Фиктивные узы

Фаза II

Когда вся информация была собрана и тщательно проверена, Драко кивнул. —Блейз, запусти первые анонимные утечки. Начни с самых безобидных, но самых шокирующих. Пусть это будет что-то, что покажется "глубокой правдой" для толпы. Про "неудовлетворительные условия тренировок". Блейз умело задействовал своих людей. На популярных магических форумах, на различных "социальных заклинаниях" (аналогах социальных сетей), стали появляться анонимные сообщения. "ШОК: Источники в команде Рико сообщают о жестоких тренировках и психологическом давлении!" "Правда о методах Рико Уолкера : за кулисами гламура скрывается тирания?" Затем Панси подключила свои связи в желтой прессе. Анонимные звонки, "случайно оброненные" конверты с "сенсационной информацией" начали попадать в редакции. Первые статьи появились в самых скандальных таблоидах: "Рико – тиран или гений? Свидетельства бывших игроков о жестоких наказаниях", "Голодные игры Рико: правда о диете команды". Публика начала возмущаться. Комментарии в интернете были злобными, полными ненависти: "Я всегда знал, что Рико – слизняк!", "Как он смеет так обращаться с молодыми омегами?!", "Отстранить его от спорта немедленно!" —Смотрите — Панси, сидящая в кабинете Драко, указала на магическую газету, развернутую на столе. Фотография Рико была перечеркнута красным крестом. —Прошло всего два дня, а он уже главная тема. И не в лучшем свете. —Это только начало — Драко холодно наблюдал за разгорающимся скандалом. Он чувствовал удовлетворение, но это было лишь предвкушение. Его глаза сверкали. —Теперь, когда общественное мнение подогрето, пришло время для настоящих откровений.

Фаза III

Следующие утечки были еще жестче, зловещее. Люди Блейза анонимно передали в прессу подлинные записи разговоров Рико с его командой, где он унижал их, угрожал расправой. Появились фотографии синяков, сделанные якобы бывшими игроками, с подробными рассказами о том, как их избивали. Омеги, которых Панси убедила говорить, начали давать анонимные интервью, описывая унизительные "вечеринки", принуждение и угрозы. Информация начала просачиваться не только в магический мир, но и в маггловские СМИ, благодаря Панси, у которой были контакты и там. Истории о "темной стороне спорта" захватили заголовки. Особый резонанс вызвали истории о принуждении омег, их использовании. Магическое сообщество было шокировано. Комментарии в интернете стали еще более злобными, полными ненависти: —Этот монстр должен гнить в Азкабане!

—Как он смел так обращаться с омегами? Это не человек, это зверь!

—Преднамеренно травмировал Гарри? О, этот ублюдок!

—Всегда знал, что этот Рико — отброс. Где был тренер?!

—Его команда должна восстать против него! Позор!! Драко, Блейз и Панси наблюдали за этим, сидя в кабинете Драко. В полумраке комнаты их лица были освещены лишь магическим светом коммуникационных кристаллов и мерцанием заголовков газет, проецируемых на стену. В их взглядах читалось холодное, почти клиническое удовлетворение. —Он теряет спонсоров один за другим — спокойно сообщил Блейз. —Контракты рвутся. Его репутация... Ее больше нет. Его дом в Сент-Брутоне уже окружен папарацци. —Хорошо — Панси кивнула. —Его карьера закончена. Но этого недостаточно. Драко, сжав кулаки, поднялся. В его глазах горела такая ярость, что она казалось, могла бы расплавить стены. —Теперь пришло время для последнего шага. Для личного позора. Я хочу, чтобы каждый человек в магическом мире знал, что Рико — это не просто тиран. Он — трус, который нападал на слабых, который боялся Гарри настолько, что пытался его сломать. Я хочу, чтобы мы опубликовали все детали его издевательств над Гарри, когда тот был в его команде. Каждую насмешку, каждую попытку саботажа, каждый толчок и удар. И чтобы его исключили из всех спортивных организаций с волчьим билетом. Навсегда. А затем — голос Драко стал еще тише, почти шепотом —Когда он будет на самом дне, когда от него отвернутся все, даже его собственные родители, мы сделаем так, чтобы он не смог найти работу даже чистильщиком выгребныхям. Ни в магическом, ни в маггловском мире. Мы уничтожим его финансово, лишив всего, что он ценит. Он будет просто никем. Живым местом на нем не останется. Никаких синяков, никаких ран. Только пустота. Блейз и Панси переглянулись. В их глазах отразилось уважение к такой безжалостности. —Звучит... Исчерпывающе — сказал Блейз, криво улыбаясь. —Думаю, Гарри будет нами гордиться. Конечно, если мы сможем скрыть от него, насколько глубоко мы залезли в это болото. —Я уверен что он будет рад этому — ответил Драко, его взгляд стал еще холоднее. —А это... Это мы спрячем от него. Это дело альф. Это не для его нежных глаз. И в этот момент, в темной комнате, окруженные светом кристаллов и призраками чужих страданий, трое чистокровных магов подготовились к последнему, самому жестокому акту мести. Рико еще не знал, что его падение только начиналось, и что за ним стояла не просто сила, а холодная, безжалостная ярость трех самых влиятельных семей магического мира, объединенных общей целью: защитить.

