Фиктивные узы

На следующий день мир магов гудел. Заголовки "Ежедневного пророка", "Придиры" и всех прочих магических изданий кричали о Гарри и Рико. Фотографии и видео их недавней встречи, где Гарри, на секунду потеряв самообладание, где они сверлили друг друга злобными взглядами, взрывали интернет, сопровождая бесконечные комментарии и споры. Предстоящий матч по квиддичу, где Огненные Фениксы должны были сразиться с Темными Воронами, стал самым ожидаемым событием сезона. Букмекерские конторы задымились от ставок, а магическое сообщество разделилось на два лагеря.

*************

Утро выдалось морозным. Хоть солнце и светило, его лучи не согревали должным образом покрытую снегом землю. Сугробы за ночь стали выше и массивнее, искрясь миллионами алмазов под низким зимним солнцем. Прохладный, острый ветер бил в лицо, пробирая до костей. Над заснеженным полем, специально оборудованным для тренировок, разминались Фениксы. Гарри, летал на своей "Молнии", исполняя виртуозные пируэты и мертвые петли. Его алая форма с золотым фениксом ярко выделялась на фоне белого снега и бледно-голубого неба. Он был сосредоточен, каждое его движение было отточенным, как всегда, но в нем чувствовалось нечто большее – некая решимость, граничащая с вызовом. Он чувствовал взгляды. Взгляды Рико. Неподалеку, на другом конце поля, Вороны тоже разминались. Их черные, угрожающие формы сливались с тенями, создавая зловещий контраст с яркими цветами команды Гарри. Рико, как всегда был в центре внимания, его взгляд то и дело скользил в сторону Гарри, на его лице читалась самодовольная, скрытая ухмылка. Он был уверен в своей победе, в своей способности сломить омегу, как он это делал годами. За тренировкой с самого начала наблюдал Драко Малфой. Он стоял на трибунах, окутанный в плотное черное пальто, его руки были скрещены на груди. Его лицо было серьезным, даже напряженным, а глаза – серебристые и острые, как лезвия – следили за каждым движением Гарри. Но не только за своим мужем. Его взгляд постоянно возвращался к Рико Уолкеру. Драко был напряжен, его челюсти были крепко сжаты, а в глубине глаз таилась неприкрытая ярость. Он был недоволен Рико с того самого момента, как узнал о его существовании, и теперь, когда этот человек снова появился на горизонте, все его чувства обострились до предела. Он сверлил Рико и его команду презрительным взглядом, словно пытаясь прожечь в них дыры одной лишь силой воли. Когда дело дошло до полетов на метлах, тренировка команд проходила одновременно, но на разных концах поля. Однако, в какой-то момент, Рико, делая вид, что отрабатывает сложный маневр, начал постепенно сокращать расстояние до Гарри. Омега, увлеченный своей тренировкой, не сразу заметил это. Он готовился выполнить Гаррисову петлю — сложный трюк, требующий полной концентрации. Он поднялся в небо, над всей остальной командой, а затем начал резко пикировать вниз, чтобы в последний момент развернуться. В этот самый момент Рико, казалось, нечаянно оказался на его пути. Его метла, "Охотник", была тяжелее и массивнее "Молнии" Гарри. Рико пролетел слишком близко, так что его метла едва заметно задела древко "Молнии" Гарри. Это был не сильный удар, а скорее толчок, едва ощутимый, но рассчитанный с дьявольской точностью. Маленький, быстрый, незаметный толчок в самый неподходящий момент, когда Гарри находился в наиболее уязвимой позиции. "Молния" омеги на мгновение потеряла равновесие, ее древко вибрировало. Гарри, который был в самом разгаре пикирования, почувствовал, как его захлестнуло. Он попытался выровняться, но его тело, измученное предыдущими тренировками и стрессом, отреагировало слишком поздно. Он издал короткий, резкий вскрик, когда его левая нога, пытаясь удержать равновесие, неестественно вывернулась на древке метлы. Резкая, острая боль пронзила его от бедра до лодыжки. В то же время, правая рука, которой он инстинктивно пытался схватиться за метлу, ударилась о древко, вызвав тупую, но сильную боль. Метла Гарри резко накренилась, и он, не в силах удержаться, выскользнул из седла. Он полетел вниз, с большой высоты, прямо в глубокий сугроб. Снег взметнулся облаком, когда Гарри с глухим стуком приземлился в него. —Гарри! — крик Драко разорвал тишину морозного воздуха, полный отчаяния и ярости. В одно мгновение его сосредоточенное спокойствие было разрушено. Он, не раздумывая, сорвался с места, перепрыгивая через трибуны, игнорируя ступени и расстояние. Его лицо было искажено гримасой гнева. Члены обеих команд, замершие в воздухе, смотрели на произошедшее с недоумением. Рико, как ни в чем не бывало, продолжал свой