внимания раньше: город выглядел по-другому. Конечно, появление новых объектов и зданий объяснялись очень просто (в конце концов, Уилл не приезжал сюда целых пять лет), однако новый парк, большая сцена и гигантская статуя какого-то лесника выглядели совсем неуместно и странно.        В этот момент Байерс заметил мелькнувшую тень. Он резко обернулся, вглядываясь в темный переулок между библиотекой и аптекой. Сердце замерло. Дождь остановился, ветер стих, и тишина вокруг внезапно стала гнетущей. Уилл медленно отступил от будки, ему захотелось бежать. Но куда? Его машина стояла за городом. Он был один, в пустом Хоукинсе, где его детские воспоминания превратились в настоящий кошмар. Уилл сделал шаг, и хруст раздавленной под ногой детали от велосипеда прозвучал как выстрел. Из переулка донесся шорох, похожий на шаги по мокрой земле.       Город был не просто пуст. Он был не один.

***

      Уилл знал, что за ним гнались. Он не смог понять, что именно преследовало его, — из-за отсутствия оружия ему пришлось бежать не оглядываясь, — но это что-то определенно могло нанести ему вред.       Байерс подходил к набережной, которой в Хоукинсе и в помине не было. Его голова шла кругом, от изнуряющего бега тело отдавало мелкой дрожью. Сейчас Уиллу не хотелось думать ни о чем — ему был необходим отдых. Но видимо, покой он сможет обрести только после смерти, ведь стоило ему замедлить шаг, опустить голову и посмотреть на пристань, как он увидел до боли знакомый силуэт. Там, возле ограждения, стоял высокий худощавый человек. Черные кудри развевались на ветру, он спокойно наблюдал за течением реки.        Сердце Уилла, колотящееся от бега, на мгновение замерло, а потом застучало с новой, болезненной силой. Он медленно спускался по лестнице, не отрывая взгляда от силуэта. Страх, печаль, обида — все чувства, которые хранились в нем эти годы теперь будто испарились, и за долгое время ему наконец-то удалось почувствовать что-то похожее на радость.       — Майк? — проговорил Уилл. Он не услышал собственного голоса, так как стук сердца на несколько секунд будто оглушил его. Незнакомец повернулся к нему: на его лице были очки, веснушки казались ярче, нос был больше. Он заинтересованно посмотрел на Уилла, который, в свою очередь, не отрывал взгляда от него. Его недолгое счастье закончилость, и на смену ему пришло разочарование. — Нет… Ты не Майк…       — Что, похож на твоего парня? — с ухмылкой произнёс незнакомец. Если у Уилла оставались сомнения, то после сказанной фразы они окончательно исчезли. Майк никогда не говорил таким тоном, у Майка никогда не было такого голоса и Майк никогда бы не сказал чего-то подобного.       Парень отошел от изгороди и медленно направился к Уиллу. Его походка была расслабленной и свободной — еще одно доказательство, что перед ним не Майк.        — Нет, на старого… друга… — он хотел отвернуться, однако поразительное сходство не позволило ему пошевелиться. Даже отличия не могли заставить его мыслить здраво и посмотреть в другую сторону. — Не могу поверить, ты просто его копия! Твои волосы, глаза, лицо… только одежда и голос другие…       — Меня зовут Ричи Тозиер, — отрезал незнакомец и неожиданно приблизился к Уиллу, отчего тот дрогнул. — Я не похож на призрака или на того, кого бы могли назвать лузерским именем «Майк». — Он важно поправил очки и широко улыбнулся. — Видишь? Я очень крут!       — Да, ты точно не Майк, — нервно посмеялся Уилл, потирая ладонью шею. — Прости, я запутался…       — Куда направляешься? — спросил Ричи, склонив голову набок. Его взгляд скользнул по лицу Уилла. Он оценивающе смотрел на него.       — Я ищу Майка, — Уилл не верил в происходящее. Ему казалось, что он видит идиотский сон с двойником Майка в главной роли. Парень начал тереть глаза, надеясь, что это поможет ему закончить этот кошмар. Не помогло. —  Ты не видел его?       Ричи громко засмеялся — так звонко и беззаботно, как будто ему только что рассказали лучшую шутку в мире, — и от этого Уилл почувствовал облегчение. Этот смех был таким искренним и настоящим, что он разрушил ощущение нереальности происходящего. Перед ним стоял не призрак и не мираж, а реальный человек, и это обстоятельство помогло Байерсу прийти в себя.         — Видел ли я парня, похожего на меня? Нет, не припомню такого. Зато я встретил другого парня, который постоянно говорил про какого-то Майка и ни слова не сказал про себя.       — Прости, меня зовут Уилл Байерс. — Он протянул руку, и Ричи охотно пожал её. — А куда направляешься ты?       — Пока не знаю, — ответил Ричи и оглянулся. — Честно сказать, я не совсем понимаю, зачем я вернулся в Дерри. Сто лет здесь не был. Лучше бы и не возвращался, встречают здесь отстойно.       — Стой, о каком Дерри ты говоришь? Мы в Хоукинсе.       Ричи недовольно хмыкнул, попутно протирая очки краем собственной футболки.        — Ты так завуалировал слово «жопа»? Очень остроумно! — Он надел очки обратно и пристально посмотрел на Уилла. В этот раз улыбка медленно сползла с его лица. — Ты в порядке, Байерс? Выглядишь так, будто тебя только что ударили по башке.       Холодная волна прокатилась по спине Уилла. Он обвел взглядом набережную, мутную реку, знакомые и одновременно чужие очертания домов вдалеке.       — Это не Дерри, — тихо, но очень четко произнес Уилл. — Это Хоукинс. Я здесь вырос и знаю каждую улицу… — Его голос дрогнул. — Но… этой набережной здесь быть не должно.       На лице Ричи мелькнула тень сомнения. Он медленно повернулся, окидывая взглядом пейзаж.       — Потому что это набережная Дерри, — пробормотал парень, и в его голосе впервые появилась неуверенность. — Канал, заводские трубы на горизонте… Но ты прав. Что-то не так. Воздух не тот… другой. И расположение домов отличается, от того, что я помню…       Новообретенный знакомый замолчал, и тишина повисла между ними. Теперь уже Ричи выглядел встревоженным. Он засунул руки в карманы, и его плечи больше не казались расслабленными.       — Ладно, — вдруг сказал он, и прежняя бравада вернулась в его голос, однако теперь она звучала немного натянуто. — Значит, мы оба не там, где должны быть. Это уже интереснее. Знаешь, что делают крутые парни в незнакомых городах-призраках?       Уилл, все еще пытаясь осмыслить происходящий вокруг него абсурд, молча покачал головой. Он и не думал, что его и этого Ричи можно отнести к «крутым парням».        — Они ищут ответы, — заявил Ричи, и его глаза блеснули за стеклами очков. —  Твой… Майк. Если он здесь, мы его найдем. А заодно и выясним, что, черт возьми, происходит в этом Дерри-Хоукинсе. Договорились?       Тозиер приобнял Уилла за плечо: прикосновение оказалось крепким и теплым, что позволило Уиллу расслабиться и на долю секунды почувствовать себя в безопасности. Он медленно выпрямился под этой тяжелой, товарищеской рукой, кивнул в ответ на озвученный вопрос, и на этот раз кивок был более уверенным.       — Договорились, — повторил Уилл. Он позволил Ричи ненадолго оставить руку на своем плече, ведь сейчас телесная близость, ощущение чего-то живого и реального, помогала не сойти с ума не только ему.