********

Гарри, все еще лежа в постели, где его тело постепенно восстанавливалось от последствий недавних стычек, перевернул страницу Ежедневного пророка. Утреннее солнце проникало сквозь тюль на окне, освещая комнату и блестящие заголовки газеты. Его взгляд остановился на развороте, посвященном недавнему аресту Рико Уолкера, но уже под другим углом. Статья детализировала не только его более широкую криминальную империю, но и специфические, отвратительные аспекты, связанные с его командой. "Темные Вороны: Скрытая Тьма под Маской Командного Духа" Читая, Гарри чувствовал, как интерес медленно, но верно, превращается в глубокий, холодящий шок : «Ужасные тренировки за маской доброты и командного духа... Издевательства над командой, избиение своих же». Слова на бумаге казались живыми, отвратительными червями, ползущими по его сознанию. Он знал, что Рико был жестоким, но даже он не мог представить, насколько изощренной была эта жестокость. «Источники сообщают, что под видом строгой дисциплины, Рико систематически подвергал игроков своей команды Темных Воронов не только физическому, но и моральному насилию, используя угрозы расправы, лишение их карьеры и их личной жизни, что усиливало покорность команды. Несогласных..... Устраняли» Гарри ухмыльнулся, а ведь это лишь верхушка айсберга. Тошнота подкатила к горлу. Не просто «плохой тренер», а полноценный абьюзер и тиран, использующий своих игроков как магические марионетки. Он вспомнил несколько их матчей, где игроки «Темных Воронов» казались неестественно агрессивными, словно одержимыми, и в то же время удивительно послушными каждому жесту Рико. Тогда он списывал это на особую тактику, на фанатичную преданность. Но теперь... Теперь все выглядело совершенно иначе. Темные Вороны сковали столько тьмы и ужаса, что даже и подумать никто не мог. На душе Гарри было неспокойно. Хоть он и был рад, что люди узнали, что творится в этой группе, и что эта чудовищная правда наконец-то вышла наружу, тревога не отпускала его. Гневные комментарии в интернете, ужасные посты, относившиеся к Рико и его команде, были везде. Люди были в ярости. Они требовали справедливости. Он представлял, какое лицо сейчас может быт Рико, читая все эти гневные комментарии и посты в интернете, что уж говорить про газеты. Он почти мог физически ощутить его ярость и унижение, и эта мысль вызывала странное, жгучее удовлетворение. —Пусть захлебывается в собственной желчи — подумал омега, его пальцы слегка сжали край газеты, когда он перелистнул страницу. —Пусть почувствует то, что чувствовали те, кого он держал в страхе. Пусть его «командный дух» теперь будет синонимом пыток. Но единственный вопрос, который мучил омегу, так это: как именно это всплыло наружу? Ведь Рико столько лет так хорошо заметал за собой следы, был осторожен. Он всегда казался неуязвимым, непогрешимым. Должен быть кто-то, кто рискнул всем, кто собрал эти доказательства. Было интересно посмотреть на этого человека и, возможно, лично пожать ему руку. Кто бы это ни был, он совершил героический поступок. Их предстоящая игра с Темными Воронами теперь приобретала совершенно иной смысл. Она предавала Гарри легкий азарт и интригу. Вряд ли фанаты теперь будут яростно поддерживать Темных Воронов. Наоборот, вероятно, их встретят освистыванием. Это было не совсем честно, не совсем спортивно, но в данном случае Гарри был готов принять любое преимущество, чтобы разгромить команду, которая была символом столько зла. Вдруг дверь в комнату открылась, и на пороге появился Драко, держа в руках поднос. Приятный аромат свежесваренного травяного чая и поджаренных тостов с джемом