маневр, завершая его с показной ловкостью, и лишь краем глаза бросил взгляд на место падения Гарри, его губы растянулись в едва заметной, отвратительной ухмылке. Он мастерски сработал, сделав так, чтобы его маневр выглядел как обычное стечение обстоятельств, а не преднамеренное действие. Никто ничего не заметил. Все решили, что это просто несчастный случай. Драко уже бежал по полю, его длинные шаги прорезали снег. Он достиг сугроба, где лежал Гарри, быстрее, чем кто-либо другой. Омега пытался подняться, его лицо было бледным от боли, левая нога неестественно вывернута, а правую руку он прижимал к себе. —Гарри! Что случилось? Ты в порядке? — альфа опустился на колени рядом с ним, его голос был низким и тревожным, в нем не было ни капли его обычной иронии, только чистая, неприкрытая забота. Он осторожно взял Гарри за здоровую руку, чувствуя, как его муж сжимается от боли. —Нога... Драко... Она... — Гарри задыхался, пытаясь сдержать стон. Его зеленые глаза были полны боли и легкой растерянности. —И рука... Малфой лишь один раз бросил быстрый, обжигающий взгляд в сторону Рико, который теперь летел над полем с видом невинной овцы, разговаривая с одним из своих игроков. Этот взгляд обещал возмездие, которое Рико еще долго будет помнить. В этом взгляде была такая сила ненависти, что сам воздух вокруг Драко, казалось, задрожал. Он запомнил этот маневр, этот едва заметный толчок, и, хотя другие не видели, Драко был уверен — это не было случайностью. Он знал Рико. Он знал, на что тот способен. Не дожидаясь никого, Драко, крепкий и сильный, осторожно поднял Гарри на руки, прижимая его к своей груди. Его лицо было сосредоточенным, не выдавая и капли своих эмоций, но Гарри чувствовал, как дрожат его сильные руки. —Мы немедленно отправляемся в больничное крыло — прорычал Драко, его голос был низким и властным, не оставляя места для возражений. Он не стал ждать, пока к ним подбегут остальные игроки или тренер. Он переместился прямо на место, исчезнув в вспышке света, унося своего раненого мужа прочь от холода и опасности. Они появились прямо в больничном крыле, где дежурила мадам Помфри. Она, увидев их, моментально пришла в движение, ее глаза расширились от тревоги. —Мистер Малфой! Что случилось? — она поспешила к ним. Драко аккуратно опустил Гарри на кровать, его глаза не отрывались от лица Гарри, словно он мог своей волей убрать боль. —Он упал с метлы. Вывих ноги. И, кажется, ушиб руки. Мадам Помфри быстро принялась за работу, сканируя ногу Гарри, произнося заклинания и применяя мази. Больничное крыло было наполнено запахом дезинфекции и слабым ароматом магических снадобий. Гарри сжимал зубы, его лицо было искажено, но он старался держаться, не желая проявлять слабость. Драко стоял рядом, его руки были скрещены на груди, а челюсть — крепко стиснута. Он смотрел на мадам Помфри, его взгляд был требовательным, не давая ей расслабиться ни на секунду. —Ну вот — наконец сказала мадам Помфри, осторожно закрепляя ногу Гарри в специальной фиксирующей повязке и давая альфе зелье для снятия боли. —Небольшой вывих лодыжки, но довольно болезненный. Ушиб руки тоже есть, но несерьезный, за пару дней пройдет. Ему нужен полный покой. Никаких полетов, никаких нагрузок на ногу в течение как минимум нескольких дней. И пусть пьет это зелье три раза в день. Через пару дней нужно сменить повязку. Гарри тяжело вздохнул, глядя на свою обездвиженную ногу. Матч. Он не сможет играть. Это было самая худшая новость... Малфой повернулся к нему, его взгляд был нежным, но строгим. —Он получит весь необходимый уход — твердо сказал он Гарри, игнорируя его взгляд на повязке. Он знал, что омега расстроен из-за матча, но его здоровье было превыше всего. Затем он снова повернулся к мадам Помфри. —Спасибо, мадам Помфри. Мы продолжим лечение дома. Я прослежу, чтобы мой супруг получил самый лучший уход и самый полный покой. Он снова осторожно поднял Гарри на руки, не обращая внимания на его протесты. —Я могу идти сам, Драко! — пробормотал Гарри. —Нет, не можешь — ответил Драко, его голос был спокоен, но не допускал возражений. —Ты мой муж, и сейчас ты ранен. И я о тебе позабочусь. Это не обсуждается. Его глаза снова метнулись к окну, за которым виднелось поле для квиддича, где Рико, как он знал, продолжал свою тренировку. Лицо Драко было серьезным и сосредоточенным, скрывая бурю эмоций, но в его серебристых глазах читалось одно: Рико Уолкер. Драко Малфой не забывает и не прощает. Особенно, когда кто-то смеет причинить боль его мужу. И Рико Уолкер только что подписал себе приговор. Это была не просто игра. Это была личная вендетта.