ударил в нос, мгновенно вытесняя затхлый запах газетной типографии. На лице Гарри расцвела слабая, но искренняя улыбка. —Привет — пробормотал Гарри, откладывая газету на одеяло. Драко вошел в комнату, его шаги были удивительно мягкими. Он был в строгий костюм, который хорошо на нем сидел, подчеркивая его крепкую фигуру. Он поставил поднос на колени Гарри, ловко обходя его травмированную руку, и затем сел рядом на край кровати. —Спасибо — сказал омега, чувствуя, как его тело расслабляется от одного лишь присутствия мужа. Тепло его тела, легкий запах его феромонов – это было успокаивающим якорем посреди бури новостей. Драко лишь кивнул, его серые глаза, обычно такие пронзительные, сейчас были мягкими и внимательными. Он сидел рядом, следя за Гарри, слегка поглаживая его больную лодыжку поверх одеяла. По телу Гарри пробежали приятные мурашки, не от холода или страха, а от нежного прикосновения, обещающего безопасность. Это было безмолвное утешение, безмолвное обещание поддержки. —Ты читал новости? — спросил Драко, его голос был низким, почти мурлыкающим, и Гарри почувствовал, как напряжение, которое он даже не осознавал, медленно начинает отступать. Омега слабо кивнул, снова немного напрягаясь, когда мысли вернулись к Рико. —Да. Только что закончил. Это... Это отвратительно, Драко. Альфа тяжело вздохнул, его взгляд стал жестче. —Я видел заголовки. И да, я не удивлен, если честно. Он всегда был таким. Но сейчас... — он посмотрел на Гарри, и в его глазах вспыхнул знакомый, прагматичный блеск. —Сейчас твой соперник полит грязью. Это дает тебе и твоей команде преимущество. Теперь ваши соперники не такие уж и сильные, как раньше. Их моральный дух разрушен, репутация уничтожена. Это облегчит вам победу. Гарри согласился. Он был не в том положении, чтобы отрицать очевидное. —Да, ты прав. Это... Это определенно меняет все. Я не думаю, что фанаты будут так уж рьяно их поддерживать. Скорее всего, будут протесты — он отпил немного чая, его взгляд снова стал задумчивым. —Но знаешь, что меня больше всего мучает? Как это все всплыло наружу? Рико был чертовски осторожен. Как его могли так подловить? Кто это сделал? Я бы хотел узнать имя этого человека. Теперь ему нужна защита. Драко лишь ухмыльнулся, уголок его губ приподнялся в легкой, почти незаметной, но очень характерной ухмылке. Он пожал плечами, его глаза слегка блеснули, словно он знал нечто большее, но не собирался делиться этим. Эта его манера всегда раздражала Гарри и одновременно необъяснимо притягивала. —Кто бы это ни был, он проделал хорошую работу — Драко слегка склонил голову, наблюдая за своим мужем. —Главное, что теперь справедливость восторжествовала. А то, как это произошло... Иногда достаточно одной трещины, чтобы вся плотина рухнула. Не стоит недооценивать недовольство тех, кого используют. Кто-то обязательно сломается. Гарри нахмурился, пытаясь разгадать намек в его словах, но Драко лишь продолжал наблюдать за ним, затем взял тост с подноса, намазал его джемом и протянул Гарри. —Ешь. Тебе нужно восстанавливаться. И думать о предстоящей игре. Теперь у вас есть все шансы на победу. Гарри взял тост. Нежность Драко, его забота, его присутствие – все это было целительно. Он почувствовал, как в его теле зародилось новое, более спокойное чувство решимости. Злоба на Рико никуда не делась, но теперь она была окрашена предвкушением победы, а не бессильной яростью. Рядом с Драко, в теплой постели, с едой и чаем, и с новостью о падении врага, мир казался чуточку более упорядоченным, чуточку более справедливым. И это был покой, который Гарри, раненый омега, наконец-то мог себе позволить.